The last thread between us [Куертов/Kuertov]

Сидеть в субботу на работе, пожалуй, самое отвратительное, что может быть в этой жизни. Но, увы, я не имею такой же нормированный график, как половина страны, поэтому уже битый час читаю сотню бумажек в надежде расправиться хотя бы с половиной скопившихся документов на рабочем столе. И, наверное, это единственное, что не даёт мне вновь погрузиться в панику от увиденного с утра сообщения от своего «тайного поклонника». На самом деле, меня не столь пугает содержание этих сообщений, сколько факт того, что этот человек практически всегда рядом со мной, а ещё то, что он знает намного больше, чем я и порой его советы заставляют меня засомневаться и подумать о последствиях своих действий наперёд. И если это я могу объяснить простой психологией то, насмешку моего мозга надо мной, который связывает этого «тайного поклонника» напрямую с Павлющиком я никак объяснить не могу, ведь нет даже хоть каких-то оснований для такого восприятия совсем неизвестного мне человека, хотя, наверное, его лучше назвать конченым психом.

— Давай сделаем перерыв, - Ярик заходит в кабинет с пакетами из доставки и ставит их на маленький холодильник в углу рядом с кофе машиной. Своим приходом парень отвлекает меня от мыслей, что накрывают, словно волна, стоит лишь на секунду отвлечься от работы.

— Ты пока доставай, а мне осталось совсем чуть-чуть, - я парирую парню рукой мол, ещё пару минут, а он недовольно фырчит.

— Да успеешь ты всё, - он шелестит пакетом и приносит ко мне контейнер с салатом. — Давай, убирай свои бумажки и поешь, - стоит прямо над душой, и я знаю, что он не даст мне закончить работу, а так и будет стоять в ожидании того, как я уберу мешающие бумаги.

— Ты ведь не отстанешь, - я тяжело вздыхаю и нажимаю на иконку сохранения в ворде, прежде чем всё же отодвинуть документы в сторону.

— Конечно, не отстану, ты должна поесть, заодно расскажешь о том, как сходила на мероприятие компании «Тайпан», да и о Кузнецовой тоже расскажи, - Ярик подмигивает мне, намекая на то, что он ждёт максимальных подробностей и ставит контейнер передо мной.

И я рассказываю ему всё в подробностях, но всё же утаиваю конфликт между Марселем и Владом, ну и не полностью рассказываю о том, как Павлющик шептал мне на ухо, доводя до мурашек. Коллега даже роняет вилку, услышав фамилию Марселя и с удивлением спрашивает «Ты правда его не знаешь?» , а когда я отрицательно киваю головой, он закрывает рот рукой со словами «Он буквально кумир пубертатных девочек в социальных сетях, один раз побывал на показе в Милане и все они упали ему в ноги». С его речи я начинаю смеяться, думая о том, что это основа в наше время. Когда я дохожу до вчерашнего диалога с Ульяной Кузнецовой, то на душе вновь становится неприятно, будто что-то липкое приклеилось намертво, а чтобы отклеить это, нужно приложить немало усилий. В глазах Ярослава с каждым моим словом искры становится всё меньше, а сострадания больше, не знаю только к кому именно. Ко мне, что пришлось слушать просьбы о помиловании дорогого душе супруга, совершившего жестокое убийство, или же к женщине, которая остаётся в позиции «удобной» жертвы, что не осознаёт, что является такой и продолжает прижимать стёкла розовых очков ближе к сетчатке глаза. Одно я знаю точно, нам двоим стало противно, парню от моего рассказа, а мне от воспоминания.

Так мы проводим наш обеденный перерыв, и когда подходит время убирать всё в мусорку и садиться вновь за работу, в наш кабинет заходит Майор.

— Следователь Панкова в мой кабинет, разговор есть, - мужчина не здоровается, лишь сухо бросает мне приказ и скрывается за дверью, оставляя нас с Ярославом, озадаченно глядеть друг на друга.

