Глава 10
Стеффани
После возвращения с острова мне было сложно снова влиться в учебную и рабочую рутину. Чейз избегал меня всю эту неделю. После той ночи на пляже, после слов и его объятий — он словно поставил между нами стену: толстую и холодную. Ни одного взгляда в мою сторону, ни случайных прикосновений, ни слова. Если я обращалась к нему напрямую, он отвечал коротко и нейтрально, даже не смотря в мою сторону.
Я делала вид, что всё в порядке, и что меня это совсем не ранит, и что у меня и без этого хватает дел и забот. Я училась быть частью чего-то нового. Например, каждый вечер мы ужинали втроём: я, Лиам и Нейтан. В этой рутине было что-то странно уютное. Даже вечно пропадающий на работе Нейтан Картер теперь рвался вечером домой, чтобы не пропустить ужин со своими детьми. Мы обсуждали это с Лиамом, он был настроен настолько скептически, что первые два вечера только хмурился и молчал, а когда мы расходились по комнатам, сказал мне: «Не привыкай, наш папаша просто не умеет быть рядом, его волнует только работа». Но я видела, как Нейтан Картер учился быть отцом.
Однажды я случайно услышала, как он зашел в комнату Лиама и застал того за рисованием. Лиам неохотно показывал свои наброски, но они и правда были восхитительны.
— Ты действительно хорош в этом, — сказал он.
—Кхм, спасибо, но... не смотри так, — я слышала, как дрожал голос Лиама, он явно смутился.
— Могу я позвонить своей знакомой в галерею? Мне кажется, что твои работы её заинтересуют, если ты, конечно, хочешь, потому что я думаю...
— Нет, не надо, — перебил его Лиам, и я прямо почувствовала его напряжение. — Это всего лишь хобби.
— Я понимаю, — спокойно ответил Нейтан. — Подумай, в этом большой потенциал, я тебя обязательно в этом поддержу, Лиам.
Я вышла из своей комнаты, когда услышала удаляющиеся шаги отца. Через приоткрытую дверь я слышала, как Лиам тяжело выдохнул и тоже вышел из комнаты.
— Вот и началось. Сначала ужины примерного отца, а теперь «давай выведем твой талант на новый уровень». Пытается наверстать 17 лет за один раз, — фыркнул Лиам, увидев меня.
— Дай ему шанс, он правда пытается, — тихо сказала я.
Лиам ничего не ответил, только пожал плечами.
На следующий день, когда Нейтан застал меня с утра за растяжкой, он подошел и сел рядом.
— Я знаю, что много всего произошло в последнее время, как ты себя чувствуешь?
— Я не вернусь к работе официанткой.
— Есть то, чем бы ты хотела заниматься? — Он посмотрел вдаль.
— Не знаю, возможно, я хочу помогать людям. Как волонтёр? Или профессор Стивенсон предложил повысить оценку и пройти практику в больнице.
— Если ты решишь попробовать — я знаю несколько хороших клиник, которые принимают студентов на должность младших помощников или санитарок.
Я слабо улыбнулась. Было странно слышать от него такие слова, мама никогда не интересовалась моими увлечениями и желаниями.
— Не обязательно сейчас, только если тебе самой этого захочется, — торопливо добавил он.
Его взгляд был таким теплым и располагающим, как будто он был рядом всю жизнь. Он действительно слушал и интересовался, а не просто существовал рядом.
Прошла неделя, за которую я действительно решилась попробовать. Я поговорила с одной из медсестёр в больнице по рекомендации отца — и они согласились взять меня на зимнюю практику. Это было как вдохнуть свежий воздух после долгого подземелья: новый ритм, новые люди, ощущение, что я наконец двигаюсь в сторону мечты. Я возвращалась домой уставшая, но счастливая. Все это помогало мне не думать о Чейзе Девенпорте. Только легкость и пульсация в висках и никаких Чейзов в мыслях.
Старшая медсестра, женщина лет сорока (достаточно молодая, но одного взгляда хватает, чтобы сказать — она профессионал своего дела) Хейли Максвелл подошла ко мне и, протянув руку, сказала:
— Прекрасные оценки, если ты готова — я буду рада видеть тебя в нашей клинике. Хоть мы и не можем предложить тебе работу полноценного врача, но нам нужна будет твоя помощь здесь.
Я не помню, когда в последний раз у меня так бешено колотилось сердце. Радость внутри была настоящей. Я была настолько счастлива этой возможности, что, не переодевшись и вся мокрая от дождя, мчалась домой. Я знала, что опоздала к ужину, но мне не терпелось рассказать Лиаму и отцу, что все получилось.
Я ворвалась в большой зал, где стоял обеденный стол, за которым мы проводили свои ужины.
— Вы не поверите, я... — начала я, вся сияющая. Но продолжение застряло в горле.
