Глава 36
Утром Со Ён привезла подруге одежду, помогла собраться и подготовиться к пресс-конференции. Из-за сломанной руки даже обычные действия казались невыполнимыми. Тея заметно нервничала перед встречей с журналистами. Со Ён видела, как она часто постукивала пальцами по какой-либо поверхности или дергала ногой, хотя обычно сама раздражалась, когда кто-то рядом так делал.
— Ты рассказывала родителям о том, что произошло? — спросила Ён, помогая Тее надеть рубашку.
— Я похожа на сумасшедшую? Если они узнают хотя бы про часть всей этой истории, то нам всем придет конец. И Тэ Уну, и мне, и даже его агентству.
Ён усмехнулась. Она достаточно хорошо знала родителей подруги, чтобы поверить в ее слова.
— Что ты все это время говорила им?
— Что я на стажировке в Сеуле. Послали от университета, — ответила Тея, поправляя выбившиеся из хвоста пряди волос, — не скажу же я маме...или еще хуже папе, что я уехала работать телохранителем.
— Твой отец бы убил нас.
Тея и Ён повернулись на голос Дон Мина. Парень стоял в проеме двери, облокотившись на косяк.
— Готовы? — спросил он, указывая взглядом на часы, — нужно ехать на эту чертову встречу с журналистами.
Тея грустно вздохнула и кивнула. Она расстроилась, что не смогла увидеться с Тэ Уном до того, как он утром ушел. Когда она проснулась, его рядом уже не было. Только на столике возле кровати лежали цветы и записка: «Увидимся на пресс-конференции. P.S. спасибо за то, что охраняла мой сон».
— Постарайтесь к нам больше не попадать, и откажитесь от физических нагрузок на ближайшие две недели, — сказал напоследок врач, когда Тея уже выходила из больницы, — но приезжайте на рентген!
Она улыбнулась ему и направилась в сторону такси, где ее уже ждали друзья. На заднем сидении с ней рядом сидела Со Ён.
— Все будет в пор...— начала было она, но Тея ее прервала.
— Больше не произносите при мне фразу «в порядке», иначе я за себя не отвечаю, — проворчала она, незаметно вытирая взмокшие ладони о брюки.
Тея жутко нервничала и всю дорогу ерзала на сидении, словно не могла найти себе места. Мелькающий за окном вид утреннего Сеула уже не так привлекал ее, как раньше. Все вокруг вдруг стало для нее одним большим напоминанием о том, что через час ей придется сидеть перед десятком камер и отвечать на вопросы прессы. Она чуть наклонила голову вниз и надавила пальцами на правый висок, пытаясь заставить себя сосредоточиться и не нервничать. Но ее мысли продолжали хаотично скакать в голове, вызывая только раздражение. Дорога ей казалась бесконечной. И где-то в глубине души Тея надеялась, что она никогда не закончится и ей не придется ехать в агентство.
— Пойдете со мной? — взмолилась она, обращаясь к друзьям, когда машина все-таки остановилась у нужного здания.
Оно показалось Тее вдвое больше и неуютнее, чем раньше.
— А ты думаешь, мы тебя одну пустим? — сказал Дон Мин, вылезая из машины, попутно ударившись головой о крышу.
Он тихо выругался, потирая ладонью ушибленное место. Нервозность Теи передалась и ему. Его единственным желанием было засудить агентство айдола и отправиться спокойно в Пусан, но Тея не позволила ему осуществить этот план. Она снова хотела разобраться во всем сама, даже несмотря на то, что от волнения у нее дрожали руки. В холле Тею, Со Ён и Дон Мина встретил менеджер Чхве. И судя по его лицу, прошлой ночью он не спал.
— Я точно уволюсь, — вместо приветствия сказал он, когда увидел Тею.
Она немного опешила и смущенно улыбнулась, когда он ее обнял. Несмотря на явную усталость, Чхве Тан был очень воодушевлен.
— Чему вы так радуетесь? — грустно спросила Тея, когда они шли по коридору в направлении большого зала для конференций.
— Тому, что это все закончится и я правда уволюсь, — ответил он, допивая кофе и выбрасывая по пути стаканчик в урну.
— Вы это серьезно? — удивленно переспросила Тея, аккуратно схватив менеджера за локоть, чтобы остановить, — вы правда хотите уйти?
Она была удивлена тому, насколько эта новость ее расстроила. Ей казалось, что тандем менеджера Чхве и Тэ Уна нельзя было разорвать.