— Ты где-то опять оплошала?

— Да вроде нет... - я складываю контейнер в мусорный бак, а сама пытаюсь хотя бы предположить, в чём дело.

— Стоп, а ты отчёт то поменяла? – рыжеволосый вдруг вспоминает об отчёте, о допросе Кузнецова, а я осознаю, что ещё не успела до него добраться. Эта мысль вызывает громкий и тяжёлый вздох из груди. — Ты что забыла?

— Даже не начинай, я уже и так поняла, что полная дура, - я пытаюсь себя успокоить тем, что шанс на то, что получится объясниться перед Майором, достаточно высок, хотя понимание того, что мне светит выговор, всё равно было сильнее. — Ладно, как-нибудь решу, - поправляю воротник рубашки напротив небольшого зеркала и, сделав глубокий вдох, а затем выдох подхожу к двери. — Просто помолись за меня.

***

— Майор, вы хотели со мной поговорить? – я закрываю дверь за собой, а затем быстро проскальзываю к месту, напротив стола начальника.

— Да, Амелия, это насчёт вашего отчёта о допросе Льва Кузнецова, - и только от упоминания этого отчёта мне становится плохо, ладони начинают потеть, а сердце колотиться, словно сумасшедшее. — Дело в том, что...

— Извините! Я хотела его поменять, но не успела... - я перебиваю мужчину, оправдываюсь совершенно по-глупому в надежде, что сжалиться надо мной.

Вот только он говорит нечто неожиданное, то от чего мой мир явно переворачивается если не на 180⁰, то на 100⁰ точно.

— Нет, Амелия, этого делать не нужно. Я лишь хотел сказать, что встретиться с Сергеем Реуцковым будет весьма проблематично, - он откидывается на спинку стула и складывает руки на груди, а я пытаюсь понять послышалось ли мне то, что он сейчас сказал.

— Извините, я немного не понимаю... - я вытягиваю руку вперёд внутренней стороной ладони и слегка трясу ей от неверия. — Вы не против того, что я там написала? – и в ответ на мой вопрос я получаю утвердительный кивок головой.

— Верно, его давно пора поймать, - и вот эти слова кажутся мне ещё больше неожиданными. — Так вот, встретиться с Реуцковым будет сложно, но я смог уговорить его. Он будет ждать вас с Яриком в шесть вечера у себя в компании.

— Ох, я даже не знаю, что и сказать... - шоковое состояние так и не отпускает меня. ­

— Просто скажите спасибо.

— Точно. Спасибо, Майор! – я киваю головой в знак благодарности. — Тогда я могу идти?

— Да, конечно.

— Ещё раз спасибо! – благодарю мужчину ещё раз, когда собираюсь закрыть за собой дверь, но он меня останавливает.

— Будь осторожна, и пожалуйста, не наседай на него, если он не захочет отвечать на твой вопрос, так будет лучше... - Майор хоть и не выглядит взволнованным или обеспокоенным, но его страх выдают глаза, что открыты больше привычного, и видят, будто сквозь меня.

— Хорошо, я поняла, Майор.

Я выдыхаю лишь, когда отхожу от кабинета начальника на приличное расстояние. Но смешанные эмоции и чувства всё равно путают мысли, а ещё это напутствие в конце, оно нервирует больше всего. Наверное, это видно даже, по-моему, лицу, ведь как только я возвращаюсь обратно в наш кабинет, Ярослав сразу предлагает мне стакан воды.

— Не нужно, лучше собирайся нам нужно уже выезжать, - я отмахиваюсь от предложенной воды, лишь подхожу к вешалке и снимаю пальто с плечиков.

— Что-то случилось? Куда нам нужно? – парень задаёт множество вопросов, но всё же накидывает куртку на себя и выключает компьютер в экстренном порядке.

Я отвечаю ему только когда завожу своё авто. — Мы едем в компанию к Сергею Реуцкову.