Отец сидел на своем обычном месте за столом, но без Лиама, вместо него, вернее, на его обычном месте сидела моя мать.
У неё в руке был бокал вина, а на лице — выражение, которое я знала с детства: недовольство смешанное с властью. Волосы аккуратно уложены, губы сжаты в тонкую линию. На ней была дорогая бежевая блузка и легкий плащ, снятый и аккуратно помещённый на спинку соседнего стула. Она сидела, будто дома.
Снаружи раздался грохот грома, дождь лил стеной. Я застыла.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, голос предательски дрогнул.
Мать даже не повернула головы. Она бросила взгляд на отца, и холодно сказала:
— И я рада тебя видеть, доченька. А теперь уйди, взрослые разговаривают.
Я сжала пальцы в кулаки, мокрая одежда липла к телу. Я дышала так глубоко, но казалось, что мне все больше не хватает воздуха.
— Пап, зачем она здесь? — выдавила из себя я и посмотрела на Нейтана.
— Ого, уже папа?
— Стеффани, прошу, — подал голос отец, вставая из-за стола. Он грозно глянул на мою мать и двинулся ко мне, я чувствовала, как подступают слёзы. Не думала, что эта женщина еще имеет надо мной такую власть. Я ненавидела её за это.
Я прошептала что-то нечленораздельное и сделала шаг назад, я выбежала из зала и побежала в свою комнату. Позади послышался грохот стула и гневный голос отца:
— Не смей в моем доме так разговаривать с моей дочерью. Убирайся, и забери свои угрозы с собой.
— Ты же знаешь, что я легко могу забрать их у тебя.
— Пусть будет по-твоему, — глухо сказал отец. — Завтра я вышлю юриста, ты подпишешь этот договор и больше никогда не появишься в жизни моей семьи.
Дальше я уже ничего не слышала, я захлопнула дверь в свою комнату, сбросила мокрую куртку, села прямо на пол и прижала колени к груди. Я не могла больше держать слёзы в себе.
Несколько минут спустя в дверь мягко постучали. Я не ответила, но дверь тихо открылась.
— Можно? — голос отца.
Я не подняла головы. Он подошёл ближе и аккуратно сел рядом. Я продолжила плакать, не в силах остановиться, только сильней уткнулась лицом в колени.
— Зачем она приехала? — хрипло спросила я.
Он долго молчал.
— Если ты не будешь отвечать, уходи, пожалуйста, — я выдохнула и посмотрела на него.
— Я не звал её, — ответил он, уставившись в стену, — прости, что ты услышала это.
— Чего она хотела? — прошептала я.
— Я перестал высылать ей денег, когда ты переехала сюда, — спокойно сказал он. — Все 17 лет я содержал её. Вас точнее. Для того... — его голос сорвался и ему пришлось откашляться, — потому что Лиам... — он вздохнул и только тогда продолжил, — в общем, она говорила, что заберёт его, и я никогда больше с ним не встречусь, я не мог этого допустить.
— И теперь она хочет... уже двоих?
Отец посмотрел на меня и покачал головой.
— Она ничего не получит.
— Она получит своё: деньги. Мы ведь ей не нужны, — выдавила я.
Слёзы не останавливались. Нейтан не ушёл, он остался рядом, просто молча положил руку мне на плечо и прижал к себе, пока я не выплакала все слёзы. Моя мать — ужасный человек. Когда я успокоилась, то решила принять душ. Я заверила отца, что всё в порядке и отправила его заниматься своими делами.
После душа я переоделась в тёплую кофту и сухие джоггеры, завязала волосы в небрежный пучок, Лиама не было дома, что не удивительно, мне тоже не хотелось тут находиться после того, как я встретилась с матерью. Я вышла на улицу, дождь всё еще моросил, но уже не лил стеной, как несколько часов назад. Воздух был прохладным, пахло мокрой землей и хвоей. Я вышла, чтобы немного пройтись и подышать, в надежде, что это очистить мои мысли, и я перестану возвращаться к холодному лицу матери.
Шаг за шагом я брела по двору. Свет от окон дома остался позади, и вскоре я оказалась у аллеи, ограниченной высоким забором из плотных туй. Я свернула, не думая — просто шла, пока влажные ветви не начали касаться плеч.
Я не сразу поняла, что покинула границы участка дома Картеров. Всё здесь казалось одним бесконечным участком. Одинаково ухоженные дорожки, те же фонари и то же оформление ландшафта. Я свернула за угол, прошла еще немного и тут заметила силуэт.