— В этом дурдоме невозможно работать, — проворчал он, вытаскивая свой локоть из захвата Теи и немного подталкивая ее вперед, — мне дороже мои нервы, чем такая работа.
— А как же Тэ Ун?
— Как-нибудь справится, — беспечно ответил Чхве Тан.
Он завел Тею и ее друзей в небольшую комнату, из которой можно было сразу выйти в зал для конференций. За дверью уже слышался шум и множество голосов.
— Посиди пока, — менеджер указал Тее в сторону нескольких стульев, которые не вынесли в основной зал, — тебе еще никаких нагрузок нельзя.
— Я ж не кросс пробежала, — заупрямилась она, но Чхве Тан все равно указал ей на стулья.
Он принялся взволнованно ходить по комнате.
— Первым будет говорить директор Пак, затем Тэ Ун, а потом ты. Возможно, тебе повезет и у журналистов будет не так много вопросов, — менеджер на секунду замолчал, о чем-то задумавшись, и продолжил, — хотя кого я обманываю. У них всегда полно вопросов.
Тея разочарованно вздохнула. Когда она в прошлый раз разговаривала с прессой, то слышала в свой адрес кучу оскорблений и скользких вопросов. В этот раз она ждала чего-то пожестче.
— А где Тэ Ун? — спросила она, надеясь увидеть его до начала этого спектакля.
— Его мучают в кабинете совета директоров. Меня в этот раз туда не позвали.
Тея, расстроившись, закусила губу. Ей хотелось поговорить с айдолом, успеть сказать хоть что-нибудь. Она представила, как он стоит напротив Пак Со Джуна и слушает его указания, и от этой фантазии ее затошнило.
— Какова вероятность, что все будет хорошо?
— Нулевая, — вздохнув, ответил менеджер Чхве, пролистывая что-то в телефоне, — главное, чтобы это все просто закончилось.
Тея могла его понять. Вся бумажная волокита, все общение с журналистами и советом директоров лежало на Чхве Тане. Она даже не могла представить, насколько такая работа его утомляла.
В комнату неожиданно вошли Пак Со Джун и Тэ Ун. Тея столкнулась взглядом с айдолом и ободряюще улыбнулась. Ей хотелось его обнять, но она сдержала этот порыв, напоминая себе, что скоро всему наступит официальный конец. Директор Пак же смотрел на нее так, будто собирался придушить. В комнате стало душно и тесно из-за количества присутствующий. Дон Мин и Со Ён подошли ближе к Тее, чтобы встать между ней и Пак Со Джуном.
— Надеюсь, нам не стоит ждать каких-то сюрпризов, госпожа Дэвис? — обращаясь к Тее спросил Пак Со Джун и неприятно улыбнулся, — рад, что вас уже выписали.
Она подавила в себе желание ударить его здоровой рукой. Вместо этого Тея лишь ответила ему натянутой улыбкой, скопированной у него самого.
— Того же жду и от вас, — произнесла она, обходя своих друзей и подходя вплотную к нему.
Он лишь хмыкнул и нервно одернул рукава своего пиджака. Одновременно с пресс-конференцией у Теи началась головная боль. Она старалась успокоиться, но ничего не получалось. Она, директор Пак и Тэ Ун сидели за длинным столом с микрофонами. Перед ними выстроилась линия из камер и протянутых микрофонов. Вспышки раздражали Тею, и ей часто приходилось опускать взгляд. Журналисты задавали вопросы по очереди. За нарушение порядка менеджер пригрозил им удалением с конференции. Пак Со Джун уверенно говорил обо всем, что интересовало прессу, ни разу не сбившись в своей лжи. Он так складно рассказывал о том, что произошло и о том, что агентство до сих пор не установило личность антифаната, что Тея от волнения сама чуть во все это не поверила. Она крутила в руках бутылку воды, чтобы на чем-то сосредоточить свое внимание, но в один момент бутылка выскользнула и с грохотом упала на пол. Все в помещении обернулись на шум. Директор Пак бросил на Тею разъяренный взгляд за то, что она прервала его.
