Время не ждет
Капли дождя отчаянно хлестали в окна, словно оплакивая рухнувшие надежды и разбитые сердца. В сумраке кабинета, среди разбросанных бумаг, Джейк казался тенью самого себя.
Отрезвление пришло внезапно. Отчуждение Эммы, ультиматум Винсента, приказ убить Блэквуда – все это слилось в один клубок бессильной ярости и отчаяния. Какая разница, что будет дальше? Какая разница, кто выживет, а кто умрет? Он устал от этой игры, от этой лжи, от этой постоянной борьбы.
В голове запульсировала единственная мысль – увидеть отца. Он не видел его уже много месяцев, с тех пор как того посадили за решетку. Он редко его навещал.Но сейчас, в этот темный час, ему нужен был именно он.
С отцом его связывало не только родство, но и какое-то общее понимание жизни, ощущение того, что все в мире прогнило. Может, именно поэтому отец и оказался за решеткой – он просто не смог приспособиться к этой лживой реальности.
Блэквуд, Эмма, Винсент... Все это было неважно. Ему нужно было поговорить с отцом, чтобы хоть на время забыть обо всем и почувствовать себя живым человеком.
Забросив все бумаги, Джейк поднялся из-за стола. Решение было принято, и теперь ничто не могло его остановить.
Бросив взгляд на часы, Джейк понял, что времени в обрез. Нужно ехать прямо сейчас.
Накинув куртку и захватив ключи от машины, Джейк вышел из дома. Ему было все равно, что ждет его впереди. Ему просто нужно было увидеть отца.
Отворяя дверь кабинета, Джейк даже не задумывался о Блэквуде, Эмме или Винсенте, а с отчаянной решимостью в голове, думал только об отце, который может быть его единственным спасением в этом хаосе обмана.
Сцена: Тюрьма. Комната для свиданий. Поздняя ночь.
Холодный, казенный свет бил в глаза, словно высмеивая напрасное ожидание. Джейк сидел, вцепившись пальцами в край металлического стола, впитывая в себя отчаяние этого места, пропитанного безнадежностью и тоской. Он ждал. Ждал человека, который, как он надеялся, станет его последней опорой.
Ожидание затянулось, превратившись в пытку. Каждая секунда давила на виски, напоминая о том, что он один, совершенно один в этом мире.
Дверь скрипнула, и в комнату вошел охранник. Джейк вскочил, готовый увидеть родное лицо, почувствовать хоть каплю тепла.
Но вместо отца он увидел лишь равнодушный взгляд охранника.
Охранник: Мистер Джейк? Произошла ошибка. Свидания не будет.
Джейк замер, словно его окатили ледяной водой.
Джейк: Что случилось? Почему?
Охранник (не отводя взгляда): Вашего отца больше нет.
В одно мгновение мир вокруг Джейка перестал существовать. Звуки приглушились, краски поблекли. Он не чувствовал ничего, кроме оглушающей пустоты, расползающейся изнутри.
Джейк (шепотом): Что вы сказали?
Охранник (безразлично): Он умер сегодня утром.
Охранник вышел, оставив Джейка одного в этой холодной, мертвой комнате. Он сидел, не двигаясь, словно статуя. В голове не было ни мыслей, ни чувств. Лишь оглушительная тишина, предвещающая бурю. Стены будто сжались вокруг его.
Через какое-то время он встал. Механически. Словно кукла, лишенная воли. Он вышел из комнаты, не глядя по сторонам.
Охранник проводил его взглядом, полным равнодушия. Для него это был просто еще один посетитель, получивший плохие новости.
Дождь продолжал лить, превращая лобовое стекло в размытое полотно. Джейк сидел за рулем, не чувствуя ничего. Пустота. Ни боли, ни злости, ни отчаяния. Лишь всепоглощающая пустота.
Он ехал, не зная куда. Просто ехал, подчиняясь инстинкту.
Капли дождя барабанили по крыше машины, но он не слышал их. Свет фар выхватывал из темноты лишь небольшие участки дороги, но он не видел их.
Он был мертв внутри. Все, что его держало на этом свете, рухнуло в одночасье. Больше не было Эммы, больше не было отца. Не было ничего.
Он не думал о Винсенте, о Блэквуде, о мести. Все это казалось ему бессмысленным и ненужным.
