Расколоть Солнце

Перенос прошёл не так гладко, как хотелось. Арион повис на раскидистом дереве с тёмной и сухой корой. Кайрену повезло чуть больше, он отряхивал с брюк грязь и пыль, которая налипла после падения в яму. Всё смахнуть не получалось, и теперь ткань была в влажных, темно-бурых пятнах. В воздухе чувствовалась влага, скорее всего, недавно прошёл дождь. Элинара вмазалась лицом в лужу и теперь пыталась привести себя в какой-никакой, но достойный вид.

– Разве мы не должны были оказаться в Люминвиле? – раздражённо бросил фразу Кайрен, оставив не оттирающиеся пятна в покое.

Должны были. Элинара точно помнила, что ритуальный круг переноса соединён с каждой деревней. И если у верёвки есть начало, то должен быть и конец. Они же оказались где-то между. В любом случае, каждый из них знал, что это лучше, чем оказаться за Световой чертой, где царит мрак.

– Возможно, что круг с той стороны разрушили, – предположила Элинара и осеклась.

– Стёрли, например? – напрягся парень, и белые кудри его легли на лоб. Он опустил лицо и задумался, а потом внезапно сказал: – Надо возвращаться.

– Мы почти рядом, мы не можем уйти.

Элинара не могла поверить, что Кайрен пошёл на попятную. Деревня близко, уже чувствовалась вибрация Световых кристаллов. Она шла мелкой дрожью по земле и воздуху — любой Люмир, способный к магии, знал это. Нельзя было вернуться.

– Нам не давали разрешения заходить туда, Элинара. Там может быть опасно, – он поднял небольшой камень с земли и кинул в сухие заросли жёлтых трав.

Они были высокие и густые, как стена, что закрывала обзор жителям города и защищала их от бед извне. Но это не стена, это торн — острый, но ломкий сорняк, разросшийся в диких землях, где не опустилась рука человека. Его сложно извести, он довольно вредный и быстро разрастается, и, кроме того, опасен, если набрести на него в период цветения. Сейчас торн мог только порезать, и чтобы пройти через него, надо было убрать заросли.

– Вы не забыли про меня? – донёсся сверху голос.

Стоявшие внизу парень с девушкой подняли глаза и поняли, что действительно не вспомнили про Ариона, застрявшего на дереве. Как и торн, эти деревья разрастались повсюду, им не нужно было солнце. Всё, что росло вне ферм, не под светом кристаллов, казалось, еле дышало и готово было разрушиться на глазах. В них не было жизни, только пустая оболочка. Но при всей своей хрупкости растения пытались постоять за себя: торн резал стеблями кожу, как ножик шёл по маслу, а тёмные деревья кололи ветками. И то, и другое несмертельно, но жутко неприятно.

– Я кину тебе верёвку, привяжи к суку под собой и спускайся, – крикнула Элинара.

Арион замотал головой и вжался в дерево. Эта идея ему не понравилась.

– Она обломится. Ты же знаешь это. – усмехнулся Кайрен и указал пальцем на ветку, которая казалась девушке достаточно толстой и крепкой для того, чтобы выдержать Ариона. Как-то же он сейчас там сидел. – Посмотри на кору, сыпется, как пыль из старика. Если этот обалдуй и привяжет верёвку, то упадёт, стоит ему свеситься вниз. Давление вниз будет слишком большое.

– Тогда помоги мне. Перенос забрал половину магического потенциала.

Кайрен недовольно поморщился. Элинара и сама была не в восторге от затеи. Не стоило брать с собой парней, ведь как-то до этого она справлялась в одиночку. Но до этого она встречалась с ошибками с глазу на глаз, а теперь нельзя было и подумать о том, чтобы провалиться. В сложных делах даже такие остолопы бывают полезны... К тому же, переносы и правда сжирали много магической энергии, а для полного восстановления надо дожидаться восхода следующей луны. Она приходит вслед за уходом потухшего Солнца, когда за горизонтом скрываются последние его обломки.

