Март

Апата стояла перед чистым зеркалом и смотрела в свои тусклые темные глаза.
– Я не верю... – прошипела она.
– Милая, она найдется. – Джек приобнял её за плечи, но Апата дернулась, словно тот обжог её. Каждое прикосновение мужа приносила ей ужасную боль, словно тот резал её своими пальцами. Собственного стыда и отвращения перед супругом было невозможно скрыть, как бы Апата ни старалась изображать счастливую семью. Она его не любит и не любила никогда, лишь согласилась выйти замуж чтоб поскорее сбежать из племени, живущего по старым законам в двадцатом веке!
Из кухни выбежала крохотная девочка, едва стоявшая на ногах. На глазу у неё было совсем маленькое белое бельмо, которое не делало её менее очаровательной. Апата проигнорировала дитя, лишь сомкнула крепче губы, набрала воздух через нос и прошипела:
– Как она могла пропасть?! Она клялась мне, что из дома не выйдет! Ясно же, люди пропадают?!
– Успокойся... Я понимаю, она твоя подруга...
– Веста была не просто моей подругой, она была мне ближе всех на свете! – рявкнула Апата, слегка приукрашивая информацию. Ближе всех на свете ей был тот, о ком Джек знать не должен. – Я в честь неё дочь назвала, а ты предлагаешь мне успокоиться, когда она пропала?! Я найду этих ублюдков и накажу их, ясно?!
– Милая, ты в последнее время слишком злая. Я не узнаю тебя... – прошептал Джек, подняв Весту на руки.
– Иди к дьяволу. – рявкнула Апата и хлопнула дверью и направилась к лифту. Она стукнула по сломанной на четвертом этаже кнопке и двери сразу отворились.
Через несколько секунд она уже стояла перед дверью на минус первом. На её прекрасном и молодом лице впервые засияла улыбка. Она осторожно постучалась, а затем коснулась ручки и вошла в комнату, где на кровати удобно лежал с книжкой Ашер Фурия. Владелец апартаментов, увидев девушку, кинулся к ней в объятия, крепко поцеловав возлюбленную в шею.
– От чего ты сегодня так бледна? – озабоченно спросил мистер Фурия, смастерив расстроенную гримасу.
– Веста пропала... – пробурчала Апата Оттум, уткнувшись Ашеру в плечо.
– Бедная девушка... Вы были близкими подругами? – промурлыкал Ашер, отстраняясь, чтобы вытереть слёзы любимой.
– Как ты понял, что я про подругу, а не дочь? – удивленно спросила Апата.
– Так... Если была бы дочь, ты была бы не так спокойна! Я же тебя знаю, перевернешь весь мир ради родных! – рассмеялась Фурия.
– И то верно. – шмыгнув носом ответила Апата.
Взгляд упал на тумбочку, на которой появились непонятные царапины, изородовавшие красивую лакированную поверхность.
– Что это такое? – нахмурилась девушка.
– Шёл с книгой, зачитался и грохнулся на пол! Пока вставал, поцарапал. – замурчал Ашер.
– Так они же горизонтальные, а если бы ты вставал, были бы вертикальные. – задумчиво ответила Апата.
– Ты с ума сходишь уже... Ну так вставал. Выпей чаю, полежи со мной, дорогая... – мяукнул Ашер.

Апата улеглась на кровать спиной к мужчине и начала медленно закрывать глаза, постепенно расфокусируя взгляд. Ашер гладил её по волосам и что-то шептал на ухо ей такое, от чего внизу живота пархали самые настоящие бабочки.
Вдруг, взгляд Апаты сфокусировался на блестнувшем на полу колечке. Она не могла произнести ни слова, уверенная, что это сон, но девушка понимала, что что-то идёт не так. Серебряное кольцом с ярким голубым камнем точно принадлежало Весте.

Апата открыла глаза когда Ашер уже ушёл. Она оглядела комнату каким-то новым, абсолютно свежем взглядом. Первым, на что она обратила внимание было место, где, как ей казалось, лежало кольцо Весты. Апата поднялась я поправила юбку своего черного бархатного платья и опустилась на пол. Кольца нигде не было.
Оттум протерла глаза, пытаясь развеять сон. Она не могла сомкнуть глаз дома, рядом с мужем. Чувство вины и стыда гложило её уже очень давно, поэтому она делала всё, чтобы снова сбежать в тайное убежище Ашера и заснуть возле любовника.
Апата поднялась с колен и, сонным шагом, решила обойти комнату чтобы хоть как-то взбодриться.
Её взгляд привлекла ваза, которая вот-вот должна была упать на пол. Апата метнулась к ней и успела схватить в полёте, прежде чем та разбилась бы. Девушка нервно выдохнула и поднялась на мысочки, чтобы вернуть вазу на месте, но вдруг, по сонной неосторожности, толкнула спиной большое зеркало в пол, опирающееся на стену. Зеркало покачнулось, Апата, в надежде не уронить его, дернулась. Ваза выскользнула из рук, от чего девушка взвизгнула и отпрыгнула в сторону. Зеркало вновь качнулось, от страха Апата кинулась ловить его, после чего, неосторожным движением локтя, с силой стукнула прямо в середину и с шумом и треском свалилась на пол. Зеркало, звякнув, начало трескаться паутиной прямо из центра. Апата подскачила взглянула на него и увидела свое отражение в осколках.
Девушка взяла зеркало по бокам, не боясь порезаться и опустила на пол.
«– Чёрт... – подумала Апата. – Ашер меня убьёт...»
Не успела она начать тревожиться из-за реакции возлюбленного, как её внимание привлекло другое. Прямо за зеркалом стояла маленькая дверь, словно расчитанная на человека ростом меньше 150 сантиметров. Апата дернула за ручку и дверь поддалась.

