Волчий след

Проснувшись, я подумала о том, что кошмары с волками куда лучше реальности. Моей ужасающей реальности.

Улыбаясь маме, утешая бедняжку Ханну, разговаривая с Итаном — каждую минуту следующих нескольких дней я убеждала себя, что справлюсь. Все мои близкие оставались в приятном неведении и даже не пытались помочь, чему я была рада, не нуждаясь в посторонней помощи.

В понедельник утром мне даже стало казаться, что ничего не изменилось. Я помогла маме с завтраком, Лукас даже поблагодарил нас, после чего мы тихо-мирно поехали в школу. Но кое-что все-таки изменилось.

Найджел Дэвис объявил Нейту войну, и пусть открытого заявления не было, я постоянно замечала холодные взгляды сына мэра в сторону моего друга.

Мой друг. От одной только мысли об этой дружбе мне становилось легче. После приема я поняла, что должна узнать о нем по возможности больше, чтобы справиться со страхом, засевшим глубоко в моем сердце со времен того ужасного пикника в лесу.

Именно поэтому я предложила Нейту встретиться в городе и поговорить за чашкой кофе. Конечно же, он догадывался о моих целях, но все равно пришел.

— Я рад встретиться с тобой в любое время, — сказал он искренне, и я заставила себя сковано улыбнуться ему в ответ.

После того, как я нашла своего плачущего брата на полу в гостиной, улыбки давались мне с огромным трудом. Плюс я мысленно уговаривала себя не нервничать и начать разговор, пока страх не заставит меня сбежать и замолчать навсегда.

— Буду откровенной, — предупредила я. Брови Нейта поползли вверх, он заметил напряжение, которым было сковано мое тело, и побыстрее отправил официантку выполнять заказ.

Когда девушка ушла, я могла не бояться, что нас подслушают. Вокруг стоял такой шум, что я отчетливо слышала только Нейта. Для встречи я выбрала просторное кафе в торговом центре, так что вокруг бегали счастливые дети и люди с огромными пакетами. Здесь всегда было людно, и я невольно попыталась обезопасить себя таким образом.

— Так значит ты... оборотень.

Нейт даже не дрогнул, продолжая внимательно смотреть на меня поверх круглого деревянного стола, отчего мне становилось еще больше не по себе.

— Да, это правда.

Я отчасти надеялась, что он начнет рассказывать сам, но этого не произошло.

— Ты когда-нибудь убивал людей? — Этот вопрос интересовал меня больше всего, и я решила не медлить.

— Нет. Никогда.

Облегчение было таким сильным, что я еле удержалась на стуле.

— А твоя сестра? Она тоже?..

— Да. — Лаконичность ответа навела меня на мысль, что ему больно говорить о сестре в таком русле. — И она тоже никогда не причиняла вреда людям.

Его слова успокоили меня, пусть и его надменная сестра была мне глубоко неприятна.

— Сколько тебе лет? — спросила я.

Нейт улыбнулся.

— Сто двадцать четыре, — ответил он, и я изумленно открыла рот.

— Серьезно?

— Нет, конечно. Мне девятнадцать.

Я обижено нахмурилась, и в этот момент подошла официантка с подносом. Со слащавой улыбкой она поставила перед нами по чаше кофе и когда уходила невзначай задела плечо Нейта рукой. Он, казалось, даже не заметил этого, а у меня мозг закипел от внезапного раздражения.

Нейт безмятежно сыпал сахар в кофе и мешал его ложкой, пока я думала, о чем бы еще спросить.

— Как это происходит? — вырвалось у меня. — То есть, ты сам или?..

Нейт сделал глоток и со звоном поставил чашку на блюдце. И как это он умудрялся сохранять такой непринужденный вид?

— Могу сам, но каждый месяц это происходит вынуждено.

— В полнолуние, — догадалась я.

— Да, именно. Как тогда в лесу. Я превращаюсь и теряю контроль. Именно поэтому мы забираемся глубоко в лес, чтобы не допустить встреч с людьми.

