Посвящение

Незаметно проскочив мимо стойки ресепшен, я вихрем влетела в лифт, и посмотрела на себя в зеркало.

Густые каштановые волосы торчали в стороны неровными слежавшимися клоками, а зеленые некогда глаза оказались красными и воспаленными. Бледная кожа сияла нездоровым блеском.

Я тяжело вздохнула. Мысли путались. Я все еще не могла поверить в то, что все произошедшее со мной − правда.

«Анджей − 98-летний дампир. Дитя, рожденное от союза человека и вампира... − проносилось у меня в голове. − А наш преподаватель, всеми любимый Даниель, все это время был в курсе!».

Лифт едва слышно пискнул, а двери, зашипев, тихо разошлись в стороны. Я резво направилась вперед, но почти сразу же снова замерла.

− Амелия?! − послышался удивленный голос Полины. − Что... что ты тут делаешь?

Подруга была одета в стильные обтягивающие джинсы и белую хлопковую футболку с изображением группы «Битлз». В руках она сжимала серебристую банку с диетической колой.

Так ничего и не ответив, я молча подалась вперед, и крепко прижала подругу к себе. От удивления Полина оцепенела, и лишь несколько секунд спустя одарила меня неловким ответным объятием.

− Как же я соскучилась! − протянула я, отстраняясь.

− Я тоже... − подруга все еще удивленно на меня таращилась, − А как ты сюда попала? Тебя что, уже выписали из больницы? Что произошло в пятницу? Говорят, на вас с Анджеем напала какая-то банда...

− Даниель так сказал? − спросила я, так и не ответив ни на один из поставленных вопросов.

− Да, он. А что, что-то не так? − Полина бросила на меня подозрительный взгляд. − Амелия, почему ты в таком виде? Почему не предупредила, что тебя выписали? Твоя мама звонила...

Снова так ничего и не ответив, я резво направилась вперед. Подруга потрусила следом.

Пару мгновений спустя я резко открыла дверь нашего с Кейшей номера, и почти бегом заскочила внутрь, сама до конца не осознавая, куда так тороплюсь.

До ушей сразу же донеслось приглушенное хохотание и громогласные взрывы. Кажется, друзья играли в какую-то видеоигру.

Преодолев небольшой темный коридор, я все же немного сбавила темп, и осторожно заглянула в гостиную. На белоснежном диване беспечно развалились Андрей с Ксандром, потягивающие (вероятнее всего, украдкой) пиво из небольших коричневых бутылок из толстого стекла и, с азартом в глазах, с силой давящие кнопки на джойстиках.

По экрану бегали какие-то непонятные тролли в накидках, вооруженные посохами, мечами, кинжалами и еще какими-то совершенно несуразными светящимися штуковинами.

Из спальни послышался приглушенный голос Марка:

− Эй, вы там! Заткнитесь! Я пытаюсь помочь девчонкам в поисках, а вы все только усложняете!

− Да мы же тихо! Только не говори, что там все равно все слышно...

Через мгновение из-за дверей появилось недовольное лицо друга:

− Вы можете помолчать хотя бы минуту?! Дайте мне сосредоточиться, в конце концов! Кажется, есть какой-то импульс совсем неподалеку, но я пока... − он резко замолчал, заприметив меня в дверях.

− Привет... − тихо прошептала я с улыбкой.

Ребята проследили за направлением взгляда друга.

− Амелия? − удивленно протянул Андрей, вытягиваясь на диване.

− А ты ожидал кого-то другого?

Я вышла вперед, а друг, недолго думая, бросился ко мне и, приподняв над полом, весело покружил.

− Как же я рад тебя видеть! Тебя выписали? Немедленно рассказывай нам о том, что произошло!

− Я тоже рада тебя видеть, Андрей... − прошептала я, с трудом сдерживая желание прямо на глазах у друзей впиться ему в шею. − Меня выписали... утром.

Марк пристально смотрел на меня, но двигаться с места не спешил. Что-то в его глазах заставило меня насторожиться.

− Привет, подруга! − задорно протянул Ксандр, и, осторожно прижав меня к себе, добавил, − В европейских больницах теперь вместо пижамы шелковые пеньюары выдают?

Я посмотрела вниз на свои босые ноги и обтянутые голубым шелком бедра.

Полина провела рукой по льняному пиджаку, укрывающему мои плечи, и, сузив глаза, пробормотала:

− У Даниеля точно такой же пиджак...

Я испуганно посмотрела на подругу и, издав легкий смешок, ответила:

− Все верно. Ты очень наблюдательна. Это его пиджак. В тот вечер я потеряла мобильный телефон и поэтому не смогла предупредить вас о том, что меня выписывают. В больнице появлялся лишь Даниель, как наш официальный представитель здесь, в Праге... − Полина пристально следила за каждым движением моих губ. − Ему сообщили о том, что мне стало лучше, и он приехал. Все мои вещи куда-то затерялись, и поэтому пришлось довольствоваться тем, что было под рукой... − ложь за ложью так и продолжала сыпаться с моих губ, − Женщина из соседней палаты любезно поделилась со мной тем, чем располагала. Поскольку я не могла появиться на улице в одной лишь комбинации, пришлось ненадолго позаимствовать пиджак у Даниеля.

− А обувь? − не унималась Полина. − Она тоже куда-то подевалась? Или Даниель тебя на руках до входа нес?

− Мне дали одноразовые тапочки, но я выбросила их в мусорную корзину в вестибюле... − отозвалась я, бросив на подругу испепеляющий взгляд. − В них было жутко неудобно.

Повисла неловкая пауза. Марк продолжал стоять в стороне и хмуриться, поэтому Андрей заговорил первым, и тем самым разрядил обстановку:

− Амелия, пойдем. Тебе срочно нужно переодеться.

Я послушно кивнула:

− Ты прав, − на моем лице застыла легкая улыбка, а взгляд переместился на Марка, − А ты, милый друг... разве не рад меня видеть?

Он почесал подбородок, а затем, все же выдавил из себя некое подобие улыбки:

− Ну, почему же! Очень рад... − осторожно подавшись вперед, друг неловко приобнял меня за плечи. − Просто, как-то все неожиданно вышло. Нам сообщают, что на вас с Анджеем напали, что ты в больнице... и вдруг, пожалуйста! Амелия Гумберт собственной персоной!

− Хватит болтать! − встрял Андрей, и потянул меня за собой в спальню. − Дайте ей прийти в себя! Позже, она сама нам все расскажет...

Мне никогда не нравилось, когда Андрей вот так рвался все за всех решать, но, в данном случае, я была безумно благодарна другу, поскольку чувствовала себя просто отвратительно, а лишние разговоры вызывали у меня раздражение. Единственной вещью, о которой я сейчас мечтала − был душ. Ну, и еще кровь. Кровь, которая тихо текла в его молодых упругих жилах.

− Мы будем здесь... − словно предупреждая, пробормотал Ксандр Андрею.

Кивнув, друг зашел в комнату следом за мной.

В спальне приятно пахло ванилью и свежими лилиями, поставленными в вазу. Кейша больше всего на свете любила именно эти цветы, и что-то мне подсказывало, что огромный благоухающий букет был подарен подруге Марком во время моего отсутствия.

Шторы в помещении были плотно запахнуты, на полу валялись какие-то странные листы, мелкие серебристые фигурки и кожаные мешочки с сушеной травой. На стоике возле окна примостился «Мак» Марка.

Я резво направилась к шкафу. Послышался тихий треск.

− Что за... − выругалась я, и посмотрела себе под ноги. Прямо под моей ступней оказался небольшой раздавленный пластиковый пузырек, с вытекшей из него на ковер синеватой жидкостью.

− Кажется, это зелье... − протянул Андрей.

− Что? − непонимающе переспросила я.

− Пока ты лежала в больнице, в Праге разразился самый настоящий ураган. Все аэропорты перекрыли, а из гостиницы, после того что произошло с тобой и... − друг запнулся. − И с Анджеем, Даниель запретил выходить без сопровождения. Была такая дикая скукотища, что мы не нашли ничего лучше, чем приставка и настольные игры. Этот флакончик, наверное, выпал из нашего набора «Подземелья и драконов».

− Ясно... − протянула я, и, отодвинув в сторону зеркальные створки шкафа, принялась искать подходящую одежду.

Андрей пристально за мной наблюдал, а с его лица не сходила милая улыбка. Найдя подходящие спортивные штаны и рубашку, я, недолго думая, сбросила с себя пиджак, который, как теперь выяснилось, принадлежал нашему обожаемому лгуну-преподавателю.

Андрей смущенно кашлянул, и поспешил отвернуться.

Я улыбнулась, и вдруг с радостью осознала, что мой недавний порыв поскорее «насытиться», резко пошел на убыль. Более того, кровь почему-то уже не казалась мне столь привлекательным лакомством как несколько часов тому назад, а жжение и сухость в горле почти прошли, сменившись диким, но уже вполне «человеческим» голодом. Я поняла, что безумно соскучилась по другу, и пришла к выводу, что никогда не смогла бы причинить вред тому, кого безумно люблю. Конечно, это была не совсем «та» любовь, на которую Андрей всегда рассчитывал, но все же.

− Я, пожалуй, открою окно... − протянул Андрей, и уже почти прикоснулся к занавесям.

Резко сорвавшись с места, я в десятую долю секунды оказалась рядом с ним, и придержала за руку.

− Нет, не нужно.

Друг удивленно на меня уставился, и, едва заметно усмехнувшись, ответил:

− Ладно. Просто, здесь очень темно, а я и без того плохо вижу. − Он выдержал короткую паузу. − Надо же, я думал, что ты все еще возле шкафа...

− Прости, что напугала. В последнее время, я вообще чувствую себя словно какая-то никчемная тень... − с моих губ сорвался тяжелый вздох.

− Я не переставал думать о тебе... − прошептал Андрей, и осторожно, почти невесомо, провел своими теплыми пальцами по моей щеке.

− Я знаю, − так же тихо ответила я, и, чмокнув друга в щеку, поспешила отправиться под душ.

Когда я закрыла за собой дверь ванной комнаты и, обнажившись, залезла в просторную стеклянную кабину, меня с головой накрыло приятное чувство спокойствия и умиротворения. Теплые капли нежно ласкали кожу, и я совершенно четко ощущала, как вместе с мутной водой, стекающей в водосток, уходит часть моего прошлого. Я до сих пор не могла до конца осознать всего того, что произошло в последние дни, и не могла понять, как же теперь жить с пониманием того, что мир гораздо более сложен и непредсказуем, чем мне казалось раньше. Что под покровом ночи по улицам разгуливают не только самые отъявленные преступники и злодеи, а еще и самые настоящие «дети ночи» − вампиры, оборотни, дампиры, и тому подобные существа, отнюдь совсем не выдуманные, и не сошедшие в реальный мир в качестве персонажей какого-нибудь фильма.

