Eternal

Густой туман заполнил комнату, не давая возможности видеть дальше вытянутой руки. Только тонкая свеча в руке развеивала мрак помещения и показывала малейший проблеск жизни в могильной тьме и холоде. Огонёк свечи дрожал, предчувствуя ужас нагнетающей обстановки.

Серебро волос светилось холодным светом, который мерк в толще тумана и растворялся, будто Луна была совсем не могущественными существом. Отражение в зеркале тряслось. Раздался резкий щелчок. Стекло лопнуло, по нему поползли трещины, которые вырисовывали силуэт Луны.

Девушка нервно сглотнула, попятилась назад, едва ли не роняя свечу. Ветер, словно лед, пронзал спину своими острыми иглами. Пока в спину не упёрлась чья-то рука.

– Страшно, да? – томно спросил глубокий женский голос, от которого мурашки бежали по коже.

Луна вздрогнула и отшатнулась вперед, резко развернувшись и посмотрев на существо в свете томного маленького огонька. Черные блестящие волосы мерцали звёздами в ясном ночном небе, а бледное лицо покрылось трещинами. Девушка присмотрелась, щурясь и пытаясь разобрать черты лица. Сердце в груди сжималось, колени подкашивались; существо подняло руку и туман в одно мгновение рассеялся.

– Как тебе твой облик? – на синих губах появилась ухмылка.

Она молчала, не в силах издать ни единого звука. Существо хищно усмехнулось и клацнуло зубами.

– Ты не понимаешь, кто я? Глупая.
Холодная чёрная рука потянулась к щеке Луны, которая замерла на месте. Черные вены пульсировали на шее и лице, а смольная кровь растекалась по телу.

– Присмотрись повнимательнее, – она рывком развернула девушку к зеркалу и крепко взяла за плечи. – Смотри.

Они были похожи, как две капли воды. То же лицо, тело, изумрудные глаза и милая добрая улыбка. Пока улыбка не сменилась оскалом, а тьма снова не поглотила всё тело, не оставив почти ничего живого. Лицо вновь потрескалось, а руки, как и белки глаз, почернели.

– Ты же не такая глупая, Луна. Подумай, посмотри, – шептал на ухо томный голос с усмешкой.

– Ты как я...

– Да, мой цветочек зла, я – это ты. Ты же знаешь, что у Луны есть две стороны, верно? А вместе одни составляют одно целое. Как мы с тобой.

Она отошла от Луны и повернула к себе лицом, смеясь с холодом и колкими нотками. Зрачки-щелки расширялись и снова сужались, а взгляд заставлял сердце замирать и падать в бездну.

– Я – твоя вторая сторона, мой цветочек. И я всегда рядом с тобой. Поглощаю тебя, как ночь день, заставляю подчиниться и забыть себя прежнюю.

– Ты – не я. Я не тьма, – ее шёпот растворялся где-то в воздухе, так что Луна не слышала сама себя.

– Нет, цветочек, ты не тьма, но тьма – часть тебя. Я часть тебя, тебе от этого не избавиться. Я долго спала, дожидаясь, пока ты наберешься сил. Чтобы в один момент вернуть себе.

– Замолчи!

– Настанет момент, когда тьма поглотит твою душу и тело, не оставив ничего для света. И тогда ты познаешь истинную боль.

– Прошу, молчи!

– Запомни, я всегда буду позади тебя, буду тенью твоей прекрасной светлой души цвета первого снега и северного хлада, – ее шёпот был похож на шипение змеи, которая готовится выплеснуть яд. – Я всегда буду рядом, цветочек зла. И я молчу, а говоришь... ты.

Луна моргнула, выходя из транса. Ее губы сомкнулись после последнего слова. Она стояла в комнате перед зеркалом, смотря в свои глаза, зрачки которых расширились и заблестели от подступивших слёз.

Зеркало с громким треском рассыпалось на десятки осколков, а на костяшках пальцев выступила алая кровь. Солнце вбежал в комнату и, осмотрев всё, сел рядом с девушкой на колени, крепко обнимая за плечи и осматривая руки.

– Милая, что ты сделала? – дрожащий напряженный голос выдавал его беспокойство, которое затмило разум дневного светила.

– Она – это я. Она здесь. Она захватит меня.

– Кто она, милая? Ты о ком? Давай я забинтую руки, кровь капает.