Побег? Приключение?
Планета Сиврил ,
1563 год, май
Вайолетт
Раздался назойливый вой сирены. Система оповещения работала почти без перерывов. В одном из домов города Гринфила, чьи улочки некогда украшал солнечный свет и аромат цветов, копошилась девушка с длинными блондинистыми волосами. Её янтарные глаза бегали по небольшой светлой кухне в поисках необходимых для побега вещей. Входная дверь внезапно распахнулась и за облаком пыли появился силуэт другой низкой девушки. Обернувшись, Вайолетт узнала Клару, свою подругу детства. Короткие коричневые волосы совсем немного не доходили до плеч, а в чистых лазурных глазах виднелась решимость. Твердым шагом она зашла внутрь, под её чёрными сапогами скрипнула старая деревянная половица. Прежде, чем ей успели возразить, Клара холодно сказала:
- Убирайся из города, сейчас же.
- Ты же знаешь, я не могу бросить отца, - мягкий тон Вайолетт сильно контрастировал с резкими, ледяными словами подруги.
- Я пригляжу за ним. Не жди, иначе это погубит вас обоих. Вот только у него шансов побольше, - в лазурных глазах плескалась тревога, граничащая со злостью. Тон её был твердым, как сталь. Всё-таки у Клары никогда не хватало терпения.
Вайолетт не ответила. Она лишь потупила взгляд, разглядывая узор древесины, и сжала руки в кулаки. Меньше всего ей хотелось сейчас ощущать чувство собственной беспомощности. Однако девушка понимала, что подруга права. Её отец – знаток в оружии, ремесленник и мастер на все руки, мужчина крепкого телосложения. Воцарившееся молчание продолжала разрывать сирена и девушка недовольно проворчала:
- Третий раз за день, голова уже гудеть начинает...
- Уходи, пожалуйста.
Попытка отвлечь внимание подруги оказалась безуспешной. Взяв кухонный нож с деревянного стола, Вайолетт покрутила его в руке, а после бросила в плетеную корзину к остальным вещам. Их, к слову, было немного. Плед, спичечный коробок, сушеное мясо куры, называемое бустером, кусок мыла и нож. В лишней одежде она не нуждалась, потому что захватила с собой кожаную коричневую накидку. Найдя в себе остатки решимости, девушка спросила:
- Почему я не могу остаться и помочь тебе? А лучше бы нам вообще уйти вдвоем.
- Ты же знаешь, я не могу бросить семью, да и ...
- А я, по-твоему, могу?! Это эгоистично! В конце концов, он всегда может просто уйти с нами!
- Ты же знаешь, он не такой. Он не бросит город и будет биться до конца. Тебе стоит слушать логику, а не сердце. В твоём случае первое напрочь отсутствует, так что пожалуйста, послушай меня и уходи.
- Клара, я-
Клара приложила палец к губам подруги.
- Прошу тебя, уходи. Я обещаю, что догоню тебя. Встретимся в лесах Шенми. Помнишь, мы ходили в поход туда?
Вайолетт кивнула, но всё ещё была недовольна. Оставалось только скрежетать зубами. Горькое чувство разочарования в самой себе терзало её сердце и душу. В отличие от неё, брюнетка умела немного управляться с мечом и имела необходимое хладнокровие. Блондинке бы не хватило духа, чтобы убить кого-то. Вздохнув, Вайолетт взяла корзинку и попросила:
- Позаботься о себе и отце. Я буду ждать вас.
Клара лишь кивнула. Когда Вайолетт покинула дом, брюнетка развернулась и прошептала ей вслед одно единственное слово: «Прости». Конечно, её подруга ничего не услышала и не увидела скупой слезы. Нервно поправив воротник своей темно-зеленой водолазки, она вышла за дверь, захлопнув её. Клара перевела взгляд на верхнюю часть улицы, в узких поворотах которой скрылась Вайолетт. Скорбь встала поперек горла, но девушка пошла вниз по тротуару, в гущу событий. Обнажая старый меч отца, она думала лишь о том, как нагло соврала своему близкому человеку. Дважды. Даже если не сможет защитить, то отомстить просто обязана. Среди обломков какого-то здания виднелся труп человека с коричневыми волосами. Кровь была повсюду. Смешавшись с грязью, она стала ещё темнее. Щебень под её ногами покатился вниз. Скользнув взглядом по мертвецу, рука Клары сжала рукоять меча сильнее. Больше она не слышала ничего, кроме стука собственного сердца и навязчивого слова, которое она так и не смогла сказать. Прости.