А дедушка! Анджей сказал, что он жив! Что его преследовали какие-то могущественные люди, и что ему пришлось укрыться от них в каком-то... изгнании.

Прикрыв глаза, я попыталась привести мысли в порядок. Что-то внутри подсказывало, что все еще только начинается, что некий «процесс» уже запущен самой Вселенной, и в скором времени водоворот невероятных событий захлестнет меня с головой. Поэтому сейчас, в этот самый миг, мне нужно было хотя бы ненадолго забыться, и насладиться своим уединением.

Что-то определенно надвигалось, и я знала, что пути назад уже не будет никогда.

Вскоре после того, как я приняла душ, переоделась и вышла в гостиную, к нам присоединились Кейша и Лиза. Их реакция на мое внезапное возвращение была такой же неоднозначной, как и у остальных. У меня не было никакого сомнения в том, что друзья рады меня видеть, но что-то в их взглядах, несомненно, настораживало.

− Амелия, расскажи нам, что же все-таки произошло в тот злополучный вечер? − жестикулируя руками, протянула Полина.

− Мы все жутко за тебя волновались... − поспешила вставить Лиза. − В субботу утром мы проснулись под звуки жуткой грозы и дикого, просто неистового ветра. Все так и сверкало!

Андрей, который уже успел позаботиться об обеде, раздавал нам тарелки.

− Когда мы отправились вниз чтобы позавтракать, пришел Даниель, и сообщил, что ты в больнице. − Ксандр принял из рук друга тарелку с огромным куском сырной лазаньи. − Прости Ам, но мы сразу же позвонили твоей маме...

− Мы сами попытались попасть в больницу, но Даниель сказал, что ты находишься в отделении интенсивной терапии, и к тебе нельзя... − пояснила Кейша, отправляя в рот вилку с салатом.

− Ничего страшного! − ответила я, махнув одной рукой, а второй поднеся к губам стакан с минералкой. − Вы все сделали правильно. Так, как и полагается настоящим друзьям.

− Ты должна ей позвонить, Амели, − твердо произнесла Лиза. − Она порывалась прилететь в Прагу первым же рейсом, но, как видишь, погода не позволила.

Я почувствовала, как сердце неровно забилось в груди. Появление здесь мамы могло все только усложнить.

Особенно, учитывая тот факт, что я могу потерять контроль и навредить своим самым близким и дорогим людям. Нужно было предотвратить ее приезд во что бы то ни стало.

С губ сорвался тяжелый вздох, и я пристально посмотрела прямо перед собой.

Друзья глядели на меня испытующими взглядами и ждали, когда же я, наконец, соизволю поведать им обо всем произошедшем.

Когда я вышла из душа пару минут тому назад, то решила заглянуть в ноутбук Марка и проверить почту, а заодно узнать последние новости. Каково же было мое удивление, когда я поняла, что сегодняшний день снова оказался пятницей, а не субботой, как мне представлялось. К горлу сразу же подступил тугой ком, а волосы на голове буквально зашевелились.

«Неделю... − пронеслось в голове. − Я отсутствовала целую неделю, совершенно об этом не подозревая!».

Первой мыслью, пришедшей в голову, была мысль о том, чтобы мигом броситься обратно к Анджею, и в подробностях выяснить, что же именно произошло в ту ночь, когда на меня наехал автомобиль, а также, чего стоит ожидать впереди, но я так и не решилась на этот поступок.

Сейчас первостепенной задачей было придумать что-то, что помогло бы мне ослабить бдительность друзей ради их же собственной безопасности.

− Я обязательно позвоню ей, − ответила я, вернувшись к реальности.

− Ну, рассказывай же! − с аппетитом уплетая пиццу, протянул Андрей. − Что там произошло?

С губ снова слетел вздох, а сердце затрепетало в груди еще более беспокойно. Мне предстояло тотально солгать друзьям, а я никогда не умела этого делать. Всегда, когда мне отчаянно требовалось что-то скрыть хотя бы для того, чтобы не расстраивать или не волновать дорогих сердцу людей, меня разоблачали почти сразу же.

Сейчас же был совершенно другой случай, и именно поэтому нужно было быть как можно более убедительной.

− Вообще-то, рассказывать особо и нечего. Я мало что помню... − неуверенно начала я. − Анджей пригласил меня в один ресторан неподалеку от Карлова Моста. Мы сидели, разговаривали... В общем, приятно проводили время.

− А как к вам попал Эдуард? − вступил в разговор Марк, стряхивая с рубашки крошки багета.

− Его отец приехал сюда на следующий день, носился по коридорам, и орал на Даниеля как оглашенный... − ехидно хмыкнув, вставила Полина. − Как будто он был виноват в том, что его сын выперся на улицу ночью, и нашел неприятности на свою...

− Полина!!! − протянули все хором.

− А что? − подруга нахмурилась. − Разве я не права? Он ведь, в конце концов, не жил в гостинице.

Я сделала еще один обильный глоток из стакана. Горло снова начинало саднить, а свет так и резал глаза.

− В тот самый момент, когда мы с Анджеем уже стали собираться, в ресторан ввалился Эдуард с Русланом и Владом.

− Мы слышали о том, что с ними произошло... − еле слышно пробормотала Кейша. − Они, конечно, были самыми настоящими подонками... Но представьте, каково сейчас их родителям!

Я облегченно вздохнула. Раз Даниель что-то наплел остальным о том, как те двое «покинули» сей мир, врать мне придется в несколько раз меньше.

− В общем, когда я их увидела, то сразу же почувствовала неладное...

− А как на их появление отреагировал Анджей? Он знает о том, что вы с Эдуардом раньше встречались? А о том, что вы собирались пожениться следующим летом? − сложив руки на груди, поинтересовалась Полина.

Лиза закинула ногу на ногу и, отбросив назад свои густые светлые волосы, усмехнулась:

− Полина, я тебя умоляю! Ну конечно же, он обо всем знал! Весь университет знает о том, что у них произошло с Амелией... − она сделала небольшой глоток апельсинового сока, − Наверняка, эта выскочка Петровская с удовольствием его во все «посвятила»!

− Они, конечно, сразу же нагрубили бармену, но, в целом, вели себя довольно сносно. Мне было настолько все равно, что я даже не заметила, как эти двое вскоре вышли. Краем глаза я видела лишь Эдуарда, сидящего за стойкой. Думаю, что после всего того, что произошло на вечеринке в Москве, он попросту побоялся подходить ко мне в присутствии Анджея...

− Кстати, а что же все-таки произошло тогда в Москве? − поинтересовался Марк. − По-моему, ты собиралась нам рассказать, но потом почему-то вдруг резко слилась...

− «Слилась»?! − протянула Лиза, удивленно таращась на брата. − Ну и словечки же ты выучил, братишка...

Я автоматически посмотрела на Кейшу. Подруга едва заметно кивнула, давая понять, чтобы я продолжала. В конце концов, ведь даже она не знала, что же именно тогда произошло.

Я сделала очередной обильный глоток из стакана, и, набрав полную грудь воздуха, ответила:

− Тогда в клубе, Эдуард пытался меня изнасиловать.

− Вот дерьмо! − выругался Ксандр, едва не поперхнувшись.

− Поверить не могу... − протянула Полина.

− Вот же мерзавец! − прошипел Андрей. − Да как он посмел?!

Я слабо улыбнулась, и пожала плечами:

− Он тогда изрядно набрался. Не переставая, бубнил, что все еще меня любит, что его заставили жениться на той девице из Франции...

− Это не дает ему права на то, чтобы распускать руки! − не унимался Андрей. − На него нужно незамедлительно заявить в полицию!

− Это дело прошлое, − ответила я. − Он сейчас и так в больнице. Думаю, что с него хватит.

− Ам, рассказывай скорее, что было дальше! − Кейша пересела ближе и приобняла меня за плечи.

Я продолжила:

− В общем, пару минут спустя Анджей расплатился за ужин, и мы направились на стоянку, где он оставил машину...

Я почувствовала, как волнение внутри начало нарастать все сильнее, так как рассказ начал приближаться к своему апогею.

− Когда он уже начал открывать для меня дверь, из подворотни появились дружки Эдуарда. Руслан почти сразу же заломил ему руки, а Влад схватил меня.

− Боже, я не могу этого слушать... − Лиза облокотилась о подлокотник кресла, и прикрыла лицо ладонью.

− Нужно было позвать на помощь... − вставил Марк. − Кто-нибудь, да откликнулся бы! Близ Карлова Моста всегда уйма туристов...

− Да, наверное, − тихо согласилась я. − Вероятно, я просто слишком испугалась, когда увидела их. Я была просто не в силах выдавить из себя и звука. К тому же, еще этот ужасный туман...

Марк нахмурился:

− Туман?

− Да, он был повсюду. Видимость была никакая.

Я полностью осушила стакан, а Андрей мигом открыл новую бутылку минералки, и снова наполнил его до краев.

− Тогда-то и появились эти головорезы, да? − спросила Полина

− «Головорезы»? − непонимающе переспросила я.

− В новостях сообщили о том, что в городе орудует какая-то банда, типа скинхедов, которая в последнее время злоупотребляет нападениями на молодежь.

Я лихорадочно соображала, что же на это сказать.

− Нет, я уже сказала, сначала там появился Эдуард, и стал измываться над Анджеем вместе со своими дружками... − По коже ощутимо поползли мурашки. − Я могу поклясться, что слышала, как трещат его кости! Он из последних сил держался, и старался не закричать...

− Мерзавцы! − покачала головой Кейша. − Что бедный Анджей мог сделать с двумя здоровенными амбалами...

− Когда Эдуард попытался оттащить меня прочь, откуда не возьмись, появилась компания этих самых отморозков... − в висках застучало, а на шее стали появляться неровные красные пятна.

«Вот, ты и дошла до «основной» лжи, Амелия...» − пронеслось у меня в голове.

− Боже, милая... Я бы от страха умерла, если бы оказалась на твоем месте! − добавила Кейша, поглаживая меня по плечу.

− Дальше, все произошло стремительно. Воспоминания довольно смазанные... − Я постаралась отвести от друзей взгляд, и заложила за ухо выбившуюся прядь. − Сначала они схватили Эдуарда, а затем ударили меня чем-то тяжелым по голове, и я отключилась. Очнулась уже в больнице. Когда попыталась вызвать медсестру при помощи тревожной кнопки, она ни слова не поняла по-русски. Вспомнив, где нахожусь, я обратилась к женщине по-английски, и тогда она уже как-то связалась с Даниелем.

− В отель приходили полицейские... − пробормотал Андрей. − И о чем-то допрашивали нашего «одуванчика».

Я удивленно вскинула брови:

− Они допрашивали Даниеля?

− Именно, − ответила Полина за друга. − Приехали в отель ни свет ни заря, и почти целый час провели у него в комнате. Их было трое. Двое зашли внутрь, а один стоял снаружи и караулил дверь. Все наши это видели...

