Пролог
Погода в конце ноября была капризной. С утра лил мелкий дождик, а ближе к обеду появлялись солнечные лучики и высушивали образовавшиеся утром лужи. Небо покрывалось тяжелыми чернильными облаками, из которых так и норовил пролиться ливень, а может даже и снег с дождем, а временами расчищалось и окрашивалось в цвет морской волны, которая яростно разбивалась о приморские скалы.
В раннее утро Дня Благодарения весь Кембридж кипел: мужчины стояли в огромный километровых пробках и сигналили, торопя линию автомобилей и думая, что это поможет. Они спешили домой к своим женам и детям, чтобы отдать первым продукты, а вторым вручить подарки, которые принято вручать близким. Пока мужья негодовали, их жены бегали по кухне и готовили всякие вкусности, которые подадут вечером на ужин, а затем поблагодарят Бога за урожайный для них год.
Самым главным и ожидаемым блюдом на столах почти всех семей в Америке, безусловно, является индейка. Рецепт знает каждая уважающая себе домохозяйка. Большую, жирную, пятикилограммовую птицу натирают чесноком и тертым перцем, который лучше не вдыхать, чтобы не сжечь всю слизистую носа. Затем ее маринуют в бульоне со специями и зеленушкой: сельдереем, душистым лавровым листом, петрушкой и горошинками черного перца. Когда птица выстоит пару часиков, ее помещают в духовку и готовят до рыжей корочку, с которой стекает жир. Индейка источает весь спектр запахов: от пряного и терпкого запаха шалфея до свежего аромата тимьяна.
Другое излюбленное блюдо на День Благодарения – стаффинг, сочная хлебная начинка к индейке. Сочность стаффингу придают сухарики, которые пропитаны маслом и специями: шалфеем, розмарином и тимьяном. Он источает великолепные ароматы лука и сельдерея, которые известны каждому американцу с рождения.
В магазинах на полках выставлено много маленьких и больших баночек с красной жидкостью – клюквенным соусом. Студенты и просто ленивые люди покупают уже готовый продукт, но все же большинство предпочитает приготовить клюквенное блаженство своими руками. Кому-то клюквенный соус может показаться какофонией вкусов: здесь и ягодные нотки, и кислинка, которая появляется в соусе благодаря добавлению апельсина, и сладость, и терпкость клюквы.
Семья Райт из поколения в поколение передавала рецепты этих великолепных блюд.
Дверной звонок затрещал, так как был сломан и Итан до сих пор не мог починить его, за что и получал часто от своей любимой жены, Анжелы Райт. Она, вытерев руки о свой фартук, побежала к двери. Итан ввалился в небольшой коридорчик, который даже нельзя было назвать прихожей, держа в руках два огромных бумажных пакета с овощами, специями, соками. Анжела забрала один из них и быстренько утащила на кухню. Мистер Райт догнал ее и, оставив второй пакет на столе, пошел в ванную комнату мыть руки.
- Итан, ты не купил апельсины! – звонкий голос Анжелы, похожий на щебетание скворца, донесся с кухни. – Я же повторила два раза.
- Извини, милая, я забыл. – Мужчина вышел из ванной с полотенцем в руках. – Я помнил про апельсины до тех пор, пока не пересек двери «Волмарта». Я могу сбегать до рынка и узнать, осталось там хоть что-нибудь.
- Не надо, - остановила Анжела мужа, надевавшего свое коричневое твидовое пальто. – В этом году попробую сделать соус без использования цитрусовых.
- Как знаешь, - выдохнул мистер Райт. – Но помни, я тебе предлагал!
- Обязуюсь не гневаться на вас, Ваше Величество Король Итан I. Если я испорчу соус, то это будет полностью моя вина. – Она выделила голосом слово «полностью». – Иди к детям. Поиграй с ними, пока я буду готовить ужин.
Итан открыл дверь детской. Небольшая комнатка была выкрашена в пастельно зеленый цвет. На одной стене висели фотографии мальчиков в рамках с изображениями животных. На полу, устланном ковром, было разбросано кучу игрушек: и деревянные паровозики, и машины, и медведи. В углу, рядом с не заправленной кроватью Уильяма, стоял аквариум, в котором плавала одна единственная золотая рыбка – Дори. Окно хоть и было открыто, в спальне мальчишек стоял запах альпийских лугов.
«Неплохой освежитель воздуха я все-таки урвал на распродаже.»
- Папа, - два мальчика: Гарри и Уильям отвлеклись от игры.
