29 глава
Я проснулась, и первое, что почувствовала, был запах Чонгука. И он, по-видимому, не отпускал меня со вчерашнего вечера. Он лежал позади меня, его рука на моем животе, его лицо на моем плече, а наши ноги были так переплетены и упрятаны под одеяло, что я не могла сдвинуться с места. Я закрыла глаза, наслаждаясь ощущением его спокойного, ритмичного дыхания у себя на затылке.
Кто бы мог подумать, что Чон Чонгук любит обниматься?
Я беззвучно улыбнулась в подушку. После прошлой ночи я чувствовала себя гораздо более открытой с ним. Это было связано не только с сексом, который был потрясающим, но прежде всего с тем, что мы оба наконец опустили свои щиты. Чонгук знал обо мне все и все равно хотел меня.
— Твои мысли настолько громкие, что я не могу спать, – проворчал Чонгук. – Прекрати это.
Я хихикнула в подушку.
Он еще теснее прижался ко мне и провел рукой по моему телу, чуть ниже груди. Его пальцы скользнули по моим ребрам, а губы прижались к месту за моим ухом.
Я задрожала.
— У меня слабость к твоему смеху, – сонно пробормотал он и на мгновение зарылся носом в мои волосы. – Если честно, у меня большая слабость ко всему в тебе.
Я опять засмеялась.
— Рада это слышать. Я тоже вполне могу терпеть тебя.
Через секунду он перевернул меня на спину и оказался надо мной. Его волосы были взъерошены, а лицо помято очаровательным образом. Обычно Чонгук просыпался раньше меня, поэтому это зрелище было для меня в новинку.
— Ты вполне можешь меня терпеть? – он поднял бровь. Его глаза зловеще сверкнули.
Я покачала головой.
— По шкале от одного до десяти ты – солидная семерка.
— Семерка? – повторил он недоверчиво.
При виде его ошарашенного лица мне пришлось громко рассмеяться.
— О, Пузырик. Это была ошибка, – проворчал он, хватая меня за руки и держа их над моей головой.
Он вплотную приблизился ко мне. Я перестала смеяться и выжидательно посмотрела на него. Он прижал свой нос к моему, а затем позволил своим губам блуждать сначала по моему лицу и наконец по моей шее. Мое тело мгновенно отреагировало.
— Тогда давай сделаем из семерки десятку, – хрипло сказал он.
И это именно то, что он делал в течение следующих нескольких часов.
* * *
Весь день мы с Чонгуком были неразлучны. От нашего утра в постели до общего душа, – во время которого мы расплескали воду по всей ванной, – и уютного обеда на диване, где мы смотрели новые серии любимого сериала.
Теперь я прислонилась к торсу Чонгука, одетая только в одну из его рубашек и нижнее белье. Его подбородок покоился на моей голове, и время от времени я опускала голову назад, к его плечу, чтобы иметь возможность видеть его сияющие глаза.
Дверной звонок прервал мои мысли. Должно быть, это наша еда. Я хотела встать, чтобы открыть дверь, но Чонгук обеими руками удержал меня за бедра и потащил обратно на диван.
— Как бы мне ни нравилось это зрелище, я бы не хотел видеть тебя в дверях полуобнаженной. – он усмехнулся и запечатлел на моих губах быстрый поцелуй, потом вскочил, схватил со стола свой кошелек и направился к двери.
Я слышала, как он открыл дверь. Но вместо обычного обмена словами («Привет» – «С вас столько-то» – «Это вам» – «Приятного аппетита») последовала тишина. Я пригляделась, но увидела только Чонгука, прислонившегося к дверному проему.
— Привет, – сказал он. – Хочешь войти?
— Хочу ли я войти? – это была Джису. И ее голос звучал расстроенно. – Ты безмозглый засранец! Это за Джен. И за синяк под глазом Тэхёна.
Чонгук издал удивленный звук, и почти одновременно Джису застонала от боли. Тут же я вскочила и бросилась к двери. От зрелища, которое мне открылось, у меня отвисла челюсть. Чонгук держался за подбородок и смотрел на девушку, которая подпрыгивала на месте, обхватив одной рукой другую. В ее глазах стояли слезы.
— Джису? – испуганно спросила я, после чего ее взгляд скользнул мимо Чонгука ко мне.
Она открыла рот и снова закрыла его.
— Ты, должно быть, шутишь, – сказала она, глядя на мои голые ноги и рубашку Чонгука. Она несколько раз моргнула, а потом посмотрела мне прямо в глаза. – Ты, должно быть, шутишь.
— Это... сложно, – вздохнула я и взглянула на покрасневший подбородок Чонгука поближе. Он по-прежнему ошеломленно смотрел на Джису.