− Они должны были прийти... − заметил Ксандр, смерив Полину многозначительным взглядом. − Ведь произошло убийство!

− Да уж... − протянул Марк. − Два трупа – вот это действительно серьезно! Хорошо, что Даниелю не пришлось отвечать за случившееся. Руслан и Влад ведь прилетели сюда к Эдуарду, а значит, к университетской поездке отношения не имели.

− А что конкретно говорит полиция? − поинтересовалась я, с трудом проговаривая последние слова. − Ну, я имею в виду, как именно они погибли?

− Говорят, что преступники несколько раз выстрелили в Руслана, − ответил Андрей. − Что касается этого смазливого Влада с «параллельного потока», то там вообще полнейший ужас... Говорят, что эти отморозки дошли до того, что обезглавили его.

Я закрыла глаза. К горлу подступил отвратительный ком, мешающий мне нормально дышать.

Голос Руслана, переполненный диким ужасом, так и звучал у меня в голове:

«Я нашел его поодаль... Точнее, его голову. Тело лежало чуть в стороне».

− О, Боже... − задыхаясь, протянула я. − Боже мой!!!

Кейша крепко прижала меня к себе, и чмокнула в макушку:

− Да уж, не такого отдыха мы тебе желали, милая. Если бы я знала, что здесь произойдет, то первой бы вычеркнула твое имя из того злополучного списка! Своими собственными руками порвала бы билет на самолет...

− Ты же не могла знать о том, что здесь произойдет... − прошептала я, и погладила подругу по руке.

− А разве к тебе в больницу не приходила полиция? − поинтересовался Марк.

− Нет... − протянула я, смерив друга пристальным взглядом. − Наверное, они узнали от Даниеля все, что им было нужно. Я какое-то время была без сознания...

Подобный ответ не удовлетворил бы даже меня саму.

Марк хмыкнул:

− Тебе не кажется, что это довольно странно? Все же, произошло двойное убийство! Эта банда уже давно наводит страх на всю Прагу, а у полиции даже нет подозреваемых! Им следовало допросить тебя как свидетельницу... Ведь ты присутствовала непосредственно на месте преступления!

Я нервно сглотнула. Голубые до неприличия глаза Марка буквально зачаровывали меня. На секунду мне даже показалось, что я отчетливо слышу упрекающие нотки его голоса у себя в голове.

Резко встряхнув головой, я, запинаясь, протянула:

− Я же говорю, я была без сознания! Я вообще толком ничего не успела разглядеть. Возможно, им что-то удалось узнать у Эдуарда...

− Эдуард все еще без сознания, − бесстрастно отчеканил Марк. − А тебя уже выписали... Ты могла бы дать полицейским хотя бы какую-нибудь зацепку в этом деле!

Я почувствовала, как в голосе друга прозвучала «сталь».

− Амелия, подумай. Своими показаниями ты смогла бы защитить местных жителей! Я уверен, что эти мерзавцы на этом не остановятся, и вскоре снова нападут на ни в чем неповинных людей...

− Я не...

− Подумай еще раз!

Его слова так и звучали у меня в голове грозным эхом. Они словно слетались со всех сторон и образовывали в мыслях темную густую «тучу», из которой вот-вот норовил хлынуть ливень.

− Марк, я же говорю, что ничего не видела... − пробормотала я, почувствовав у себя на губах солоноватый привкус слез, тихо хлынувших из глаз.

Сердце в груди почти сорвалось на галоп, а комок в горле наконец-то рассосался, уступив место легкому пощипыванию. К лицу прилила кровь. Очередной приступ гнева начинал накрывать меня с головой. Руки сжались в кулаки, а десна предательски заныли. Единственным желанием было как можно быстрее вонзиться клыками другу в горло и заставить его замолчать.

Когда я уже почти была уверенна в том, что больше не смогу себя контролировать, на мое плечо легла теплая шероховатая ладонь.

Я резко обернулась, и увидела перед собой добродушное лицо Андрея. Он стоял позади дивана, на котором я сидела вместе с Кейшей и Полиной, и мило улыбался:

− Не нужно давить на нее, Марк. Амелия недавно пережила нападение, и сейчас ей ничто не нужно так сильно, как хороший отдых... – Он нервно поправил очки. − К тому же, погода, кажется, начала налаживаться, а это означает, что вероятнее всего уже завтра утром мы вылетим обратно в Москву.

− Что?! − мигом придя в себя, выкрикнула я. − Уже завтра?

− Ну, да... − непонимающе протянул Андрей. − Тебе разве не хочется поскорее попасть домой?

− Да, хочется конечно... Просто, все как-то слишком стремительно развивается. А что будет с Эдуардом?

− А что с ним может быть? О нем позаботятся родители! − послышался осуждающий голос Ксандра. − Анатолий Сергеевич и его супруга сейчас здесь, в Чехии... Они, кстати, первыми примчались в больницу, и там тоже успели устроить грандиозный скандал!

− Бедный Даниель... − покачала головой Полина. − Устроил студентам каникулы на свою голову!

Я поднялась с дивана. Все вокруг сразу же поплыло, и меня резко повело в сторону.

− Амелия! − встрепенулась Кейша, и придержала меня за плечо. Через секунду к ней подоспел Ксандр.

− Я в порядке! − отозвалась я. − Просто, слишком резко встала.

− Тебе нужно прилечь... − Андрей отпихнул ребят в сторону, и занял место Кейши. − Я провожу тебя в спальню.

− Спасибо... − прошептала я, одарив ребят вымученной улыбкой. − Вы столько всего для меня делаете! Я всех вас очень люблю...

− Мы тоже любим тебя, милая. − Ответила Кейша за всех.

Я обернулась, и еще раз с благодарностью посмотрела на ребят. Все приветливо улыбались. Все, кроме Марка.

Что-то во взгляде друга не давало мне покоя. А если честно, то откровенно пугало. В его холодных голубых глазах читалось что-то вроде отвращения и неприязни.

Мы так долго разговаривали, что я совершенно не заметила того, как на город обрушился вечер.

Ксандр вызвал в номер официанта, и попросил его унести оставшуюся после ужина посуду. Проводив меня до постели, Андрей так же поспешил ретироваться. Спустя десять минут в комнате не осталось никого кроме Кейши, которая помогла мне переодеться и, уложив в постель, долго рассказывала обо всем том, что я пропустила за дни своего отсутствия.

Слушая глубокий ласковый голос подруги, я почти сразу провалилась в сон.

Я резко подскочила на кровати и лихорадочно оглядела комнату. Темно-синее сияние, исходящее от электронного циферблата будильника, было единственным источником света, которое позволяло разглядеть лежащую на соседней кровати Кейшу. Подруга тихо посапывала во сне.

В горле жутко саднило, а где-то глубоко внутри снова начало нарастать чувство какого-то бесконтрольного возбуждения. Клыки во рту вновь обострились и показались наружу.

«Я... я больше не могу сдерживаться! − подумала я про себя, ощутив, как яростно пульсирует кровь внутри вен. − Я должна заполучить его кровь, чего бы мне это не стоило!».

Медленно поднявшись с постели, я бесшумно, словно призрак, проследовала в гостиную, а затем и в освещенный ночниками общий коридор.

Сидящий за стойкой пожилой консьерж мирно дремал, и мне не доставило особого труда незаметно проскочить мимо него.

Я твердо следовала вперед, тупо подчиняясь своему низменному инстинкту. Ноги не двигались, а буквально парили над полом, ведя меня к заветной «цели», которая мирно спала на диване в просторном номере в восточном крыле. Жажда, которую мне так и не дали утолить, предательски снова дала о себе знать. Она лучше всего демонстрировала то, кем я теперь стала.

Ведомая силой ночи, я, наконец, оказалась на месте. Перед моим лицом была дубовая резная дверь с витиеватой цифрой «11».

Я бросила короткий взгляд на золотистую медную ручку, и дверь вдруг открылась сама собой, хотя внутри что-то ясно подсказывало, что замок был заперт изнутри.

Когда я оказалась внутри, ноздри резко защекотал отвратительный приторный запах какого-то полевого растения. Глаза начало пощипывать, но это пустячное обстоятельство никак не могло помешать мне в осуществлении задуманного.

Резко взмахнув рукой, я тихо прикрыла за собой дверь. Точнее, почувствовала, как она, в ответ на мой мысленный позыв, закрылась сама собой. Комната снова погрузилась в темноту.

Подойдя к широким двойным дверям, ведущим в спальню, я осторожно приоткрыла одну из них.

На двух кроватях, стоящих друг напротив друга, мирно спали Ксандр и Марк. На их прикроватных тумбочках стояли вазы с какими-то неизвестными мне цветами. Этот резкий запах, буквально прожигающий мне глазницы, исходил именно от них.

Вдруг, Ксандр что-то недовольно пробурчал во сне, а слева от меня послышалось тихое шуршание. Я сразу же поспешила захлопнуть дверь, и прошла в гостиную, что была напротив.

Послышался тихий вздох, а затем, еле слышное сопение.

Я прошла еще немного вперед и, наконец, увидела его.

Андрей перевернулся с бока на спину и закинул руку за голову. Легкое льняное одеяло сползло почти до самого пола, а босые ступни друга выползли на подлокотник.

Почувствовав, как сердце в груди забилось сильнее, я осторожно придвинулась ближе, и посмотрела прямо перед собой. Очки Андрея в темной пластиковой оправе лежали на журнальном столике рядом с очередной книгой Стивена Кинга и недопитой банкой колы.

Левая рука друга вдруг выкинулась вбок, и преградила мне путь, словно турникет в метро.

Осторожно через нее переступив, я остановилась и пристально посмотрела на Андрея.

Только сейчас я поняла, насколько у друга было мускулистое тело. Его широкая грудь, обтянутая черной хлопковой футболкой, тихо вздымалась, а сильные спортивные ноги скрывались под просторными спортивными штанами светло-серого цвета. Густые завитки его темных как смоль волос смешно торчали в разные стороны, но от этого не делали его менее привлекательным.

Осторожно опустившись на колени, я взяла широкую горячую ладонь Андрея в свою, а затем, осторожно провела по ней пальцем. Дойдя до запястья, я нащупала тихо пульсирующую синюю жилку, и, следуя за ней, словно за путеводной звездой, медленно повела пальцем вверх. С приоткрытых губ друга слетел тихий, едва уловимый стон.

Закончив с рукой, я продолжила свой «путь» еще дальше, к шее Андрея.

«Вот оно! − пронеслось у меня в голове. − Я нашла то, что мне было нужно...».

Широкая, наполненная горячей молодой кровью артерия ритмично пульсировала под моими пальцами.

Я почувствовала, как внутри начало нарастать дикое желание, представляющее собой ничто иное как «смесь» из дикого голода и совершенно обычного, плотского желания.