Он просто ехал, в никуда. Туда, где нет боли, нет страданий, нет воспоминаний.
Машина продолжала двигаться, словно призрак, скользящий по ночной дороге. А в ней сидел человек, лишенный души, лишенный надежды, лишенный всего.
Сцена: Заброшенный берег. Ночь.
Дождь, словно разверзшиеся небеса, обрушил всю свою ярость на побережье. Каждая капля, словно ледяная игла, пронзала кожу, но Джейк, казалось, не замечал холода. Он сидел на капоте машины, устремив взгляд в бушующую темноту, туда, где море сливалось с небом.
В этом месте, пропитанном солью и воспоминаниями, он чувствовал себя особенно одиноким и уязвимым. Здесь, где он когда-то был счастлив, сейчас он ощущал лишь пустоту и боль.
Воспоминания нахлынули, словно волны, захлестывая его разум. Яркие, теплые, полные любви – они казались сейчас невыносимой пыткой.
•
Воспоминание: Пляж. День. Детство Джейка.
Солнце ласково согревало песок, а легкий бриз играл с волосами семилетнего Джейка, который самозабвенно строил замок из песка.
Ричард (отец Джейка, крича с пледа): Джейк, осторожно! Не уходи далеко от берега!
Мальчик оторвался от своего занятия и побежал к отцу, держа в руках красивую ракушку.
Джейк: Папа, смотри, что
я нашёл!
Ричард (отец Джейка), с гордостью смотрел на сына.
Ричард: Какая красивая! Береги её, она будет твоим талисманом!
Джейк бережно положил ракушку в карман шорт.
Джейк: А когда мы полетим на змее, пап?
Ричард: Сейчас достроим замок и сразу полетим, ладно? Поможешь мне?
Ричард достал лопатку и ведерко, и они вместе продолжили строить замок, украшая его башенками.Вскоре к ним присоединилась красивая женщина с лучезарной улыбкой.
Мария (мать Джейка): Что вы тут строите? На что же это похоже?
Джейк подбежал к ней, обнимая и целуя в щеку.
Джейк: Это самый большой и красивый замок на свете! Правда, мам?
Мария (мать Джейка) улыбнулась и присела рядом с ними.
Мария: Конечно! Самый лучший! Как наш дом. Только чего-то не хватает...
Она достала из корзины яркого воздушного змея в форме дракона.
Мария: Может, вот этого?
Джейк захлопал в ладоши от восторга. Ричард помог ему запустить змея, и он взмыл в небо, словно живой, радуя мальчика своим полетом.
Джейк: Пап, мам, вы меня любите?
Ричард обнял сына одной рукой, а Мария поцеловала его в лоб.
Мария: Мы тебя очень любим, Джейк. Ты наше солнышко.
Ричард: Ты самое дорогое, что у нас есть.
Джейк прижался к родителям, чувствуя себя самым счастливым ребенком на свете.
•
Резкий порыв ветра сорвал с лица Джейка капли дождя, возвращая его в суровую реальность. Это всё в прошлом... Родители ушли, унося с собой солнце и радость. Остались лишь воспоминания, горькие и прекрасные одновременно.
Дождь не утихал, превращаясь в ледяной душ, но Джейк, словно не чувствуя холода, продолжал сидеть на компоте машины.Образ родного побережья, когда-то наполненного светом и смехом, лишь усиливал ощущение невосполнимой утраты. Он словно провалился в колодец времени, вновь переживая моменты счастья, которые безвозвратно ушли.
Ричард и Мария... Их лица, полные любви и заботы, всплывали в памяти, вызывая острую тоску. Но за этими светлыми воспоминаниями скрывалась другая, гораздо более темная реальность.
Внезапно, словно удар молнии, в сознании вспыхнула картина, которую он отчаянно пытался забыть.
•
Воспоминание: Дом Джейка. Вечер. 14 лет назад.
Дом погружен в тихий, уютный полумрак. Джейк сидел за столом, увлеченно делая уроки, а Мария (мать Джейка) напевала что-то на кухне, готовя ужин. Ричард (отец Джейка) задерживался на работе.
Вдруг в дверь раздался громкий стук. Мария вздрогнула и посмотрела на Джейка с тревогой.
Мария (тихо): Кто бы это мог быть в такой поздний час?
