𝐁𝐥𝐨𝐨𝐝 𝐈𝐧𝐤

Мужчины в машине молчат, как и весь мир.

Здесь сложно дышать.

На улице, в доме Вусока, в любом другом месте на планете Земля есть воздух, более пригодный для дыхания, чем гнетущая тишина, от которой ты задыхаешься в приглушенном салоне автомобиля. Потому что на улице, и в доме Вусока, и в любом другом месте, что-то оставалось между
спасательной миссией и Тэхеном.

Есть еще один шаг, еще один день, еще один план, который нужно сделать - еще что-то, на что вы должны потратить время
и усовершенствовать.

Но сейчас?

Теперь все ваши планы осуществятся.

Теперь вы увидите, будут ли они на самом деле работать или нет.

Странно, как каждый раз, когда есть что-то, чего нужно достичь,ты составляешь план достижения этого и ты проводишь целый час, прежде чем сесть и посмотреть на все возможные неправильные результаты.

Есть так много неправильных результатов.

Так много факторов, к которым ты не готова и перемены, которые могут измениться неожиданным образом в мгновение ока. В отличие от уверенности в заявлении Намджуна, когда он сказал, что вы без сомнений справитесь с похищением Техёна.

А что, если ты не справишься с этим?

А что, если ты вообще ничего не поймешь?

На заднем сиденье бедро Чонгука прижато к твоему с одной стороны, а бедро Чимина с другой. Джин едет рядом с Юнги впереди, а Хосок и Намджун сидят посередине.

Никто не смотрит друг на друга.

Никто не говорит.

В полночной тишине рука Чонгука находит твою. Его пальцы скользят между твоими и переплетаются так крепко, что кажется, будто он уже никогда не отпустит.

Его рука слегка дрожит на твоей ладони.

-Расскажите мне секрет, - говоришь ты. - Скажите мне что-нибудь, чего я не знаю. - Пустота съедает твой голос целиком.

Мгновение в напряженной тишине никто не произносит ни слова.

-Раньше у меня были дреды, - бормочет Намджун. - Когда я был моложе. Я думал, что они крутые. Но это было не так.

Тебе хочется смеяться, но кажется, что в тебе совсем не осталось радости.

Еще одна минута молчания.

Другой голос.

- У меня есть специальные очки, которые я всегда надеваю по дороге на задание, чтобы
поднять настроение, - говорит Джин. Он протягивает руку и открывает бардачок рядом с Юнги, что-то вынимая.

Это действительно очки странной формы, в темной оправе, защищающие от солнца.

Они прямоугольники, тонкие, в длинных рамах и сужающиеся
снаружи, поэтому, когда Джин надевает их на лицо, он выглядит как самый большой придурок на планете. Этот придурок опускает их в зеркало заднего вида и подмигивает тебе.

На этот раз ты смеешься.

-Почему ты их не надел? - спрашиваешь ты.

Джин замирает, он снимает очки и возвращает их в бардачок.
-Думал, это подходящий момент, - бормочет он.

Удушающее одеяло безмолвия возвращается в полную силу.

Тишина.

Тишина.

Тишина.

-Иногда я действительно ненавижу себя, - шепчет Чимин. - Я смотрю в зеркало и вижу отражение. Невысокий, уродливый и бездарный. Я добрался сюда только потому, что следовал за Чонгуком. Чонгуком, который, несмотря на то, что я провел
всю свою жизнь, защищая его, он намного сильнее меня. Я бесполезен. Недостаточно хорошо.

У тебя забивается горло. Ты не можешь сказать ни слова.

- Но в конце концов, - продолжает Чимин, - я решил, что это не имеет значения. Если я родился маленьким, толстым и уродливым, я могу, по крайней мере, сделать все возможное, чтобы защитить свою семью. И вы, ребята, все равно меня любите, так что какая разница что думают другие? Кого волнует, что я думаю о себе?

Ты просовываешь свою руку в руку Чимина. Он тоже дрожит.

Глубокий скрежет Юнги доносится с переднего сиденья. - Я пытался покончить с собой один раз.

Никто не говорит. Вы все просто слушаете, ждете.

- Когда я был боссом в Тэгу, моя правая рука был моим лучшим другом. Мы встречались как низкоранговые члены и вместе прокладывали себе путь к вершине.
Он был единственным человеком, которому я мог по-настоящему доверять.

В голосе Юнги слышится приглушенная печаль, далекая и глубокая, как шрам над старой раной, которая не зажила должным образом.

- Однажды один из моих людей пришел и нашел меня. Сказал мне, что мой друг тайком ходил вокруг, говоря о смене руководства. Заставлял людей выбрать чью-то сторону: его или меня. Он пытался спланировать переворот, а
переворот на самом деле может произойти только одним способом— убить нынешнего Босса и захватив власть силой.

Он колеблется в рассказе. Зияющая пустота пробуждается от отсутствия голоса Юнги.

- Что ты сделал? - мягко спрашиваешь ты.

Юнги глубоко вздыхает. - Я побежал. Я побежал, потому что знал, что если мой друг начнет
сражайся, я бы победил. Он этого не переживет. Я любил его. Я любил его так сильно, что предпочёл уехать, чем позволить этому случиться. После того как я ушел, я понял, что все кончено. У меня никого не было — ни семьи, ни друзей. Я направился прямиком в
дешевую гостиницу на верхний этаж и запер дверь. Потом я подожёг комнату.