Мое сердце радостно затрепетало. Впервые я дала себе волю, и, приоткрыв рот, позволила клыкам обнажиться полностью. Мое лицо медленно потянулось к шее друга, предвкушая свежую, сладкую кровь...

− В чем дело? − послышался заспанный голос Андрея. − Кто здесь?

Вздрогнув, я резко отстранилась назад, поспешив как можно быстрее закрыть рот.

Его вторая рука выбралась из-под головы, и потянулась к стоящей на столе лампе.

Послышался тихий щелчок. Заспанные глаза друга лихорадочно изучали комнату, а пальцы, отпустив цепочку, принялись лихорадочно шарить по столу в поисках очков.

− Это я... − тихо прошептала я.

− Амелия? − найдя то, что нужно, Андрей сразу же нацепил очки на переносицу, а затем смерил меня удивленным взглядом. − Что ты здесь делаешь? Который сейчас час?

− Тише... − прошептала я, приложив палец к его губам. − Не шуми так, а то разбудишь Ксандра и Марка. Сейчас около трех часов.

Андрей откинул и без того уже почти сползшее на пол одеяло в сторону и подтянул ноги к себе, позволяя мне сесть рядом.

− Что-нибудь случилось? − обеспокоенно поинтересовался он. − Тебе что, плохо?

− Нет-нет! − я, словно преступник, которого только что застукали прямо на месте преступления, лихорадочно замахала руками. − Просто, мне вдруг стало как-то одиноко...

− «Одиноко»? − Андрей нахмурил лоб. − Я всегда думал, что в таких ситуациях ты обычно обращаешься за поддержкой к Кейше или Лизе.

− Знаешь... − протянула я, безумно обрадованная тем, что задуманное мной «зверство» так и не совершилось. − Это так глупо! Ты ведь абсолютно прав! Наверное, мне и вправду лучше стоит пойти к девочкам. Не понимаю, что на меня нашло...

− Нет! − встрепенулся он, и резко опустил ноги на пол. − Пожалуйста, Амелия, не уходи! Прости... Я и сам не понимаю, что такое говорю! Сядь, и просто расскажи о том, что произошло. Мы ведь как-никак друзья... верно?

Я пристально посмотрела на Андрея. В его темно-зеленых глазах читалось отчаянье. Кажется, он действительно не хотел, чтобы я уходила. Сама не понимая для чего, но я все же села рядом и утвердительно кивнула.

− Так в чем дело? Тебя что-то мучает? − одна его рука легла на спинку дивана прямо за моими плечами, а вторая опустилась на колено.

− Сама не знаю, почему пришла сюда... − я развела руками. − Просто, проснулась посреди ночи, и сразу же подумала о тебе...

Волоски на моей руке медленно зашевелились. Я четко различала тихое биение сердца в груди Андрея, и ощущала невероятный жар, исходящий от его молодого тела.

− Может быть, ты просто подумала о том человеке, который всегда готов тебя выслушать? − спросил он, посмотрев мне прямо в глаза.

Я посмотрела на него в ответ. Повисла неловкая пауза.

− Ну, или о том, с кем можно от души поприкалываться!

Мы оба тихо рассмеялись. Я протянула руки вперед, и стянула с его переносицы очки.

− Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что прятать такие красивые глаза за толстенными стеклами очков просто неприлично?

Это было истинной правдой. Темно-зеленые глаза друга были усеяны мелкими замысловатыми крапинками, из-за чего его взгляд буквально гипнотизировал.

− Ну, вообще-то, нет... − тихо протянул он. − Наверное, девушкам просто невдомек, что у «очкариков» вообще есть глаза.

− Знаешь, я тут говорила с девочками... − я немного помедлила, думая, как бы поделикатнее сообщить другу о том, что мне уже давно известно о его чувствах ко мне. − И они... ну, в общем, они мне кое-что рассказали. Ну, то есть, я хотела сказать...

Андрей едва заметно вздрогнул, и почти сразу же поспешил отвести взгляд. Я знала, что он прекрасно понял, о чем я хочу его спросить.

− Значит, они тебе рассказали... − он вдруг как-то горько усмехнулся, и откинулся на спинку дивана.

Потребовалось пару секунд, чтобы друг успокоился и, наконец, снова смог на меня посмотреть:

− Ну, и что ты обо всем этом думаешь?

Я была в полной растерянности. Несмотря на то, что мне уже не раз приходилось мысленно представлять себе этот разговор, я все равно не знала, что именно следует говорить. Тем более так, чтобы не ранить чувств Андрея.

− Андрей... − начала я неуверенно. − Ты же знаешь, мы с тобой самые лучшие друзья...

− Но ведь друг не совсем подходит для того, чтобы строить с ним отношения, верно? Для того чтобы хотеть его...

Я открыла рот, чтобы ответить, но с моих губ так и не смогло слететь и звука.

− Что тут можно сказать... − Андрей посмотрел прямо на меня, и снова едва заметно улыбнулся, − Да, я действительно люблю тебя, Амелия. Люблю настолько давно, что уже и сам забыл, как это произошло...

Темно-синяя жила на его шее начинала пульсировать все чаще, а сердце − еще сильнее колотиться в груди. Я слышала его у себя в голове. Каждый удар, каждое сокращение...

Дикое желание свежей крови вдруг снова накатило на меня с невероятной силой.

− Этот мерзкий слизняк Эдуард, никогда не был достоин твоей любви... − пробормотал друг. − Когда я узнал, что ты с собой сделала из-за этой свиньи, то был готов убить его своими собственными руками!

Я слушала Андрея с неподдельным удивлением. Мне и в голову никогда не приходило, что именно творится у него внутри. И это была моя большая ошибка.

− Когда он, наконец, исчез из твоей жизни, я понял, что пришло мое время...

С губ друга слетел тяжелый вздох. Опершись локтями о колени, он скрыл свое лицо в ладонях.

− Но, как только я решил начать действовать, тут появился этот проклятый Анджей, по которому сразу же все девчонки в университете с ума попосходили! В том числе и ты...

Я медленно протянула руку вперед, и провела пальцами по его волнистым волосам. Андрей вдруг замолчал, и, подняв голову, снова пристально посмотрел на меня:

− Скажи Амелия, почему... Ну почему у нас с тобой не было ни единого шанса на то, чтобы быть вместе?! − его голос предательски задрожал. − Я ведь так сильно тебя люблю! Так люблю...

Друг снова умолк. Его разгоряченное дыхание было единственным, что нарушало тишину этой ночи... ну, за исключением приглушенного сопения, исходящего из соседней комнаты.

Я, сама до конца не осознавая того, что делаю, положила руки Андрею на плечи. От моего прикосновения его грудь сразу же напряглась. Он вдруг резко подался вперед, и накрыл мои губы своими.

Моим первым желанием было сразу же отстраниться, и убежать прочь из этого проклятого номера.

Я прекрасно понимала, что никогда не смогу ответить другу взаимностью, но его горячее дыхание и близость крови, наполняющей его тело, сводили меня с ума. Неконтролируемое желание насытиться полностью захватило разум.

Когда Андрей почувствовал, что я отвечаю на его поцелуй, то дал волю собственным эмоциям. Он словно раскрылся изнутри, сделался более яростным и требовательным.

Я крепко притянула его к себе, но уже через секунду отбросила обратно на диван и уселась другу на бедра.

Андрей приземлился спиной на подушки, и удивленно на меня посмотрел.

Я почувствовала, как десна с силой заныли. В тот момент, когда я медленно провела руками по его бешено вздымающейся груди и ощутила, как она в ожидании напряглась, смертоносные клыки «приготовились» атаковать. Андрей громко и прерывисто дышал, не в силах поверить в то, что я сама пришла к нему, и мы вот-вот займемся любовью.

Я наклонилась, и снова страстно поцеловала его в губы. Друг незамедлительно ответил на ласку. С его губ сорвался тихий стон.

− Амелия, я... − начал он, но я прикрыла его рот рукой, и склонилась над шеей.

«Свершилось! Сейчас я получу то, о чем так долго мечтала...» − пронеслось у меня в голове.

Проложив губами небольшую «тропинку» от его уха к шее, я, наконец, нащупала нужное место для укуса. Мои клыки уже были готовы вонзиться в нежную упругую плоть, но в этот самый момент произошло что-то странное.

Я вдруг почему-то вспомнила об Анджее. О его нежной улыбке, о его потрясающих синих глазах, о сильных руках, ласкающих мое тело, о сладких губах...

Картина всего происходящего сразу же вызвала непреодолимое отвращение.

«Я − жалкая и никчемная дура, думающая лишь о собственном секундном удовольствии! − выругалась я про себя. − Пытаюсь отнять жизнь у своего собственного друга! Играю его чувствами, хотя и знаю, что в моей жизни есть место только для одного единственного мужчины... и этот мужчина − Анджей».

Приложив огромное, почти титаническое усилие, я резко отстранилась, и, прикрыв рот ладонью, тихо зарыдала.

− Амелия, что с тобой? − Андрей так же резко поднялся и приобнял меня за плечи. − Что случилось? Я что-то сделал не так?

Я отрицательно помотала головой, и с трудом выдавила:

− Я не могу Андрей. Прости...

− Но...

− Этого не должно было случиться. Я не хотела оскорблять твои чувства...

Я резко вскочила, и, больше так и не проронив и слова, выбежала из номера. Дверь бесшумно за мной захлопнулась, а Андрей так и остался в недоумении сидеть на диване.

Утром я проснулась от тихого шуршания за окном. Это легкий дождик поливал уютные пражские улицы.

− Доброе утро, Ам! − послышался мягкий голос Кейши. − Мы собираемся внизу через пятнадцать минут. Хотим успеть заскочить в кафе, что через дорогу, и отведать свежих блинчиков с горячей карамелью и кленовым сиропом...

Я приподнялась на постели и сонно посмотрела на подругу.

Кейша стояла перед массивным зеркалом в резной позолоченной раме, и закалывала волосы заколкой. На ней был стильный комбинезон из черного шелка, идеально подчеркивающий ее стройную фигуру.

− Мне обязательно идти? − поинтересовалась я, зевнув. − У меня голова просто раскалывается...

Кейша оправила брюки, и повернулась ко мне:

− Я была бы очень рада, если бы ты к нам присоединилась. Да и остальные ребята тоже... − С ее губ вдруг сорвался тяжелый вздох, − Хотя... поступай, как знаешь.

С этими словами подруга направилась к дверям. За спиной у нее был небольшой кожаный рюкзачок, в тон комбинезону.

Уже почти будучи в дверях, Кей вдруг остановилась и, снова посмотрев на меня, напомнила:

− Не забудь, что ровно в час дня у нас самолет. Даниель утром заходил поинтересоваться как у нас дела, и сказал, что нужно срочно вылетать, пока погода вновь не испортилась. Он, конечно, не против полноценного отпуска в Праге, но деньги, если быть честной, у всех уже на исходе... Никто не планировал задерживаться здесь дольше недели.