Её ужасу не было придела. То, что она увидела, было хуже всего на свете. В комнате стоял огромный шкаф, на полках которого стояли черепа разных размеров. Девушка, не боясь, подошла к ним. Апата, занимаясь черной магией, видела немало человеческих костей и на вид точно могла отличить подделку от настоящих. Перед ней точно были черепа живших когда-либо людей. Апата подняла указательный палец, тряссясь от страха и ужаса и начала вслух считать черепа.
На двадцать седьмом девушка сбилась и чуть не упала в обморок.
Оттум подошла к другому шкафу и открыла первый ящик. В нём было огромое количество различных женских украшений, мужских часов, детских цепочек и крестиков. На горе из золота лежало аккуратное серебрянное колечко с синим камнем.
Мысли путались, Апата не хотела верить своим глазам. Неужели её возлюбленный покрывает убийц всех пропавших людей в городе? Что здесь, в тайной комнате обычного человека, не ведьмы, не черномага, делают людские черепа? И главное почему он это скрывает.
Апата давно чувствовала что Ашер ведёт себя подозрительно, как только её розовые очки упали, и она начала воспринимать их отношения серьёзно, девушка ощущала, что Ашер многое скрывает, не договаривает. Пазл в голове сложился.
Апата, почувствовав неладное, выбежала из маленькой комнаты, вызвала лифт и вернулась домой, в свою квартиру. Проигнорировав мужа, девушка сразу потянулась за книгой заклинаний и своим дневником. Она стала осторожно и методично записывать всё, что сегодня увидела. Дома ей было не страшно, что Ашер настигнет её. Действовать надо было решительно. Её муж, Джек, был давним другом Ашера, а сама она хорошо общалась с женой любовника. Они дружили семьями и при Джеке Ашер не сможет заявиться к ней домой чтобы сделать что-то плохое.
Когда Апата закончила запись в дневнике, она потянулась за книгой заклинаний.
Книга перешла ей от бабушкиной знакомой, Керты. Циндейки, которая, по словам знакомых из деревни, жила вечно.
Бабушка рассказывала что однажды Керта нанесла на на целое поселение проклятие, запрещающее врать. Удушающее чувство паники и страха поглощало Апату. Она быстро нашла нужную страницу, но обнаружила, что рецепт раствора для снятия проклятья находится на вырванной странице.

Апата вырвала страницу на которой гордо красовалась надпись "Заговор на правду местности", закрыла книгу и убрала ее под подушку. Нужную страницу она вложила в дневник, гордо подписала под ней "Сегодня я сделаю это".
Апата, держа подмышкой дневник, вылетела из квартиры и спустилась к подвалу, где проводила время с Ашером.
Она обнаружила своего молодого человека там же, стоящего и в ступоре глядящего на разбитые вазу и зеркала и распахнутую дверь в тайную комнату.
– Что ты здесь сделала?! – рявкнул он, не поворачиваясь к девушке.
– Что ты сделал с этими людьми?! – закричала она необычно грубым голосом.
– Ничего! Я прикрывал других людей, они просто попросили хранить у себя это всё... – неожиданно ласково произнес Ашер.
Апата открыла дневник и громко начала зачитывать заклятие:
– nemo hic amplius
omnes mendaces non morietur
dum creaturae gutture tuo disperdam
nam omne mendacium dixit!
Молодые люди почувствовали, как пол под ними качнулся, в ушах зазвенело.
– Что ты несешь?! – закричал Ашер.
– Ты убил этих людей? – спросила Апата, еле стояв на ногах.
– Нет! – рявкнул Ашер и неожиданно разразился адским кашлем, разрывающем его глотку. На шее выступила кровь, сочивашаяся из появившейся неоткуда раны.
– Ты врешь... – пропищала Апата, медленно опускаясь на пол. – oblivisci omnia de illis
quasi non sit...
Ашер стоял не в силах произнести не слова. Он задыхался и глядел на собственные руки, которые были полностью в крови.
– Я люблю тебя. Все забудут о твоих убийствах... Никаких данных только... В полиции уже хранятся данные. Кто-то всё равно узнает правду... Я не знаю кто... – шептала она, лежа на полу. – Ты умрешь вместе со мной. О нашей смерти никто ничего не узнает. Только скажи мне правду...
– Я никого не... убивал... – Последний раз всхлипнул Ашер и шлепнулся на пол.
Апата подпозла к своему дневнику, выпавшему у неё из рук. Она достала вложенную в него ручку и кривым подчерком начала записывать всё, что только что произошло. Закончив запись, девушка начала ползком передвигаться к кровати. Она просунула его под покрывало и замертво упала на пол возле любимого.