Когда очередь говорить дошла до айдола, Тея непроизвольно сжала кулаки. Она ждала того момента, когда он скажет, что его сердце свободно и что он никогда не состоял с ней в отношениях. Она ждала, когда он скажет, что его задели произошедшие события, но они никак не отразились на его внутреннем состоянии. Ожидая этого, Тея также вспоминала, как осунулся айдол за несколько дней, как засыпал с ней на больничной койке, и как тяжело далось ему предательство. Она смотрела на него, улыбающегося и спокойного, и не могла поверить, что прошлым днем он пришел и попросил лечь рядом, потому что не мог больше выдерживать всего этого в одиночку. Тея даже не заметила, что за собственными мыслями почти не слушала того, что говорил Тэ Ун, отвечая на вопросы журналистов. Лишь иногда она улавливала общие фразы, которые айдола попросил сказать директор.
— Все это я обязан был сказать вам, потому что директор Пак угрожал разрушить мою карьеру, — вдруг произнес Тэ Ун, а Тея чуть не выронила бутылку второй раз.
Она бросила на него ошарашенный взгляд. Тот же взгляд она заметила и у Пак Со Джуна. Он побледнел и расслабил на шее галстук.
— Что ты говоришь, Тэ Ун? — прошептал он, закашлявшись от вмиг пересохшего горла.
— То, что должен, — бросил ему айдол и выложил журналистам всю историю, в том числе назвав имя бывшего начальника охраны.
В подтверждение его слов на экране менеджер Чхве вывел видеозапись, которую Тея сняла в машине. Ее голос заполнил вдруг затихший зал, но как только ролик закончился, от журналистов посыпался шквал вопросов. Они сверкали вспышками, как пулеметной очередью. Тее на секунду показалось, что она вот-вот ослепнет или оглохнет. А Тэ Ун продолжал говорить, рассказывая даже всю историю о Чон Соре. Тея в шоке переводила взгляд с айдола на Пак Со Джуна, а потом с него на улыбающегося менеджера Чхве. Она вдруг испугалась, что все это ей снится, но это было реальностью. Реальностью, в которой айдол разрушал репутацию совета директоров своего агентства.
«Что вы будете делать дальше?» — послышался вопрос среди шума.
Тэ Ун улыбнулся.
— Я ухожу из этого агентства, — произнес он, одаривая Пак Со Джуна ядовитой улыбкой, которую тот так любил использовать на переговорах, — но сегодня утром я уже подписал контракт с другой компанией.
Он бросил взгляд полный благодарности на менеджера Чхве.
— А также я ухожу в отпуск на две недели. Все интервью и комментарии по сложившейся ситуации я дам только после того, как съезжу домой. Я буду продолжать свою карьеру, несмотря на все произошедшее. Надеюсь, мое новое агентство будет заботиться обо мне лучше старого.
«А что насчет ваших отношений с госпожой Дэвис?»
После этого вопроса в зале снова воцарилась тишина, и все посмотрели на Тею.
— Это тема для следующей пресс-конференции, — легко ответил айдол, — спасибо за то, что пришли сегодня.
И зал снова накрыла волна громких голосов. Журналисты продолжали выкрикивать свои вопросы, надеясь получить хотя бы еще один ответ.
— Идем, — произнес Чхве Тан над ухом Теи так, что она вздрогнула, — хочешь остаться с прессой?
Он улыбнулся и помог ей пройти к выходу из зала, пока она все еще не до конца осознавала, что произошло. В маленькой комнате, из которой они недавно выходили к журналистам, стоял шум. Директор Пак орал на Тэ Уна, угрожая ему поганым будущим и сломанной карьерой. В этот момент менеджер Чхве подошел к Пак Со Джуну ближе и бросил ему в ноги свой бейджик.
— Всего хорошего, директор Пак, — улыбаясь произнес он, — мое заявление об увольнении уже у вас на столе.
На этих словах он прошел к выходу из комнаты. За ним последовали Дон Мин и Со Ён, все еще пребывающие в шоке. Тэ Ун взял Тею за руку и тоже вывел в коридор, пока им в спину продолжал кричать разъяренный директор Пак.
— Прости, что не рассказал все утром, — прошептал айдол, целуя Тею в висок, — мы очень спешили с менеджером Чхве, чтобы устроить это представление.
— Так вот почему он был таким радостным, — проворчала Тея, не скрывая улыбки, — господин Чхве, вы ведь могли мне все рассказать!
Он лишь улыбнулся, распуская на шее галстук.
— До последнего момента еще ничего не было решено. Я не хотела заранее тебя обнадеживать.
— И что дальше?