Я молчала, переваривая полученную информацию. Перед внутренним взором мелькали образы той страшной ночи, и я ухватилась за ручки стула, чтобы не сбежать. В таком состоянии даже думать было тяжело, но одно воспоминание все-таки привлекло мое внимание.

— Не можешь себя контролировать? Почему?

Нейт сник на глазах, и я внимательно отслеживала его реакцию. Я чувствовала себя точно такой же подавленной, но хорошо понимала — без этого разговора речи быть не может о дальнейшей дружбе. А она была мне необходима.

— Я превращаюсь в волка, и животные инстинкты берут верх над моей человечностью. Появляется жгучее желание убивать все, что движется. — Карие глаза внимательно всматривалась в мое лицо, улавливая малейшие перемены, но я, наверное, только побледнела.

Та часть в которой Нейт хотел всех нас убить почему-то не пугала. Видимо я не могла представить себе Нейта отрывающим кому-то голову даже в худшем расположении духа. Мой Нейт всегда заботился о других.

— Ты спас Итана той ночью, — вспомнила я и вопросительно вскинула брови. — Как это понимать? Ты контролируешь себя или нет?

Лицо Нейта просияло, и он невольно подался вперед.

— Это было нечто удивительное. — В его голосе слышался неподдельный восторг. — Такого со мной никогда не случалось. Впервые в жизни, я мог увидеть ситуацию своим человеческими глазами, узнать людей и даже заполучить контроль над собой на какое-то короткое время. Это потребовало всех моих сил.

Я не могла разделить его восторг, так как еще толком не понимала сути его рассказа, но постаралась хотя бы не выглядеть тупой.

— Ты просто хотел спасти жизнь Итану.

— Нет, я просто хотел спасти жизнь тебе, — невозмутимо поправил Нейт, и я залилась краской под прицелом его карих глаз.

От его слов мне стало неуютно. Разговоры о любви и чувствах всегда заставляли меня погружаться в молчание и ждать, когда опасность минует. Все потому, что у меня никогда не было серьезных отношений, я к ним не стремилась, ведь чаще всего мои чувства запутывались настолько, что легче было забыть о них, чем попытаться разобраться.

Но чувства к Нейту вдруг обернулись одной большой проблемой. Я ушла от ответа, хватаясь за чашку с кофе и делая глоток.

Нейт понимал все слишком хорошо, чтобы давить на меня вопросами и только улыбался.

— Это все, что ты хотела узнать?

Я задумалась.

— Кроме вас в Реймонде еще есть оборотни?

Нейт не ответил, и молчание показалось мне необычно долгим.

— Мы договорились говорить друг другу правду, — напомнила я.

— Когда?

На самом деле мы ни о чем таком не договаривались, просто мне хотелось, чтобы он говорил правду.

— Считай это одним из условий разговора.

— Ты хотела поговорить.

— И это мое условие, — настаивала я.

— Так не честно.

— Зато справедливо.

Нейту ничего не оставалось, как отступить.

— Да, есть и другие.

Что-то холодное упало мне в желудок, и я судорожно сжала чашку в ладонях.

— Много?

— Нет. Не так много, чтобы ты могла об этом волноваться.

Но его слова все равно меня не успокоили. Жить в городе населенном оборотнями не входило в мои планы и признание Нейта встревожило, если не напугало до смерти.

— Джейн, тебе нечего бояться, — заверил Нейт, привлекая мое рассеянное внимание. — Я слежу за ситуацией в городе и не позволю кому-нибудь причинить вред тебе и твоим близким.

Вот теперь мне стало легче, и я почувствовала себя в безопасности, насколько это вообще было возможно в этом сумасшедшем городе, как и всякий раз, оказываясь наедине с ним. Это чувство покоя лишний раз доказывало насколько я жалкая, когда речь заходит о нас.

— Спасибо. — Я сделала еще глоток кофе. — Но как же другие люди? Простые горожане, с ними тоже все будет в порядке?

— Да. Я обещаю.

Я верила ему потому, что он никогда не нарушал свое слово.

— Ты меня боишься. Это правильно, — вдруг сказал он.

— Нет.

Слишком проницательный взгляд Нейта заставил меня сказать правду.