Арион устал ждать помощи и взял всё в свои руки. Он догадался, что Элинара и Кайрен могут спорить до посинения. В этот момент его совершенно не интересовали отношения этих двоих, он просто хотел оказаться в безопасности. Ветка под ним начала глухо потрескивать, словно вот-вот собиралась обломиться.

Элинара лишь краем глаза заметила магию сверху и уже приготовилась защищаться от неумелого мага. Но в этот раз Арион не допустил ни одной ошибки. По дереву поползли чёрные лозы магии, и будто под их тяжестью ствол склонился. Ветки, оказавшиеся внизу, ломались от давления. Хруст стоял страшный, но, несмотря на всю эту звуковую казнь для ушей, Арион просто свалился спиной на древесные опилки и блаженно улыбнулся.

– Так он неплохо колдует, – загорелись глаза Кайрена, и тот оставил удивлённую девушку, переключившись на валявшегося парня. – А я думал, он зарядил тебе светлячком в лицо.

Он помог Ариону подняться, протянув руку и подтянув на себя. Элинара впервые видела у Кайрена так заинтересованные глаза. Обычно он не тянулся за равным общением, а старался задеть, отыскать в человеке что-то, чем он мог бы пользоваться в своих целях. Всё-таки сын от отца недалеко идёт, думала про него Элинара.

– Так и было. Я до сих пор вижу эту вспышку, – как можно спокойнее ответила девушка и подошла к торну, часть которого рассыпалась от броска камня. – Неудачу нужно закрыть удачей. Иначе будет по жизни пойдёт эта полоса. – Я пожала плечами на удивлённые взгляды парней и шагнула в заросли торна, достав из ножен кинжал.

В Веллмире, в отличие от столицы Люмиров, верили, что у каждой себя уважающей девушки на поясе хранится кинжал. Он достаётся от матери, по наследству, когда та окунается в радости заботы о детях. Больше никаких монстров и сражений - только семейный очаг и детский смех. Оружие ей больше не нужно, оно меняется и мать разит врагов не сталью, а любовью. Так шутили мужья и братья, но на самом деле каждая женщина за пазухой хранит ещё один кинжал - отвагу. А с ней и палка превращается в смертоносное оружие.

Элинара получила свой, когда ей исполнилось шестнадцать. Кинжал из стали с амулетом матери — руной, выполненной из прочного стекла. Довольно иронично, но означала она «Семья». Всякий раз, когда Элинара делала что-то вопреки родительской воли, взгляд её ненароком падал на амулет. Пытались ли воззвать родители к совести дочери? Может и так, но руна легко снималась и не мозолила глаза. Только в этот раз Элинаре не хотелось её прятать. Прорезая путь, девушка думала только о том, чтобы не сбиться с пути, дойти и узнать, что на самом деле произошло в Люминвиле.

– Пригнитесь, – неожиданно сказал Арион.

В небе над ними пролетал скрек. Словно заворожённый, он не замечал ничего вокруг. Тёмные жилки его отражали свет от парящего вдалеке кристалла. Свет доходил до притаившихся в торне, они были недалеко от фермы и могли бы перебежать оставшееся расстояние. Возможно, Элинара так и сделала бы, но Кайнер, шедший следом, предусмотрительно схватился за пояс девушки и тянул его на себя.

– Убери руки, – пролепетала раскрасневшаяся Элинара и просто понадеялась, что Арион слепой.

– Т-ш-ш, я слышу, о чём ты думаешь, – прошептал он и, обернувшись, убедился, что черноволосый парень смотрит. – Смущаешь бедного мальчика.

Девушка тоже обернулась. Ей было ужасно неловко, но никакого смущения у Ариона она не увидела. Наоборот, собранный и стальной взгляд, готовый взяться за меч в любой момент. Одна Элинара думала не о том! Над их головами монстр, а она слушает Кайнера и его нелепые шутки. «Пора бы уже собраться», - подумала девушка. К тому же, на небе уже не было и следа от скрека. Он удалился, но не в сторону Люминвиля. Там для него свет слишком ярок. Кристалл снова работал на полную мощь.