— Ты ударила меня, – сказал он, как будто только сейчас понял это.
— А я при этом, наверное, руку сломала, – выдавила моя подруга и осторожно посмотрела на свой кулак. Он уже сейчас распух, и костяшки пальцев изрядно покраснели.
— Она ударила меня, – повторил Чонгук , обращаясь ко мне. Если бы я не беспокоилась о Джису, мне пришлось бы рассмеяться, учитывая его потрясенное выражение лица.
— Думаю, при этом она сделала больнее себе, чем тебе, – мягко сказала я. Я подошла к Джису, положила ей руку на плечо и осторожно завела в квартиру. – Надо приложить что-нибудь холодное.
— Я просто была так зла из-за того, что он вел себя невероятно мерзко по отношению к тебе. И когда ты не позвонила, я подумала... неважно. Во всяком случае, он это заслужил. – Она поморщилась и тут же вздрогнула от боли. Я увидела, как из уголка ее глаза скатилась слеза. Джису рассеянно смахнула ее.
Быстрыми шагами я дошла до холодильника и достала из морозилки пакет с мясом. Я обернула вокруг него полотенце и вернулась к Джису, которая смущенно стояла посреди нашей гостиной, словно не решаясь сесть.
Она окинула меня взглядом.
— Ты в порядке? – тихо спросила она.
Типичная Джису. Она, наверное, только что сломала пальцы, но при этом спросила, как у меня дела.
— Великолепно, – сказала я, заметив, как по моему лицу снова скользнула эта блаженная улыбка, что в данной ситуации было как-то неуместно. Но я все равно ничего не могла поделать. Глупые гормоны.
— Значит, он хорошо вел себя по отношению к тебе, после того как вы вчера исчезли? – спросила она.
— Да. На самом деле он был очень милым. Чонгук всегда утверждает, что он мудак, но на самом деле...
— Вообще-то я слышу вас, я стою прямо здесь, – сухо сказал Чонгук.
Я проигнорировала его и осторожно обернула прохладное полотенце вокруг руки Джису. Она резко дернулась, и тут же слезы снова навернулись ей на глаза.
— Нам нужно в больницу, – пробормотала я.
— Покажи, что там, – сказал Чонгук и шагнул к нам.
Осторожно он потянулся к руке Джису, причем я заметила, что его рука выглядела уже не так плохо. Она, правда, была довольно синей, но почти не распухла. Наверное, его кости привыкли к дракам. Джису, с другой стороны, выглядела не так, будто она когда-либо в своей жизни кого-то била.
— Все очень плохо. – он поднял голову и посмотрел на меня. – Ты права, нужно сделать рентген.
Тут же я поспешила в свою комнату и натянула на себя первые попавшиеся мне под руку вещи. Я быстро схватила сумку и нырнула в ботинки. Для Джису я достала из шкафа толстый пушистый кардиган, который накинула ей на плечи, вернувшись в гостиную. Чонгук тем временем натянул свитер и спортивные штаны, а также закрыл растрепанные волосы кепкой.
Когда мы шли к машине, Джису вздрагивала при каждом шаге. Я искренне надеялась, что она ничего не сломала. Я бы никогда не простила себе этого.
— Тэхён едва может открыть глаз. – Я видела с заднего сиденья, как Джису критически смотрела на Чонгука.
Онтихо вздохнул.
— Знаю.
— Ты говорил с ним? – удивленно спросила я.
Через зеркало заднего вида Чонгука бросил на меня веселый взгляд.
— Я разговаривал с ним по телефону.
— Когда это ты успел?
— Прошлой ночью, после того, как ты заснула.
Я откинулась на сиденье. Вообще-то это не должно было меня удивить. Потому что вопреки тому, что сам Чонгук постоянно твердил о себе, он не был мудаком, а заботился о своих друзьях.
— Больше никаких подробностей, – вмешалась Джису, зажимая уши. Тут же она жалобно застонала от боли и снова опустила руки. – Почему, собственно, твоя рука не сломана?
— Я знаю, как правильно бить, – отозвался Чонгук
— Ты обязательно должен научить меня этому. Чтобы в следующий раз я могла тебе как следует врезать.
К счастью, это несколько улучшило наше настроение. По дороге в больницу Чонгук изо всех сил старался избегать любых неровностей на дороге и не тормозить без причины, но на улицах Ансана это было трудно. Я вздрагивала каждый раз, когда видела, какую боль испытывает Джису.
