detrimentum
-Nulla bella sine damna, et aliquando victoria affert tot damna, quod videtur vincere
-Войн без потерь не бывает, и иногда победа приносит столько потерь, что больше похоже на поражение
-Тварь.
-Тео, она твоя сестра!-Сэм пытался вразумить разъяренного друга, что со скоростью света закидывал свои вещи в чемодан. Теперь он бежал из этого чертового дома, прекрасно понимая, что она вернётся сюда. В их жилах текла одна кровь, привычки и действия, зачастую, сходились, как две капли воды. Только вот Дюпен Чен младшая слишком далеко зашла, играя в игру, где победителей не будет.
-Больше нет. Я отрекаюсь от неё!-он отталкивает друга от себя и вылетает из дома. За него говорила ненависть, гнев, разочарование. Все это смешалось вместе и стёрло здравый смысл к чертям.
Парень же остаётся стоять на пороге и пытается собрать мысли в кучу. Брат его подруги в красках описал произошедшее сегодня. Противопоставления сражались друг с другом в его голове, каждая сторона буквально кричала принять её. Сэм знал, что Маринетт не так проста, как кажется. За то время, что они дружили, он прекрасно выучил её трудный характер. Парень понимал, что это все она делает неспроста. Была причина, что заставила пойти её на такой безрассудный поступок. Только вот какая-вопрос не из лёгких.
-Ты со мной?-Теодор на секунду останавливается у распахнутой двери автомобиля, уже готовый сесть внутрь.
-Я не с тобой, но и не против тебя, Тео.
И Дюпен Чен старший, на удивление, услышал его. Он кивнул на ответ друга, и машина разрезала ночную темень, скрываясь за переулком.
***
-Он её брат!-двое парней стояли посреди комнаты и кидались друг в друга колкими фразами, а взгляды их друзей не успевали следить за фигурами, что метались из стороны в сторону.
-Это не отменяет того факта, что она предала нас! Предала меня, девочек, предала тебя, Лука! Она показала, что отныне на стороне этого отморозка!-Адриан активно жестикулировал, пока слова сами вырывались из его рта.
-С чего ты взял, что она спит с ним? Почему ты принимаешь решения, даже не разобравшись в произошедшем?-Агрест резко останавливается и подходит впритык к Куффену. Его взгляд не сулил ничего хорошего. Ярко-зелёные глаза когда то стали до жути темными и пугающими, словно их окунули в смоль в самом ее чистом виде.
-Ты не сможешь находиться между двух огней, мой дорогой друг. Пришло время выбирать, на чьей ты стороне,-четверка, что до этого молча сидела и наблюдала за происходящим, одновременно встала и окружила блондина со всех сторон.
-Мы с тобой, Адриан,-Нино кладёт руку на плечо друга, медленно кивнув.
-От начала и до конца,-Хлоя и оставшаяся часть друзей так же поддержали их высказывания. Пять пар глаз в ожидании уставились на голубоволосого, внутри которого разыгралась паника. Он должен был выяснить все, каждую подробность, каждую мелочь её плана. Парень знал, что у неё он точно есть.
-Предпочту остаться на линии фронта, Адриан.
-Тогда уходи и не возвращайся, пока не примешь верное решение,-Адриан будто выплевывает свой вердикт, и холод обволакивает его лицо, сковывает тело и сердце, что разбилось на тысячи осколков после её предательства.
Дверь комнаты хлопнула, и старая компания сидела и гадала, что делать дальше. Не было даже мыслей, никакие идеи не лезли в их головы. Все понимали лишь одно-ждать, вот что им остаётся. Ждать, когда они наконец высунут свои головы из норы, в которой прятались, и начнётся то, чего все так боялись. Битва. Она определенно будет между Адрианом и Натаниэлем, между двумя врагами. Один из них потерпел поражение, покинет эту игру раз и навсегда.
-Пошло все нахуй!-блондин вскакивает с кровати и подходит к своим друзьям,-Вы хотели отметить окончание учебного года? Так вперёд. Терять нам нечего.
И все вновь поддержали его. Им нужно было хотя бы на один вечер отвлечься от долбанных проблем, которые так внезапно свалились на их головы. И компания уже было отправилась в очередной ночной клуб, когда проблема по имени Теодор появилась на пороге особняка Агрестов.
-Теодор?-Адриан вопросительно вскинул бровь и скрестил на груди руки. Не очень то тёплым оказался приём.
-Я за тебя, Адриан, что бы ты не делал,-заместо ответа старший Дюпен Чен получил медленные кивки со стороны блондина и его хитрую ухмылку.