Она подошла к двери и посмотрела в глазок. Её лицо исказилось от страха.
Мария (шепотом): Джейк, беги! Прячься!
Не успела она договорить, как дверь с грохотом вылетела, и в дом ворвались двое мужчин в масках.
Незнакомец 1 (хриплым голосом): Где Ричард?
Мария молчала, с ужасом глядя на незваных гостей.
Незнакомец 1: Он ослушался нашего босса. Теперь он заплатит.
Один из нападавших схватил Марию за руку и пырнул ее ножем. Джейк, до этого стоявший как вкопанный, вдруг пришел в себя. Ярость вспыхнула в его глазах, затмевая страх.
Он схватил со стола кухонный нож и бросился на нападавшего, который держал его мать. В глазах был только гнев, злость и ярость.
Нож вонзился в спину бандита. Тот закричал от боли и отпустил Марию. Она упала на пол.
Мальчик, в состоянии аффекта, не чувствовал ни страха, ни боли. Он наносил удары ножом, пока нападавший не упал на пол, залитый кровью.
Всё произошло слишком быстро.
Незнакомец (харкает кровью): Ты... Ты заплатишь за это...
Это были его последние слова, в комнате наступила тишина, заглушаемая лишь криками Марии.
•
Джейк резко открыл глаза, вырываясь из плена воспоминаний. Он снова почувствовал запах крови, услышал крик матери, увидел лицо нападавшего.
Именно тогда, в четырнадцать лет, он впервые переступил черту. Он убил человека. И с тех пор его жизнь изменилась навсегда.
Он всегда помнил слова матери: "Я всё равно умру... Но я не хочу, чтобы ты становился таким как твой отец". Но как он мог стать другим, если его жизнь с самого начала была пропитана насилием и смертью?
Ночь и дождь, казалось, слились воедино, укрывая мир непроглядной тьмой и отчаянием. Джейк сидел, словно парализованный, утопая в зыбучих песках воспоминаний. Каждый порыв ветра, каждый удар волны о берег, каждое падение капли дождя – все напоминало о безвозвратном прошлом, о сломанной жизни.
Образ матери, светлый и любящий, сменялся картиной её трагической гибели. А затем в памяти возникало лицо отца, сломленного горем, идущего по наклонной, все дальше и дальше от света.
•
Воспоминание: Кладбище. День.
Свинцовые тучи давили на кладбище, словно подчеркивая тяжесть утраты. Толпы людей пришли проститься с Марией, но Джейк, с окаменевшим лицом, почти не замечал их. Его взгляд был прикован к отцу, Ричарду, чьи плечи сотрясались в беззвучных рыданиях.
Ричард сломался. Смерть жены вырвала из его жизни смысл, оставив лишь зияющую пустоту. Он больше не был сильным и любящим отцом. Он превратился в тень самого себя, в ходячего мертвеца, живущего лишь прошлым.
Винсент, одетый во все черное, был среди скорбящих. Он посмотрел на Джейка с сочувствием.
Винсент (с незаметной улыбкой): Держись, парень. Она была хорошей женщиной.
Джейк не ответил. Винсент был просто знакомым, деловым партнером отца, не более. Он не заметил как тот слегка улыбнулся. Какое ему дело до их горя?
После похорон жизнь в доме изменилась навсегда. Ричард перестал работать. Он целыми днями сидел дома, глядя в одну точку, погруженный в свои мысли.
Он почти не разговаривал с Джейком, словно забыл о его существовании. Мальчик был предоставлен сам себе.
Сальваторе и дальше предлагал Ричарду работу. Сложные поручения, требующие особых усилий. Ричард соглашался на все. Ему было все равно, что делать. Ему нужны были деньги, чтобы хоть как-то существовать.
Джейк видел, как его отец медленно скатывается в пропасть. Но он ничего не мог сделать. Он был слишком молод и слаб, чтобы его остановить.
Он с горечью наблюдал, как Сальваторе использует его отца в своих целях, как превращает его в марионетку, лишенную воли.
Ричард не думал о последствиях. Он выполнял все приказы Сальваторе, не задавая вопросов. Ему было все равно, кому он причиняет вред.
Он просто хотел забыться. Забыть о своей боли, о своей утрате, о своей жизни.
Сцена: Заброшенный берег. Ночь.