— Да, я боюсь. Разве это не вполне нормальная реакция здорового адекватного человека?

Нейт скорбно улыбнулся, и мне пришлось бороться с желанием протянуть руку через стол и утешить его.

— Ты права.

Ситуация медленно выходила из-под контроля.

— Ты не можешь меня в этом винить. Это нормально.

Нейт отводил взгляд и мне это не понравилось. Если он хотел таким образом спрятать от меня свои чувства, то это стало неожиданно неприятным зрелищем.

— Это ты должна меня винить.

— В чем? Ты спас жизнь Итану. Спас меня.

Потрясение мелькнуло в глазах Нейта, наполненных только сокрушенным беспокойством и это дало лишний повод считать, будто Нейт что-то от меня скрывает.

— Ты знаешь? — спросил он.

Я не удержалась от вздоха.

— Как будто твои испуганные глаза могли что-то от меня скрыть, — устало ответила я. — Тогда на пробежке и в ночь маминой свадьбы кто-то следил за мной. Явно нечеловеческое рычание и разбитое окно в машине Итана. Не думаю, что в мире так уж много людей, способных с большого расстояния разбить окно книгой. Тут нужна большая сила. Ко всему прочему, ее взяли в моей спальне, а в дом Майка просто так не проберешься, у него каждая комната под отдельной сигнализацией. Так что да, я знаю.

Нейт изумленно молчал.

— Блестяще. — Он выглядел разочарованным. — Я не умею контролировать свои эмоции.

— Нет, просто я очень умная, — самодовольно ответила я и Нейт откровенно рассмеялся.

— Не льсти себе.

— Это твое условие разговора?

Глядя на его счастливую улыбку, я чувствовала, как в груди развязывается тугой узел напряжения и откинулась на спинку стула, допивая остатки кофе.

— Возвращаясь к вопросу о книгах и разбитых окнах, — сказала я. — Ты скажешь мне, кто так усердно пытается меня запугать?

— Никто.

Я посмотрела на него с нажимом.

— Слишком большое совпадение, тебе не кажется?

— Не забивай голову ненужной ерундой.

Пришлось сдаться, и я решила разобраться в этом чуть позже, когда не буду чувствовать себя такой счастливой.

— Меня приятно удивляет, что ты не подумала на меня.

— Даже мысли такой не возникало. Ты пацифист до мозга костей.

Нейт выглядел очень довольным и жестом подозвал официантку, чтобы попросить чай. Справившись с нервностью, я захотела есть и заказала тарелку печенья и какао. Девушка ушла и в этот раз не касалась Нейта.

— Значит, теперь моя очередь задавать вопросы, — неожиданно сказал он, сокрушая меня этими словами.

— Что ты имеешь в виду?

Такой поворот событий не входил в мои планы, и я поежилась. Нейт итак был одним из немногих, кто знал обо мне больше допустимого и если он хотел больше фактов придется его разочаровать.

— В чем проблема? Если у тебя есть право устраивать мне допрос, я тоже могу задать тебе пару вопросов, — резонно заметил он.

— Допрос это односторонний процесс.

— Вот поэтому я не буду тебе его устраивать, и мы просто по-дружески побеседуем. Не переживай так, у тебя есть право не отвечать.

Я оторвала руки от подлокотников и перенастроила себя на спокойствие.

— Что тебя интересует? — Я мастерски вернула голосу былую уверенность и гордилась собой.

— Откуда ты знала, что я оборотень?

— Я не знала.

Подошла официантка и выгрузила наш заказ с подноса на столик. Нейт поблагодарил ее улыбкой и отправил восвояси. Я схватилась за чашку с какао, как за свое последнее спасение, но требовательный взгляд Нейта все равно заставлял меня краснеть.

— Не пытайся меня обмануть. Не получится. — Карие глаза игриво блеснули над ободком чашки. — Ты знала.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. — Лучший вариант прикинутся тупицей и пить свое какао.

Глаза Нейта сузились, и это был по-настоящему угрожающий жест.

— Хорошо. Да, я догадывалась, — сдалась я.