– Ты же не можешь прочесть мои мысли! – зашипела Элинара и встала, продолжив путь.

Она просто вспомнила, что нанесла себе на запястье временную метку с магией. От Кайрена, конечно. Это небольшой и несложный ритуал — просто рисуешь пыльцой светокапусты знак «Солнца» и ты под защитной магией. Некоторые, правда, любят изощряться, добавляют сок кристалльника, но девушка считала это пустой тратой запасов. Пыльца светокапусты сама по себе содержит заряды энергии, поглощенные от кристаллов Света, а значит, её будет достаточно для защиты, пока не сменится пять лун. Сок кристалльника умножает силу некоторых ритуалов, например, целительных, но в защитной магии почти бесполезен. Одна луна к пяти — настолько удлиняется защита. Крупицы...

Кайрен обогнул девушку и срезал последний куст торна. Деревня была перед ними.

– Я не только мысли читаю, но и вижу по глазам.

От этих слов Элинару пробрала дрожь. Она спросила у Кайрена, раз он такой знаток и предсказатель, что же на самом деле случилось в Люминвиле.

– Открылся Разлом, кристалл вышел из строя от тёмной энергии и монстры сбежались сюда. Разве не так? – сказал он, повесив голову набок и приставив ко рту ладонь. Он явно темнил, и так показалось не только Элинаре.

– А ты что думаешь, Арион? – спросила она у парня, который странно затих.

Арион озирался и ожидал увидеть здесь следы побоища. Но деревня встретила тихой и спокойной картиной. Будто и не пробежало здесь стадо тенижоров. Но то был тот конец, что ближе к Веллмиру, и, возможно, монстры просто не успели натворить здесь дел. Им надо было продвигаться дальше, к главному кристаллу.

– Я думаю так же, как и ты, – вдруг произнёс Арион, и на лице его отразилось беспокойство и горечь. – Когда Тарен рассказал мне о случившемся... Разлом! – Он схватился за рубашку и сжал её в районе сердца. – Я увидел перед глазами десятки разорванных трупов. Мне сложно было думать о чём-то другом, но около карты... На бумаге иногда видно то, чего не видно здесь. Разлом слишком близко, о нём не могли не знать.

– Значит, была причина не трогать его, – не смотря на нас, сказал Кайрен и пошёл первым. – У нас нет права сомневаться в Страже Света.

– Для этого не может быть причин, – выплюнул слова Арион, и Элинара была согласна с ним.

То, что случилось в Люминвиле, им только придётся увидеть. Слова Ариона натолкнули девушку на мысль, что она слишком эгоистична и, возможно, прямо сейчас подвергает всех большой опасности. Надо было, как учил Тарен, подготовиться, взять с собой больше магических ингредиентов для ритуалов, но... Если так подумать, то было бы слишком поздно. С нападения монстров на деревню и так прошло пять дней — за это время пять раз могут стереться подсказки.

Кайрен недовольно сутулился, напряжённо вздыхал и вообще всем видом показывал, насколько ему не нравится вся эта затея. Возможно, он вообще не верил, что у них есть шанс выйти так просто за пределы Веллмира, и был просто не готов оказаться вдали от стен. О переносе в доме Камня и Стали знают, наверное, только те, кто должен. Элинара же узнала чисто случайно и до этого не пользовалась им.

Они приближались к центру, осматривались и дышали через раз. Никто из них не бывал слишком далеко за пределами городской стены. Тем более на месте убийства сотни людей. Элинара вглядывалась в лицо парней, чтобы убедиться, что не ей одной не по себе. Кайрен опустил кончики губ и хмурился, его правая рука застыла на рукояти меча. Арион казался более спокойным, но взгляд его скользил по деревне с жалостью. Казалось, он скорбел так, будто знал их всех лично.