С этими словами она направилась прочь.

− Спасибо, Кей! − крикнула я в тот самый момент, когда дверь тихо за ней захлопнулась.

Пару мгновений спустя с моих губ сорвалось наигранно-грубое замечание:

− Ох уж этот Даниель...

Я нехотя поднялась с постели и подошла к зеркалу, в которое еще несколько секунд назад смотрелась подруга.

Вид у меня был ужасающий. Волосы как будто поредели, под глазами проступили коричневые синяки, горло жгло адским огнем. События прошлой ночи всплывали в голове смутно, почти полностью превратившись в неразборчивые отголоски, смешавшиеся с обрывками мучивших меня под утро кошмаров. Но то, ЧТО я хотела сделать со своим собственным другом, не выходило у меня из головы, равно как и то, что мы целовались. Стыд так и пожирал меня изнутри, а голова трещала так, словно я переживала самое жуткое в своей жизни похмелье.

− Проклятье! − выругалась я, и со всей силы врезала по стеклу. Раздался приглушенный треск, а на мягкий ковер с тихим лязгом посыпались осколки, в которых несколько сотен раз отразилось мое перекошенное от гнева лицо.

Я чувствовала себя невероятно разбитой и покинутой. Меня терзал страх перед встречей с Даниелем, который при ребятах наверняка будет вести себя так, будто ничего не случилось.

− Может, все им рассказать? − спросила я сама себя, но уже через секунду глупо ухмыльнулась. − Ну, конечно, Амелия! Так и сделай! Расскажи им о жажде крови, вампирах, дампирах, убийцах со здоровенными секирами в руках! Они сразу же решат, что это последствия твоего «болезненного» расставания с Эдуардом, и посоветуют обратиться к хорошему психотерапевту.

Я с грустью посмотрела на куски битого стекла, которыми был усеян пол. Их было так много...

Первой мыслью, всплывшей у меня в голове, была мысль о том, что подумают ребята, когда увидят зияющую пустотой витиеватую раму. А второй − во сколько нам обойдется эта... «маленькая неприятность».

− Кейша меня убьет... − протянула я себе под нос, с болью припомнив, что в кошельке осталось всего пятьдесят евро, которые я так и не успела поменять на кроны.

Подняв с пола витиеватый замысловатый осколок, я зажала его кончиками пальцев и пристально посмотрела внутрь. Мое отражение грустно посмотрело в ответ. В его зрачках было еще одно маленькое отражение, точно такое же, на которое сейчас смотрела я, только в сотни раз меньше. Я подумала о том, как было бы здорово, если бы все эти осколки сами собой «срослись» бы друг с другом, словно мозаика. Как каждая частица медленно последовала бы друг за другом, а затем, образовав целостную систему, поднялась бы в воздух и снова оказалась бы внутри рамы.

В этот самый миг я почувствовала, как по телу вдруг начало разливаться удивительное, невероятно приятное тепло.

Волосы на голове буквально зашевелились, а кончики пальцев начало едва заметно покалывать. Зажатый в них осколок ярко блеснул, и, вырвавшись вперед, закрутился в пространстве, словно запущенная умелыми пальцами юла. Остальные осколки медленно поднялись с пола и, диким вихрем, точно так же как и первый, закрутились вокруг меня.

Я с удивлением следила за происходящим. Мои волосы разлетелись в стороны, тихо покачиваясь в один такт со стекляшками. Я выставила руки вперед и осторожно, словно заправский дирижер, взмахнула ими. Осколки, недолго думая, замерли, и послушно вставились обратно в раму одним большим полотном.

На гладкой поверхности не было ни одной трещинки, ни единого скола. Злосчастное зеркало выглядело точно так же, как и пять минут тому назад. Так, словно ничего не случилось.

Ребята вернулись полчаса спустя, и мы сразу же принялись за хлопотные сборы. Лиза и Полина постоянно прибегали в нашу с Кей комнату, чтобы проверить, не оказались ли у нас случайно те или иные вещи. Затем прибегали парни с точно такими же проблемами, и так снова и снова.

Андрей не появлялся. Полина сказала, что у друга разболелся желудок, и что он «будет у себя до самого отъезда, если никто не возражает».

Перед самым выездом в аэропорт я позвонила маме. Добрых десять минут та обливалась слезами и постоянно повторяла, что отец «вне себя от ярости». Уверив ее (хотя, это было и нелегко) в том, что не произошло ничего страшного, и что моей жизни уже ничего не угрожает, я сообщила о том, что через пару часов мы с ребятами вылетаем домой. Это ее немного приободрило, но надолго оставаться в Париже после «всего случившегося» мама не собиралась. Ее последними фразами были:

«Я постараюсь приехать как можно скорее», «Как приземлитесь, обязательно позвони», и еще − «Ты знаешь, где лежит карточка на твое имя».

После этого разговора я вернула Лизе ее «айфон», и мы отправились в аэропорт.

− Амелия, что с тобой? − поинтересовалась Кейша. − Выглядишь неважно...

− Тебе плохо? − прошептала Лиза, убирая прилипшую к моему лбу прядь.

− Да так... что-то голова кружится, − протянула я, с трудом пытаясь проглотить подступивший к горлу ком.

Когда мы уже подъезжали к аэропорту, погода снова начала резко меняться. Ветер усилился, ровно как и дождь, а мне стало еще больше не по себе.

Когда мы, наконец, добрались до стойки регистрации, полная пожилая женщина вежливо сообщила, что первая группа студентов из нашего университета покинула Прагу два часа назад.

− Прекрасно! − выругался Ксандр. − Почему Даниель не предупредил, что мы будем возвращаться домой также, по отдельности? Неужели не мог подумать о том, что погода может в любой момент снова испортиться, и тогда тем, кто не успел улететь, придется торчать здесь еще неделю или больше...

− Да с чего ты это взял? − шикнул на него Марк. − Если дождь слегка усилился, а небо вновь заволокло тучами − это еще ничего не значит!

Вскоре после того, как мы зарегистрировались, Полина, не желая больше слушать склоки ребят, любезно согласилась купить мне бутылку минеральной воды по пути в магазин беспошлинной торговли, в котором она собралась прикупить пару сувениров для дома.

Андрей лениво развалился на дальнем ряде стульев, демонстративно заткнув уши наушниками. По дороге сюда он не проронил ни слова, и старался лишний раз на меня не смотреть.

Несмотря на то, что глаза закрывали темные стекла очков, я все еще ощущала в них неприятную резь и, вот уже в сотый раз за это утро, задавалась вопросом, почему дневной свет (раз уж я оказалась обращена) не наносит мне никакого особенного вреда, но так и не находила ответа. Перед мысленным взором проносились перекошенные от удивления лица Даниеля и Анджея, когда я убегала от них из того странного места.

Ветер за окном все продолжал нарастать, а на западе засверкали первые молнии. Вдали послышался приглушенный раскат грома, эхом отозвавшийся у меня в голове. Люди вокруг беспокойно поглядывали то на часы, то на табло, надеясь на то, что им все же удастся вылететь до стремительно приближающейся к городу грозы.

− Ну, что я говорил! − пробормотал себе под нос Ксандр.

Никто ничего на это не ответил.

Пару минут спустя вернулась Полина, и вручила мне долгожданное питье.

Я выпустила из бутылки газ, и с удовольствием сделала обильный глоток. Солоноватая жидкость стремительно растеклась по горлу, мигом вызвав дикий приступ кашля. Я почувствовала, как к горлу вдруг резко подкатила тошнота, и автоматически прикрыла рот ладонью.

− Боже, Амелия! − встрепенулась Кейша, и, схватив меня за плечи, заставила подняться. − Пойдем скорее!

Вперед дернулась Полина, но подруга жестом приказала ей вернуться на место.

С трудом пробившись через целую толчею народа, мы оказались в туалете как раз вовремя. В этот раз я даже не подумала о том, чтобы отвергнуть помощь подруги.

Когда голова нависла над желтоватым вонючим унитазом, меня с силой вывернуло. Рвотные спазмы не давали нормально вдохнуть, «выталкивая» наружу съеденный на завтрак омлет. Кроме нас с Кейшей в туалете была лишь еще одна девушка, которая, не смотря на разносящиеся по маленькому помещению неприятные звуки, продолжала беззаботно поправлять свой макияж.

− Твоя подруга неважно выглядит. Наверное, какой-нибудь вирус подхватила... − пробормотала она по-португальски. − У нас в отеле двое постояльцев отведали фруктов из меню местного ресторана, и пару часов спустя их вывезли из номера в пластиковых мешках.

Кейша, которая тоже изо всех сил старалась вести себя так, словно за тонкой серой перегородкой ничего не происходило, ответила:

− Вы говорите ужасные вещи. Моя подруга в полном порядке! Просто, немного переволновалась перед вылетом. Она очень боится летать...

Подруга прекрасно владела этим языком. Ее дед имел степень в области биологических наук, и долгое время провел в бразильских джунглях, изучая местную растительность. Я же, в свою очередь, только могла понять, о чем говорит собеседник, но, кроме банального «Привет!» и «Как дела?», увы, не могла произнести ни слова.

Рвота наконец-то прекратилась. Лицо покрыло холодной испариной, но дышать стало ощутимее легче. Я понимала, почему мне плохо, но отчаянно не хотела с этим мириться. Я не хотела пить чью-то кровь! Не хотела быть исчадием ада, способным причинить вред тем, кого люблю больше жизни...

Пока я мысленно боролась сама с собой, разговор снаружи вдруг неожиданно прекратился. Вытерев рот тыльной стороной ладони, я осторожно поднялась с колен, и прислушалась.

Из крана тихо капала вода.

− Кейша? − протянула я, медленно приоткрыв дверь.

Что-то блестящее бесшумно пролетело мимо меня. Я резко обернулась и увидела, как в стену с силой вонзается серебряный кинжал с замысловатой рукояткой, украшенной огромным красным рубином.

− Нет! − послышался перепуганный голос Кейши.

Высокая коротко стриженая брюнетка с силой сжимала горло подруги, которая всеми силами пыталась разжать ее длинные пальцы.

− Ну надо же! − вдруг выпалила девица на чистейшем русском. − А Киан оказался прав... Ты и вправду настоящая красавица! Теперь понятно, почему он тебя упустил. Наверное, просто взгляда не мог оторвать...

Ее звонкий смех, похожий на легкое звучание колокольчиков, отразился от светло-голубых керамических плиток:

− Все мужчины одинаковы! Нельзя им доверять женскую работу...

− Кто ты такая? − протянула я. − Что тебе нужно?

Девица снова захохотала, еще сильнее вдавливая свои алые ногти подруге в шею.

− Не строй из себя наивную дурочку! Тебе прекрасно известно, что ИМЕННО мне от тебя нужно...

Ее карие глаза были невероятно приветливыми и открытыми, но голос так и сачился злобой и нетерпением.

