Хоркрукс

— В доме том Сергеева раньше жила! — "это же моя фамилия!-подумалось мне, но перебивать старушку я не стала — Померла она недавно, вот что! — от услышанного я впала в ступор. Кровь в моих венах снова застыла, как тогда в поезде. Всё вокруг будто исчезло. К глазам подступили слёзы.

— Мама умерла...? — переспросила я у женщины, чувствуя, как капля быстрым ручьём бежит по щеке.

— Ой... так ты Женька что-ли? — лицо старухи сильно изменилось. Она как будто пожалела, что сказала те слова. — Извини, девочка... я пойду пожалуй. — она быстро зашагала в неизвестном направлении и быстро скрылась из виду.

— Лёша-а!! — взвыла я, захлёбываясь в слезах. Сердце разрывало на части. Воздух стал заканчиваться, будто кто-то закрыл мне рот и нос. Брат крепко обнял меня, стоя в растерянности.

— Женя, послушай. — позвал меня он. - Я знаю, тебе сейчас очень плохо, но прошу, давай не будем останавливаться. Впереди очень много работы, мы не должны поддаваться чувствам. Только вспомни, что эта женщина сделала для тебя. Вот и именно, что ничего. Давай найдём её дом, и выясним, что случилось? — пытался он меня утешить. Я освободилась из его объятий, и дрожащими руками начала вытирать слёзы.

— Извини. Ты прав, нужно найти её дом.. — запинаясь, проговорила я. Мы не спеша пошли по тропке, рассматривая номера домов. Одиннадцатый, двенадцатый... — Вот он! — воскликнула я. Мы вошли в дом, на удивление, он был не заперт. Кругом пыль, а в воздухе пахло чем-то нехорошим. Всё было разложено по своим местам, но тут явно давно никто не живёт. Я поставила рюкзак на пол, и осматриваясь, прошла дальше порога. Пол скрипел и дрожал от каждого движения.

— Останемся здесь? — поинтересовался Лёша, следуя за мной по пятам.

— У нас и выбора особо нет. Остаёмся. — согласилась я.

К вечеру, всё уладилось. Брат топил печь, так как отопления в доме не было, а ноябрьские холода уже давали о себе знать. Я расстилала мамину пастель, ведь на полу мы спать не хотели. Чувствовала я себя ничтожно. Хоть и последний раз я видела мать десять лет назад, мне всё равно было больно от её потери. Каждый новый год она отправляла мне письма, где говорила, что скучает и хочет забрать меня. Я верила её словам и надеялась, что когда-нибудь уеду от тётушки Инны. Но, шли годы, а я до сих пор жила у тёти. В комнате неожиданно появился Лёша, наблюдая, как я взбиваю подушки.

— Уже теплее? — спросил он.

— Да, намного! Спасибо.. — ответила я, даже не смотря в его сторону.

— Грустишь из-за мамы?

— Да, Лёш! Мне очень грустно, что я потеряла её, так и не увидев. Всю жизнь надеялась, что рядом будет родная мать, а не строгая тётка. — начала жаловаться я, и понимая, что сейчас снова расплачусь, перевела тему: — Что у нас с ужином?

— Я обошёл всю местность, но магазинов так и не нашёл. — ответил он. Оставшись без ужина, мы готовились ко сну. Наконец можно было скинуть с себя несколько слоёв одежды, принять душ и лечь в чистую кровать. Пусть я так и осталась голодная, но от усталости этого не чувствовала.

— Спокойно ночи, братик — пожелала я, зарываясь в одеяло.

— И тебе, Женька — ответил Лёша и обнял меня, что бы согреться под холодным одеялом. Я медленно закрыла глаза, и тут же меня окутал сон. Не смотря на всё то, что случилось последние несколько дней, мне было очень спокойно. Брат всегда был причиной для спокойствия. Рядом с ним, я чувствовала себя защищённой. Он был старше всего на несколько месяцев, но по характеру и силе духа явно выше.