Он стоял, прислонившись к перилам небольшой террасы, под дождём. Капюшон был спущен, темные волосы намокли и прилипли ко лбу. Но даже так я его узнала — Чейз. Он что-то крутил в руках, но у меня не получилось рассмотреть что, он резко обернулся, как будто почувствовал меня. Я замерла на секунду, не зная, уйти или подойти. Его взгляд скользнул по мне и остановился, будто всматриваясь, правда ли это я.
— Привет, — сказал он, отводя взгляд, — не можешь уснуть?
Я покачала головой.
— Как-то не получается, а ты почему здесь?
— Я здесь живу. Такой же вопрос к тебе.
Я посмотрела за его спину и увидела дом. Не менее роскошный, чем дом Картеров. Я не знала, что сказать ему, после того, как он избегал меня все время после острова. Мои ноги сами несли меня к нему ближе.
— Моя мать... — я замерла не договорив, но после того, как он опять поднял на меня свой взгляд, я продолжила, — она сегодня приезжала.
— И? — он сверлил меня взглядом. А я оцепенела от этого ответа. Не знаю, зачем я начала с ним делиться этим, но услышав его реакцию, мне захотелось развернуться и убежать. Что я за дура такая, навязываю себя всем, кому это не нужно.
— Забудь, это так глупо, — я отвернулась и зашагала прочь.
Я успела сделать два шага, после чего Чейз схватил меня за запястье и повернул к себе. Его рука была тёплой, несмотря на дождь, и я замерла, не смея поднять глаза.
— Прости, — тихо сказал он.
— Не надо обманывать себя и меня. Если не нравится моя компания, я пойду, — проговорила я на одном дыхании.
— Это не так, — его голос стал чуть хриплым.
Я всё еще смотрела в сторону, но он не отпускал мою руку.
— Тогда как? — выдохнула я. — Объясни, потому что я не понимаю тебя. Сначала ты будто подставляешь плечо, потом избегаешь меня. А я... я устала от того, что люди пятятся от меня, будто я — ошибка.
Он молчал, несколько капель упали с его волос на наши руки, пока мы стояли почти вплотную. Я чуть повернулась, чтобы высвободиться, но он не отпустил. Его пальцы только крепче сомкнулись на моей руке — не грубо, а скорее умоляюще. Он смотрел мне в глаза. И в них отражалось всё то, что он не сказал мне за прошлую неделю.
— Дело не в тебе, — сказал он наконец. — Я идиот.
— Этим ты решил оправдаться?
— Я не оправдываюсь. Синклейр, ты сведешь меня с ума, — свободной рукой он заправил выбившуюся прядь мне за ухо. Момент показался мне слишком интимным, и моё тело пронзила молния.
— Что хотела эта ведьма? — он отпустил мою руку и устремил взгляд на дом.
— Она пришла за деньгами, — сказала я дрожащим голосом. — Я так устала... она имеет столько власти надо мной, я просто жалка.
— Не смей так говорить о себе, — резко перебил он. — Ты самый сильный человек, которого я когда-либо встречал. Это пугает, но и завораживает. То, что ты пережила — просто не укладывается в голове, но ты не сломалась. Ты сильная, хотя, возможно, сама этого не видишь.
Я сглотнула, пытаясь удержать слёзы, но в груди всё скрутилось от боли.
— Я... я на секунду поверила, что она победила.
Чейз тихо выругался себе под нос, я не смогла разобрать, что он сказал, и шагнул ближе. Его пальцы коснулись моего подбородка, и он поднял мне голову так, чтобы я заглянула в его глаза.
— Она не заберёт тебя, никогда, — он смотрел на меня, и в его голосе не было ни капли сомнения.
Я чуть дрогнула от этих слов.
— Я не уверена в этом, — прошептала я, чувствуя, как голос дрожит.
— Я уверен. И обещаю, что она ничего не сделает, слышишь? — сказал он хриплым голосом.
Он всё еще смотрел мне в глаза. Внутри меня что-то перевернулось от его слов, они меня успокаивали.
— Меня сегодня взяли на работу в клинику, — прошептала я.
Не знаю почему и зачем, но мне хотелось поделиться с ним чем-то хорошим и значащим для меня.
— В какую клинику? — его голос прозвучал мягче, с любопытством и едва уловимой улыбкой.
Я отстранилась совсем немного, чтобы он мог убрать руку от моего подбородка.
— Уинтергроувский медицинский центр. Я сегодня была на собеседовании... меня взяли.
Он посмотрел на меня, как будто видел впервые. В его взгляде появилось что-то, что согрело меня изнутри.
— Серьёзно? — Его губы дрогнули, как если бы он сдерживал настоящую улыбку. — Хейли очень требовательная. Это... чёрт, это круто, Синклейр.
Я чуть отвела взгляд, не зная, как отреагировать на его одобрение. Почему-то это для меня значило слишком много. Делиться чем-то с Чейзом Девенпортом оказалось настолько естественно, что даже приятно.