− Но я действительно не знаю!!! − завопила я, в тайне надеясь на то, что кто-нибудь нас услышит. − Скажи мне, и я все для тебя сделаю! Только умоляю, отпусти ее...

Я почувствовала, как из глаз медленно потекли слезы. Кейша задыхалась, а девица продолжала буравить меня насмешливым взглядом.

− Отпусти же! − заорала я что есть сил.

− Тише, тише... − нарочито спокойно произнесла незнакомка. − Я же не глухая!

Расслабив пальцы, она отпустила тонкую, уже успевшую посинеть шею Кейши.

Подруга грузно рухнула на пол.

Девица выставила руку вперед, и несколько мгновений назад брошенный в меня нож, словно послушная собачка, вернулся назад в ее раскрытую ладонь.

Кожаная одежда незнакомки, ее ножи и повадки были похожи на те, какие были у араба, напавшего на меня в городском парке Праги.

− Значит, ты готова отдать ТО, что передал тебе твой дед?

− Мой дед? − недоуменно переспросила я. − Но, я не понимаю...

− Лучше не шути со мной... − прошипела она, словно змея. − Ты ПРЕКРАСНО понимаешь, о чем я говорю! Учти, если через секунду я не получу того, о чем прошу...

Кейша неподвижно лежала на полу, и не подавала никаких признаков жизни. Полная страха и отчаяния, я тихо произнесла:

− Ну, хорошо. Я отдам.

Девица вздернула бровью:

− Que, seria sensato... − протянула она, и требовательно выставила свою тощую ладонь чуть-ли не вплотную к моей перепуганной физиономии. − Я жду!

Кейша тем временем издала тихий стон, и, приподняв голову, еле слышно протянула:

− Нет, Ам! Не надо...

Я удивленно посмотрела на подругу.

− Что? Думала, тебя окружают ни о чем не ведающие невинные овечки... − рассмеялась она. − Ты и вправду считаешь, что твоим друзьям ничего не известно о Георгии, вампирах, Клане и прочем?

Я почувствовала, как сердце в груди беспокойно забилось. Девица тем временем продолжала:

− К твоему сведению, твои верные друзья собирались всадить тебе в шею добротную дозу люпития, сразу же после того, как вы оказались бы дома. Здорово, а?

− Это неправда... − протянула я, не отрывая взгляда от Кейши. − Скажи, что это неправда!

Подруга промолчала, смущенно потупив взор.

− Ну! − закричала я. − Отвечай же!!!

− Мы обещали твоему деду позаботиться о тебе... но, увы, так и не смогли сдержать слова! Он сам просил сделать это, если что-то вдруг пойдет не так... − Кей посмотрела мне прямо в глаза. − Прости, но это было бы ради твоего же блага, Ам.

− Как трогательно... − протянула девица, театрально захлопав в ладоши. − Я сейчас расплачусь! «Это было бы ради твоего же блага, Ам»... Никогда не слышала ничего глупее! Неужели Стражи настолько тупы?!

Кейша попыталась подняться, но у нее ничего не вышло. Увидев это, незнакомка резко двинулась вперед:

− Ладно, мне надоело слушать весь этот бред! Давай сюда то, что обещала!

Я посмотрела на ее тощее, испещренное синими узкими венами запястье, и, сделав глубокий вдох, завела руки за голову и раскрыла замок на цепочке. Серебряный медальон медленно начал сползать вниз, но я успела схватить его прежде, чем он упал бы на пол, и положила девице на ладонь.

Кейша уставилась на меня так же непонимающе, как и португалка.

− Бери, и убирайся ко всем чертям! − пробормотала я.

− Это еще что такое? − злобно спросила она. − Ты что, за идиотку меня держишь?

Я развела руками:

− Этот кулон − единственно по-настоящему дорогая вещь, которую мне когда-либо дарил дедушка. Не думаю, что тебя как-то заинтересуют старые куклы и потертые плюшевые медведи, сидящие на полке в моей комнате...

− Ты издеваешься? − заорала она, и, яростно отшвырнув медальон в угол, снова вытащила из прикрепленных к бедрам ножен, свои серебристые кинжалы, − Я говорила о формуле Премиума!

− Что? − я пристально на нее посмотрела. − Я не понимаю, о чем ты говоришь! Какой еще «Премиум»? Что это вообще такое?

− Не заговаривай мне зубы! − ножи уже были крепко зажаты у нее в руках. − Ты прекрасно меня поняла!

Я была в полнейшем ужасе от происходящего. Слова этой истеричной девицы и странное поведение Кейши заставили меня задрожать.

− Я предполагала, что ты будешь сопротивляться... − она снова захохотала. − Но не ожидала, что ты окажешься такой дурой! Ну, что ж...

− Что ты собираешься делать? − испугано протянула я.

− Я заставлю тебя заплатить! Сначала, умоюсь твоей кровью... − лицо девицы прямо на глазах превращалось в отвратительную маску, испещренную темными синими жилами, а смертоносные клыки уже прорезали ее десны и показались наружу. − А затем, отобедаю твоей драгоценной подружкой!!!

С этими словами вампирша резко бросилась вперед. Я машинально вскинула руки вперед, и, полностью сосредоточившись, приготовилась защищаться.

«Должно получиться... − подумала я. − Должно!!!».

Из груди Кейши вырвался очередной стон, придавший мне сил. Я почувствовала, как на лбу выступил пот, голова внезапно пошла кругом, а из ладоней вырвалось светло-голубое сияние, сотрясшее воздух.

Вампиршу резко отбросило назад. Ее тело, на вид стройное и хрупкое, с диким грохотом соприкоснулось с дверью, и с силой сорвало ее с петлей.

Послышался дикий вопль. Стоящая в коридоре женщина прикрывала рот ладонью, и с ужасом смотрела на распластавшееся на деревянных обломках тело.

Недолго думая, я наклонилась, и попыталась поднять Кейшу с пола.

− Ну, Кей! Давай же... − ворчала я, ни на секунду не отводя взгляда от странно изогнутого тела, валяющегося чуть поодаль.

− Амелия, прости... − еле слышно пробормотала подруга. − Нам было приказано...

− Тише... − прошептала я, одной рукой поднимая свой медальон, а второй придерживая Кейшу за талию. − Ничего не говори! Идем отсюда, пока она не очнулась...

− Боже! Что... что здесь произошло? − заикаясь, протянула женщина, когда я почти что волоком протащила мимо нее хромающую Кейшу.

− Нужно вызвать полицию! Эта женщина, кажется, пыталась установить тут взрывное устройство... − протянула я первое, что пришло в голову. − Если увидите кого-то в таком же кожаном костюме, как и на ней, сразу же бейте тревогу!

− Господь Всемогущий! − запричитала она, и, обогнав нас, быстро бросилась прочь.

Выйдя в переполненный людьми зал ожидания, я сразу же почувствовала себя более защищенной.

− Пассажиров рейса 321 на Москву, просим пройти к выходу номер два, − заверещал высокий голос женщины-диспетчера.

− Ну наконец-то! − протянул Ксандр. − Где вас... Боже, что с Кейшей?

− Я в норме... − слабо протянула подруга, обхватывая его свободной рукой. − Ксандр, Амелия... она все знает.

Ксандр вдруг резко помрачнел, и посмотрел прямо на меня:

− И... что мы будем с этим делать?

− Сейчас не время! − прикрикнула я на друга, и ринулась к остальным. − Быстрее, нужно убираться отсюда!

− Да что происходит, черт подери?!

Ничего на это не ответив, я схватилась за сумку, и жестом призвала всех скорее двигаться на посадку, но, как только мой взгляд устремился вперед, я сразу же замерла в нерешительности.

В противоположном конце зала стоял тот самый араб, что пытался убить меня в парке, и криво ухмылялся.

− О, нет... − протянула я.

− В чем дело? − поинтересовалась Лиза.

− Это тот самый парень.

− Какой еще парень?

− Тот, что пытался меня убить несколько дней назад!

Когда я посмотрела вперед, его уже не было.

Сердце внутри бешено заколотилось, а к горлу подступил очередной ком. На мое плечо опустилась чья-то рука. Резко обернувшись, я увидела позади себя настороженное лицо Марка:

− Ты права, Амелия, − невероятно твердо проговорил он. − Нужно срочно отсюда убираться!

В его глазах уже не было той враждебности, что раньше.

− Но, я думала...

− Мы считали, что ты опасна... − пробормотал он так, словно просил прощения. − Но сейчас я понял, что это не так. Ты ведешь себя совершенно не так, как обычно ведут они...

− Не так, как кто? − поинтересовалась я.

− Не так, как тот парень, который напал на тебя. Не так, как вампир, если тебе угодно.

− Марк... вам что-то известно? Мне кажется, что...

Друг отрицательно помотал головой:

− Мы все тебе расскажем, как только окажемся в безопасности. Нужно двигаться...

Присоединившись к общему потоку людей, мы медленно двинулись в сторону второго выхода, не забывая при этом пристально оглядываться по сторонам.

− В чем дело? – обеспокоенно прошептал идущий впереди меня Андрей.

− Ничего не говори! − шикнула на него Полина. − Они могут нас услышать...

И нас действительно услышали.

Смуглые мускулистые руки появились словно из ниоткуда, и с силой схватили меня за плечи.

Не успела я издать и звука, как широкая шероховатая ладонь накрыла мой рот, а ребята, так ничего и не заметив, продолжали удаляться прочь.

− Не кричи... − послышался тихий шепот. − Ты же не хочешь, чтобы пострадали ни в чем неповинные люди.

Длинные черные волосы защекотали мою шею.

− Осторожнее, Киан! − послышался знакомый грубоватый голос. − Не дай этой мерзавке воспользоваться руками!

− Успокойся, Лаура! Я знаю, что делаю!

Передо мной возникло вытянутое лицо девицы:

− Да, крепко ты меня приложила! Мессир был прав, у тебя действительно настоящий талант! − Она усмехнулась. − Хотя, лично я, сомневалась в том, что он может быть у такой убогой, вечно распускающей нюни особы!

Только сейчас я заметила, что на шеях у этой гадкой парочки висят одинаковые серебряные кулоны в виде крестов, концы вертикальной перекладины которых были заострены, словно лезвия у кинжала.

− Я уберу руку от твоего рта, если пообещаешь хорошо себя вести, и не привлекать лишнего внимания... − пробормотал Киан, ожидая моего ответа.

Я нехотя кивнула головой. В легкие снова поступил воздух.

− Что вы собираетесь со мной сделать? − спросила я.

− Мы собираемся отвести тебя к нашему хозяину... − заявила Лаура с гордостью. − А уж он решит, что с тобой делать!

Ее размалеванная физиономия вызывала у меня дикое отвращение, так же как и ее непомерное высокомерие.

Когда-то я читала, что любую нечисть можно победить, используя либо осиновый кол, либо серебряную пулю. Глупо, конечно, но попробовать однозначно стоило.