В отделении «Скорой помощи» мы быстро заполнили необходимые бланки, чтобы врачи могли осмотреть Джису. Зал ожидания был битком, и я с трудом сидела в кресле. Мне хотелось бродить туда-сюда по коридору, но я знала, что не буду большой поддержкой для Джису. Мы ждали и ждали, наблюдая, как ее пальцы распухают все больше и больше, пока она не перестала двигать указательным и средним пальцами.
— Все будет хорошо, – повторила я в сотый раз.
Джису и Чонгук обменялись взглядами над моей головой.
— Она говорит это только для того, чтобы успокоить себя, – преувеличенно громко прошептал парень.
— Да, и потому что ее мучает совесть, – согласно кивнула Джису. – В конце концов, ваша ссора была причиной того, что я ударила тебя. Ну, или, по крайней мере, процентов на шестьдесят.
— А остальные сорок процентов были из-за Тэхёна?
Она медленно кивнула.
— Кто-то должен был отомстить за его опухшее лицо.
— Это очень мило с твоей стороны, – сказала я и взяла ее здоровую руку. Мы скрестили пальцы.
— Если твой бывший когда-нибудь попадется мне на глаза, я тоже его побью, – пообещала я ей.
Она скорчила гримасу.
— Это было бы здорово, но прежде просто позволь Чонгуку показать тебе, как это сделать правильно. Иначе ты закончишь так же, как и я.
— Мисс Ким? – крикнула через комнату медсестра. – Проходите в процедурный кабинет номер три.
Мы с Джису поднялись одновременно.
— Тебе необязательно идти со мной, – сказала она.
— Не говори ерунды. Конечно, я пойду с тобой, – возразила я.
Затем я повернулась к Чонгуку и на мгновение задумалась, стоит ли целовать его на прощание. Ведь мы еще не говорили о том, что именно происходит между нами. Но Чонгук не дал мне ничего решить. Он схватил меня за руку и притянул к себе таким рывком, что только в последнюю секунду я смогла ухватиться за спинку его кресла, чтобы не приземлиться прямо ему на колени.
Он повернул ко мне голову и пробормотал:
— Жду вас здесь. – потом он поцеловал меня, коротко, но нежно. Мое лицо светилось, когда я выпрямилась и последовала за Джису из зала ожидания.
В течение следующего часа ей сделали рентген, и оказалось, что, к счастью, кости не сломаны. Ее указательный палец просто был сильно ушиблен. Со средним пальцем, к сожалению, все было хуже: в кости образовалась небольшая трещина, из-за которой появились резкая боль и отек. Медсестра сделала крепкую повязку, которую Джису должна была носить в течение следующих двух недель, а врач дал ей рецепт на обезболивающее. Он сказал, что все заживет полностью безо всяких последствий. Через три недели Джису должна прийти на повторный осмотр, а до того времени по возможности щадить пальцы.
— К счастью, ничего не сломано. Как я буду это объяснять? – вздохнула Джису, когда мы вышли из процедурного кабинета. Она на мгновение прислонила голову к моему плечу. – Пожалуйста, не говори об этом Тэхёну. Мне будет бесконечно стыдно.
— Мой рот на замке, – пообещала я ей, подчеркнув свое заявление соответствующим жестом, но Джису эдаже не взглянула на меня. Вместо этого она уставилась в зал ожидания.
Я проследила за ее взглядом и с удивлением обнаружила Тэхёна, сидящего в кресле рядом с Чонгуком. Чон наклонился вперед и положил руки на колени. Он что-то говорил, не глядя на Тэхёна , после чего тот рассмеялся, похлопал его по спине, а затем откинулся назад со скрещенными руками. Его правый глаз выглядел очень плохо: был сине-лиловым и почти полностью опухшим.
Почему он здесь? Чонгук позвонил ему?
Словно услышав мои мысли, Чонгук поднял голову. Улыбка расползлась по его лицу, а затем мгновенно исчезла, когда он увидел повязку на руке Джису.
Мы подошли к ним. Джису рядом со мной переминалась с ноги на ногу. Я никогда не видела ее такой смущенной.
— Как мы похожи, – пробормотала она, поднимая свою перевязанную руку. – Словно банда головорезов.
Тэхён усмехнулся, что выглядело довольно устрашающе с его опухшим глазом.
— Как довольно невезучая банда головорезов. А Дженни – наша хозяйка или что-то в этом роде. В конце концов, она единственная без травм.
— Тэхён, – проворчал Чонгук сквозь зубы.
— Я, конечно, мог бы помочь и поставить тебе несколько синяков, чтобы ты выглядела, как вся остальная банда. Что думаешь?
Чонгук сильно ударил его кулаком по плечу.
— О черт, чувак! Обязательно надо было? – застонал Тэхён, потирая ушибленное место.
— Да, – хором ответили мы.
Сразу после этого мы все разразились хохотом.