Сохрани меня в памяти

Аудитория шумела, как улей. Студенты перебегали с места на место, выбирая партнёров для большого проекта. Я стояла с тетрадью в руках, пытаясь найти хоть кого-то знакомого.
Эмма и Хина уже сидели вместе, машут мне из угла. Я им улыбаюсь — хоть кто-то здесь не сводит меня с ума.

— Рейвен с Лоренс , — объявил преподаватель.

Улыбка мгновенно сходит с моего лица.
Эмма присвистывает, Хина прыскает со смеху.
Кто-то рядом шепчет: «Рейвен ? Тот самый, байкер?»
— только не это.....

Я поднимаю глаза — и встречаю его взгляд.
Кайл сидит, откинувшись на спинку стула, губы чуть тронула усмешка.
Сердце предательски вздрагивает.

— Серьёзно? — вырывается у меня.
— Рад, что ты тоже счастлива, — лениво отвечает он.
Я закатываю глаза, но внутри будто кто-то зажёг искру
После пар я выхожу в коридор — здесь всегда шумно, студенты громко болтают, смеются.
Возле окна я замечаю Элиаса — того самого, лучшего друга Кайла, которого все здесь знают.
Он в кепке, чуть набок, жвачка во рту, окружён парнями. Голос громче, чем надо, и я понимаю, почему он всегда в центре.

— Она что, с планеты «надменность»? — слышу я его голос, когда мимо проходит Николь.
Она в наушниках, с книгой под мышкой, даже не смотрит на него.

— Тебя что, задело, что она не смотрит? — смеётся один из парней.
— Да нет, — Элиас жует жвачку, смотрит ей вслед. — Просто интересно, она вообще людей замечает?
— Слушай, она вроде отличница, всегда одна.
— Я бы с ней и трёх минут не выдержал, — ухмыляется Элиас. — Представляешь? Завтракать под обсуждение древнеримского права.

Парни смеются.
Николь, кажется, слышит их, но не оборачивается. Только сильнее сжимает ремешок рюкзака.

Я качаю головой и ухожу.
Хина догоняет меня:
— Он снова издевается над Николь.
— Он всегда такой, наверное , — вздыхаю я.
— А ты с ним даже не разговариваешь?
— Мне хватило его друга, — отвечаю я и направляюсь в библиотеку.
Библиотека — моё место тишины.
Я раскладываю ноутбук и конспекты, но недолго наслаждаюсь одиночеством.

Кайл появляется через десять минут, садится напротив и ставит передо мной кофе.
— Я не просила, — говорю холодно.
— А я не спрашивал, — отвечает он, спокойно открывая ноутбук.

Долгое время мы работаем молча. Только щёлканье клавиш и шелест страниц.
Потом он наклоняется к моему экрану, быстро исправляет ошибку:
— Ты знала это раньше. Помнишь?
— Что? — я поднимаю глаза.
Он смотрит на меня как-то слишком внимательно.
— Ничего. — Откидывается назад и продолжает печатать.

Сердце предательски сбивается с ритма.
Дома мама разливает чай.
— Ну как проект? — спрашивает.
— Нормально.
— А какой мальчик тебе попался по проекту ? —  нормальный ?
— Мама, — я закатываю глаза.
День защиты проекта. Я нервничаю, листы дрожат в руках.
Кайл стоит рядом, спокойный, как будто ему всё равно.
— Ты сейчас упадёшь, — шепчет он.
— Я в порядке, — бурчу.
— Я начну, ты закончишь.
— Почему?
— Потому что финальное слово должно быть за тобой.

Презентация проходит идеально.
Когда всё заканчивается, он смотрит на меня — не так, как обычно.
И я впервые улыбаюсь ему искренне.
Вечером он догоняет меня у выхода.
— Поехали, — протягивает шлем.
— Ты серьёзно? — я морщусь.
— Боишься?
— Я не боюсь!

Через пару минут я уже сижу позади него на байке.
Холодный ветер бьёт в лицо, сердце колотится.
И вдруг где-то глубоко вспыхивает воспоминание: ночь, огни, чей-то голос — «Держись крепче».
Я крепче прижимаюсь к нему.
У колледжа стоит девочка лет шестнадцати, с тёмными глазами, похожими на Кайла.
— Ты всегда здесь? — спрашиваю я.
Девочка резко поворачивается:
— Это она?
— Селена... — предупреждающе говорит Кайл.
— Нет, правда? Та самая?
Я замираю.
— Приятно познакомиться, — осторожно говорю.
Селена фыркает:
— Забавно. Она даже не помнит.

— Селена! — голос Кайла резкий.
Она уходит, не глядя на меня.