Я пристально уставилась на висевший на тощей шее Лауры кулон, и представила, как он медленно начинает прорывать бледную кожу этой гадины, как с силой вкручивается внутрь...

− Ааааа!!! Проклятье! − завопила она, когда мой мысленный приказ вдруг начал исполняться, словно по мановению волшебной палочки.

− Что за... − начал, было, Киан, но не успел закончить, так как я со всей силы врезала ему между ног и во весь голос завопила:

− Помогите! Меня хотят убить! − толпа народа, которая все это время «несла» нас вперед, беспокойно засуетилась. Послышался озабоченный рокот.

− Эти люди − террористы! Они хотят взорвать аэропорт! − послышался откуда-то издали невероятно знакомый голос.

Как я и предполагала, люди сразу же резко сорвались с места. Началась дикая паника. Кто-то просто метался из стороны в сторону и безнадежно вопил, а кто-то изо всех сил пытался пробраться к выходу. Дежурившие на своих постах охранники отчаянно пытались сдержать обезумевших от страха людей и разобраться в происходящем. Матери хватали детей на руки, и неслись к стойкам регистрации, надеясь на то, что им удастся проскочить в самолет, который унесет их как можно дальше от злополучного аэропорта.

Воспользовавшись моментом, я со всех ног бросилась прочь.

− А ну стой, дрянь! − завопил Киан, мигом придя в себя и бросаясь следом.

Ловко лавируя между перепуганными, не знающими, куда себя деть людьми, я пыталась оторваться от навязчивого преследователя. Лаура осталась где-то позади, вероятнее всего, мучаясь от дикой боли, охватившей ее после моего... «небольшого эксперимента».

Пока я пробиралась вглубь зала ожидания, толпа начала заметно редеть. Появились экипированные полицейские с собаками, а охранники всеми силами пытались привести людей в чувство. Вокруг царила полная неразбериха.

Недолго думая, я бросилась в первый, возникший передо мной коридор. В этот самый момент одна из дверей отворилась, и оттуда выбежал толстый неуклюжий мужчина.

«Наверное, еще один охранник...» − подумала я, разглядев висевший у него на бедре пистолет.

Когда он с пыхтением пронесся мимо, я, недолго думая, сорвалась с места, и, ловко изогнувшись, проскользнула внутрь служебного помещения в тот самый момент, когда дверь уже почти захлопнулась.

Только пару мгновений спустя я поняла, что стою посреди темной комнаты, единственным источником света в которой было лишь неяркое зеленое свечение, исходящее от прикрученного к стене кодового замка. Я схватилась за дверную ручку, и с ее силой дернула. Ничего не произошло. Дверь защелкнулась на замок, а открыть ее можно было только при помощи специального кода, или карточки-ключа.

− Эй, есть здесь кто-нибудь? − обратилась я в темноту.

Мой голос отразился от стен многократными отзвуками. Осторожно двинувшись вперед, я почти сразу же стукнулась обо что-то тяжелое.

− Черт! − выругалась я, а мой голос снова «передразнил» меня в ответ множественным эхо.

Было совершенно очевидно, что я попала на какой-то склад. Вокруг было темно и тихо, как в могиле.

− Так, Амелия... − протянула я себе под нос. − Только спокойно! Сейчас же возьми себя в руки!

Ощупав карманы своей бежевой хлопковой ветровки, я почти сразу же облегченно вздохнула, так как обнаружила, что в одном из них лежит телефон, который мне любезно одолжил Ксандр. Ведь свой я потеряла. Снова...

Недолго думая, я вытащила аппарат и ткнула пальцем в телефонный номер Кейши. Каково же было мое разочарование, когда в динамике послышались тревожные короткие гудки, оповещающие о том, что сеть в данном месте отсутствует.

− Вот дерьмо! − выругалась я, с трудом сдерживаясь от желания швырнуть трубку об пол.

Присев на корточки я принялась лихорадочно соображать.

«Интересно, где сейчас ребята? Думают ли они вообще о том, что меня нужно спасать?!» − подумала я, и сразу же поняла, что четко слышала голос Ксандра.

Точно! Это друг стал нарочито вопить о том, что в здании готовится какая-то заварушка. Отлично! Вероятнее всего, меня уже ищут, а это означает, что скоро я отсюда выберусь.

В тот самый момент, когда я начала подниматься с колен, где-то впереди послышался тихий шорох.

− Ксандр? − встрепенулась я. − Марк?

Ответом мне была тишина.

Недолго думая, я быстро нажала на кнопку блокировки, заставив экран смартфона мигом потухнуть. Скинув с ног босоножки, я медленно и осторожно двинулась вперед.

Мои шаги были едва слышны. Я почти ничего не видела в царившей здесь темноте, но в том, что впереди кто-то был, я была почти уверена. И этот кто-то, совершенно точно двигался мне навстречу.

− Ребята, это вы? − прошептала я, снова присев на корточки, и спрятавшись за огромную коробку, которую мне удалось нащупать.

Послышалось тихое хихиканье, которое я почти сразу же узнала.

− О, нет... − громче, чем хотела, протянула я.

− Все верно, моя дорогая! − послышался хрипловатый голос Лауры. − Это я! На этот раз, тебе не удастся смыться...

− Лучше не выводи меня из себя! − огрызнулась я. − Ты же знаешь, что я могу применить против тебя свою силу! Ты ведь уже опробовала ее на своей тощей заднице, не так ли?

Снова послышался дикий хохот:

− Ты еще совсем неопытна! Сама толком не знаешь, как управлять этой силой...

Я четко различала ее приближающиеся шаги.

− Ты потратила уйму энергии на свои жалкие выкрутасы, и сейчас наверняка еле стоишь на ногах.

Это было истинной правдой. Мне действительно было тяжело двигаться, а с каждой секундой усиливающееся в горле жжение мешало дышать. Я знала, что мне нужна кровь, и чем скорее, тем лучше.

− Ты ошибаешься... − солгала я, пытаясь сбить ее с толку.

− Если бы я ошибалась, то ты уже давно бы меня вычислила... − Ее голос звучал совсем близко. − Ведь, все мы, в некотором роде, «дети ночи»... Даже ты.

Я неуверенно поднялась на ноги, и осторожно выглянула из-за своего «укрытия».

− Какая же ты дура!

Я резко обернулась, и с ужасом поняла, что Лаура стоит у меня за спиной.

Лязгнула сталь. Воздух рядом сотрясся. Я уже знала, что ее огромные ножи с изогнутым лезвием стремительно приближаются ко мне.

Приложив невероятное усилие, я резко откинулась назад. Клинки тихо воткнулись в ту самую коробку, за которой я пряталась еще несколько секунд назад, а мое тело, не справившись с равновесием, грузно повалилось назад.

Что-то железное с силой вонзилось мне в спину. Послышался звон, и я поняла, что свалилась на перевернутые вверх ногами стулья.

− Я все равно тебя достану! − завопила Лаура. − Как угодно, но я доставлю тебя к Рихарду! Чего бы мне это ни стоило...

− Тогда тебе придется доставить ему мой труп! − я напрягла все силы, которые у меня остались для того, чтобы глубоко сосредоточиться.

Невероятного прилива энергии, такого, какой я ощутила в самый первый раз при использовании силы, мне почувствовать не удалось, но, как бы там ни было, кончики пальцев все же едва заметно запульсировали изнутри.

Выставив ладони вперед, я начала лихорадочно размахивать ими в разные стороны, так как совершенно не могла сориентироваться в этой непроглядной темноте.

Послышался оглушительный грохот. Стоящие рядом коробки, мелкие пакеты, стулья, столы − все с силой падало, взлетало, опрокидывалось.

− Ах ты дрянь! − вдруг заорала Лаура, очевидно, получив по голове чем-то тяжелым. − Я убью тебя!!!

Я слышала, как она раздосадовано кряхтит и неуклюже спотыкается, снова и снова «встречаясь» с очередным препятствием.

В этот самый момент я поняла, что у меня появился четкий ориентир, позволяющий понять, где находиться враг. Кажется, Лаура поранилась, и у нее пошла кровь.

Взметнувшись на ноги, я сразу же бросилась вперед, и, различив в темноте едва заметные железные очертания, укрылась за высокими широкими стеллажами. Сил у меня больше не осталось, и я четко осознала тот факт, что если Лаура снова до меня доберется − мне конец.

Мне оставалось только молиться.

Я тихо сползла вниз и затаилась. Коробки и пакеты перестали сыпаться со всех сторон, а стоны вампирши утихли.

Ее больше не было слышно, но я все еще ощущала запах ее крови. Он витал в воздухе, и был где-то совсем рядом. Я крепко прижала к себе телефон, словно это была единственная вещь, которая сейчас могла бы меня защитить.

Привстав на корточки, я тихо, едва переставляя ноги, добралась до края стеллажа, и выглянула в проход.

Каково же было мое удивление, когда я почувствовала ее запах прямо над своей головой. Лаура стояла в соседнем пролете, и пристально оглядывалась по сторонам.

Пару секунд спустя, она развернулась, и направилась прямиком в мою сторону. Я осторожно выпрямилась, и, тихо перескочив в соседний пролет, прижалась к стеллажу с противоположной стороны снова затаив дыхание.

Мне с трудом удалось сдержать дрожь, когда Лаура прошла так близко, что едва не задела своим плечом мое. Кажется, рана нанесла ей по-настоящему весомый урон, раз она не смогла разглядеть меня в темноте.

Вампирша прошла дальше, и направилась к концу прохода, в котором я пряталась несколько секунд назад.

В этот момент моя, вытянутая вправо рука нащупала небольшой выступ, и я, недолго думая, с силой за него ухватилась. Послышался очередной грохот падающих коробок и железный лязг стеллажа, обрушающегося на спину Лауры.

Не разбирая дороги и цепляясь ногами за разбросанные повсюду коробки, пакеты и связки, я снова бросилась вперед.

− Мразь! − снова орала девица. − Проклятая гадина...

Впереди замерцал неяркий огонек, и я поняла, что достигла противоположной стороны склада. Передо мной предстала цифровая панель кодового замка. Точно такого же, как и с противоположной стороны огромного помещения.

Отчаянно дернув дверь, я с ужасом поняла, что она так же заперта, и, не придумав ничего лучше, начала лихорадочно нажимать на все кнопки подряд, надеясь на то, что мне все же удастся подобрать верную комбинацию.

− Ну давай... − шипела я. − ДАВАЙ ЖЕ!!!

Дверь тихо пискнула, и в тот самый момент, когда я схватилась за круглую металлическую ручку и приоткрыла дверь, окровавленная рука Лауры схватила меня и втащила обратно.

Я грузно рухнула на ледяной пол, и крепко приложилась об него затылком. Все вокруг сразу же завертелось, череп пронзила тупая боль, а волосы стали влажными и липкими.