-Рад слышать это, Тео,-он обратился к нему так, как могли делать это только друзья или родственники. И это значило, что теперь они плыли в одной лодке, гребли одними вёслами и вместе шли прямо в шторм. Шторм по имени Маринетт.
***
-Пришло время, милая,-рыжеволосый наклоняется к Дюпен Чен, которая молча стояла и следила за каждым движением Куртцберга. Казалось, впереди его ждала ожесточенная перепалка с Агрестом, которая должна была закончиться чьей то смертью. Но Натаниэль был спокоен и размерен, как обычно. Все та же сумасшедшая искра в его темно-зелёных глазах, тот же испачканный в кокаине нос и та же улыбка говорили сами за себя-ему не было дело до того, что через несколько часов он может умереть. Плевать, его целью было отомстить гребанной семейке Агрестов и сделать им так больно, как только возможно.
Он грубо, очень грубо притягивает брюнетку к себе, хватая её талию своей рукой, и едва касается её губ своими, как Мари молча стряхивает его ладонь со своего тела. Но не отодвигается, а все так же стоит рядом с ним. Синевласка будто играет с ним, дразнит его, словно кошка.
-Что я должна сделать, Нат?-холод парня приелся и Маринетт. Она без всяких проблем выполняла его просьбы, приказы. Все, что угодно, лишь бы быть его правой рукой, советником, другом. Но никогда, она клялась себе, никогда он не будет касаться её так, как делал это Адриан. Никогда она не позволит ему говорить то, что говорил Адриан. Дюпен Чен никогда не будет принадлежать Нату так, как принадлежала Агресту.
-Одно крошечное дело, Мари,-она всем своим нутром ощущала, с каким энтузиазмом парень говорил это. Шёпот Куртцберга над её ухом бросал тело в холод,-Ты должна убить Габриэля Агреста.
Сердце в мгновение сжалось и забилось со скоростью света. Ладони рук сразу же вспотели, а тело бросило в дрожь. Маринетт оказалась в плену страха и ужаса, она полностью понимала, на что идёт и ради чего. Ради мести. Ради него.
Крошечный и еле заметный кивок дался ей слишком тяжело. В горле пересохло настолько, что даже ответить что то внятное Натаниэлю было за гранью возможностей.
-Ты же сделаешь это, Маринетт? Они поплатятся за содеянное?-теперь его очередь бросать вызов брюнетке. Он отходит от неё и скрещивает на груди руки, прищуривает глаза и в ожидании смотрит на Дюпен Чен. В её голове мелькнула мысль, что они чем то похожи с Адрианом, но потом она отбросила это идиотское занятие куда подальше. Он был намного хуже, чем тот, ради которого это все было затеяно. И если ради достижения цели ей придётся пожертвовать кем то из людей, которыми она дорожит, что ж, она непременно это сделает:
-Непременно поплатятся,-ей нужно было приложить немало усилий, забыть про свой страх и ответить Нату хоть что то.
-Вот и молодец,-рыжеволосый хлопает своей ладонью по голове девушки и подходит все к той же барной стойке на своей кухне.
Одна дорожка исчезла вслед за другой, оставляя белый след на носу Куртцберга, который он тут же смахнул с себя. Такое зрелище уже вошло в привычку у Маринетт-она наблюдала такую картину каждый раз, когда была дома у Ната. Да, иногда и сама баловалась наркотиками, но это происходило не так часто, как у парня.
-Сегодня вечером он будет дома один. Будто специально для нас,-парень даже не поднял глаза на Маринетт, выравнивая белый порошок на поверхности стола.
-Сегодня?
-Есть возражения?-закончив свои дела, он подходит к брюнетке и заглядывает в её глаза, пытаясь найти ответ на свой вопрос.
-Нет, Нат,-Дюпен Чен делает два шага назад, увеличивая расстояние между ними,-Собирайся, покончим с этим раз и навсегда.
***
Ночь опустилась на Париж, проникнув в каждый переулок, каждую улицу. Летний воздух должен был придавать спокойствия и умиротворения, но не в случае Маринетт. Сейчас она сидела в машине Натаниэля в паре кварталах от особняка Агрестов и собиралась с мыслями, пока тот стоял на улице и выкуривал очередную сигарету.
Девушка делает глубокий вдох и резко распахивает дверь автомобиля. Дюпен Чен оказывается на улице и стремительными шагами идёт в противоположную сторону от Куртцберга.
