9 часть
Как только я натянула платье через голову и аккуратно расправила ткань по телу, меня сразу обдало ощущением неловкости. Я подошла к зеркалу и с первого взгляда скривилась — слишком вульгарно, мелькнула мысль. Руки сами потянулись к подолу, я попыталась немного опустить платье, чтобы оно стало хоть на пару сантиметров длиннее. Коротковато…
Я повертелась, взглянула на себя сбоку. Потом повернулась спиной, приподняв волосы, чтобы увидеть, как смотрится открытая спина. Сердце чуть быстрее забилось. Я шагнула ближе к зеркалу, присмотрелась к линии бедер, к силуэту, который создавало платье. Оно буквально обнимало мою фигуру, следовало за каждым изгибом.
С минуту я просто смотрела. Внутри всё ещё боролись сомнения — слишком смело, слишком вызывающе… — но во мне же говорила и другая сторона. Уверенная, дерзкая. Та, что шептала: а почему бы и нет ?
Я покрутилась ещё раз. С каждой секундой платье начинало казаться мне не вульгарным, а эффектным. Даже красивым. Оно подчёркивало то, что я обычно прятала за классикой, но… делало это с изяществом. Я медленно выдохнула, и уголки моих губ чуть приподнялись.
Я только начала крутиться , поправляя подол платья, как шторка примерочной резко дёрнулась в сторону. Я едва не вскрикнула, но замерла от шока, когда в узкое пространство шагнул Кристофер и тут же задвинул штору обратно.
— Ты… что ты творишь?! — зашипела я, прижимая руки к себе и пятясь к стенке. — Ты с ума сошёл?
— Расслабься, Ли, — его голос был спокоен, почти ленив. — Просто должен был увидеть. И, черт возьми… — он усмехнулся, чуть склонив голову набок. — Ты выглядишь сногсшибательно. Даже слишком. Это сексуально, надо брать.
— Ты не в своём уме! — я прошипела, лицо вспыхнуло от смущения и злости. — Выйди сейчас же, пока я не закричала!
— Я бы с радостью, — он медленно оглянулся за спину, — но если бы ты только знала, что там сейчас происходит. Саванна чуть не залезла Джонатану на шею в отделе нижнего белья. Ещё немного, и я правда блюю.
Я скрестила руки на груди, отступив ещё на шаг:
— А тебя вообще не смущает, что ты сам такой? Используешь девчонок, флиртуешь со всеми подряд, только тебе повеселее было?
Кристофер фыркнул, посмотрел на меня с насмешкой, но в его взгляде промелькнуло что-то ещё — едва заметное раздражение.
— Знаешь, может, ты и права, — произнёс он. — Но по крайней мере я не делаю вид, будто чувствую больше, чем есть. Джонатан — другой уровень лицемерия.
Он протянул мне вешалки с ещё тремя платьями, каждое из которых казалось всё более откровенным.
— Вот. Подумал, что тебе подойдут. Примерь. И не строй из себя пуританку — ты же сама только что любовалась на себя в этом платье.
Я взяла вешалки, стараясь не смотреть ему в глаза. Всё моё тело горело от возмущения, но вместе с тем было странное… щекочущее волнение внутри. Я повернулась к зеркалу, чтобы скрыть свои эмоции.
— Я примерю… — сказала я тихо. — Но только для себя. Не ради тебя.
— Конечно, конечно, — усмехнулся Кристофер, отступая к шторке. — Просто наслаждайся процессом, малышка Ли.
Он исчез за занавеской, а я, закрыв лицо руками, с трудом сдержала себя от того, чтобы не застонать от негодования. Этот парень доводил меня до безумия.
Как только я сняла красное платье и повесила его на вешалку, взгляд упал на чёрное. Оно выглядело… вызывающе. Чересчур. Очень короткое, почти дерзкое. Облегающий фасон обтягивал фигуру, подчёркивая изгибы, длинные рукава и оголённые плечи делали его по-настоящему эффектным. На груди — мелкие перья, придававшие всему образу нотку театральной дерзости.
Я надела его с осторожностью, неуверенно расправляя ткань. Оно сидело как влитое. Я медленно подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Внутри что-то сжалось: слишком смело, слишком открыто… но и… слишком красиво. Я чуть наклонила голову, пробежалась ладонью по перьям на груди и поправила выпавшую прядь волос.
И в этот момент снова — шорох. Шторка отодвинулась в сторону, и в примерочную уверенно вошёл Кристофер. Я вздрогнула.
— Что ты делаешь?! — выдохнула я, снова прикрывая себя руками. — У тебя привычка такая — пугать?
Он закрыл шторку, как ни в чём не бывало, и прислонился к стенке, скользнув по мне взглядом.
— Я знал, что это платье тебе подойдёт, но, чёрт, Ли… — он провёл рукой по подбородку, как будто обдумывал. — Ты в нём просто огонь. И эти перья… тебя будто с подиума сорвали.
— Ты не должен быть здесь, — прошипела я, но голос предательски дрожал.
— А ты не должна так выглядеть, — усмехнулся он. — Это опасно. Особенно рядом со мной.
Кристофер медленно подошёл ближе, его глаза буквально сканировали каждый изгиб моего тела. Я стояла, скрестив руки на груди, пытаясь сохранить хотя бы подобие контроля, но его уверенность была почти осязаемой.