— Что она имела в виду? — спрашиваю я тихо.
Кайл молчит, а потом коротко:
— Не сегодня.

Ночью я не могла уснуть.
Слова Селены звучат снова и снова.
Что я должна помнить?
И почему сердце так больно сжимается, когда я думаю о Кайле?

от лица Кайла:

Я сидел на последней парте, рассеянно вертя ручку между пальцев. Проект. Опять.
Мне, честно говоря, было всё равно, с кем работать — пока не услышал:
— Рейвен с Лоренс

Я поднял голову.
Она.
Элиана стояла, словно вкопанная, с той своей холодной маской, будто я для неё никто.

На секунду кольнуло — всё-таки больно, когда человек, который знал тебя лучше всех, теперь смотрит так, будто видит впервые.
Но потом уголки губ сами собой дёрнулись вверх.
Ну что ж, играем.

— Рад, что ты тоже счастлива, — лениво бросаю ей, хотя внутри всё кипит.
Я почти слышу, как она закатывает глаза.

В коридоре вижу Элиаса — шумный, дерзкий, такой, что раздражает половину колледжа, а вторую половину смешит до слёз.
Он снова что-то ляпнул про подругу Элианы — эту отличницу Николь.
Парни ржут, а я только покачал головой.

— Ты серьёзно не успокоишься?
— А что? Весело же. Скучно здесь без них.

Я сделал вид, что мне всё равно, но на самом деле замечаю, как Элиана идёт мимо.
Она не вмешивается, просто сжимает губы.
Её шаги быстрые, будто она убегает от всего этого — от меня, от Элиаса, от самого факта, что мы снова в одной жизни.

На следующей паре сажусь рядом с ней.
Она напряжена, как струна.
Я специально ставлю перед ней кофе — помню, какой она пила раньше.
— Я не просила, — говорит холодно.
— А я не спрашивал.

Она отводит взгляд, но пальцы всё-таки берут стакан.
Я прячу улыбку.
Сидеть вот так, молча, рядом с ней — странно приятно.
Пусть думает, что я не замечаю, как её дыхание иногда сбивается, когда я слишком близко наклоняюсь к её экрану.

Я вижу её ошибки в проекте и исправляю.
Она смотрит на меня в упор.
— Ты знала это раньше. Помнишь? — срывается у меня.

Её брови приподнимаются.
— Что?
— Ничего. — откидываюсь назад, кусая губу изнутри.
Поторопился.
Дома Селена снова спрашивает про неё.
Моя сестра не может забыть, про Элиану
Я не виню её — но когда она говорит:
— Неужели ты всё ещё...
— Селена, — рву её фразу. — Не лезь.

Она фыркает.
— А если она вообще ничего не вспомнит? Что ты тогда?
— Тогда я напомню. — отвечаю тихо.

День защиты проекта.
Элиана дрожит, хоть и старается держать лицо.
— Ты сейчас упадёшь, — шепчу я.
— Я в порядке, — бурчит.
Она всегда говорит, что в порядке, когда всё наоборот.

Я начинаю первым, как и обещал.
Говорю уверенно, не глядя в зал — только на неё.
Когда она берёт слово, я вижу, как дрожь уходит. Она снова становится той, прежней.
Вечером жду её у выхода.
— Поехали, — протягиваю шлем.
— Ты серьёзно?
— Боишься?

Её глаза блеснули вызовом.
Я знаю этот взгляд — раньше он означал, что она согласится.
Через пару минут она сидит позади меня, её руки неуверенно лежат у меня на талии.

Ветер бьёт в лицо, город пролетает мимо.
Я чувствую, как она вдруг обхватывает меня крепче.
Внутри будто вспыхивает надежда: может, что-то в ней откликается?
Когда мы возвращаемся, у ворот стоит Селена.
— Это она? — спрашивает тихо.
— Селена...
— Забавно. Она даже не помнит.

Элиана напрягается.
Я вижу, как в её глазах мелькает страх и непонимание.
— Что она имела в виду?
— Не сегодня, — выдыхаю.
Я не могу сказать ей всё здесь, на холодном асфальте.
Не готов снова потерять её.
После я поехал домой
Ночью я лежу на кровати, глядя в потолок.
Снова и снова прокручиваю её взгляд на байке, её пальцы, цепляющиеся за мою куртку.
Она где-то рядом.
Она всё ещё моя.
Я просто должен напомнить ей, кто мы были.

Кабинет. Вечер. Тусклый свет, пыльные парты
Элиас влетел внутрь, держит телефон, капюшон на голове. Николь уже тут, складывает листы.
— Серьёзно? Только мы двое? — усмехается он. — Наказание?
— Или карма, — сухо отвечает Николь, не поднимая глаз.
Элиас лениво подходит к доске, берёт тряпку.

