Там, где я

– Лесси, я думаю, нам надо и это тоже обсудить, – говорит незнакомый мужчина моей матери.
– Нейтан, тебе нужно убраться из моего дома и забрать его с собой, больше никогда не появляйся на моем пороге! – мама почти переходит на крик.
– Она моя дочь? – сказал только что названный Нейтан и встал на ноги.

Теперь я вижу его в полный рост, и он выглядит устрашающе, но это «устрашающе» не как вышибала в клубе, а как очень влиятельный бизнесмен.

Мама снова бросает грозный взгляд на меня.
– Уходи отсюда, я сказала! - снова кричит она.

Я поднимаюсь к себе в комнату, еле сдерживая слёзы, в моей голове столько вопросов. Кто эти незнакомые люди? Что происходит? Но я привыкла, что мне не стоит лезть в дела мамы, а если она захочет рассказать, то сделает это. Обычно мама не ведёт себя так, она отстраненная, но не грубая со мной.
Одним движением я снимаю с себя одежду, надеваю пижаму, иду в ванную и смотрю на свои мокрые глаза в зеркало.

Из ступора меня выводит телефонный звонок.
– Алло, – почти шепчу я.
– Стефф, ты дома? Почему не написала? Что-то случилось? – засыпает меня вопросами друг.
– Я... я дома, Ол, все хорошо, правда.
– Мне нужно приехать? Что с голосом?
– Пожалуйста, не надо. Потом позвоню.

На этом я бросаю трубку, у меня больше нет сил говорить.
Выхожу из ванной и вижу на своей кровати незнакомого блондина.

– Что ты себе позволяешь?
– Очень душевный приём, сестрёнка, – говорит он с ухмылкой он.
– Я тебя впервые вижу, кто ты такой?
– Лиам Картер, приятно познакомиться, – он протягивает мне руку, но я стою как вкопанная.

CDG или Carter Development Group (Картер Девелопмент Групп) – это крупнейшая девелоперская компания в Нью-Йорке. Они же самые престижные застройщики в Штатах. И вообще у них слишком много отраслей, чтобы попытаться запомнить, но эта компания часто звучит в новостях или на страницах журналов. Её владелец – самый завидный холостяк – Нейтан Картер, у которого есть сын — Лиам Картер.

– Э-э, я Стеффани, мама не говорила, что знакома... ну... с вами, – только и мямлю я.
– Мой отец тоже не рассказывал о вас, поэтому пришлось всё сделать самому, как обычно.
– Что сделать?
– Найти, конечно же. Правда, я даже не знал, что у меня есть сестра, — говорит Лиам.

Наш разговор прервали звуки бьющейся посуды с первого этажа. Мы одновременно обернулись на дверь, за которой послышались шаги, а затем открылась дверь, и показалась мама.

– Вам с отцом нужно уйти. Сейчас же. Стеффани, ложись спать, – уже спокойнее говорит мама.
– Почему ты меня оставила с ним? – на повышенных тонах спрашивает мою мать Лиам.
– Лиам, нам лучше уйти, – говорит незнакомый мужчина, который тоже появляется у дверей моей комнаты.
Лиам разворачивается и сбегает по ступенькам вниз, не говоря ни слова. Я слышу как хлопает наша входная дверь и звук заведенного двигателя машины.

– Стеффани, пожалуйста, напиши мне, вот мой личный номер, и я... постараюсь исправить эту ситуацию, – мужчина даёт мне в руки свою визитку.
– Нам ничего от тебя не нужно! – мама выбивает эту визитку у меня из рук и хлопает моей дверью, – а теперь, убирайся. Ты умеешь только рушить жизни!

Вместе со звуком закрывающейся входной двери у меня вырывается вздох облегчения. Что происходит? Лиам назвал меня сестрой, вроде как Нейтан Картер сказал позвонить ему на личный телефон. Ничего не понимаю.

Мне нужны ответы, если я не получу их сейчас, то не смогу уснуть. Я иду на первый этаж, где мою маму успокаивает Микель. Она выглядит очень расстроенной.

– Мам, кто они?... – осторожно спрашиваю я.
– Стефф, ты совсем тупая? – огрызается на меня мама.
Слезы начинают течь у меня из глаз, наверное, это усталость.