— Понял, - отвечает быстрее, чем успевает проанализировать сказанные мною слова. — Подожди! К кому ещё раз? Мне же не послышалось?

— Нет, не послышалось, - на секунду поворачиваю голову на парня и мотаю головой из стороны в сторону, и, конечно же, получаю вопросы о том, как это получилось. На ответы я трачу всё время дороги до компании «Каракурт».

***

— Вам назначено? – девушка за стойкой на первом этаже внушительных размеров здания складывает ладонь на ладонь в районе низа живота.

— Да, я из Следственного Комитета следователь Панкова, у нас встреча с господином Реуцковым в шесть вечера, - я демонстрирую ей свою красную корочку, и получаю в ответ кивок головой.

— Секунду, я уточню, - она показывает нам палец, поднятый вверх в жесте «секунду» и набирает кому-то по стационарному телефону. И пока она говорит миллион раз «да», я рассматриваю первый этаж внимательнее и только сейчас замечаю огромное количество охраны, если примерно подсчитать, то охранников тут около 24 человек. Они разбиты по парам, а ещё зачем-то останавливают работников компании в любом случайном месте и проверяют их карманы. Похоже, Реуцков чего-то очень сильно боится, а точнее кого-то, и я даже могу предположить кого именно. Ведь готова поклясться собственными зубами, что все мои предположения верны, как минимум на 91%.

— Вы можете пройти на шестой этаж, там вас сориентирует секретарь Сергея, - девушка показывает ладонью в сторону лифта, а я благодарно киваю.

— Спасибо.

— Тебе не кажется, что здесь какая-то напряжённая атмосфера? – Ярослав шепчет мне на ухо, намереваясь быть услышанным в забитом лифте. — Нет, ты посмотри на лица охранников, у них же на лбу написано, что они уголовники.

— Не плети ерунду, - шепчу парню в ответ, но голос норовит надорваться от паники, которую я так умело, скрываю внутри себя.

Лифт. Лишь одного этого слова хватает, чтобы мои пальцы задрожали, а во рту всё пересохло.

Но как бы я ненавидела всё это, мне приходиться из него выйти и лишь когда я переступаю через щель между кабиной и полом, на душе становится спокойно. Я так боялась увидеть те же лица вновь.

— Всё хорошо? – Ярик останавливает меня, хватая за локоть. — Ты вся бледная.

— Всё в порядке, там просто душно было, - отмахиваюсь и нагло вру от нежелания посвящать коллегу в свои проблемы и травмы. — Пойдём, нам нельзя опаздывать.

— Здравствуйте, вас уже ожидают в переговорной, - мужчина средних лет встречает нас прямо напротив лифта. Он одет в классический серый костюм, волосы сбриты почти под ноль, а на кончике носа сидят очки в прямоугольной оправе. — Позвольте провести вас туда.

— Будем благодарны, если вы сделаете это для нас.

— С радостью, - он улыбается нам, а затем разворачивается спиной и уверенными шагами направляется в нужную сторону.

Ведёт нас по длинному коридору с множеством окон в пол, за которыми в кабинетах сидят люди, они общаются между собой, пьют кофе, сплетничают, пока кто-то зарывается пальцами в густую шевелюру на голове и психует. Работа в офисе во всей красе. В мою голову сразу лезут воспоминания о первом годе работы, когда я ютилась в кабинете с другими офицерами, и это было настоящим адом, который запомнился мне звуком от дешёвой механической клавиатуры, стуком ложки о кружку во время помешивания сахара в сотой порции кофе, постоянно мерцающей лампой и кликом нажимной ручкой. Это то место и то время, в которое ты ни за что не захочешь вернуться. Никогда.

— Мы пришли, прошу, - мужчина открывает массивную стеклянную дверь и пропускает меня внутрь, а затем и Ярослава на что мы благодарно киваем.