— Думал, отличников сразу отпускают на свободу, а не заставляют сидеть с бунтарями.

— Бунт без мозга — просто шум, — коротко отвечает она.

Он оборачивается, впервые пристально смотрит на неё. Она спокойна, как лёд.

— С тобой весело, — тихо улыбается Элиас. — Почаще бы попадать на твои лекции по жизни.

— Я не читаю лекции, — спокойно говорит Николь. — Я просто молчу, когда глупо.

Элиас замолкает, сбит с толку.

— А я думал, ты просто игнорируешь людей.

— Иногда проще сказать, чем притворяться, что ты меня не раздражаешь.

Он впервые молчит по-настоящему. Тишина висит между ними, почти уютная. Элиас садится на парту, достаёт жвачку, потом кладёт обратно.

— Видишь, я даже жевать не стал. Уже прогресс.

— Лучше бы научился молчать, чем жвачку бросать, — спокойно отвечает Николь.

— А ты всегда такая? — интересуется он.

— Какая?

— Такая... будто хочешь быть в броне. Как будто любое слово — угроза.

Она опускает взгляд.

— А ты всегда прячешься за шутками. Как будто серьёзность — это слабость.

На секунду они молчат. Без привычного смеха, без масок. Просто тишина.

— А ты вообще умеешь шутить? Или это в списке «запрещено по личному уставу»? — слегка насмешливо, тихо спрашивает он.

— А ты умеешь быть собой? — ровно отвечает Николь, голос дрожит чуть заметно.

Элиас кивает, коротко смеётся.

— Ты откуда знаешь, какой я?

— Я не знаю, — отвечает она. — Но иногда видно, когда человек устал от самого себя.

Он смотрит на неё, уже без маски.

— Ты... первая, кто это сказал. Не с издёвкой. Не с жалостью. Просто так.

— Я знаю, каково это — прятаться. Просто... я выбираю молчать. А ты — прячешься в шуме.

Элиас откидывается на спинку стула.

— Может, если я остановлюсь — будет слишком тихо.

— Иногда тишина — это не страшно, — мягко отвечает она. — Иногда это то место, где ты слышишь себя.

Он смотрит на неё, и впервые между ними нет защиты, нет шуток. Тишина становится мягкой. Она слегка улыбается — искренне, без показухи.

— Ого. Улыбка. Это точно не галлюцинация? — тихо шепчет он.

— Просто ты молчал слишком долго, — смеётся Николь. — Видишь, это работает.

— Значит, если я замолчу — ты будешь чаще улыбаться?

— Если не будешь прятаться — возможно, я начну верить тебе.

Снаружи слышен голос охранника.

— Эй! Тут кто-то остался?

— Тут два новичка, которые наконец поговорили, — спокойно отвечает Элиас.

— И, может быть, поняли друг друга чуть больше, — шепчет Николь.

На следующий день колледж ожил, как улей. Шумные коридоры, смех, перемены. Я шла рядом с Кайлом — его плечо рядом со мной, и всё казалось немного легче.

Но неожиданно слышу глухой звук — крик, толпа. Кайлов взгляд напрягся.
— Не трогай её! — кричит кто-то.
— Ты сейчас! — слышу оному голосу глухо.

Драка. А Кайл мгновенно шагает вперёд, руки сжаты. Я замерла, наблюдая, как он защищает кого-то, и сердце сжимается.

В классе между девочками начинается ссора кто-то толкнул кого-то, крики и слёзы. Кайл спешит разнять, а я стараюсь не вмешиваться, наблюдая, как он умеет быть серьёзным и заботливым одновременно.
Коридор ещё гудел от шепотов и смеха, но мы отошли чуть в сторону. Я держала дыхание, наблюдая за Кайлом. Его кулаки были сжаты, плечи напряжены, глаза — словно он видел всё вокруг слишком остро.

— Ты всегда так резко реагируешь? — спросила я тихо, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Он медленно перевёл взгляд на меня. Лёгкая усмешка проскользнула сквозь серьёзность:
— Иногда приходится. Иногда нельзя стоять в стороне.

Я молча кивнула, сердце всё ещё колотилось. Внутри — странное тепло, смешанное со страхом.

— Я не думала, что ты такой... — выдохнула я.
— Такой какой? — улыбка чуть теплее, но глаза всё ещё напряжены.
— Серьёзный. Сильный. И... заботливый, — запнулась я.

Он сделал шаг ближе, но не слишком близко, чтобы не испугать.
— Это всё я, — тихо сказал он. — Но это не значит, что я всегда могу быть этим.

— Почему? — спросила я, чуть наклонив голову.