На утро мы были как бобры, прижаты друг к другу, дабы защититься от холода. Я встала с кровати, ступая на холодный пол. Лёша продолжил валяться в пастели, полностью забрав себе одеяло. Я пошла на кухню, по пути заглянув в ванную. Еды как не было, так и нет. Но от кучи негативных эмоций, о еде и мысли не было. Слишком много навалилось за последнее время. Я первым делом подошла к окну, дабы оценить обстановку. На улицах было пустынно и бродил густой туман. Кажется, туман здесь дело обычное. Из щелей дома сочился ледяной воздух. Не представляю, как в таких условиях жила моя мать. Мы только вчера топили печь, а температура в доме, как на улице. Через пару десятков минут моего обозрения в окно, послышались сонные стоны брата.

— Доброе утро, Лёша — повернулась я к нему, стараясь выдавить улыбку, но получилось с трудом.

— Доброе, сестрёнка. Думал, ты ещё спишь — сказал он, садясь за стол. — Что-то холодно у нас... — заметил брат

— Ладно, нам некогда церемониться. Нужно сходить и разведать, что тут да как. Так что одевайся, и выходим! — командовала я. Брат послушно ушёл собираться.

Как только мы переступили порог дома, нас встретил пробирающий до костей ветер. И даже роскошные Французские куртки особо не спасали. Вокруг было пусто, словно в этом месте давно никто не живёт.

— Почему здесь никого нет? Вроде же утро, все деревенские должны работать... — поинтересовался парнишка, заинтересованно оглядываясь.

— Думаю, они собирают пшено — отшутилась я, спускаясь с крыльца дома. Лёша покорно следовал за мной, издав что-то наподобие смеха.

— Куда ты собираешься идти? — спросил он.

— К церкви. — кратко объяснила я. — Думаю, там соберётся много народу, и у нас будет возможность расспросить о случившемся. — продолжила я

— Давай первым делом узнаем, где они берут продукты? Ещё день, и я помру с голоду. — жаловался брат, еле-еле поспевая за мной.

Мы вышли к концу улочки и завернули за угол, встретившись лицом к лицу с церковью. Здание было в очень плохом состоянии. Вся краска на стенах потрескалась, ступеньки развалились, а лавочки напротив входа были совсем плохие. Неожиданно около нас появилась та старушка, которая разговаривала с нами вчера

— Женя, ты как? — заботливо спросила она.

— Всё хорошо. Мы бы хотели разузнать об этом месте подробнее. Поделитесь с нами информацией? — быстро перевела я тему. Не хочу говорить по поводу матери.

— Ну что тут рассказывать... Каждый месяц стал народ умирать. То пропадали, то несчастные случаи, то ещё чего. Полиция и ездить сюда перестала. Всё здесь закрылось, и осталась я одна с Сергеевой. Она в большие города ездила, возила мне всё необходимое. — задумчиво рассказывала старушка.

— А из-за чего люди умирали? — переспросил брат

— Ходили слухи, что в лесу сила нечистая завелась. Все по-разному его описывали. Один говорил, что это тёмное, высокое, худое, безголовое тело. Другой, что ужасающий пёс, который жаждет крови. Вариантов куча было, я уже и не вспомню! Но вот что странно... Каждый, кто видел его, умирал вскоре. Как и Машка Сергеева. В тот вечер она сидела у меня, рассказывала, как добиралась домой и встретила его. На утро я увидела её окровавленное тело возле забора.. — старушка нахмурилась и закрыла рукой лицо — Она была единственная, кто остался в этом месте. Теперь я одна, и не знаю, что делать. — пока женщина рассказывала эту ужасную историю, я думала только о том, что тоже видела некого монстра. С каждой секундой мне становилось всё хуже. Сердце бешено стучало, в мыслях уже было куча версий, что со мной станет. Лёша внимательно посмотрел на меня, и кажется, тоже всё понял.

— Я тоже видела его... — дрожащим голосом залепетала я. Слёзы сами подступили к глазам. Руки задрожали. Я скоро умру, как все те, кто видел это существо.