— Откуда? В интернете начиталась статей о вампирах и оборотнях?

За откровенное насмехательство, я бросила на него уничтожающий взгляд, но мое сердце в тот момент заболело.

— Нет. Мне рассказала моя сестра.

Улыбка на лице Нейта погасла.

— Твоя сестра? Та, которая умерла?

— Да. Эмма. — Мой голос дрожал, и едва удавалось сдерживать слезы. — Незадолго до своей смерти она пришла ко мне. Попросила не рассказывать маме, что я видела ее. Эмма выглядела намного старше своих лет, я даже не сразу ее узнала. Мне показалось, что она от кого-то бежала и решила в последний раз меня увидеть. Эмма отказалась говорить куда едет и лишь сказала, что ищет убийцу нашего отца. Тогда мне это казалось таким важным делом и ее горящие желанием мести глаза навсегда остались в моей памяти. Я ее поддержала и пообещала сохранить ее визит в секрете от мамы и Лукаса. Только сейчас я понимаю, как это было глупо. Она ведь была еще ребенком.

Моя сестра была просто одержима. И я поддалась ее одержимости. Она сказала мне, что отца убил не человек, а монстр... волк. Сказала, что это волшебный волк и она непременно его найдет. А на случай если она не сумеет, Эмма заставила меня дать обещание, что я продолжу начатое ею дело и доведу его до конца. Через несколько месяцев ее нашли мертвой. Я выросла и попала в Реймонд, где живет парень, чьи глаза необъяснимым образом меняются, в лесу водятся огромные волки, и кто-то может разбить укрепленное стекло обычной книгой. Не удивительно, что я догадалась.

Нейт молчал. Его глаза неотрывно следили за моим лицом, и мне казалось, этот взгляд видит все, что возрождала память в моей голове в тот момент. И это было больно. Вспоминать о сестре, о том вечере и ее скорой смерти вдруг стало ужасным испытанием, и я разозлилась на Нейта за то, что он заставил меня рассказать об этом.

— Прости, — только и выговорил Нейт. Он был шокирован моей откровенностью не меньше меня самой.

Мне казалось, что из меня выкачали весь воздух; все, что помогало мне жить, и я была опустошена. Однажды я приняла для себя решение, больше никогда не вспоминать об Эмме, ни вслух, ни мысленно, но в последнее время она напоминала о себе очень часто.

— Надеюсь этого достаточно, чтобы ответить на твой вопрос? — спросила я злым голосом.

Нейт все еще был поражен до глубины души, но это нисколько не уменьшило моего негодования. Как оказалось, растерзанная душа болит не меньше сломанной руки, и это заставило меня гневаться практически без причины.

— Я надеюсь, ты понимаешь, то обещание, которое ты дала ей... оно не имеет смысла теперь?

Меня вопрос Нейта словно оглушил, и я подумала, не умеет ли он читать мысли. Включая все свои актерские способности и мастерство лгать, я ответила:

— Да, теперь уже ничего не имеет смысла.

Нейт бросил на меня почти рентгеновский взгляд, в надежде, что мое поведение докажет ему, что я говорю правду и по всей видимости так и было. Внутри же меня все трепетало от страха.

— Прости, — повторил Нейт совершенно искреннее, и тон его голоса заставил меня опомниться.

— Забудь о том, что я рассказала. Это уже в прошлом.

Нейт кивнул. По выражению его лица я поняла, что моя просьба станет для него невыполнимой задачей в ближайшее время. Я уже успела сотни раз пожалеть о своей откровенности. Всякий раз, когда я открывала кому-либо свою душу, последствиями были одни страдания. И этот раз не был исключением.

— Как Итан все воспринял? — спросил Нейт, когда я начала жевать печенье.

Мой рассказ об Эмме растаял в воздухе.

— Он переживет. Ему просто необходимо время, — заверила я Нейта. — Он волнуется за безопасность людей, только и всего.

— Рад, что мы все обговорили, — сказал Нейт, и я не услышала фальши его голосе.

Я только улыбнулась.