— Ты и правда не понимаешь, как действуешь на людей, да? — проговорил он, склонив голову чуть набок, и поднял руку, будто собирался поправить выбившуюся прядь у моего лица.
Я резко отступила на шаг, опустив глаза. Но он не отступал. Его ладонь всё же коснулась моего подбородка — тёплая, настойчивая. Он мягко поднял моё лицо, заставляя посмотреть на него.
— В этом платье ты — не просто девчонка из приличного дома. Ты — огонь. И если честно… — он наклонился ближе, его голос стал ниже, почти шепотом, — я бы сейчас с радостью нарушил ещё пару правил.
Я резко отдёрнула голову.
— Не стоит, Кристофер, — прошептала я, чувствуя, как сердце бешено стучит. — Ты ошибся примерочной. Здесь не та девушка, с которой ты играешь.
Он остановился, его глаза чуть сузились, и на губах появилась ухмылка.
— Возможно… — сказал он спокойно. — Но что-то подсказывает мне, что ты сама не до конца уверена, кто ты есть, Ли. И это… интригует.
Я сжала зубы, ощущая, как его дыхание щекочет мою щёку, но внутри уже кипело. Он слишком близко. Слишком нагло. Слишком уверен, как будто может управлять любым моментом.
— Ты, похоже, перепутал реальность с фантазией, Кристофер, — дерзко произнесла я, встречая его взгляд с ледяным спокойствием. — Но я не часть твоего сценария.
Прежде чем он успел снова что-то прошептать или дернуться ближе, я резко положила ладони на его грудь и с неожиданной силой вытолкнула его за шторку. Он не ожидал, слегка пошатнулся, но не сопротивлялся — только рассмеялся себе под нос.
— Подожди там, герой, — добавила я с нажимом и опустила шторку обратно. — Я хочу посмотреть, что за платья ты там надергал. Может, хоть одно окажется не как ночнушка дешёвой актрисы.
Сердце билось быстро, щеки слегка горели, но я уже тянулась к следующему платью — бордовому, с открытой спиной. Время перевести дыхание и напомнить себе: он для меня никто.
Когда я закончила с последним платьем — нежным, тёмно-зелёным, подчеркивающим линию талии и открывающим ровно столько, сколько нужно, — я с облегчением переоделась обратно в свой повседневный наряд. Выходя из примерочной, я держала на вешалках все три платья, которые он всучил мне: чёрное с перьями, красное с открытой спиной и это — зелёное, как вечерняя тайна.
Я ещё не успела открыть рот, чтобы вставить своё твёрдое «нет» и вернуть всё обратно, как услышала:
— Прекрасно, Ли. Бери. И не смей даже слово сказать против. Я плачу, — голос Кристофера прозвучал так уверенно и чётко, будто он уже всё решил за меня.
Я остолбенела. В его тоне не было ни игривости, ни флирта. Только холодная решимость и какая-то непривычная твердость. Я даже растерялась на мгновение, прижимая вешалки к груди.
Он достал карту из кошелька — ту самую, чёрную и блестящую, с которой люди не спорят. Протянул её девушке-консультанту, а та с такой растерянно-счастливой улыбкой схватила ее, словно это был ключ от рая.
— Но я ещё не… — начала я, чувствуя, как ярость поднимается где-то изнутри.
— Тише, — перебил он мягко, но безапелляционно. — Ты выглядишь потрясающе в каждом из них. И не спорь. Это просто благодарность за приятную компанию.
— Я не просила тебя ни о чём.
— Но ты и не отказывалась, — с этой ухмылкой он повернулся к стойке, как будто поставил точку в разговоре.
Я стояла, сжав пальцы на вешалках, чувствуя, как моё возмущение медленно переходит в обиду, потом в ярость. Я не кукла, чтобы за меня принимали решения. И уж точно не нуждаюсь в подарках от парня, который вчера даже не мог в глаза мне нормально смотреть.
Ассистентка аккуратно сняла вешалки из моих рук, произнесла какое-то дежурное «поздравляю с отличным выбором», и пошла упаковывать платья в фирменные пакеты.
Я обернулась к Кристоферу.
— Думаешь, всё можно купить, да? Даже моё молчаливое согласие?
Он только пожал плечами.
— Нет, Ли. Но ты ведь их примерила. Значит, в глубине души — согласна.
Больше я не позволяла ему прикоснуться ко мне. Ни единого случайного касания, ни намёка на близость. Весь вечер я словно выстроила вокруг себя невидимую стену. Держалась от него минимум на метр, делая шаг в сторону, если он подходил слишком близко. Не смотрела в глаза, игнорировала его взгляд, который я чувствовала на себе практически постоянно — прожигающий, уверенный, с тем самым выражением самодовольства, от которого хотелось закатить глаза.
Я шла впереди, не оглядываясь, платила за себя сама, будто подчеркивая: «я не из тех, кто благодарит за скидки и внимание». В каждом жесте, в каждом слове — демонстративная отстранённость. Хотела показать ему, что он не имеет надо мной ни власти, ни влияния.
Хотя… как бы я ни старалась, пара туфель осталась за ним. Самая дорогая покупка за день — роскошные, изысканные, почти как произведение искусства, туфли, стоимостью почти миллион. Он оплатил их молча, даже не спросив разрешения. И я позволила. Не потому что растаяла. Просто… было поздно спорить, и да, они были идеальны. Но больше — ничего. Ни слов благодарности, ни намёков на благодарность.
Это была моя маленькая война.