— Здравствуйте, господин Реуцков, - я здороваюсь первая, улыбаюсь максимально искренне, хотя в моих глазах наверняка виден некий страх, ведь помимо мужчины, здесь ещё пять охранников. Сергей выглядит среди них, как стереотипный глава мафии, костюм винного цвета, золотые часы на левой руке, кольцо-печатка на указательном пальце правой руке, и русые волосы уложенные набок. Слишком много пафоса и напыщенности, что даже скулы начинает сводить.

— Здравствуйте, Амелия, присаживайтесь, - Сергей кивает в сторону стула напротив себя через стол, а затем обращает внимание на моего коллегу. — Вы тоже присаживайтесь, молодой человек.

— Я Ярослав, очень рад с вами познакомиться, это для меня большая честь, - рыжеволосый изображает восхищение, но даже я чувствую, что он переигрывает.

— Думаю, Майор предупредил вас о том, что я буду делать, так что надеюсь, вы готовы.

— Конечно, предупредил, иначе бы я не пошёл на эту встречу, - мужчина улыбается, отпивает из белоснежной кружки, по всей видимости, кофе, а я чувствую, как его сильная энергетика съедает меня и вселяет чувство опасности.

— Тогда начнём, - я киваю Ярику, а тот кивает в ответ и открывает блокнот, дабы записать вопросы и полученные на них ответы. — Вы знакомы со Львом Кузнецовым? Он был замечен на фотографиях с различных мероприятий, где Лев был вашим помощником.

— Да, мы знакомы, но он был лишь моим временным телохранителем и всё на этом, - Сергей откидывается на спинку стула, кладёт руки на подлокотники и смотрит так, будто заготовил все ответы заранее. — Неплохой мужчина.

— Но Лев по бумагам умер в прошлом году, а с работы в частном охранном предприятии уволился ещё четыре года назад, - я роюсь в сумку и достаю оттуда папку, в которой лежит доказательство их взаимодействия. — Так что, как вы можете объяснить его присутствие на фотографии месячной давности? – разворачиваю фотографию изображением к мужчине, а затем прошу одного из охранников передать его Реуцкову. — Передайте, пожалуйста.

— Оу, правда? Я даже понятия не имел, что он инсценировал свою смерть, - мужчина усмехается глядя на фото, а затем переводит взгляд на меня, и мы встречаемся глазами. В его коричневых глазах неприязнь и насмешка, а ещё необоснованная жалость. Смотрит так, будто я щенок, брошенный на обочину. — И это всё о чём вы хотели у меня спросить?

— Нет, не всё. Вы, наверное, знаете, что Кузнецов убил Василису Лихтич, модель и близкую подругу семьи Павлющик, владельцев компании «Тайпан». Дак к чему я это. У него не было причин и оснований делать это, наркотики он никогда не принимал, а в его досье нет даже привода за драку, - с моего лица пропадает улыбка, я прикладываю все силы, чтобы не упасть в этой игре в гляделки. — Но я прекрасно знаю, что он работал на вас, даже если вы отрицаете это, а вы находитесь в напряжённых отношениях с Павлющиками. Поэтому я думаю, что вам не составило бы труда заставить кого-то убить близкого человека семьи врага, не так ли? Я ведь нигде не ошиблась, Сергей? – я склоняю голову вбок и тихо хихикаю, а мужчина лишь молча смотрит на меня, пока я наблюдаю за тем, как начинают набухать вены на его шее, а мышцы челюсти виднеются под кожей из-за напряжения. Похоже, моя прямолинейность его разозлила. — Почему вы молчите, господин? Я что-то сказала не так? Если да, то поправьте меня.

У меня всегда отказывали тормоза в моменты, когда лучше держать язык за зубами, ведь один неверный шаг в сторону и пуля пройдёт сквозь твою черепную коробку и закончит твою короткую и несчастную жизнь.