— Что ты намерен делать с Дэвисом? Он зол на тебя и я боюсь, без ссоры не обойдется, — встревожено заметила я, когда мы уже выходили из торгового центра.

— Не знаю. Найджел не представляет для меня никакой угрозы, так что думаю, просто не буду обращать на него внимание.

— Не обращать внимание на Дэвиса? Тебе потребуется железное терпение, — предупредила я.

Нейт открыл передо мной дверцу «фольксвагена» и одарил теплой улыбкой.

— Не волнуйся. Ничего из того, что произошло на приеме, больше не повторится.

— И это меня очень радует.

Нейт вдруг нахмурился, глядя на меня сверху вниз. Он так и застыл, сжимая побелевшими пальцами край дверцы.

— Тебе жаль Дэвиса?

— Нет! Я боюсь только за тебя.

Похоже, мои слова очень его порадовали и всю дорогу к дому Майка Нейт счастливо улыбался.

В тот же вечер мама сошла с ума. Ей вдруг безумно захотелось провести время со своими детьми, и она повезла нас с Лукасом в кинотеатр.

— Мы проведем отличный вечер, ребята! — воодушевленно говорила она по пути. — В следующий раз возьмем Майка с собой.

Я только снисходительно улыбнулась брату и ощутила смутную радость от того, что клиника так вовремя отобрала у нас драгоценного отчима.

Уже на середине фильма я почувствовала себя плохо. Жутко разболелась голова, и таблетки из маминой сумочки не помогли. Эллен выглядела расстроенной, но я заявила, что не хочу портить вечер, и останусь в кинотеатре.

— Нет! — запротестовала мама. — Я не могу издеваться над тобой.

Я почувствовала, как сильнее закружилась голова, но мысль о том, что нам и правда было весело этим вечером, не покидала меня. Совершенно не хотелось портить все лишь потому, что я почувствовала себя плохо. К тому же Лукас впервые после приема у Дэвисов выглядел не таким мрачным, и я не имела права портить ему счастливый вечер с матерью.

— Я могу поехать домой одна, — предложила я. — Майк заберет вас после работы.

Мама смотрела на меня озабочено.

— Но как же ты сама справишься? Ты хочешь сесть за руль в таком состоянии?

— Не волнуйся за меня.

Мои слова, похоже, не убедили маму, но она видела, каким счастливым был Лукас.

— Мы не можем все испортить, мама, — прошептала я, чтобы брат не услышал. — Только не сейчас.

Эллен хорошо понимала, что я имею в виду, и глаза ее заблестели от тревоги за нас обоих. Я постаралась выглядеть лучше, пусть и в ушах звенело от головной боли. Даже улыбнулась матери, когда она достала телефон чтобы посоветоваться с Майком. Лукас все это время смотрел на меня странным взглядом, и я села рядом с ним.

— Ты ведь понимаешь, каких трудов мне это стоит? — спросила я, не сомневаясь в том, что Лукас все хорошо понимает.

Брат улыбнулся.

— Постарайся ничего не испортить.

— Постараюсь постараться.

В этот момент вернулась мама все с тем же обеспокоенным выражением лица.

— Майк согласился забрать нас, но его, как и меня, не радует перспектива посадить тебя за руль в таком состоянии, — пожаловалась она, убирая телефон в сумку.

Я закатила глаза и забрала у нее ключи от машины.

— Мама, я справлюсь, не волнуйся. Все будет хорошо. Пока, Лукас. Повеселитесь.

Я чувствовала озабоченный взгляд матери и как только двери кинотеатра сомкнулись за моей спиной, облегченно вздохнула. Голова все еще болела и я собрала все силы, чтобы не уснуть прежде, чем завести двигатель. Загорелись фары, и я аккуратно вывела машину с парковки.

К моему ужасу дождь, ливший весь день, только усилился, и даже в свете фонарей практически ничего нельзя было разглядеть. Я силилась не просмотреть нужный поворот, сосредоточенная на дороге. Уже через пять минут я замерзла и включила печку в попытках хоть немного согреться.