Вайолетт бежала сломя голову вверх по улице, почти не разбирая дороги. Блондинка отлично ориентировалась в городе, однако ноги знали лучше неё, куда ей идти. Пробегая мимо одной хижины, она вспомнила, что там жила очень милая старушка. По воспоминаниям девушки, бабуля увлекалась врачеванием и у неё было несколько кошек. Одна из них, черная с белыми пятнышками на лапках, сидела на окне. Вайолетт почему-то замешкалась и обернулась. Нет, пока что её не преследовали. В сознании на долю секунды зародилось семечко сомнения. Может, всё-таки стоит вернуться? Нет. Конечно нет. Тряхнув головой, продолжила убегать, сейчас нельзя терять ни секунды. Ей показалось, что плетеная корзина стала тяжелее, однако девушка списала всё на самовнушение. В эту часть города ещё не успели войти вражеские войска, но это не значит, что можно давать слабину. Где-то через часа полтора, Вайолетт выбралась за пределы Гринфила. Воздух стал заметно чище, да и солнце на небе светило ярче. Забавно, а ведь этот поселок от города отделяло всего несколько километров. Тяжело дыша, Вайолетт продолжала идти вперед быстрым шагом. Девушка жалела, что не успела взять с собой хоть какую-нибудь тару для воды. На её счастье, рядом с дорогой, по которой она шла, был колодец. Откинув предрассудки и напившись вдоволь прямо из ведра, Вайолетт хотела продолжить путь, как вдруг наконец-то обратила внимание на черный комок шерсти в своей корзине. Кошку она узнала сразу. Взяв её на руки, Вайолетт внимательно посмотрела на животное.
- Ну и что мне с тобой делать?
Кошка не сопротивлялась, но и ответ, к сожалению, не дала. Осмотрев её повнимательнее, Вайолетт решила оставить незваную гостью. Нельзя же бросать существо, которое само увидело в тебе защиту. Подхватив корзину, в которую опять залезла новая спутница, девушка продолжила путь. Где-то через два часа ходьбы, когда солнце стремилось к закату и согревало путников последними теплыми лучами, они заметили заброшенный сарай. Мышцы ныли от долгой ходьбы, поэтому, открыв скрипучую дверь, беженка с порога рухнула на кучу сена неподалеку. Хорошо, что там не было ничего острого. Сохраняя гробовое молчание, Вайолетт прикрыла глаза. Где-то за окном прочирикала одинокая птица, которая вскоре улетела. И чем она отличается от этой пташки, если не может ничего больше, чем что-то прочирикать и уйти? Ей не хотелось думать обо всем что произошло, но один вопрос, который нес за собой вереницу других, не давал ей покоя. Как же столица не сумела сообщить о нападении? Неужели армия врага идет настолько стремительно, что сметает всё на своём пути? Тогда как же отец... хотя за ним обещала присмотреть Клара. Воспоминания о близких поселили в сердце девушки надежду на лучшее, но здравый смысл где-то на задворках разума напоминал, что два человека против армии ничего не сделают. Она перевела взгляд на кошку, которая умывалась неподалеку. Стоило всё же дать ей имя. Перебрав в голове несколько вариантов, Вайолетт вслух сказала, будто кошка могла её понять:
- Будешь теперь Марисой, надеюсь ты не против.
Вайолетт села и принялась осматривать помещение. Отсыревшие доски, окна без стекол и слегка продырявленная крыша. Где-то в углу под потолком висела одинокая паутина. А что, по-моему, неплохо, в этом даже есть свой завораживающий шарм. Всяко лучше, чем спать под открытым небом. Тем более тут есть мягкое сено, не только сырая земля. До захода солнца стоило заняться ужином и успеть набрать воды. Однако даже мысль о том, что ей нужно будет снова куда-то идти навевала уныние. Собрав волю в кулак, Вайолетт встала, но ноги не одобрили её идею. Девушка поплелась к ближайшему колодцу и набрала ведро воды, отвязав саму тару. А что? Хочешь жить – умей вертеться, она всё равно вернёт его потом. Занеся ведро в сарай, она оставила его около двери. Благо, заморачиваться с ужином не было необходимости, поэтому девушка съела несколько ломтиков сушеной курицы. Мариса пропала из поля зрения, видимо, отправилась на поиски еды. Перекусив, Вайолетт помыла руки и лицо водой из ведра, которое тактично вернула на место чуть позже. Ночи в мае были прохладные, поэтому девушка легла на стог сена и закуталась в плед. Сквозь раму окна просачивался белоснежный полумесяц и спокойная тишина. Где-то в листве шелестел ветер, и сверчки играли ночную серенаду своим случайным попутчикам. Умиротворение, царившее в поселке, позволило Вайолетт быстро уснуть. Она почувствовала, что где-то в ночи Мариса легла ей под бок. Не обращая на это лишнего внимания, она продолжила спать. Интересно, долгим ли будет её спокойствие, учитывая, что всё случившееся ночью теряет смысл при наступлении дня?