— Амелия, вы очень похожи на своего отца Эдуарда, такая же самоуверенная, - имя отца, сказанное чужим голосом звучит, как что-то инородное. Это непривычно и режет слуха, а ещё душу вместе с сердцем. Он что-то знает о моих родителях.

— Причём здесь мой отец? Вы пытаетесь уйти от вопроса? – я стараюсь не теряться от резкого потрясения, стараюсь выглядеть непоколебимой, но вот только если кто-то посмотрит под стол, то сможет увидеть, с какой силой я сжимаю кулаки. И всё это ради того, чтобы не оказаться слабой и раненой в самое сердце на глазах у человека, который смеётся во весь голос.

— О, нет, вы его полная копия! Это восхищает. Характер отца, а внешность матери, одной из самых красивых женщин, что я встречал. Потрясающе... - Сергей выглядит довольным, даже восхищённым, вот только улыбка спадает с его лица, как только я задаю один и тот же вопрос в сотый раз.

— Почему вы пытаетесь уйти от вопроса? Неужели стыдно признаться, что играете грязно?

— И закончишь ты точно так же как и он, - он отводит взгляд в сторону, а я чувствую, как ком встаёт поперёк горла, он перекрывает воздух, усиливая пред паническое состояние из-за которого мыслительные процессы протекают с меньшей скоростью. Тебе кажется, будто ты проваливаешься в пространстве, застревая в кубе из своих ощущений.

— Да что вы знаете?! – я не выдерживаю, вскакиваю со стула, а моя грудь тяжело вздымается. — Какое это отношение вообще имеет к нашему разговору? Не хотите признавать правду, тогда так бы и сказали! – я чувствую, как Ярик дёргает меня за рукав вниз, прося сесть обратно. Только вот мой предохранитель сгорел до пепла, и я на грани.

— Точно умрёшь, как он, - Сергей вдруг поднимается со стула и поправляет манжеты рубашки выглядывающей из-под пиджака. — Вам, людям, что не умеют закрывать глаза и жить по уже установленным правилам суждено умереть быстро и без подготовки, - он медленно идёт ко мне, смотрит прямо в глаза, а когда останавливается позади, кладёт руку на моё плечо, от чего по спине пробегает холодок морозящий кожу и кости. — Так что, советую, думать о том, что говоришь, что делаешь и куда пытаешься пробраться. Сделай так, чтобы твои родители на небесах не стали думать, что ты несёшь их бремя на своих хрупких плечах, – его слова заставляют меня гулко сглотнуть, а Ярослава крепче сжать в своей руке рукав моего пиджака. — А теперь, прошу меня извинить, мне нужно на встречу. Рад был встретить дочь давнего знакомого спустя столько времени, и буду рад увидеть как-нибудь ещё. Так что, как сможете спокойно поговорить и подберёте более подходящие слова, наберите моему секретарю, - Реуцков подходит к двери, оборачивается на меня, что следила за каждым его действием, словно сокол, и расплывается в улыбке. — До встречи, следователь Панкова, и вам, Ярослав, тоже до встречи. Подумайте о моих словах.

Хлопок двери, минута молчания и я сажусь обратно на стул, беззвучно плачу, не обращаю внимания на вопросы Ярослава, лишь думаю о том, сколько времени мне понадобится, чтобы привести бушующие чувства в норму. Я снова сорвалась, и снова жалею об этом. Кажется, это замкнутый круг, где я застряла навсегда.

Психотерапия дерьмо, если ты не знаешь всей правды, и лишь строишь иллюзию её наличия. И только что мужчина без зазрения совести сломал столь хрупкие стены этой иллюзии, выкидывая меня из комфортного пространства и заставляя засомневаться во всём и сразу.

Процесс переосмысления причины гибели родителей и их убийцы успешно запущен в моей голове, и я могу чувствовать, как маленькие шестерёнки медленно начинают набирать оборот, гарантируя мне бессонницу ближайшие дни. 

_______________________________________

потыкайте на звёздочку, заранее спасибо <3