Машина вздрогнула, и я резко остановилась. Руки задрожали, ведь мне показалось, что я кого-то переехала. В недоумении, умоляя себя не нервничать, я вышла из машины под дождь, на ходу набрасывая на голову капюшон. Холодный ветер моментально хлестнул меня по лицу пригоршней мокрого снега. Я обошла машину дважды, но ничего не обнаружила.

Надрывный крик вырвался из моего горла. Все что я успела сделать, лишь выставить вперед руки для смягчения удара. Резкий хруст засвидетельствовал перелом в какой-то части моего замерзшего тела. В ушах зазвенело сильнее, чем раньше. Мне казалось, что я проваливаюсь в глубокий колодец, а вокруг хлещет ледяная вода.

И через секунду все померкло.

* * *

— Джейн! Джейн, открой глаза!

Знакомый испуганный голос вернул меня к реальности. Ужасная тошнотворная боль по всему телу не давала возможности нормально дышать. В голову словно свинца расплавленного налили и я не чувствовала ни рук ни ног. Изнутри все тело сотрясала жуткая дрожь, я немало времени пролежала на дороге под холодным дождем.

Чьи-то руки убрали с моего лица мокрые волосы, и я с трудом открыла глаза.

— Я умерла? — пробормотала я в надежде, что так оно и было.

Нейт улыбнулся стоя на коленях возле меня. Капли дождя бежали по его бледному испуганному лицу. Он наклонился, чтобы поднять меня на руки.

— Думаю, нет, — ответил он. — Даже не надейся.

Я попыталась обнадеживающе улыбнуться, но в голове взорвалась боль, эффектом напоминающая взрыв гранаты, и я застонала от мучений.

— Я отвезу тебя в больницу.

— Нет, — ответила я, с трудом выговаривая слова. — Мама убьет меня.

— Ты ни в чем не виновата.

Я нахмурилась. Нейт не знает мою мать.

— Отвези меня домой. Не говори никому.

Нейт раздумывал меньше секунды. Видимо, понимал, какие неприятности мне обеспечены, если родители узнают о том, что произошло. Он бережно уложил меня на заднее сидение маминого «опеля», а сам сел за руль.

— Нейт, — позвала я, ощущая, как проваливаюсь в пустоту.

— Да.

— Почему ты всегда там, где есть опасность?

Судя по звуку, Нейт улыбнулся.

— Ты не права. Я всегда там, где тебе нужна помощь.

Я почувствовала, как задрожало сидение подо мной, а уже в следующую секунду очнулась на диване в гостиной нашего дома. Разуметься мы прибыли первыми, в доме запала пугающая тишина, и только Нейт возился с аптечкой на кухне. Когда я позвала он пришел.

На бледном лице сосредоточенное выражение, глаза блестят. Он помог мне сесть и встал передо мной на колени, чтобы наши лица были на одном уровне. Я поморщилась от внезапной резкой боли в виске и только потом поняла, что Нейт промывает рану, которой я не заметила.

Его встревоженные глаза оказались в нескольких дюймах от моего лица, и если бы не мое ужасное положение, я бы смутилась.

— Как это романтично, — сварливо проворчала я.

Полных десять секунд мы смотрели друг другу в глаза. Я протестовала против няньки, в которую превратился Нейт, а он видимо пытался растопить мой гнев щенячьим взглядом. Как бы там ни было, в этот самый момент к дому подъехала машина.

— Твои родители? — спросил Нейт.

— Скорее всего.

Бежать было некуда, поэтому я попросила Нейта остаться. Как я и ожидала, первым в дом вошел Лукас и его глаза расширились, когда он увидел Нейта. Я выглянула из-за спинки дивана и улыбнулась брату.

— Твоей сестре понадобилась срочная медицинская помощь, — оправдалась я и с лица Лукаса мгновенно слетела маска раздражения.

— Что случилось? — спросил он, обходя диван и бесцеремонно усаживаясь на кофейный столик, чтобы быть ближе ко мне. Его пальцы потянулись к моему разбитому виску, но он вовремя отдернул руку, чтобы не сделать мне еще больнее.