— Потому что иногда... люди уходят, а ты остаёшься один. И тогда приходится прятаться за маской. — Он посмотрел вниз, затем снова на меня. — Но с тобой... кажется, я могу быть настоящим.

Мои губы слегка дрожали. Я не знала, что сказать, поэтому просто молчала.

— Ты не боишься? — спросил он мягко.
— Бояться — значит жить, — выдохнула я, едва слышно. — Но я не хочу бояться.

Он наклонился чуть ближе, взгляд стал теплее.
— Тогда оставайся рядом. Даже если будет шумно, даже если будет больно.

Я кивнула, впервые почувствовав, что могу довериться ему.
— Рядом. — Слово вылетело легко, но с силой, которую я чувствовала всем телом.

Суббота . Утро было прохладным, свет едва пробивался сквозь шторы. Я стояла перед зеркалом, держа в руках блузку, которую мама недавно выбрала для меня.

— Элиана. посмотри, эта блузка тебе очень идёт! — улыбнулась мама, протягивая вещь.

— Спасибо, мама... — слегка смутилась я, — но я не уверена, что она подойдёт к моим джинсам.

— Не переживай, — мягко сказала она. — Мы всегда можем подобрать что-то другое. Главное — чтобы тебе было удобно и комфортно.

Я кивнула, ощущая тепло внутри. И тут в голове невольно всплыл Кайл. Как вчера, когда он защищал кого-то в коридоре колледжа. Его взгляд, серьёзный, но мягкий ко мне, лёгкая улыбка, руки на байке... Сердце забилось быстрее.

— Ты права... — тихо выдохнула я. — Просто иногда кажется, что я всё забываю.

— Забыла? — мама нахмурилась, удивлённо глядя на меня. — Эля, это нормально после того, что ты пережила. Мы вместе, и я всегда рядом.

Я улыбнулась, почувствовав, как тепло растекается по груди.

— Мама, — тихо сказала я, — иногда я боюсь, что больше не узнаю себя.

— Элиана... — мама взяла мою руку. — Ты всё ещё та же. И если кто-то рядом с тобой, кто будет ценить настоящую тебя, он поможет тебе вспомнить всё, что важно.

Понедельник.
Утро, как обычно, было слегка прохладным. Я шла по дороге в колледж, держа рюкзак на плече.

Коридоры уже наполнялись шумом студентов, смехом и звонким стуком каблуков. Я шла, стараясь не обращать внимания на толпу, погружаясь в свои мысли.

И вдруг заметила его — Кайла. Он стоял у входа, рядом с друзьями, внимательно следил за чем-то, что происходило в коридоре. Всё в нём выглядело спокойно и уверенно.

«Он... хороший», — мелькнуло в голове. Но я не думала о нём больше, чем просто как о человеке, который мне понравился внешне. Мы пока не рядом, и я не знала его, чтобы думать о чём-то большем.

Я ускорила шаг и свернула в сторону своего класса. День только начинался, и впереди были пары, лекции, шумные коридоры и обычная студенческая суета.

Но в глубине я запомнила один момент — взгляд, уверенность, спокойствие. Пока просто наблюдение, без чувства.
Перемена. Коридоры колледжа гудели от разговоров и смеха. Я держала тетрадь под мышкой и направлялась к Николь, которая уже сидела за одной из пустых парт, перебирая заметки.

— Привет, — улыбнулась я, садясь рядом.
— Эй! — Николь оторвала взгляд от тетрадей и сделала гримасу радости. — Думала, тебя сегодня забудем!

— Ха, не дождёшься, — засмеялась я. — Как дела?

— О, знаешь, как обычно... Пары, шум, студенты, которые думают, что все лекции — это комедия, — подмигнула Николь. — А ты как?

— Привыкаю к этому хаосу. Пока всё кажется слишком большим.

Николь покачала головой.
— Ох, это пройдёт. Главное — найти уголки тишины и людей, которым можно доверять.

— Типа тебя? — подмигнула я.

— Ну да, я — твой персональный гид по колледжу и спасатель от идиотов, — сказала Николь с улыбкой.

Мы смеялись, обсуждали предстоящие задания, смешные моменты на лекциях и парочку студентов, которые явно стараются привлечь внимание. Разговор был лёгким и непринуждённым, как всегда с Николь.

— Спасибо, что уделила время, — сказала я, когда звонок напомнил о начале пары. — Всегда приятно с тобой болтать.

— Да ладно, — Николь засмеялась. — Ты знаешь, что я всегда рядом. И не забывай: у нас с тобой свои тайные уголки для спокойного учёбы.

Я улыбнулась, чувствуя себя немного увереннее. С Николь рядом даже шумные коридоры казались легче, а новые пары — не такими страшными.