Остатки прошлого

Мне было скучно до смерти. Наш преподаватель, очевидно, позавтракал демотивацией и читал нам неинтересные исторические факты из заранее подготовленной презентации.

Чонгуку, сидевшему на краю в нескольких рядах от меня, казалось, было так же скучно, как и мне. Всякий раз, когда я украдкой смотрела на него, он играл на своем телефоне или раздраженно пялился в потолок душного лекционного зала. Я старалась не смотреть на него слишком очевидно, но, как всегда, его руки мешали мне. Футболка, которую он надел, выставляла напоказ его мышцы, особенно когда он скрещивал руки на груди или закидывал их за голову. Знание того, каково это, когда они касаются моего обнаженного тела, чуть не заставило меня пускать слюни на парту.

Внезапно мой телефон засветился.

«Прекрати так смотреть на меня».

Я усмехнулась и подняла глаза, но Чонгук, похоже, внимательно следил за презентацией лектора.

«Почему же?» – набрала я и нажала отправить.

Его ответ не заставил себя ждать.

«Потому что ты, конечно, не хочешь, чтобы я набросился на тебя на глазах у всех».

Мне стало жарко. Подняв брови, я уставилась на Чонгука, и на этот раз я поймала его взгляд.

«Кто сказал, что я не хочу этого?»

Я видела, как он беспокойно ерзал туда-сюда по своему месту, читая мои сообщения.

«Посмотри, что ты наделала».

Я усмехнулась.

«Если хочешь, я позабочусь об этом позже».

Он рассмеялся, но тут же прижал руку ко рту, чтобы не привлекать внимания лектора.

«Почему бы тебе не прийти и не позаботиться обо мне сейчас?»

«Не думаю, что другие ученики особенно обрадуются этому зрелищу».

«Пузырик, кто бы не обрадовался твоей голой попке?»

Я почувствовала, как от моих щек жар распространяется по всему телу. Усилием воли я смогла удержаться от того, чтобы не взглянуть на Чонгука.

«Моя голая попка принадлежит только тебе», – напечатала я. Затем посмотрела на текст и наморщила нос. Нет, в этом действительно было много лишнего. Я удалила сообщение, заблокировала телефон и положила его обратно на стол. Тут же он снова засветился.

«Могу поспорить, ты только что набрала что-то очень грязное, Пузырик».

«Нет».

«И все же. Я видел это у тебя на носу. Ты морщишь его, когда тебе стыдно».

«Неужели? Похоже, ты много обо мне знаешь».

«Да. В том числе и то, что ты захочешь вцепиться ногтями в мою спину, когда придешь домой».

Я сглотнула, и телефон выпал у меня из руки и грохнулся на стол. Я пробормотала извинения нашему преподавателю, который бросил на меня сердитый взгляд. Выключив телефон, я с высоко поднятой головой сунула его обратно в сумку, в самый дальний угол, чтобы не поддаться искушению еще раз взглянуть на него.

Когда я вышла из аудитории через час, Чонгук последовал за мной. Он взял меня за руку, и наши пальцы сплелись. В последние дни он часто это делал. Вообще, он прикасался ко мне всякий раз, когда ему представлялась возможность, независимо от того, кто стоял вокруг нас.

Мне это нравилось. Очень.

— Я хочу тебя. Сейчас, – шепнул он, когда мы вместе вышли на улицу, и коснулся губами моего виска.

— Неподходящее время. У меня другие планы.

— Ты просто злишься из-за того, что покраснела на лекции и выдала себя.

— Это... вовсе не так, – сказала я, неуклюже освобождаясь от его хватки.

Мы пришли на стоянку. Толпы людей стекались мимо нас в сторону столовой. Для нас это было последнее занятие дня, но оставалась еще целая гора домашних заданий, которые я хотела сделать до выходных.

— Иди сюда, – пробормотал Чонгук и в следующую секунду прижал меня к своему джипу.

Я почувствовала холодный металл пассажирской двери у себя за спиной. Чонгук обхватил руками мою талию и прижался ко мне. Потом он страстно поцеловал меня. Его язык прошел по моему, затем он втянул мою губу между зубами и кусал ее, пока я не застонала. Его рука скользнула под мой свитшот и провела по обнаженной коже. Приятная дрожь пробежала по всему телу.

— Чонгук, – с трудом выговорила я. – Люди вокруг.

