ГЛАВА 3
КРОВЬ НА СТАРОМ ЛИСТЕ
Четверо детективов снова собрались в старом архиве, где они пытались найти хоть какой-то след. Райнер был в своём обычном состоянии — сдержанный, спокойный. Но даже его лицо начало терять ту твердость, которая всегда давала ему уверенность. Эмма нервно постукивала пальцами по столу, её глаза были пустыми, как если бы она только что проснулась в кошмаре. Лео сидел, не двигаясь, словно ожидая чего-то.
Вся атмосфера пропиталась напряжением. Каждый знал, что кто-то из них будет следующим. Никто не сказал этого вслух, но каждый чувствовал это в воздухе.
Ингрид стояла у окна, её тень падала на стену. Внезапно её рука сжалась в кулак. Она выглядела странно... пустой. Как будто она пыталась подавить что-то внутри себя.
— Мы не можем продолжать так, — наконец сказал Райнер. — Кто-то из нас... не выдержит. Мы должны быть готовы к худшему.
Эмма открыла рот, чтобы что-то сказать, но внезапно она остановилась. Она посмотрела на двери, которые были заперты. Но в них не было никого.
Тишина.
Только звук дождя за окном и едва слышный щелчок чего-то, что пронзило тишину. Это было не громкое, но очень резкое — как будто стекло треснуло.
— Эмма? — позвал Райнер, подходя ближе. Он почувствовал что-то странное. Она стояла и смотрела в окно, её лицо было побледневшим, глаза... полными страха.
И тогда все услышали звук. Глубокий, неестественный.
Это был... стук.
Никто не успел повернуться. Дверь взорвалась, и кто-то вбежал в комнату.
Мэйс. Джон. Он влетел в комнату, без сознания, его лицо было искажено. В его груди зияла ужасная рана — глубокая, жуткая, как будто кто-то вырвал часть его изнутри.
Его руки держались за сердце, которое болталось на ремнях, сделанных из проволоки, висящих на шее, словно тяжёлые, металлические ошейники.
В его горле висел металлический замок. Челюсти были разжаты.
Кровь, что пролилась на пол, образовывала ещё одну странную надпись.
«Ты знал. Ты знал, но продолжал читать.»
Эмма бросилась к Джону, но он уже не дышал. Его тело было холодным, безжизненным, и его глаза, которые смотрели прямо на неё, были полны ужаса.
Райнер встал, не говоря ни слова. Он вытащил книгу из кармана.
Она была... повреждена. Её страницы были черны. Но, как всегда, на последней было что-то новое.
Там было имя Джона. И маленькие, скромные слова.
«Следующий»
*****
Они все знали, что Джон Мэйс не был просто случайной жертвой. Он был выбран. И теперь в их рядах остался только трое — Райнер, Эмма и Ингрид. Последняя страница из книги, которую они теперь тщательно изучали, говорила о том, что их время уходит.
Ингрид сидела в углу, не двигаясь. Её лицо было мёртвым, глаза не мигающие, как будто она была в трансе. Райнер стоял у окна, пытаясь разобраться в сложной паутине, которую оставлял убийца.
— Он не просто следит за нами, — сказал Райнер, глядя на страницу. — Он знает нас. Знает, о чём мы думаем.
Эмма стояла рядом, нервно держа в руках лист бумаги.
— Я не могу больше. Не могу, Райнер. Мы все сошли с ума. Мы только читаем, но не понимаем. Мы играем в игру, в которой уже потеряли.
— Тебе не нравится результат, — проговорил он, сдерживая тревогу в голосе. — Мы все в игре. Теперь ты должна решить, закончишь ли ты её.
Звук шагов в коридоре заставил их всех насторожиться.
— Кто это? — спросила Эмма, нервно взглянув на дверь.
Ингрид снова встала, резко, как будто её что-то толкнуло. Она двинулась к двери.
— Это не важно, — сказала она тихо. — Мы все погибнем. Неважно, кто будет следующим.
Она открыла дверь.
И вот он был — Лео.
Но он был не таким, каким они его помнили.
Его лицо было обезображено. На лбу — кровавое пятно, как от удара, его губы были разрезаны, а глаза... глаза были пустыми, как будто внутри него не осталось ничего человеческого.
Он шагнул внутрь, но не сказал ни слова.
Ингрид вскрикнула, когда Лео достал нож, длинный и остриё которого блеснуло в тусклом свете.
— Лео, что ты делаешь? — крикнула Эмма, но было слишком поздно.
Он шагнул к ней, не замедляя шагов, как будто был одержим. Она пыталась отскочить, но нож был уже в её животе.
Ингрид схватила нож, вцепилась в его рукоятку, пытаясь вырвать оружие из его рук. Но он был сильнее. Она почувствовала, как кровь пропитала её пальцы.
И тогда она посмотрела ему в глаза.
Те глаза.
Он был мёртв. Его тело двигалось, но не по собственной воле.
— Он не был этим человеком, — сказала Ингрид, всё ещё держа нож в руках. — Он был кем-то другим.
Она выбросила нож на пол.
И уже не было времени думать о том, что же с ними происходит.
Но эта сцена оставила неизгладимый след. Кровь, скапливающаяся на полу, медленно растекалась по коридору, оставляя следы, словно комикс. И в этом комиксе были их имена.