27. Мэйбл
Передвижение между зданиями главного кампуса и общежитием вошло в привычку. После последнего экзамена в пятницу я в последний раз войду в свое общежитие в течение месяца. Убедившись, что над дверью не стоит еще одно ведро с менструальной кровью, я захожу на кухню. Наконец-то на доске объявлений появилось объявление о текущих баллах.
Мое имя - 1790, Рейчел - 2340, Лиен - 2200, и даже у Бриттани 1800 баллов.
За что она набрала столько очков с прошлой недели?
Это может быть только уловка, и меня раздражает, что я вообще подумала об этой игре. У меня не было ни единого шанса. Джексон хочет, чтобы я проиграла, вот я и проиграла.
Разочарованная, я опустошаю холодильник, убираю то, что не могу взять с собой в Филадельфию, и заодно готовлю себе перекус. Когда позади меня появляется тень, я оборачиваюсь.
Появившийся мужчина своим ростом разбивает косяк двери.
Откуда-то я его знаю. Он один из футболистов. Он хотел получить от Харпер деньги на вечеринке Джексона, и она предупредила меня о нем. Как же его звали? И что он делает в нашем общежитии?
– Что тебе здесь нужно? - спрашиваю я его.
– Я должен забрать тебя, - отвечает гигант глубоким, мелодичным голосом и ловит мой взгляд.
– Хочу ли я пойти с тобой, или это дело королей? - спрашиваю я как можно более уверенно, хотя под его взглядом я съеживаюсь так, будто передо мной стоит один из королей. Нет, еще хуже. Этот незнакомец излучает харизму, которая автоматически заставляет меня чувствовать себя маленькой. Но не обязательно из страха перед ним, а... из уважения. Он заходит и закрывает за собой дверь. Это заставляет меня насторожиться.
Если он захочет меня изнасиловать... у меня не будет ни единого шанса против него. Я стою с вспотевшими ладонями возле кухонной стойки и молюсь, чтобы он не был одним из тех парней, которые навязывают девушке что-то против ее воли.
– Это не имеет ничего общего с похотью, - ворчит он. Я вдруг вспомнила его имя. Да, его назвала не только Харпер, его также приветствовали фанаты в коридорах университета. Вэнс Бьюкенен.
– Почему ты никогда не играла?
– На этой дурацкой арене?
Он остается серьезным и выглядит так, как будто его очень интересует мой ответ.
– Да.
– Я не хотела, чтобы мной помыкали. Никто из вас.
– Никогда не причисляй меня к этим ублюдкам.
– Что?
– Ты знаешь, кто я?
Я качаю головой, потом киваю.
– Ты один из футболистов.
– Скорее, игровой персонаж.
Он придвигается еще ближе, и я сглатываю. – Такой же, как ты.
– Что ты имеешь в виду?
– Я был одним из первых, кто прошел через это дерьмо.
– Ты стипендиат? - спрашиваю я шепотом.
– Да, - говорит он беззвучно.
Надежда загорается во мне.
– Пожалуйста, помоги мне, - умоляю я, не уверенная, к чему это приведет. Почему Вэнс вообще должен мне помогать?
Очевидно, что он проложил себе путь наверх. Он состоит в спортивной команде, у него появились друзья в Кингстоне, которые отмечают и ценят его. Он никогда не откажется от этого ради меня. С чего бы это?
Он одаривает меня улыбкой, которая больше похожа на оскал.
– Я помогал тебе все это время, принцесса. Я уважал тот факт, что ты хотела играть, поэтому я старался сделать все, что в моих силах, чтобы люди оставили тебя в покое. В какой-то степени это сработало.
Я изумленно моргаю.
– В смысле...
– Обычно люди платят нам за то, чтобы мы вас разоблачили. Я позаботился о том, чтобы мои ребята не трогали тебя.
– Твои "ребята"?