Он пробормотал в мои губы:

— Тебе повезло, что ты в целости и сохранности вышла из аудитории.

Я улыбнулась и мягко оттолкнула его от себя. Его глаза потемнели, а дыхание участилось. За последние дни я многое узнала о нем, но главное, что он всегда и везде был готов к сексу.

— Может быть, мы немного прогуляемся? – тихо спросила я.

Он снова хмыкнул.

— Мне обязательно нужно написать эссе, но я бы очень хотела подняться на гору. И... после этого мы можем заняться другими вещами, – предложила я.

Чонгуку не нужно было говорить дважды. В одно мгновение он погрузил меня на пассажирское сиденье и поехал. Однако мы не дошли до того, чтобы воплотить наш план в жизнь. Нам не пришло в голову гулять или вообще вылезать из машины. Вместо этого мы стояли на краю горы, одна-единственная машина на много километров вокруг.

Я хотела мимолетно поцеловать его, но Чонгук не был парнем, которому можно подарить короткий поцелуй. Он зарылся рукой в мои волосы и прижал мой рот к своему так сильно, что мне пришлось застонать. А потом внезапно я оказалась у него на коленях. Я цеплялась за его плечи, пока он шарил под моим свитшотом.

— Я думала, мы собирались гулять, – выдохнула я ему прямо в губы.

— Ты хотела гулять, – поправил он меня, двигая бедрами, пока я не почуствовала его эрекцию сквозь джинсы. – А я просто хотел тебя.

Я откинулась на спинку кресла и посмотрела в его теплые глаза.

— Я твоя, – прошептала я, гладя на его покрытые щетиной щеки. – Твоя от корней волос до кончиков пальцев.

Его зрачки расширились. Потом он зарылся лицом в мою ключицу. Он что-то бормотал, и хотя я не понимала его, все равно знала, что он хочет мне сказать.

Я провела рукой по его шее, затем по затылку и обратно. Одним пальцем я приподняла его подбородок, чтобы он снова посмотрел на меня.

— Иди сюда, – хрипло прошептал он.

— Я ведь уже здесь.

— Я не это имею в виду.

Чонгук гладил рукой по моей талии, продолжая спускаться, пока не добрался до пояса моих штанов. Они были из эластичной ткани и хорошо подходили для пеших прогулок – или для того, чтобы их снял Чонгук одним ловким движением.

Я расстегнула ремень Чонгука и издала торжествующий звук, когда мне наконец удалось это, а затем быстро попыталась спустить штаны с боксерами настолько, насколько это было необходимо. Чонгук рассмеялся и потянулся, чтобы помочь мне.
Потом он поцеловал меня. Жадный и пылкий, как будто в его жизни не было никого другого, кого бы он хотел, и как будто он боялся, что в следующий момент кто-то может снова отнять меня у него.

— Иди сюда, – снова пробормотал он. Когда он успел надеть презерватив, я не знала, но мне было все равно. Я громко застонала, когда он притянул меня к себе и мучительно медленно скользнул внутрь.

Какое-то мгновение мы смотрели друг на друга, тяжело дыша. Затем Чонгук обхватил мои бедра. Я подняла таз, потом снова опустилась на него. Снова и снова, и снова, и Чонгук помог мне найти ритм для нас, хотя я чувствовала, как ему трудно сдерживаться и отдавать контроль мне.

Я смотрела Чонгуку в глаза, когда мы двигались друг к другу, и наши тела словно пылали. Никто из нас не отворачивался даже на секунду. Мы были зависимы друг от друга.

Наши движения стали быстрее, отчаяннее, и наше громкое дыхание наполнило авто.

В какой-то момент Чонгук простонал мое имя. Он обвил рукой мою спину, другой рукой зарылся в мои волосы. Затем он задвигался быстрее, жестче. Я дошла до пика чуть позже, его имя сорвалось с моих губ, и Чонгуксразу последовал за мной. Совершенно обессиленная, я опустилась на него. Мои ноги стали как ватные, я была словно не я. Только поцелуи Чонгука на моей ключице и его прикосновения к моей спине удерживали меня в реальности. Я улыбнулась в изгиб его шеи.

— Так мне нравится гораздо больше, – пробормотал парень.

Я неуклюже отодвинулась на соседнее кресло и вопросительно посмотрела на него.

— Я имею в виду заставить тебя улыбаться, а не плакать, – пробормотал он.

Я прислонилась своим лбом к его лбу и улыбнулась еще шире.