— Я упала в обморок. Да, я знаю, глупо, но так бывает. Нейт, к счастью, оказался рядом. — Я кивнула на Сноу, и он мягко улыбнулся нам с братом. Во взгляде Лукаса все еще сквозило подозрение.

— Маме это не понравится, — предупредил он.

Я тяжело вздохнула и взглянула на брата.

— Не сомневаюсь.

Как раз в этот момент в дом вошла Эллен и, судя по веселому тону ее голоса, она пребывала в отличном настроении. По крайней мере, так было, пока она не вошла в гостиную.

— Что произошло? — спросила она, и в голосе ее прозвучало больше железа, чем я опасалась.

— Прости, мама. Мне не стоило уезжать из кинотеатра без вас. Дело в том, что мне стало плохо, и Нейт помог мне приехать домой, — сообщила я, пытаясь, чтобы мой голос звучал безобидно.

Эллен бросила сумку в кресло, и ее взгляд упал на аптечку, которую Нейт все еще держал в руках.

— Ты ведь понимаешь, как это все выглядит, и я искренне надеюсь, что ты говоришь мне правду, Джейн, — сказала она недружелюбно.

Я опустила взгляд на свои колени.

— Понимаю. И я говорю правду.

— Это так, миссис Томас, — отозвался Нейт, и я порадовалась тому, как уверенно и спокойно он держался, даром, что мама пронзила его ядовитым взглядом. — Джейн на самом деле почувствовала себя плохо, и я не придумал ничего лучше, чем отвезти ее домой.

Целую минуту мама смотрела на Нейта острым взглядом, и мне казалось сейчас она броситься на него и разорвет в клочья, но она лишь сухо улыбнулась и забрала у него коробку с медикаментами.

— Спасибо вам, — сказала она. — Я о ней позабочусь.

Нейт выглядел чуточку изумленным, и я не могла его в этом винить. Если бы у меня было больше сил, я бы и сама была в шоке. Эллен никогда так жестоко не обходилась с моими друзьям, даже с парнем, у которого в носу была серьга, и я не могла понять, что такого отвратительного она увидела в вежливом Нейте.

Неожиданно я поняла, что значили испуганные глаза Нейта в тот момент. Кто-то напал на меня, и он ужасно боялся оставить меня сейчас одну и вероятнее всего ночь проведет за охраной нашего дома. Звуки бури снаружи испугали меня, и я взмолилась к маме:

— Пусть Нейт останется. Так мне будет спокойно. На улице ужасная погода и мне не хочется, чтобы с ним что-то случилось по дороге домой.

Мама смотрела на меня как на сумасшедшую, но я постаралась ответить ей как можно многозначительнее.

— Пожалуйста.

Эллен сдалась. Сегодня был, наверное, вечер чудес так быстро мама решалась на то, чего раньше никогда бы не разрешила и не поняла.

— Я помогу Джейн подняться к себе, — предложил Нейт незамедлительно и поднял меня на руки. Эллен все еще смотрела на нас пристальным взглядом, и я поняла, что завтра меня ждет серьезный разговор.

Оказавшись за закрытыми дверьми спальни, я почувствовала себя лучше.

— Спасибо тебе, — сказала я Нейту, оказавшись в постели. Теплое одеяло заставляло мои глаза закрываться.

— Я не могу оставить тебя сейчас, — ответил он, выглядывая в окно. Разряд молнии осветил его лицо с застывшим на нем напряженным выражением.

— Ты видел того, кто напал на меня? — спросила я, когда Нейт придвинул к кровати кресло и сел.

— Нет. Шел дождь, и я увидел тебя, когда ты уже лежала на земле.

Я нахмурилась.

— Ты продолжаешь за мной следить?

— Прости. Это было необходимо.

Неприятно было осознавать, что за каждым моим шагом кто-то наблюдает, но страх в глазах Нейта заставил меня забыть об обидах и раздражении. Если он считал нужным оберегать меня от неизвестной опасности я должна быть благодарна.

— Спасибо, — ответила я тихо. Оказалось, быть благодарной куда сложнее, чем винить его во всех смертных грехах.

Нейт мягко улыбнулся, и вид его беспечной улыбки оживил меня. Нейт поправил одеяло, которым я была укрыта до самого носа и снова улыбнулся.