- Ты приехал, - мальчик с кудрявой головой и веснушками на лице бросился на шею отца. – Ты привез на подарки?!
- Привез, Уильям. Тебе и твоему брату. – После этих слов на лице Гарри засияла щербатая улыбка. – Но всему свое время. До ужина еще пять часов. Вам придется подождать.
- Эх, - Уильям вернулся к сборке своей железной дороги.
Уильям и Гарри были двойняшками. У них у обоих были рыжие кудрявые волосы и зеленые глаза, доставшиеся им от мисс Райт. Различие их было не только в том, что у Уильяма были веснушки, коих не было у Гарри, но и в характере: Гарри с рождения был спокойным малышом, в то время как Уильям спокойствием не отличался - уже в роддоме он поднял всех на ноги своим криком.
- Вы поиграете сами? Или мне присоединиться к вам?
- Нет, па, - тихо произнес Гарри. – Ты можешь идти.
Итан кивнул и закрыл за собой дверь. Прислушавшись к шуму кастрюль, ножей и воды, который доносился из кухни, он завернул налево и зашел в его с Анжелой спальню. Улегшись на большую двуспальную кровать и оперев голову о мягкое изголовье, Итан взял пульт в руки и включил телевизор.
«Посмотрю что-нибудь. Убью время» - подумал мистер Райт.
Переключив несколько каналов, Итан понял, что сегодня смотреть ему нечего. Кулинарные программы, слезливые мелодрамы и романтические комедии не интересовали его. Он любил смотреть детективы или ужастики, которые всегда смотрел в одиночестве, потому что Анжела боится их до жути, а мальчики еще слишком малы. Итан перевернулся на бок и задремал.
Через четыре часа погода на улице снова изменилась. Черные грозовые тучи накрыли желтое ноябрьское солнце, и начался сильный ливень. Затем ударил гром, который разбудил мужчину. Он подошел к окну и посмотрел на подоконник, от которого отбивали неладную мелодию.
-Смотри, град начался. – Итан обернулся на вошедшую в комнату жену.
- Так вот что так стучит по стеклам, - Анжела открыла шкаф и начала выбирать платье для ужина. Длинное атласное платье в пол, хлопковое белое платье, синее платье с открытыми плечами. «Все не то» - произнесла у себя в голове мисс Райт. «Хоть прям в мешок для картошки одевайся» ... - Итан, как тебе это платье? – наконец найдя то, что ей нужно: легкое льняное желтое платье до колен, она с радостью на лице продемонстрировала его мужу.
- Как всегда прекрасна, - после этих слов на щечках Анжелы появился заметный румянец.
Положив платье на танкетку у кровати, она подошла к мистеру Райту и обняла его, прижавшись щекой к его груди.
- Я тебя люблю, Итан.
Обняв в ее ответ, он повторил слова жены:
- Я тебя тоже люблю.
- Черт! – Анжела отпрянула от мужчины и посмотрела в его глаза цвета кофе. – На улице остались горшки с цветами, которые нам подарила бабушка на годовщину. Их же сейчас побьет град. Спустись и забери их, пожалуйста.
Мистер Райт кивнул и перед уходом поцеловал жену в щеку. Накинув свое твидовое пальто и взяв черный зонт, он выбежал из квартиры и мигом спустился вниз по винтовой лестнице. Через секунду после того, как он оказался на улице, его два раза стукнуло по голове льдинками. Он раскрыл зонт и завернул за угол в поисках горшков с цветами. Они стояли рядом с промокшими коробками соседей, бережно накрытые пленкой.
Взяв в одну руку горшок с орхидеями, а в другую – с розами, Итан направился обратно к лестнице, ведущей в подъезд. Но подняться по ней он не успел. Глиняный горшок упал и разбился на осколки, а земля, смешавшись с дождем, превратилась в грязь. На белой ткани футболки появилось алое кровавое пятно, а из груди торчал нож. Итан упал на ступеньки и сильно ударился головой о бетон. Из пробитой головы потекла кровь. Вниз по лестнице тонкой струйкой бежала темно-красная вязкая жидкость, которая смешивалась с дождем. Последним, что увидел мистер Райт, было то, как человек, облаченный в черное пальто и маску, навис над ним, а затем почувствовал боль, пронзающую тело от пальцев рук до ног. Человек в черном безжалостно вырвал его карий глаз. Кровь фонтаном хлынула из появившейся дыры.
Гарри и Уильям потеряли отца. Анжела потеряла своего горячо любимого мужа. И будет еще много потерь, потому что Кембридж не знал, с каким врагом он столкнулся.