Пепел и кровь

Мышка.

Немного посидев на кухне, я всё-таки решила вернуться в комнату. За окном уже сгущались сумерки, по всему периметру зажглись фонари. Шейна я так и не встретила – похоже, он был занят делами. Я слышала, что сегодня начинается отбор, и Альфа будет следить за процессом. Нужно как-то пробраться туда, посмотреть.

Я направилась к выходу, но не успела переступить порог – меня остановила охрана: два высоких, крепких парня.
— Куда собрался? — Один из них вопросительно уставился на меня. — Приказ Альфы: никого не выпускать.

— Чёрт, вот же предусмотрительный! — пробормотала я и неохотно вернулась назад, ругая себя под нос. Похоже, отбор уже начался...

Конечно, всё под его контролем, как всегда. Здесь всё строго и серьёзно.

Я вздохнула. Делать нечего. Надо как-то скоротать время, чтобы не сойти с ума. Наверное, пока все заняты, я могу тайком поплавать в бассейне.

В доме, кроме нескольких прислуг, почти никого не осталось. Я поспешила в комнату за полотенцем, тихо проскользнула по коридору. Проходя мимо комнаты Стивена, услышала приглушённые голоса. Прислушалась.

— Прости, я не хотел тебя напугать... — говорил он. — Я вообще так себя не веду, но когда ты так соблазнительно нагнулась... да ещё и улыбнулась... У меня сорвало крышу! Прости!

Я застыла. С кем он там уже успел?.. Хотя, впрочем, какая разница. Не дослушав до конца, отошла от двери. Амурные дела Стивена – его личное дело.

Я быстро прошмыгнула в спальню, схватила полотенце и направилась вниз.

Бассейн был пуст. В помещении царила тишина. Мягкий голубоватый свет отражался в воде. Всё выглядело спокойно и умиротворяюще. Я скинула одежду, оставшись в одних трусиках, и, не тратя время на парик, осторожно спустилась по ступенькам в воду.

Блаженство. Холодная кристально чистая вода обволакивала кожу, снимая напряжение. Я плавала, погружаясь в тишину. Всё внутри наконец-то замирало. Пока...

Кот.

Перед отбором решил, что ещё немного поплаваю и посижу в горячей парилке. Братья уже готовили ребят и собирали их перед ангаром. Все ждали только меня.

Сидя в парной, я откинулся на стену, прикрыл глаза, расслабился. Сегодня я был очень удивлён, когда увидел Моник у бассейна. Не спорю, Линда была здесь с одной целью, но я решил повременить. Мне показалось... или она нарочно попросила, чтобы Линда её проводила? Ревнует? Интересно...

Даже если она что-то чувствует, то, уверен, сама в растерянности. Или это просто очередная маска, и она что-то вынюхивает. Чтобы не быть пойманной – соврала, сыграла роль.

А вдруг она из тех, кто хранит тайну? Или из тех, кто жаждет мести? Тогда нам не суждено быть вместе.

В древних записях сказано: потомки мага Закарии поклялись отомстить всем Блейкам, каждому, кто был замешан в его гибели. Наш род когда-то был его покровителем, хотя едва ли согласился бы с его поступками, знай мы правду. Всё он провернул втайне: убил собственную сестру, но пощадил её сына. Скрывал, прятал... хотел утаить. Но не сумел.

Возлюбленный Мирены, Артур Блейк, выкрал мальчика. А самого Закарию в конце концов казнили. Кто даст гарантию, что спустя столько лет его потомки не затаились?

В записях упоминается: они всё ещё где-то рядом. Красная стрела — охотники на таких, как мы.

Я слегка задремал, сидя в облаке пара и размышлений. Меня привёл в чувство всплеск воды.

Осторожно поднялся, открыл дверь... и застыл. В голубоватом свете бассейна плавала Моник. Чёрт! Она что — издевается?

Я только начал успокаиваться. И снова. Да ещё и плавает почти голая. Но в парике!

Несколько минут стоял как приклеенный, наблюдая, как она нежится в воде. Возбуждение нарастало. Она меня не замечала. Я жадно изучал её: вода скрывала мало. Её тело — тонкое, хрупкое, словно созданное для прикосновений...

Мой зверь взвыл: «Возьми её!» — рычал он. — «Вот она – рядом, голая и готовая!»

Я шикнул на него:
— Уймись. Как бы я её ни желал – я не животное. Без её согласия — никогда.

Но ситуация определённо забавная. Я обязан воспользоваться моментом, чтобы вывести её из равновесия. Судьба будто испытывает меня.

Я откашлялся:
— Думал, я один люблю воду...

Она замерла, а потом повернула голову, округлив в шоке глаза. Попыталась отплыть в угол, будто бортик мог укрыть её наготу. Смешная. С таким телом — даже вода не укроет её секретов. Особенно без утягивающих бинтов.

Прижавшись к бортику, она пробормотала:
— Простите, сэр. Я думал, все на отборе. Виноват. Как только вы уйдёте, я сразу выйду. Больше не повторится.

Я ухмыльнулся и медленно пошёл вдоль бассейна. Испытывал невероятное удовлетворение – загнал её в угол. Я ведь мог прямо сейчас снять с неё маску... но тогда не узнаю мотивов. А мне безумно интересно: зачем ей этот маскарад?

Сейчас я как кот, лениво играющий с мышью. Настоящая игра в кошки-мышки. И если я выиграю – приз будет чертовски приятным.

Мой зверь пускал слюни при одной мысли о «победе».

— Плавать не запрещено, — сказал я, растягивая слова. — Отбор скоро начнётся. Все ждут меня.

Она смотрела куда угодно, только не на меня. Я медленно приближался, заставляя её нервничать. Она всё сильнее прижималась к стенке.

— Тебе нравится плавать? — спросил я хриплым голосом, чувствуя, как под халатом нарастает жара.

Она кивнула и на мгновение взглянула на меня. Наши глаза встретились. Я хищно улыбнулся, изучая её обнажённые плечи, руки, лицо. Это просто пытка. Я едва сдерживаюсь. Ни одну женщину я так отчаянно не желал.

— Хорошо. Можешь плавать. Я уже ухожу. Только... — я сделал паузу, — ещё раз окунусь.

Медленно развязал пояс халата — не для неё, для зверя внутри. Проверяю, кто из нас сильнее. Она скользнула взглядом по моим рукам, потом резко отвернулась, покраснев. Но по тому, как сжались её плечи, я понял — игра стала для неё слишком опасной. Она чувствовала. Я криво улыбнулся.

На сегодня с неё хватит потрясений. Пора собираться.

Я слегка наклонил голову набок, довольный, и сказал:
— Совсем забыл. Нет времени. А то бы составил тебе компанию, Дэвид, — произнёс я её «имя» по слогам и направился к выходу, услышав облегчённый вздох.

Зверь зарычал: «Слабак!» Я просто ушёл. Оставив за спиной взор, от которого внутри всё дрожало. Хотя мог бы поставить точку и взять своё. Она – моя пара. И, думаю, неравнодушна ко мне, судя по её реакции.

Но я не зверь. Этим и отличаюсь. Я человек. Пусть и с волчьим геном...

«Я дал ей шанс выбраться. Но знал — она вернётся. Потому что мышеловка пахнет мной.»