— Тебе нужно поспать. Сейчас это самое лучшее лекарство, — сказал он заботливо.

Я тоже считала, что лучшей политикой будет именно сон, но вопрос засевший в голове с того времени, как я очнулась, не давал мне покоя.

— Как думаешь, это мог быть Дэвис? — спросила я сонным голосом.

— Нет, сомневаюсь.

Раздался очередной раскат грома, и я почувствовала внутреннюю дрожь, словно отголосок прошлого. Перспектива не знать, кто пытается тебя убить была пугающей до ужаса.

— Тогда кто? Неужели есть человек, так сильно меня ненавидящий, что готов убить? — сокрушалась я. — Неужели Эмбер?

Нейт покачал головой.

— Это не она. И вообще, не думай об этом. Все что произошло сегодня исключительно мои проблемы, — ответил Нейт.

Я удивленно заморгала сквозь сон.

— С каких это пор человек пытающийся убить меня стал твоей проблемой?

— С тех самых как...

Нейт смущенно молчал, и меня это только встревожило.

— Договаривай.

По глазам Нейта я поняла, что он борется с собой и своими мыслями. Наблюдать за тем, как меняется выражение его лица, было больше, чем пугающе.

— Нейт.

— Это мои проблемы с тех пор, как я впервые тебя поцеловал, — выпалил он на одном дыхании.

Мне показалось, кто-то с силой ударил меня в живот. Снова эта тема, снова чувства. Я закрыла глаза, изображая усталость, и решила, что самое время заснуть.

— Я и правда устала. Поговорим завтра, — предложила я.

Нейт не возражал, но я все равно заметила, как заблестели от боли его карие глаза. Мне и самой вдруг стало больно, но не успела я разобраться в собственных чувствах, как в дверь тихо постучали.

— Я буду спать, — сказала я и повернулась на другой бок, зарываясь лицом в одеяло.

Нейт открыл дверь и в комнату кто-то вошел.

— Как она? — спросил Лукас встревожено.

— Уже лучше. Уснула, — спокойно ответил Нейт.

Я чувствовала, как проваливаюсь в сон, но мне вдруг стало жутко интересно, и пришлось ухватиться за реальность из последних сил. Я не сомневалась, что брат не поверил в историю «обомлела-упала».

Некоторое время оба молчали.

— Ты ведь понимаешь, что ты и она... это странно, что вы вместе, — выговорил Лукас, поражая меня своей мужественностью. Я не могла видеть его лица, но голос звучал больше, чем резко.

Нейт медлил с ответом, и я почти слышала, как мысли со свистом носятся в его голове. Повеяло разочарованием.

— Мы не вместе, Лукас, — ответил он, не теряя свое мнимое спокойствие. Я могла поклясться, что в тот момент он готов был выгнать Лукаса из комнаты, чтобы остаться наедине со своим отчаянием.

— Да, но я все вижу и возможно в скором времени так и будет, — продолжал Лукас упрямо.

— Я не думаю, что Джейн...

Лукас вдруг перебил Нейта.

— Она моя сестра, и я люблю ее, — быстро сказал он, видимо опасаясь, что его слова прозвучат слишком сентиментально. — И если ты причинишь ей боль, я сделаю все, чтобы ты об этом пожалел.

Нейт снова молчал. Я понимала, что он сейчас чувствовал, когда Лукас затронул именно ту тему, которой он так боялся, и я опасалась его ответа.

— Я никогда сам не сделаю ей больно и никому не позволю, — сказал он спустя минуту и голос его прозвучал убедительно и подавлено одновременно.

— Хорошо, — ответил Лукас. — Это все, что я хотел узнать.

Скрипнула дверь. Лукас отчего-то застыл на пороге, и уже через секунду я услышала его голос снова.

— Знаешь, моя сестра из тех, кто может навредить сам себе, — заметил он не без причин. Я еле заметно улыбнулась. — Позаботься, чтобы этого не произошло.

— Я обещаю, Лукас, — ответил Нейт, и дверь закрылась.