-Я верю в тебя, Маринетт!-крикнул он ей напоследок перед тем, как она скрылась за поворотом.
Легкий ветерок обволакивал все тело, проникал под рукава белой блузки и заставлял кожу покрыться мурашками. У Дюпен Чен не было выхода, ей некуда было деваться. На принятие решение оставались считанные минуты. Хотя, выход из ситуации все же нашёлся.
Маринетт вошла в дом, пытаясь не создавать шума. Но вот каблуки, которые она по глупости надела, предательски стучали по кафельному полу.
Как оказалось, Натали по непонятной ей причине не было сегодня на работе.
Брюнетка остановилась у закрытых дверей, закрыла глаза и попыталась привести дыхание в норму. Быстро поняв, что никакое ровное дыхание не поможет справиться с кошками, что скребли душу, Мари распахивает двери кабинета Агреста старшего и быстрыми шагами подходит к нему:
-Маринетт? Зачем ты пришла?-Габриэль встал из за своего рабочего стола для приветствия девушки, на чьём лице поселился ужас.
-Я пришла убить вас.
***
Натаниэль стоял, облокотившись на боковую часть автомобиля, когда Дюпен Чен показалась в поле его зрения. Он видел её все чётче и чётче, по мере её приближения: разного размера алые пятна на снежного цвета рубашке, руки, испачканные в крови, лицо, не выражающее ровным счётом ничего.
-Он мёртв?-Куртцберг гладит своим большим пальцем щеку Маринетт и заглядывает в её глаза. Снова.
Заместо ответа девушка вкладывает что-то в руку рыжеволосового и молча садится в машину. Нат раскрывает ладонь и видит окровавленный перстень-фамильную драгоценность Агрестов, которую они хранили из поколения в поколение. Узоры были изображены на каждом изгибе украшения, а заглавная буква "А" в миниатюрном кружочке в центре говорила лишь об одном-он выиграл. Натаниэль добился своего. Частично, но план его был исполнен.
-Отвези меня домой. Сейчас же,-на удивление Маринетт, Куртцберг не стал ей возражать, а лишь молча завёл мотор автомобиля и понёсся прочь из этой части города.
Спустя каких то полчаса в абсолютном молчании, дорогая иномарка останавливается возле дома, освещаемого светом фонарей. Брюнетка молчала весь путь и смотрела в одну точку перед собой. В голове крутилась тысяча мыслей, и собрать их в кучу было просто невозможно.
Она уже открыла дверь и вылезла наружу, когда услышала голос парня:
-Будь готова через два часа. Тебе нужно отвлечься,-да уж, отвлечься явно бы не помешало. От него самого, от бесконечного пролития крови, от чувств. От всего.
Кивок друг другу заместо слов, и Нат уезжает, оставляя Дюпен Чен одну. Она устало плетётся в дом, в который она так любила возвращаться раньше. Раньше она могла не выходить из него сутками, создавая очередной шедевр на бумаге, болтать с Лукой или же просто сидеть одной на подоконнике, попивая любимый кофе. Сейчас же хотелось сжечь его к чертям, лишь бы забыть все то, что тут произошло.
Маринетт скидывает с себя надоедливые каблуки, на которых она порядком устала ходить. Спокойно проходит в гостиную, включает свет и чуть не подскакивает от неожиданности: на диване сидели два парня, Лука и Сэм, внимательно следящие за каждым её движением. Невозможно было точно определить, что они чувствовали по отношению к подруге: жалость, сожаление, отвращение, удивление, страх, переживание, а может и вообще все вместе.
-Только вас ещё не хватало,-брюнетка из последних сил выжимает из себя это предложение, а её друзья подскакивают к ней и окружают с двух сторон, хватая её под руки.
-Дюпен Чен, ты прямо сейчас объяснишь, какого черта ты творишь,-Куффен встал напротив подруги, которую они усадили на диван, и скрестил руки на груди.
-Ты ранена? Это твоя кровь?-Сэм обеспокоено начал осматривать Дюпен Чен на наличие ранений, но та резко одергивает от себя его руки и отодвигается от друга.
-Нет, не моя. И вам лучше уйти.
-Мы никуда не уйдём, пока ты не поведаешь нам, что происходит в твоей жизни?
-Ладно, хоть ночуйте тут, плевать,-брюнетка вскидывает руками, поднимается с места и аккуратно обходит Луку, не поднимая на него глаз,-Я не расскажу ничего вам обоим.