— На Тана заведут дело, а потом посадят. Правда, нам придется помотаться по судам, но уж лучше так, чем он на свободе, — ответил Чхве Тан, радостно шагая по коридору, словно самый свободный человек на земле, — Тэ Ун отдохнет пару недель дома, журналисты разведут шумихи и сплетен. А потом мы откроем всем, с кем теперь сотрудничает Тэ Ун, и мы вернемся к работе.
— Вы останетесь его менеджером? — в надежде спросила Тея.
Чхве Тан бросил на нее серьезный взгляд.
— А может быть как-то иначе? — усмехнулся он, потрепав айдола по голове, словно своего сына.
Тея никогда не видела менеджера в таком состоянии. Ей казалось, что даже пьяным он ни за что не был бы таким же счастливым и свободным, как в тот момент.
— А что насчет Теи? — спросил Дон Мин, бросая на Тэ Уна многозначительный взгляд.
— У нее полная свобода выбора, — улыбнувшись, ответил айдол, крепче сжимая ее здоровую руку, — ты можешь остаться моим телохранителем, можешь стать помощником менеджера Чхве, можешь быть просто моей девушкой, а можешь вообще от всего отказаться.
— А правила твоего нового агентства? — неуверенно спросила Тея.
— Моему новому начальству нравится, что моя девушка - иностранка. И что у нас есть интересная история знакомства, о которой они собираются сделать отдельное интервью. Но только если ты сама захочешь все рассказать.
Тея не знала, что ответить. Она все еще не могла поверить, что вся эта история получила счастливый финал. Она знала, какое ей хотелось принять решение, но пока не представляла, как оно могло вписаться во всю ее дальнейшую жизнь.
— Я..., — начала было она, но ее прервал вдруг зазвонивший телефон.
На экране мобильника Теи высветилось — «папа». Она тут же напряглась, зная, что он звонил ей только в редких случаях. Обычно ей всегда звонила мама, а отец просто присоединялся к общему разговору. Тея почувствовала, как ее лоб покрылся холодной испариной.
— Привет, пап, — ответила она на звонок, замирая на месте.
«Ничего не хочешь рассказать?» — послышался металлический голос в трубке, а у Теи быстрее забилось сердце.
— Что именно? — напряженно спросила она, поочередно встречая взволнованный взгляд окружающих.
— Да вообще все.
Тея не сразу поняла, что услышала голос отца не только в телефоне, но и где-то совсем рядом. Она вдруг обратила испуганный взгляд на высокого мужчину, стоявшего в нескольких метрах от нее. Он помахал ей рукой и неприветливо улыбнулся. Его улыбка значила — «я тебя собственноручно депортирую». Рядом с ним стояла ее мама с не менее серьезными намерениями и руками, спрятанными в карманах. Со Ён и Дон Мин, заметив родителей Теи, побледнели. Никто из них не планировал рассказывать им всю историю. По крайней мере так сразу.
— Не опускай взгляд в пол, Дон Мин, — бросил отец Теи, подходя ближе, — передавай папе привет и спасибо за информацию обо всех вас.
Тея неловко улыбнулась, когда отец перевел на нее взгляд и усмехнулся.
— Я, конечно, и так уже все знаю, — произнес он, скрестив руки на груди, — но хотелось бы послушать все от тебя. Лично. В том числе хотелось бы познакомиться с этим молодым человеком.
Отец кивком указал на Тэ Уна, а у Теи сжались внутренности. Айдол поклонился, но не стал ничего говорить, видя, что сама Тея молчала и выглядела очень взволнованной. Он знал, что она скрывала правду от родителей, но не думал, что придется представиться ее отцу в день и без того насыщенный событиями. Его ладонь едва соприкасалась с опущенной ладонью Теи, в которой она все еще сжимала телефон.
Мама продолжала стоять в стороне, бросая осуждающие взгляды то на дочь, то на ее друзей. Хотя по ее лицу Тея поняла, что Тэ Ун ей понравился, даже несмотря на то, что женщина старалась максимально этого не показывать. В молчании атмосфера становилась еще более напряженной.
— Пап, я все... — но Тея не успела договорить.
Ее прервала девушка-администратор, подошедшая к айдолу и менеджеру с небольшой коробкой в руках.
— Извините, что отвлекла вас, — она протянула посылку Тэ Уну, — это доставили на ваше имя. Там было указано передать лично.
На коробке яркими буквами было выведено имя отправителя.
Ким Тан.
Конец.