− Теперь ты пожалеешь, что не пошла с нами добровольно... − прошипела Лаура, и с силой вонзила кинжал мне в правое запястье.

Руку «пронзило» адским огнем, в нос ударил запах горелого мяса, а из горла вырвался такой крик, что его услышали бы даже на краю света.

Вампирша победоносно уселась прямо на меня и прошептала:

− Хозяину ты нужна живой... − она медленно вытащила второй кинжал из прикрепленных к бедру ножен. − А вот мне... − она насмешливо зацыкала и помахала своим длинным указательным пальцем прямо у меня перед глазами, − ...мне ты совершенно ни к чему!

Второй кинжал пришел в движение, и вонзился уже в левое запястье. Я снова завопила от боли.

− Ты не убьешь меня... − прошипела я. − Ты слишком труслива, и никогда не сможешь пойти поперек воли своего хозяина!

− Ты и вправду полагаешь, что я во всем ему признаюсь?! Ты просто поражаешь меня, девочка...

Вампирша пристально на меня посмотрела и осторожно провела своей ладонью по моим волосам. С ее губ слетели непонятные слова на португальском.

Я смерила Лауру недоумевающим взглядом и попыталась хотя бы немного приподняться. В этот самый момент она замахнулась и залепила мне звонкую пощечину, от которой потемнело в глазах:

− Ты что, всерьез полагаешь, что из-за такой идиотки как ты, я готова подписать себе смертный приговор?! Я не настолько глупа! Я не посмею разочаровать своего господина. Для этого у меня есть свои «козлы отпущения»... Например, недоносок Киан отлично подойдет на эту роль! − Она ехидно сузила глаза, и почесала подбородок, словно что-то прикидывая в уме. − Всегда только под ногами путается...

Сейчас я как никогда ощущала свою беспомощность и жалость. Перед глазами все плыло, тело словно сгорало изнутри, а единственной мыслью, витающей в голове, была мольба о немедленной смерти. Я была больше не в силах бороться.

− Какая же ты жалкая... − Лаура покачала головой. − Мне даже мараться об тебя противно! И как только Рихарду в голову могло прийти, что ты Диамант?!

В тот самый миг, когда ее лицо исказилось, а клыки обнажились и стремительно направились к моему горлу, чьи-то сильные руки выпорхнули из темноты и отшвырнули вампиршу в сторону.

Я увидела, как на меня сверху вниз обеспокоенно смотрят синие глаза Анджея, но это продлилось буквально мгновение. Когда я приподняла голову, он уже стоял рядом с распластавшейся чуть поодаль Лаурой и ожидал, когда та поднимется.

− Анджей? − захохотала она, медленно и игриво, словно дикая кошка, поднимаясь с колен. − Ну надо же! И как я только не догадалась?

− Тебя послал ОН? − пробормотал он. − Отвечай, Лаура! Ты же знаешь, я терпеть не могу ждать...

Я тихо лежала на полу и, словно зачарованная, не отрываясь наблюдала за происходящим.

Лицо Лауры преобразилось, и вновь стало «нормальным». Она так и сверлила Анджея взглядом:

− Мне всегда это в тебе нравилось. Грубый, жесткий, властный! Я скучаю по нашим бурным, совместно проведенным ночам...

− ОН послал тебя? − снова спросил Анджей, но уже более твердо.

− А если я скажу «да», ты меня ударишь? − она подошла к нему вплотную, и выставила вперед свою загорелую щеку. − В этом ты всегда был настоящим мастером...

− Передай, что Амелии он не получит.

Лаура снова захохотала, и, сморщив свой аккуратный нос, с отвращением посмотрела на меня:

− Амелия. Значит, так зовут это ущербное создание?!

Я тихо застонала. Боль была невыносимой. Мои сухожилия так и терлись о вонзенный в запястья металл.

− Тебе лучше отпустить ее, Лаура...

− О, Моретти... − вампирша усмехнулась. − Никогда бы не подумала, что такое ничтожество как она, может пробудить в тебе чувства!

Анджей молчал. Его кулаки сжались.

− Мне знаком этот взгляд... Он дорогого стоит! Значит, Мария уже не в счет? − Лаура стояла так близко, что почти касалась лица Анджея губами. − А я-то думала, что она − «твоя единственная и неповторимая»! Женщина всей жизни! Ведь ты именно из-за нее оставил МЕНЯ...

− Мария мертва. Ты... ты...

Голос Анджея сорвался. Он залепил Лауре настолько крепкую пощечину, что та невольно рухнула обратно на колени.

На мгновение она даже опешила и схватилась за свою пылающую щеку, но затем снова обрела присутствие духа. На ее лице застыла довольная улыбка:

− О, да!!! Давай! Давай же! Ударь меня еще раз... − Она, похотливо ухмылялась, едва заметно покосилась на меня. − Меня всегда это заводило! Не думаю, что твоя Амелия позволит делать с собой то, что позволяла делать я...

У меня внутри все сжалось. В нос проник запах свежей крови. С губы вампирши как раз стекала темная багровая капля.

− Ты никогда не сравнишься ни с одной из них, Лаура... − прошипел Анджей и, опустившись на корточки, схватил ее за подбородок, − И знаешь почему?

Лаура сплюнула кровяной сгусток на пол.

Вдруг, я почувствовала невероятный прилив сил. Посмотрев на нож, пригвоздивший к полу мое правое запястье, я попыталась сдвинуть его при помощи силы мысли, но он только едва заметно колыхнулся.

Анджей тем временем распалялся все сильнее.

Я с ужасом посмотрела на его исказившееся лицо.

Жилы на шее вздулись, тонкие губы исказились, обнажая смертоносные белоснежные клыки, а глаза налились кровью.

− И, почему же? − протянула Лаура, проведя рукой по своим коротко стриженым волосам.

− Потому что ты − шлюха, Лаура! − прошипел Анджей, заглядывая ей прямо в глаза. − Дешевая бразильская потаскуха, которую я когда-то подобрал в одном из замшелых парижских борделей! Согласись, ведь именно благодаря мне, вся элита Третьего Рейха потом обращалась к тебе за услугами...

Она замахнулась и всадила свои длинные наманикюренные ногти ему в щеку:

− НЕНАВИЖУ!!!

Анджей поморщился. На его лице проступило четыре кровавые полоски. Лаура отскочила в сторону и приняла боевую стойку. Ее ногти прямо на глазах стали медленно удлиняться, превращаясь в огромные, словно у росомахи когти. Глаза вампирши потемнели, а волосы, которые теперь доставали до самых бедер, разлетелись в стороны, словно змеи на голове медузы Горгоны.

Выбросив руку вперед, она попыталась атаковать.

Анджей, предугадав действия Лауры, успел вовремя увернуться. Ее когти просвистели в воздухе в нескольких миллиметрах от его живота.

Лаура разочарованно зашипела, а он тем временем, перехватил ее вторую руку и завел ей за спину.

− Ну, давай! − завизжала она. − Покажи, на что ты способен!!!

Недолго думая, Анджей с силой отшвырнул ее прочь.

Вампирша смогла сохранить равновесие, и, сделав в воздухе сальто, звонко приземлилась на свои высоченные каблуки чуть поодаль.

− Тебе так просто со мной не разделаться... − усмехнулась Лаура, и, недолго думая, снова бросилась в сторону Анджея.

Мгновение спустя их переплетенные тела отлетели в сторону, и вдребезги разнесли стоящий неподалеку автопогрузчик.

− Я убью тебя, Анджей Моретти! Это ты виноват в том, что я стала ТАКОЙ!!!

Я снова попыталась сосредоточиться, и на этот раз почувствовала, как в голове что-то тихо щелкнуло. Кинжал задрожал, и, словно невесомая пушинка, вылетел из раны на запястье. Недолго думая, я вырвала из левой руки второй и осторожно поднялась.

− Ты сама в этом виновата! − рявкнул Анджей, схватив ее за горло. − Ты всегда хотела славы, богатства и... моей любви! Тебе всегда всего было мало!!! Даже собственной никчемной жизни...

Я слышала, как тихо трещат кости Лауры, а кровь начинает вытекать из ее ушей и носа.

− Я любила тебя... − прохрипела она за секунду до того, как Анджей снова отшвырнул ее в сторону.

Тело Лауры рухнуло прямо к моим ногам, а ее кровь брызнула на мои обнаженные ступни.

Я почувствовала, как краска прилила к лицу. Мое сердце забилось быстрее, а десны привычно заныли. Присев на колени, я осторожно приподняла голову вампирши, и посмотрела в ее наполненные слезами карие глаза:

− Мне жаль... − еле слышно прошептала я, и с наслаждением вонзила зубы в ее твердую плоть.

По телу сразу же разлилось приятное тепло, а вся боль, до этого мгновения беспощадно пронзающая тело, в мгновение ока растворилась, сменившись диким, ни с чем несравнимым наслаждением.

Я почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки, а волосы на голове словно зашевелились.

Раны на руках начали с тихим шуршанием затягиваться, а поврежденные вены натягиваться, словно прочные стальные струны.

Тело Лауры иссыхало с каждой секундой, отдавая всю свою жизненную энергию мне. Ее волосы поредели, глаза заволоклись мутной пеленой, изо рта вырвался всхрип, и пару мгновений спустя... она угасла.

С трудом оторвавшись от безжизненного тела, я вскинула голову вверх и почувствовала, как последняя капля крови сползает вниз по моему подбородку.

Это было что-то невероятное! Я чувствовала, как жизненные силы переполняют меня, предвещая долгую и интересную жизнь. Все вокруг было таким ярким и приветливым, что я впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Эта непонятная эйфория длилась еще несколько прекрасных минут, но потом, вдруг исчезла так же внезапно, как и появилась.

Я встрепенулась, и, словно очнувшись ото сна, резко отстранилась от мертвого зловонного тела, которое по-прежнему сжимала в своих объятиях.

− Боже... - ужаснувшись, протянула я, и, вытерев рот тыльной стороной ладони, пристально на нее посмотрела.

Кожа была темно-бордового цвета.

− Я... я не хотела этого делать! − слетел с губ тихий шепот.

Анджей стоял напротив меня, и, посмотрев на тлеющие остатки Лауры, сочувственно пробормотал:

− Я знаю. Но у тебя не было выбора... − он протянул мне свою широкую ладонь. − Она бы тебя убила.

Я неуверенно взяла его за руку. Все вокруг было словно в тумане:

− Мне плохо, Анджей. Так плохо, что я готова умереть!

− Не говори так, − прошептал он, и, проведя ладонью по моей щеке, добавил: − Ты должна еще немного продержаться. Нас уже ждет самолет.

− Что? − удивленно переспросила я. − Самолет?! Но, куда мы летим?

− В Канаду, − ответил он, и, протянув мне свои солнечные очки, одним резким движением поднял на руки. − Прижмись ко мне как можно крепче и постарайся не открывать глаза.