Твоё сердце разрывается в груди, потому что ты можешь видеть это в своей голове. Юнги, обмякший и безнадежный, лежал на кровати с черными и преданными глазами, безучастно наблюдая, как пламя пожирает все вокруг.

-Я уже почти ушел, - говорит Юнги. - Это почти сработало. Но тогда, просто когда я уже почти потерял сознание от дыма, окно разлетелось вдребезги. И этот идиот — этот дурак, который улыбался, когда бегал по комнате, нисколько не боясь огня, подошел ко мне и помог подняться. Он вскарабкался по пожарной лестнице и голой рукой разбил окно, каким-то образом точно зная, где я нахожусь. Он сказал: "Я Хосок. У меня есть место для тебя. И с тех пор я здесь."

Вы все смотрите на Хосока, который спокойно сидит на своем месте. Он пожимает плечами. - Юнги взял с меня обещание никому не говорить.

Ты откидываешься на спинку стула, удивляясь откровенности истории Юнги. Он оставил Тэгу и всю свою силу и славу, чтобы защитить своего друга, даже когда тот планировал предать его.

Хосок говорит, - Я знаю, кто убил мою семью. Мама, папа и моя сестра Давон. Сегодня вечером он будет на вечеринке, но я пообещал себе, что не причиню ему вреда. Он больше не имеет значения. Тем более убив его сейчас вы можете пострадать, ребята. Моя новая семья.

Намджун был прав.

Ты прикусываешь губу, когда подкрадывается другое молчание — шок и недоверие.

-Хён,- хрипит Чимин. - Почему ты не сказал нам? Мы могли бы тебе помочь.

- Именно поэтому. - Хосок постукивает пальцем по подлокотнику кресла, задумчиво глядя в окно. - Если бы я сказал тебе, что бы ты сделал в первую очередь? Пошел за ним. И этот человек, он не тот, кого можно так легко одолеть. Я защищал вас — вы все для меня важнее любого плана мести или обиды.

По мере того, как дорога проносится мимо, все секреты льются, как масло из ваших уст, заливая машину тяжестью забот и печалей. Похоже, зная, что есть вероятность, что никто из вас не вернется это наполнило людей менталитетом последнего дня на земле.

Это действует и на тебя, когда ты открываешь рот и признаешься, - Мой дед умер, когда я был младше. Он был отцом моей матери, я
не уверена, что он был вовлечен в "семейный бизнес" моего отца. Дедушка был единственным, кто действительно заботился обо мне. Он брал меня с собой на
мороженое и в кино, и он разрешал мне остаться в его доме с моей
кузиной Джису.

Ты делаешь паузу, чтобы сделать глубокий вдох, чувствуя, как твой голос сгущается от эмоций,- Мои родители сказали, что он погиб в автокатастрофе. На похоронах его гроб был закрыт с самого начала, так что мне так и не удалось увидеть его в последний раз. И теперь, узнав все, я не могу не задаться вопросом...действительно ли он погиб в автокатастрофе. Или это как-то связано с моим отцом.

Ночь становится все глубже, и единственный звук в машине — это сигнал поворота, который только что включил Джин.

-Я думаю, я должен поделиться одним секретом Тэ тоже,- говорит Чимин. - Если бы он был ... если бы он был здесь, он бы захотел участвовать. Я уверен, он будет рад узнать, что мы тоже рассказали о нем.

-Хорошая идея, - бормочет Хосок.

- Ну, я уверен, что вы все знаете, что Тэхена похитили, когда он был моложе, - начинает Чимин. - Он и его родители. Тэ до сих пор не знает, кто это был и почему они это сделали. Ему завязали глаза и
заткнули рот кляпом. Он должен был сидеть и слушать, как рядом
с ним расстреливают его родителей. Вот почему он так боится ... оружия. И насилие. Он
не любит кровь.

Ты даже не знаешь, что и думать, не говоря уже о том, чтобы говорить. Так много кусочков головоломки встают на свои места, наконец, беря все случайные обрывки информации и склеивая их вместе, чтобы сформировать целостную картину.

Теперь многое имеет смысл.

- А как же ты?,- Ты поворачиваешься с вопросом к Чонгуку и с удивлением замечаешь, что он побледнел и застыл, словно оживший труп. Глаза у него расширены от какого-то неведомого ужаса, смотрят прямо перед собой. Его рука смертельно холодна в твоей.

-Чонгук?,-ты что-то озабоченно бормочешь. - Ты в порядке?

Его кричащий черный взгляд обращается к тебе.

-Т/и,- хрипло говорит он. Это звучит как извинение. "Т/и, я-"

- Мы на месте. - Внедорожник плавно останавливается, и Джин заглядывает в кузов.- Вы готовы? Давай вернем Тэхена.

Вы все киваете в ответ, адреналин начинает бурлить в ваших венах, когда вы выходите из машины.

Когда ты оглядываешься назад, выражение лица Чонгука царит в сознании, он глубоко вдыхает
и выдыхает закрывая глаза. Все они делают это — позволяют своим телам погрузиться в состояние неожиданного расслабления.

Ты пытаетешься сделать то же самое, закрыв глаза и сосредоточившись на очищении своего сознания.

Но даже сейчас, когда ты отряхиваешь юбку и успокаиваешь дыхание, страх на лице Чонгука все равно преследует тебя.