Рыцарей уже не было, как и тел умерших. Они подходили к центру, и улица расширялась, появлялось всё больше домов и стеклянных ферм, питавшихся от магического света. Здания, в которых жили раньше люди, выглядели ужасно. С дырами в стенах, выбитыми окнами и дверьми. Словно страшное напоминание, следы когтей и пятна бурой крови отпечатывались на всех поверхностях деревни. Стоял страшный смрад. Все зажали носы. Запах всё усиливался по мере приближения к главному кристаллу. Возле него, светящегося в полную силу, вырытая недавно яма и присыпанная песком и камнями.

– Они... не стали их хоронить? – ужаснулась Элинара и отвернулась, чтобы не смотреть вниз. Перед глазами всё ещё стояла высунутая из-под камней нога.

Кайрен и Арион разделяли чувства. Они отошли подальше и встали возле храма, в котором обычно прощались с родными и встречали только что рождённых. Тишина давила, слышалось только неровное дыхание и тихий треск от работающего кристалла.

– Пожалуй, мы увидели то, что не должны были, – высказался Кайрен и посмотрел на девушку.

– Я не буду держать язык за зубами, – резко ответила она, ужасаясь того, чего просит у неё парень. Молчать!

– Элинара, у нас будут проблемы. У всех. У твоего отца, матери и... У Лианы.

Зубы девушки скрипели от злости. Манипулировать семьёй — это подлый трюк. Но действенный. Перед глазами Элинары возникли знакомые образы: строгий, но справедливый отец приносит им с Линой заводную игрушку птицы, они хохочут, гладят её медные перья и думают, что у них третья есть сестра — заколдованная. И убегают к маме, прося её расколдовать, вернуть третью, но она лишь смеётся и гладит по головам.

– Кайрен прав, мы не можем так сразу обвинить в чём-то Стража Света, – внезапно сказал Арион, и Элинара не поверила своим ушам. Он лишь пожал плечами и, нахмурившись, добавил: – У нас нет доказательств. Не выведем же мы весь город, чтобы показать им на... захоронение не по правилам. Надо осмотреться, может, осталось что-то, что докажет вину.

– Хоть у кого-то есть капля здравомыслия, – похлопал его по плечу Кайрен, и они оба пошли по чужим домам.

Девушка не хотела их больше слушать. Пусть ходят парочкой, а ей надо было побыть одной. Да и не видела она смысла ходить по домам обычных людей, ведь дом главы фермы всегда интереснее. Именно он общался с Стражем Света, направляя ему информацию об урожаях и проблемах Люминвиля. Элинара с присущей себе решимостью отправилась на поиски этого дома. Он должен быть больше всех, с дополнительными пристройками, роскошно выглядящий внутри и снаружи. Но такой, как назло, не встречался. Только одноэтажные хибарки обычных рабочих людей, выращивающих еду и трудящихся до износа. Элинара снова прошлась по деревне и, завидев Ариона и Кайрена, приблизилась к ним.

Устремлённые их взгляды сходились на полностью разрушенном доме. И только сейчас девушка заметила серебристую вывеску там, где виднелись щепки от дерева. Она тоже была поломана, но ещё отблескивала от света кристалла. Сомнений быть не могло — это дом главы фермы.

Арион опустился на корточки и прикоснулся к земле, растерев её на пальцах.

— Хотел убедиться, что это не пепел, — пояснил он и добавил: — Это он.

Элинара и Кайрен удивились, и парень даже сменил привычную позу со скрещёнными руками. Теперь он поправлял свои кудри, при этом выглядел непривычно взволновано. Таким его видеть было приятнее, и Элинара узнавала его с совсем новых сторон.

Огонь... Он был запрещён в городе. Строго запрещён.

— Почему вы так смотрите? — с недоумением посмотрел Арион и обвёл взглядом деревню. — Посмотрите, разве могли они защитить себя, если бы кристалл погас? Они, наверное, разводили огонь для света. И, может... — он сглотнул, — пытались отпугнуть монстров им.

Это правда, Элинара и Кайрен не подумали об этом. Жители Веллмира стараются не думать о тех, кто живёт за стенами. Но это ошибка, и, пожалуй, они за неё поплатились.

