Хранитель Полой Луны

Хакурю все это время находился в неподвижной позе, скрестив пальцы рук в замок. Он молился всем известным ему богам лишь с одной просьбой. "Прошу, пощадите господина Вандер-Ваальса!"

Проходили минуты, пока приговор не был окончательно исполнен. Но Хакурю чувствовал, что душа Радомира временами колеблется от воспоминаний. Тело давало знаки в виде редких слез и неконтролируемой улыбки.

Но как только Хакурю почувствовал облегчение на собственных руках, он мгновенно осознал, что "Навык" перестал действовать.

Заметка: "Femida's Judgement" – способность, направленная на существо. Божественный судья принимает решение, исходя от воспоминаний наказуемого. Никаким образом на этот выбор извне, повлиять нельзя.

Богиня правосудия крайне кратка в собственных решениях, благодаря чему имеется три варианта развития событий:

1) Негативный исход.

В данном случае, душа подозреваемого навечно получает метку "Осквернения". После первой нанесенной метки, цель видит счетчик плохих и хороших деяний.

Если количество плохих деяний будет превышать альтернативный счетчик на 10 пунктов, то "Дух Отмщения" начинает преследовать "Оскверненного".

Дух Отмщения использует собственные способности, которые пагубно влияют на психику подозреваемого.

Если количество хороших деяний будет превышать альтернативный счетчик на 50 пунктов, то отсчет прекращается до того момента, пока не дойдет до нуля. В этом случае, «Дух Отмщения» временно покидает носителя.

Если количество плохих и хороших деяний не превышает значения 0 в течение долгого промежутка времени, то на цель накладывается вторая метка "Осквернения".

2) Позитивный исход.

В данном случае, душа подсудимого получает метку «Благословение», после чего происходит отсчет хороших и плохих деяний.

Если количество хороших деяний превышает показатель иного счетчика на 10 пунктов, то носитель метки получает усиление «Благосклонность». Под действием усиления, носитель метки чувствует присутствие светлого светлячка. Светлячок усиливает некоторые характеристики своего подопечного на 20 пунктов и накладывает эффект «Очищение».

Если количество хороших деяний превышает альтернативный счетчик на 50 пунктов, то отсчет начинается сначала и количество светлячков увеличивается до пяти.

Если количество хороших и плохих деяний не превышает значения 0 в течение долгого промежутка времени, то на цель накладывается метка «Отшельник».

3) Нейтральный исход.

Если госпожа Фемида не выбрала никакого наказания или поощрения, то душа получает метку «Нейтралитет», которая подавляет любое иное наложенное усиление или ослабление. Метку нельзя рассеять или уничтожить любым из способов.

- С возвращением в мир смертных, господин Вандер-Ваальс. – Хакурю в момент понял, что Радомир уже не находится в состоянии транса. – Как вы себя чувствуете?

- Достаточно странно. – Осматриваясь в собственном кабинете, при этом протирая глаза, Радомир неестественно улыбался. – Но на душе так спокойно...

- Скажите, а вы не видите ничего странного?

- Нет, вовсе ничего. Мой кабинет, неостывшие стаканы с напитками. Всё точно такое же, каким и оставалось.

- Значит, госпожа Фемида выбрала для вас нейтральный исход.

Заметка: Радомир Вандер-Ваальс прошёл проверку души, оказавшись нейтральным человеком. Хотя я ожидал куда большего.

- Она сказала, что я – невиновен. И больше ничего, после этих слов я вернулся обратно.

- Вот оно как. – Хакурю задумчиво прищурил глаза на несколько секунд. – Воспоминаний было много?

- Только значимые... Семья, военные и послевоенные годы, переезд во Францию. Я даже удивился тому, что воспоминаний из недалекого прошлого нет.

- Да, это крайне странно. Хотя я впервые использую этот навык, так что его тонкости мне до сих пор неизвестны.

- Господин Радомир! – Мэйпл решила войти в кабинет, при этом она явно показывала свою радость. – Слава богам, что вы живы!

- А что, я мог умереть? Хе-хе.

- Именно поэтому я и просил абсолютного уединения. – Решил уточнить этот факт Холлоу. – Под действием способности, я обязан находиться в неподвижном состоянии, поддерживая связь между целью и богиней. Если хотя бы на долю секунды отвлекусь – душа может пострадать.

- В-Вот как... П-Простите за моё недоверие, господин детектив!

- Прекрасно понимаю ваше недоверие, Мэйпл. Не берите в голову.

- Вы же хотели узнать детали нашей миссии в доме Доррингхейм? – Вандер-Ваальс решил вернуться к исходной цели Хакурю.

- Желательно с уточнениями, если такое возможно.

- Мэйпл, сможешь найти нужные документы?

- Хорошо, господин Вандер-Ваальс. – С этими словами, юная секретарша покинула кабинет.