Она скрылась на лестничном пролёте, когда Сэм быстрыми шагами вышел из дома, не забыв хлопнуть при этом дверью. Парень был зол. Зол на Маринетт, потому что в ней произошли кардинальные изменения, которые они с Тео не заметили и теперь вынуждены расхлёбывать эту кашу. Зол на себя, ведь так сильно беспокоится о подруге, а ей наплевать на него. Зол на все и всех вокруг.
Парень усеялся на пассажирское сидение машины Куффена и стал ждать, когда Дюпен Чен прогонит и его. Ну или же его другу самому надоест торчать там и пытаться что то вытянуть из девушки.
-Тебе нужно идти, Лука,-они стояли в нескольких сантиметрах друг напротив друга в комнате синевласки и молча смотрели глаза в глаза. Прошло немного времени с тех пор, как голубоволосый остался с подругой наедине.
-А ты? Тебе же нужна помощь, Маринетт! Нужен кто то!-парень бросается с объятиями к девушке, но она холодно отстраняется от него.
-Мне никто не поможет. И я ни в ком не нуждаюсь,-Дюпен Чен подходит к окну и смотрит в своё отражение в стекле: идеально уложенные волосы, повседневный макияж. Казалось, все как обычно. Только вот обычно её блузка не была испачкана кровью Агреста старшего, а глаза были живыми. В них был блеск и надежда на что то хорошее. Сейчас не было ничего. Ни надежды, ни Габриэля,-В отличие от него. Ему ваше общество более полезнее.
-Маринетти...
-Уходи, Лука. Уходите и никогда не возвращайтесь.
Она не поворачивалась к нему лицом, но отчетливо услышала захлопывание входной двери. Лука ушёл. Теперь они с Сэмом на стороне Адриана, и так будет лучше для всех. Но в первую очередь, для неё самой.
Отвлечься. Срочно нужно было что то, приносящее спасение-алкоголь, музыка, флирт, наркотики? Плевать! Хоть все сразу. Лишь бы заглушить ту ноющую боль внутри, которая терзала и доводила до точки кипения.
Маринетт сбрасывает с себя уже прилипшую к телу одежду и облокачивается руками на раковину. Она поднимает глаза и видит все то же отражение в зеркале: та же идеальная фигура, та же бледная кожа, те же небольшие синяки под глазами. Но вот Дюпен Чен уже была не та. Она не была той маленькой испуганной и брошенной всеми девочкой. Нет. Она была сломана, но сильна так, как никогда. Ещё никогда она не чувствовала такого сильного стремления к чему то, ещё никогда кровь в её жилах не текла с такой бешеной скоростью, и никогда раньше чувство вины не сменялось желанием мести так быстро. Хотелось, чтобы все это дерьмо закончилось как можно скорее. Чтобы весь этот ад, в который она сама превратила свою жизнь, наконец сжёг её душу дотла без единого шанса на выживание.
В раздумьях девушка и не замечает, как горячие слёзы начали капать на кафельный пол. Она устала. Устала быть сильной, устала быть одной. Ей нужен был человек, с кем она могла чувствовать себя в безопасности, чувствовать себя любимой. Она нуждалась в нем. Нуждалась в Адриане.
-Сука!
Маринетт кричала во все горло, смотря в глаза в отражении сквозь солёные капли слез.
-Ненавижу!
Ненависть к нему росла с каждым днём. Но она продолжала справляться с нею. Ради него.
Тем временем у Агреста:
-Виски,-блондин кладёт несколько купюр на барную стойку и в ответ через несколько минут получает стакан с коричневой жидкостью, которую мигом выпивает. Вкус был терпкий и горький, но помог хоть ненамного уменьшить боль внутри.
-Повторить?
-Нет.
Адриан глазами отыскивает друзей, сидящих на круглом диване, и спеша направляется к ним. Громкие басы били прямо по слуху, а вибрация от колонок отдавалась даже в пятках.
-Адриан, ты в...
-Все в норме,-он осек Кагами, которая всем своим сердцем переживала за старого приятеля. Сегодня он неожиданно позвонил и сказал(хотя лучше будет употребить приказал) быть вечером здесь. И она согласилась. Опять.
-Лука, что произошло сегодня, когда вы были у неё?-Хлое и Алье было интересно, что стало с их подругой. Да, после всего произошедшего девочки все ещё считали Дюпен Чен своей близкой подругой, без которой жизнь была невозможна.
И Куффен пересказал практически все, что случилось в доме Маринетт. Он упомянул её внешний вид, поведение. Откровенно говоря, раскрыл все карты, оставив лишь туз в рукаве.