— Разве деревни не должны быть защищены лучше? Я имею в виду, они же находятся между городом и Мрачнолесьем. Не логичнее ли было бы здесь укрепить безопасность? — общалась сама с собой девушка, потому что Арион только пожал плечами, не найдя что ответить, а Кайрен молча ушёл.

Элинара и Арион вернулись в центр деревни, но не подходили близко к главному кристаллу — не хотелось снова видеть яму. Парень тёр костяшки и задумчиво смотрел в сторону одного из домов. Элинаре казалось, он что-то чувствовал, и она не могла не спросить об этом. Он сконфуженно посмотрел, будто девушка увидела его голым, и убрал руки в карманы. Видно было, как он колебался, и Элинара спокойно ждала ответа. Не выдержав тишины или собравшись с духом, Арион сказал:

– Я его чувствую.

– Кого? Кайрена?

Арион нахмурился.

– Нет, Элинара, Разлом. – Увидев, как вытянулось лицо девушки от потрясения, он помялся и добавил: – Я думаю... Возможно, это мой дар. Знаешь, как читать мысли или предсказывать будущее. Только я чувствую, где находится Разлом.

– Это потрясающе, Арион.

Оказывается, он не бесполезен, как думала раньше Элинара. Что же, ей стоило сдружиться с ним пораньше.

Лицо Ариона покрылось румянцем, и он пробормотал, что в его способности нет ничего потрясающего, но Элинара была не согласна. Она радостно обняла его, сжав так сильно, как могла, и гордо объявила спасителем. Хотела ещё добавить «всех Люмиров», но решила настолько не раздувать его самомнение.

– Милуетесь? – спросил с раздражением вернувшийся Кайрен.

– Ревнуешь? – улыбнулась Элинара, прекрасно зная, что бесит этим парня. – Ну не расстраивайся, и ты можешь быть полезным.

Арион отстранился и прочистил горло. Всё это только для того, чтобы сказать мне, что Элинара не в его вкусе. У девушки челюсть отвисла, но она быстро поправила её, пояснив, что не имела ничего такого. И никого жениться не звала. Пришлось напомнить ребятам, где они находятся. Сейчас надо было быть максимально серьёзными, и лица их снова напряглись.

– Ладно, нам пора, – сказала Элинара, и Кайрен довольно кивнул. Он хотел вернуться в город как можно скорее. Девушка потянула Ариона за рукав и попросила: – Веди нас.

Сначала он не понял, подумал, что должен вести туда, откуда они пришли, но Элинара остановила его. Покачала головой и подошла, чтобы шепнуть на ухо: «Разлом». Держа его за плечо, она чувствовала, как напряглись мышцы. Это было последним местом, куда Арион хотел идти.

– Только одним глазком. Прошу!

– Куда она хочет опять вляпаться? – взъелся Кайрен и достал откуда-то верёвку.

– Это слишком опасно, Элинара. Разлом выпустил монстров, и сомневаюсь, что хотя бы большую часть из них перебили. Идти туда без подготовки — верная смерть.

Девушке хотелось увидеть Разлом хотя бы одним глазком, а не читать про него в книжках. Тем более она была уверена, что за это время восстановит небольшую часть сил и сможет нарисовать новый перенос. Теперь точно стало ясно, что старый находился под развалами дома главы фермы, и поэтому их выбросило раньше.

– Нам нужно оставаться здесь.

Кайрен сказал это со всей не присущей ему серьёзностью. И Элинара почувствовала себя в ловушке. Как она могла снова ему поверить, знала же, что он не упустит своего. Конечно, он отлучался от не просто так, не чтобы посмотреть на урожай гелиокорня.

Девушку пробирала злость. Хотелось вонзить ему кинжал прямо в грудь, но послышался приближающийся топот шагов, и она умерила свою ярость. Сжав кулаки, оставалось лишь благодарить судьбу, что она смогла оказаться хотя бы в Люминвиле. Теперь есть что рассказать Валии, она обязана знать о произошедшем. Но встреча с ней состоится нескоро, и оставалось лишь гадать, какое наказание придумает на этот раз отец для Элинары.