- Мы ведём отчеты, но этот крайне сильно отличался от других. – Подметил этот факт лев. – Одна страница с отчетом, печать о проделанной работе и приложенный к нему чек на сумму заказа.

- Мне в любом случае, хотелось бы узнать подробности. Просто во время моего расследования, горничная подметила тот факт, что комната была убрана.

- Получается, что кто-то в неё проник, минуя охрану. Странно...

Заметка: Радомир Вандер-Ваальс и его бюро наёмников не причастны к делу о похищении. Но мне в любом случае нужно удостовериться в этом, при помощи документов.

Улика добавлена: Показания Радомира Вандер-Ваальса.
Улика добавлена: Документы из гильдии наёмников.

- Я могу предоставить вам копию, если это так нужно для следствия. – Радомир попивал свой чай с крайней радостью. – До сих пор не могу привыкнуть, что я... Просто радуюсь жизни.

- Что-то не так? – Решил поинтересоваться Хакурю. – Вы стали явно улыбаться, причём крайне беззаботно.

- Да, так и есть. Мне так хорошо не было, со времён моей юности и рождения первенца.

- Как вы думаете, связано ли ваше нестабильное состояние с вашими способностями?

- Всё возможно, господин Холлоу. Хотелось бы немного позже опробовать собственные силы, если они мне будут подвластны.

- Не будет ли наглостью, попросить вас об одолжении, когда ваши силы станут стабильнее? – Радомир спокойно взглянул на детектива. – Просто мне кажется, что моего «воспоминания из прошлого» будет недостаточно. Мне нужны вещественные доказательства.

- Вы оказали мне крайне дружескую услугу. Так что не вижу ничего постыдного в том, чтобы просить у меня помощи. – Радомир встал со своего кресла, протянув руку детективу. – Я окажу вам любую помощь в поиске похитителя.

- Договор! Справедливость должна восторжествовать!

- Вы абсолютно правы, Хакурю Холлоу.

В этот момент, словно мир на время застыл из-за простого рукопожатия. Детектив на пару с главой наёмников, крайне беззаботно улыбались, пожимая друг другу руки, словно заключая договор между богами.

И на самом же деле, божественный судья, на пару с хранителем времени, с крайней заинтересованностью наблюдали за собственными преемниками. На их глазах разрастался союз, которому никогда не суждено было существовать... Так казалось всем богам, до сегодняшнего дня.

- Что думаешь по этому поводу, Хронос? Наши преемники заключили договор. – Где-то издалека, боги общались между собой, наблюдая за собственными преемниками. – Мне лично кажется, что этот союз будет длиться вечность.

- А тебе не кажется странным, что часть сил твоего подопечного принадлежит мне?

- Ты прав, я позволила ему немного больше, чем стоило бы. Не мне об этом говорить, но... Это была вынужденная мера, поверь на слово.

- Будет честно, если этот союз будет взаимовыгоден обоим сторонам. Твой подопечный, Хакурю Холлоу получит возможность видеть прошлое, не изменяя его.

- Тогда я дарую твоему подопечному, Радомиру Вандер-Ваальсу, возможность чувствовать колебания души с большей точностью.

- Согласен.

- А? – Радомир почувствовал прилив сил, как только руки парней рассоединились. – Что-то не так... - Вандер-Ваальс с удивлением рассматривал Хакурю. Он прекрасно видел биение сердца и абсолютно белую ауру за спиной детектива.

- Странно, но я ничего не чувствую. – Хакурю осматривал льва и то, что он замечал, заставляло руки детектива задрожать.

Радомир Вандер-Ваальс засиял светло-голубоватым оттенком, присущим только Хакурю. Цвет, который отличал его от других хранителей воли, дарованный госпожой Фемидой.

- Видимо, мы заключили «Божественный Союз». – Холлоу пришел именно к такому выводу, чему он был крайне шокирован. – Я чувствую частицы силы Фемиды в вашей душе!

- Господин Холлоу. – Радомир также был шокирован, но сдержанность зверолюда поражала даже богов. - У меня есть для вас несколько хороших новостей.

- Вы можете контролировать собственные силы?

- Так и есть, но... Теперь я знаю немного больше, чем хотелось бы.

- В каком плане? – Удивленно произнес Хакурю, ожидая чего-то неестественного.

- Ты ищешь собственный артефакт, «Глаз Фемиды», не так ли?

- Д-Да, но... Откуда вы знаете?!

- Предчувствие. Не могу иначе это объяснить. – Радомир почесал свою голову. – И он находится где-то во Франции. Где-то далеко за городом, но точно сказать не смогу.

- Спасибо вам за эту информацию, господин Радомир! – Хакурю поклонился в дань уважения. – Артефакт поможет мне узнать правду, я в этом уверен.

- Можно войти? – Несколько слабых стуков означали, что за дверью стояла Мэйпл. Открыв дверь, девушка несла в руках белые листы бумаги, на которых машинным шрифтом находились записи. – Вот, я принесла вам документы за тот день. Все до единого, может это вам поможет.

