Глава 4: Клетка из правды
Прошло три дня. Он не вернулся.
Ни звонка. Ни смс.
Только пустота, которая росла внутри неё, как холодный снег в лёгких.
Лиса не спрашивала никого. Не бегала по улицам, не паниковала. Но каждую ночь она сидела в той же лавке, в том же углу. Смотрела на вход, надеясь услышать его шаги.
Он пообещал. А он никогда не лгал.
На четвёртую ночь… всё изменилось.
Дверь распахнулась. Но это был не он.
Чужие.
Мужчины в чёрном. Слишком гладкие. Слишком молчаливые. Взгляды — как сталь. Один из них улыбнулся.
— Ты Лиса?
Она не дрогнула.
— Кто спрашивает?
— Друг Чонгука. Он… в беде. Мы пришли за тобой.
Что-то внутри сжалось. Слишком вежливо. Слишком быстро. Слишком чисто.
— Где он? — её голос был острым, как стекло.
— Везём тебя к нему.
— Он знает?
Мужчина промолчал. А затем — коротко кивнул.
Этого хватило.
Она не помнила, как оказалась в чёрной машине. За окном — ночь, город, дождь. Всё мчалось мимо, а сердце — стучало в висках.
Но приехали не к нему.
Заброшенное здание. Высокий забор. Мрак.
— Где он?
— Скоро узнаешь, — прошипел тот же голос.
Они толкнули её внутрь.
Холод. Сырость. И… экран на стене. Огромный.
Включился.
И она увидела его.
Чонгук. Привязанный к стулу. Лицо избито. Рот в крови. Он почти не держал голову.
Лиса замерла. Кровь ушла из пальцев.
— Чонгук?! — закричала. — ЧОНГУК!!!
Он с трудом поднял глаза.
И прошептал:
— Не верь… им…
Но было поздно.
Экран погас.
Дверь захлопнулась.
И голос раздался с колонок:
— Ты думала, он чист? Ты думала, он спаситель?
— Я знаю, кто он, — прошептала она.
Смех. Долгий. Холодный.
— Ты ничего не знаешь. Он был убийцей. Он был нашим. Он предал. А теперь… ты его слабость.
Лиса встала. Глаза — не испуганные. А стальные.
— Ошибка. Я — его сила.
---
В это же время. Где-то далеко.
Чонгук с трудом отрывает руку от ремней. Его дыхание сбито, но в глазах — огонь.
— Не троньте её, — хрипит он. — Или я вас всех… сотру.
Он знает, кто они.
И он знает, что теперь — времени почти нет.
Но он идёт.
Через кровь. Через стены. Через свою тень.
Потому что где-то там…
Она ждёт.
И она не боится.