– Первокурсники, которые поступили в этом году. Они не трогали тебя, потому что я этого хотел. По крайней мере, в том, что касается моего влияния на них. Они меня слушаются. Большую часть времени. Если бы ты не позволила гребаным королям добраться до тебя к концу учебного года, я думаю, ты бы победила. Но нет. Ты позволила им залезть на тебя, как на матрас. Все мое чертово время было потрачено впустую.
– Ты мне... помогал?
Я смотрю на него с недоверием.
– Ты из всех людей?
– Что значит я "из всех людей"? - рычит он. – Я единственный, кто вообще способен контролировать "пешек". Но потом ты сама выбила себя из игры. Для этого больше никто не был нужен.
– Я не играла, просто развлекалась.
– Развлекалась как? Позволяя королям трахать тебя так, будто они когда-нибудь увидят в тебе нечто большее, чем мусор из трейлерного парка?
Вэнс чертовски хорошо обо мне знает.
– Нет, - сердито бормочу я. – Позволить Королям "трахнуть" меня было весело. Ты ведь тоже не отказался бы, если б три девушки предложили тебе секс вчетвером? Или отказался? И ты бы не задумывался о том, что они могут быть богатыми или бедными... Ты бы просто сделал это!
Вэнс смотрит на меня мрачным взглядом.
– Ты сделала... все это ради... удовольствия?
Я смотрю на него с сомнением.
– А зачем ещё?
– Ты просто трахалась с ними, потому что тебе так хотелось заняться сексом с четырьмя придурками? Даже не задумываясь о том, что это может значить для тебя?
– С тремя.
Я сжимаю губы.
– Нет. Королей пять. Ромео остался в стороне, но четверо остальных были там.
– А ты? Ты тоже был там, или почему ты так много обо всем знаешь?
– К счастью, нет. Разве никто не говорил тебе, что, ложась в постель с каждым, ты автоматически попадаешь в список жертв? Даже твоя подружка Харпер?
– Да, говорила, - пробормотала я. Но я ей не поверила.
– А она говорила тебе, что если ты нарисуешь члены на их машинах и напишешь, что секс был плохим, потому что у них маленькие пенисы, они дисквалифицируют тебя?
Я коротко усмехаюсь.
– Нет, этого не говорила.
В его глазах тоже мелькает веселье, и я чувствую между нами какую-то связь. Но затем снова появляется холод.
– Игра нечестная. Ты всего лишь объект их развлечения. Часть их "Шоу Трумана". Твой сценарий был написан задолго до того, как ты посетила свою первую лекцию.
– Похоже, ты знаешь свое дело.
– Я выиграл на первом курсе.
– Поздравляю.
– Спасибо.
Его голос показался знакомым, когда он подошел ближе.
– Честно говоря, я бы хотел, чтобы ты тоже победила.
Когда он встает передо мной, ко мне возвращаются воспоминания.
– Это был ты!
Я отступаю назад.
– Ты остановил меня у часовни и отправил прочь!
– Я сделаю все, что они попросят.
Я презрительно фыркнула.
– Отлично, еще один трус, который не знает, как им противостоять. Кто сидел на стуле? Это было изнасилование?
Его глубокие карие глаза излучают тепло, которая никак не подходит к этой ситуации. – Харпер. И нет, - тянет он, – Джексон имел в виду Сильвиана. Когда они были вместе, Харпер делала все, что он хотел.
Мой рот открывается от изумления.
– Что у нее со всем этим...
– Она хотела защитить тебя, а королям не нравится, когда их жертв защищают.
Он мрачно улыбается. Все в нем мускулистое и подтянутое. Его смуглая кожа выделяет его внешность. Он ничем не уступает королям в привлекательности.
– Прости, принцесса, ты же знаешь, какова игра.
– Что? - задыхаюсь я. – Нет! - громко кричу я, когда он делает еще один шаг ко мне, притягивая меня к себе.
– На самом деле я не хочу этого делать, - мягко говорит он, игриво прижимая мое тело к своей груди.
– Но я должен.
С этими словами он прижимает кусок ткани к моему лицу, и я втягиваю яд глубоко в легкие. И понимаю, что это конец.