— Женя, слушай сюда. — строго начал Лёша — Что бы ты сейчас не чувствовала, но поверь мне, всё не просто так. Ничего с тобой не случится! — он схватил меня за руку и повёл прочь — Спасибо вам за информацию. Мы пожалуй пойдём — абсолютно искренне говорил брат, оттаскивая меня оттуда.

Вечером всё было спокойнее. Лёша, как вчера, топил печь. Я молча наблюдала, как языки пламени обжигают её стены. Мне уже не было так спокойно, как до рассказала Зинаиды. И всё же, было тепло и приятно, что рядом есть Лёша

— Ездил в город, привёз продукты. – оповестил меня он, и удалился в коридор. Вернулся брат с набитым рюкзаком. — 3 рубля потратил.. – поделился Лёша, раскладывая на стол продукты. Их было не так много, но всё не обходимое есть.

— Хорошо, я сейчас что-нибудь приготовлю.. – я поднялась с пола, поскольку сидела напротив печи, и подошла к гарнитуру. Разобравшись с ужином, мы спокойно поели. Это было что-то нереальное. Мы сидели без еды уже несколько дней, и от голода были готовы падать в обморок. И даже обычная картошка, казалась блюдом высшего класса.  После трапезы, мы убрали посуду и направились в кровать. День выдался эмоциональным. Вопросов не стало меньше, а даже наоборот. Но самое странное, куда делась Зинаида? Она сидела в соседней комнате и попросту исчезла. Значит, и я далеко не в безопасности. 

Я долго не могла уснуть. Размышляла на счёт всего, ворочалась. Не выдержав, я выбежала на улицу и села на ступени крыльца. Мне было очень тяжело терпеть это всё: смерть мамы, угроза жизни, пропажа Зинаиды и наше положение с Лёшей. У нас нет ничего. Не денег, не собственности.. А вокруг непроходимый лес, в котором живёт какая-то дрянь. — Женя? — послышался обеспокоенный голос брата. — Ты чего на морозе сидишь? Пошли в дом... — позвал он меня

— Лёш, давай уедем к тётушке. Я не могу уже находиться здесь... 

— Даже не думай! У нас же было столько вопросов. — начал Лёша, садясь около меня. — Посмотри, что творится в этом месте. Разве ты бросишь это всё? 

— Тут никого больше нет, Лёш. Все умерли, и мы умрём. То существо, которое живёт здесь.. Это ты его не видел, и это ты не знаешь, какое она ужасное! Мы не сможем защититься сами... — я чувствовала, как по спине бегут мурашки

— Давно ли ты веришь в сказки сумасшедшей старухи? Все в этом месте померли, потому что здесь условий нет. Не магазинов, не развлечений, не больниц. Перестань накручивать себя! — вспылил брат

— Тогда что мы тут забыли..? — наверное, это был самый правильный вопрос. Не понимаю его... По его словам, никакой загадки нет. Тогда что нас тут держит? Нужно бежать со всех ног, и извиняться перед тётушкой Инной. Лёша молчал. Его взгляд устремился в низ, и он задумался. 

— Знаешь, я просто хочу свободы... — в пол голоса пробормотал он. Брат взял мою руку, рассматривая кольцо на указательном пальце. — От куда оно? — спросил он

— Зинаида дала.. Сказала, что поможет от беды.. — Лёша поднял на меня глаза и задумчиво замер. Он вглядывался в черты моего лица, и вскоре, остановился на губах. Мне стало не по себе. В воздухе залетела напряжённая атмосфера, и я быстро встала со ступени. Лёша подорвался за мной, и резко поцеловал. Мы оба застыли на месте, ощущая, как губы беспорядочно желают ещё. 

— Я влюблён в тебя с четырнадцати лет... — сквозь поцелуй признался брат. Я не испытывала того же, но... Разве можно влюбится в свою сестру? Это невозможно... Лёша крепко обнял меня, обхватывая руками плечи. Я лишь стояла на месте, не в силах ничего сказать.