– Тебе не место в этом доме, и не надо было тебя забирать тоже. Ты моя большая ошибка! – говорит мне мама.
– Мам, я не понимаю...
– Что ты не понимаешь? Этот человек – твой биологический отец! А этот мальчик – твой брат-близнец. Я всего этого не хотела, понимаешь? Единственное, чего я хотела – нормальной жизни.

Самый худший день в моей жизни. Какая еще мать может сказать такое своему ребенку?
Я вернулась в свою комнату и прижала колени к груди, дала горячим слезам скатываться по моему лицу. Очень грустно осознавать, что ты нежеланна даже для собственной матери.
Когда слёз совсем не осталось, смотрю на время.

2:38

Если я не хочу пропустить школу завтра, то нужно было лечь еще два часа назад.
Ложусь под одеяло и натыкаюсь на свой телефон, на котором 34 пропущенных от моего друга и в два раза больше сообщений. Нужно написать ему, чтобы не переживал.

Ол, все в порядке, я познакомилась со своим биологическим отцом и братом :)

Надеюсь, смайлик в конце сообщения успокоит его. Тут же приходит ответное сообщение.

Все в порядке? Забрать тебя? Мама подготовит твою комнату.

Семья Оливера стала для меня вторым домом, а Оливер – как брат. Я понимаю, что он переживает и хочет помочь, но сейчас я хочу побыть одна. Набираю быстро ответ, что все в порядке и завтра в школе я ему все расскажу и ложусь спать.

Утро

Поднимаюсь я раньше будильника от каких-то звуков на первом этаже нашего дома, с ужасно тяжелой головой.
Выхожу из комнаты и слышу разговор матери и отчима:

– Лесси, может, стоит взять и её с собой?
– Микель, ты меня не услышал? Я не хочу, чтобы она дальше портила нам жизнь, я хочу пожить для себя. Я не должна была рожать от него, понимаешь? Этого всего не должно было быть.

Я снова чувствую укол в самое сердце от родной матери. Ноги сами меня несут вниз по лестнице.

– Что всё это значит? – говорю я не своим голосом.
– Стеффани, собирайся, ты переезжаешь к тётушке Лоре. Мы продаём дом и переезжаем с Миком в Испанию.
– В Испанию, что? Мама, я никуда не поеду.
– Тогда оставайся тут, может быть,  риелтору удастся продать дом, и новые владельцы примут тебя вместе с ним, – с ухмылкой говорит мать.

Откуда в ней столько жестокости? Уголки глаз предательски щиплет, но после ночи слёз уже не осталось.
Я поднимаюсь в свою комнату и пишу своему лучшему другу.

Приезжай, нужна помощь.

Через минуту приходит ответ.

10 минут.

Я благодарна Вселенной за такого прекрасного друга. Наверное, он уже знает, что все плохо, поэтому не задает лишних вопросов.

Позже днём

– Она совсем с ума сошла? Стефф, твоя мама просто конченная. Извини, но других слов нет. Давай, ты переедешь к нам?
– Я не хочу вас стеснять и совсем не знаю, что делать.

Оливер очень остро отреагировал на всё, что я ему рассказала. Он был настолько зол, что хотел высказать всё моей матери сам, но они с Миком уже уехали, я даже не знаю куда, и увидимся ли мы еще. Я ревела всё утро, и только сейчас у моего друга получилось меня успокоить.

– Ты же знаешь, что мои родители принимают тебя как собственную дочь, и, кажется, что любят больше их родного сына, они будут только рады тебе.
– Только временно, я правда не хочу пользоваться вашим гостеприимством, я найду себе подработку и буду снимать комнату недалеко от школы.

Ехать к тётушке Лоре – это самое худшее, что может случиться в жизни. Даже то, что родная мать бросила меня, меркнет по сравнению с жизнью у тёти. Когда я приезжала к ней погостить в прошлом году, я работала в поле как проклятая, сидела со своими двоюродными братьями и сёстрами в перерывах между работой на грядках, хотя к своим детям тетя Лора относилась более снисходительно: её ангелочки (на самом деле невыносимые дети) только ели все время и развлекались. Тогда я сильно похудела и измоталась, повторять такой опыт больше не хотелось.

– Спасибо, Ол, – я обняла друга.

Мы собрали все мои вещи по коробкам, загрузили их в машину друга и поехали в дом семьи Брукс. Понятное дело, ни о какой школе сегодня речи и быть не может.