-Она была ранена?-и Тео туда же. Переживания за сестру не давали ему спать по ночам также как и злость на неё.
-Это была не её кровь,-Сэм, до этого молча пивший что то из стакана, вмешался в диалог.
Адриан перевёл взгляд с Луки на Сэма, а потом и на Тео. Те лишь пожали плечами в ответ на его вопросительный взгляд.
-Ребят, не хочу вас расстраивать, но, похоже, наша спокойная вечеринка подошла к концу,-Цуруги махнула головой на вход в клуб, и все тут же последовали её примеру. И опешили.
В помещение вошёл Натаниэль, крепко сжимая предплечье Дюпен Чен и практически таща её за собой. Лицо её не выражало ничего, но вот глаза... Парни, переглянувшись, поняли, что она недавно плакала.
-Может стоит...
-Нет, Лука. Она ясно дала понять, что ни я, ни кто либо из вас ей не нужен,-Адриан понял, что хотел сделать Куффен. Да что скрывать, он и сам хотел прижать эту чертовку к стене, засыпать её кучей вопросов и больше никогда не отпускать. Но он не будет этого делать. Агрест смирился с её выбором. Смирился, но не забыл ни единую минуту, проведённую с ней.
Маринетт не видела ничего вокруг, она просто шла за Куртцбергом и молчала. Парень ведёт её по узкому коридору, который вёл куда то вниз.
-Пароль?-тон охранника у входной двери в подвальное помещение не предвещал ничего хорошего.
-Глупо требовать что то от того, кто одним движением руки может убить тебя,-Нат ухмыляется и проходит внутрь, ведя девушку за собой.
Перед Дюпен Чен открылась ещё одна сторона ночной жизни. Везде царил хаос: кто то двигался в такт музыке на столике, кто то в открытую курил косяк.
-Отвлекайся как хочешь, Маринетт. Тем более, Адриану явно не до тебя сейчас,-он шепчет ей на ухо, а глаза девушки тут же округляются.
Брюнетка смотрит на своего спутника, который хитро улыбался во все зубы. Взгляд этот выражал немой вопрос, на который он поспешил ответить:
-Я заметил его как только мы вошли в клуб. Рядом с ним сидела какая то девчушка, цвет волос такой же, как и у тебя,-он сделал это специально. Куртцберг специально говорил ей это все, чтобы ей стало жутко больно, чтобы она возненавидела Агреста всей душой.
-Хорошего времяпровождения, Дюпен Чен,-опять его ухмылка была подарена синевласке, и он скрылся в толпе.
Американский рэп раздавался из колонок, а в голове Мари была лишь одна мысль: он был ей нужен. Прямо сейчас нужен как никогда.
Она хватает у кого то из посетителей, чьи ленивые задницы расположились на кожаных креслах, косяк, делает пару затяжек для смелости и устремляется обратно наверх.
Адриан набирает в руки ледяную воду и брызгает её себе на лицо. Он так отчаянно бежал от неё, что все равно вернулся к тому, с чего начал. Она опять здесь, но только уже не с ним.
Блондин, не спеша, выходит из туалетной комнаты, когда чья-то рука хватает его за воротник и затаскивает в тёмный угол. Парень уже готов был ударить того, кто посмел притронуться к нему, но тут он слышит голос. Такой родной, как самая любимая мелодия для ушей:
-Возможно, я потеряла контроль, Адриан, но...-Маринетт не заканчивает, а лишь касается своими губами его. Её холодные руки держат скулы блондина, боясь отпустить.
Агрест полностью понимал, что это неправильно, но желание касаться её было сильнее. Своей рукой он держит её затылок, пальцами зарываясь в волосы, сильно дергая их, отчего Дюпен Чен стонет. Как же давно он не слышал этих стонов от неё. На секунду представив, что она, Мари, так же стонала под Куртцбергом, Адриан словно озверел.
Он проникает своим языком в рот девушки, сильно сжимает её талию и горло своими руками, отчего Маринетт начинает задыхаться. И она отстранилась первая.
Они смотрели друг другу в глаза, вопреки темноте вокруг них. Плевать было на все, что было между ними. Сейчас не было больше никого, кроме его горячих рук и её страстного поцелуя.
-Маринетт...-крепкий узел завязался внизу живота брюнетки, а сердце предательски заныло. Она должна уйти.
-Прости меня, Адриан,-и она убегает прочь, скрываясь в темноте, оставляя Агреста стоять в шоке и касаться пальцами того места, где минуту назад их губы сливались воедино.