- Благодарю, Мэйпл. – Секретарша передала документы в руки к Хакурю. – Можете ознакомиться, детектив.

- Итак. – Пролистывая небольшую стопку бумаг, Холлоу вглядывался к каждому слову. – В отчете сказано, что за время выполнения задания, никаких проблем и нарушителей не было выявлено. Документы полицейских, проводивших расследование на территории поместья, не показали никаких изъянов. Цена вопроса – две тысячи евро за три дня охраны территории, включая ежедневный осмотр близлежащих окрестностей. До этого дела кампания занималась охраной небольших ювелирных бутиков, а на данный момент группа зверолюдей направилась в Германию, в качестве телохранителей нового канцлера.

Улика добавлена: Документы из гильдии наёмников.
Улика обновлена: Подтвержденные показания Радомира Вандер-Ваальса.

- Спасибо за предоставленные улики, это мне пригодится. – Оставив кипу документов на столе, Хакурю собрался уходить по своим делам, но в момент вспомнил об одной вещи. Ему нужно предупредить госпожу Катерину о своём возвращении в поместье, за дополнительными уликами. – Простите, могу ли я воспользоваться вашим телефоном?

- Никаких проблем, детектив.

...

Немногим позже, в поместье семьи Доррингхейм.

Катерина радовалась тому, что малый луч надежды, в виде Хакурю, не покинул её. Но этой малой радости было недостаточно, так как потеря собственной души, в виде малышки Нины, жалило куда больнее укуса осы-убийцы, или же смертельного яда рыбы фуку.

- Госпожа, вас беспокоят из гильдии наёмников. – Один из дворецких вошёл в открытую дверь, при этом наблюдая за курящей у окна госпожой.

Подавленное состояние Катерины было одним из неестественных, но женщину можно было понять. В комнате звучала композиция из нестареющей классики, а именно первый опус Багатели, написанная Бетховеном.

Вслушиваясь в крайне спокойный ритм мелодии, Катерина не обращала внимания ни на что, ведь все мысли госпожи были сконцентрированы на одном. Собственной дочери.

- Госпожа. – Проявив сдержанность, дворецкий дождался окончания мелодии. – Вас к телефону.

- Ох, прости, Жан. – Катерина поправила свои волосы, оставив сигарету тлеть внутри железной пепельницы. – Ты долго ждал?

- Несколько минут, госпожа. – Протянув трубку к руке Катерины, дворецкий придерживал руками поднос с аппаратом.

- Слушаю.

- Госпожа Катерина, вас беспокоит Хакурю Холлоу.

- Как обстоит ваше расследование, детектив? – Обрадовавшись такому неожиданному звонку, мисс Доррингхейм ненароком улыбнулась.

- Признаюсь честно, я практически не продвинулся в поисках. – Честность Хакурю било по надежде. Но чистая правда куда лучше сладкой лжи, когда дело касается родных и близких людей. - Меня смущает тот факт, что я даже не могу понять мотива похищения вашей ненаглядной дочурки. Так что, если вы не против, то я вновь хотел бы посетить ваше поместье.

- Я и сама понять не могу, буду откровенна. Но если тебе чем-то поможет более подробный рассказ о нашей семье, то я с радостью поделюсь биографией нашей совместной с мужем жизни.

- Буду крайне признателен, госпожа Катерина! Я в скором времени приеду к вам, так что будьте готовы.

- Всенепременно жду! – Сбросив трубку, Катерина уже осознанно улыбалась, что заметил дворецкий.

- Госпожа, что вас так порадовало? Вы же довольно редко делитесь историей собственной жизни, тем более с незнако-

- Хакурю прожил большую часть собственной жизни в этом поместье. – Катерина дала понять новому составу прислуги, что Холлоу прекрасно знает о трудностях работы прислуги. - Каждый его приезд меня радует так, словно старший сын приехал погостить из другой страны. Это вам ясно?

Взгляд госпожи поместья стал куда холоднее, от сказанных по случайности слов одного из дворецких.

- Малыш Хаку не заслужил грязи, после десятка лет отмывания грехов собственного рода! – Слегка повысив тон, температура в комнате неестественно подросла. – Это ты уяснил, Жан Пьер?!

- В-Виноват, госпожа!

«Если хоть кто-то попробует высказаться в подобном тоне о Хакурю – лично пристрелю ваши дурные головы» - именно такая фраза читалась на лице у Катерины. Шон стоял у двери и лично чувствовал схожие эмоции.

- Пусть твоя подопечная, Орианна, выполняет прихоти нашего гостя.

- Н-Но она же-

- Возражения не принимаются. А теперь уходи и передай Орианне мои слова.

- Будет исполнено, миледи. – Откланявшись, молодой дворецкий спешно покинул спальню.

- Хакурю... Я надеюсь, что ты отыщешь ответ, сокрытый во Тьме.