Дождь не стихал, а лишь с удвоенной силой обрушивался на побережье, словно омывая берег от накопившейся за годы боли и несправедливости. Джейк, промокший насквозь, сидел за рулем, в плену воспоминаний, которые жгли его душу, словно раскалённое железо.
Образ матери, Марии, её нежной улыбки и любящих глаз, сменялся кошмарной картиной насильственной смерти. И следом возникал Ричард, отец, сломленный, потерянный, но всё же нашедший в себе силы для возмездия.
Воспоминание: Тёмный переулок. Ночь. Несколько лет спустя.
Ричард, осунувшийся и поблекший, шёл по тёмному переулку. Его взгляд был пуст и безучастен. Он направлялся на встречу с Сальваторе.
С тех пор как умерла Мария, жизнь Ричарда потеряла всякий смысл. Он стал марионеткой в руках Сальваторе, выполняющим любые его приказы. Ему было все равно, что делать. Ему нужна была лишь возможность забыться.
Но сегодня всё должно было измениться. Сегодня он планировал отомстить.
Когда он подошёл к месту встречи, Сальваторе уже ждал его. Он стоял в окружении своих телохранителей, ухмыляясь и насмешливо глядя на Ричарда.
Сальваторе: Ну что, Ричард? Как дела? Что принёс?
Ричард молчал. Он смотрел на Сальваторе, и в его глазах вспыхивал гнев.
Сальваторе: Что с тобой? Ты какой-то странный сегодня. Что-то случилось?
Ричард выхватил пистолет и выстрелил в Сальваторе в упор. Тот не успел даже ничего сказать, как упал на землю, залитый кровью.
Телохранители Сальваторе в оцепенении не сразу поняли, что произошло. Лишь спустя несколько секунд они открыли огонь по Ричарду.
Ричард отвечал им тем же. Он стрелял без разбора, не жалея патронов. Он знал, что это конец. Он отомстил за Марию, но теперь ему предстояло расплатиться за это жизнью.
Вскоре он перебил всех.Он отомстил.
После этого Сальваторе и смерти людей, Ричардом встал на место Сальваторе...
Название главы: Эхо Прошлого
Сцена: Заброшенный берег. Ночь.
Дождь, словно небесная канцелярия выписала ордер на вселенское отчаяние, не прекращал свою яростную атаку на мир. Капли, с ожесточением барабаня по крыше автомобиля, перекликались с бурей, бушующей в душе Джейка. Заброшенный берег, свидетель его счастливого детства, сейчас казался лишь декорацией к трагедии, разворачивающейся в его сознании.
Образы прошлого – светлая улыбка матери, суровый взгляд отца, багряное зарево насилия – вихрем проносились в его голове, не давая покоя. Он, словно привязанный к креслу, был вынужден смотреть этот трагичный фильм снова и снова.
•
Воспоминание 1: Офис Ричарда. Ночь. Год спустя после смерти Марии.
Огромный кабинет, пропитанный запахом сигарного дыма и властью, больше напоминал логово хищника, чем место для работы. Ричард, уже не тот любящий отец, а жестокий и безжалостный босс мафии, восседал за массивным столом, словно на троне. Его взгляд был холоден и пронзителен.
Джейк, которому только исполнилось пятнадцать, стоял напротив отца, сжимая кулаки до побелевших костяшек. В его глазах горел огонь, смесь отчаяния и решимости.
Джейк (голосом, полным вызова): Я хочу работать с тобой.
Ричард поднял голову, внимательно рассматривая сына. В его взгляде мелькнула мимолетная тень грусти, но она тут же исчезла, сменившись привычным выражением суровости.
Ричард (глухим голосом): Ты слишком молод для этого, Джейк. Тебе нужно учиться, строить свою жизнь. Это не твой путь.
Джейк (с горечью): Какой путь, отец? Какой смысл в этой жизни, если всё, что я любил, у меня отняли? Я не хочу жить в мире, где всё решают сила и жестокость. Я хочу быть частью этого мира, чтобы изменить его.
Ричард: Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Этот мир полон опасностей и предательства. Он сломает тебя.
Джейк (с вызовом): Я уже сломлен, отец. Меня уже сломали. Но я не сдамся. Я буду бороться.
Ричард молчал, всматриваясь в лицо сына. Он видел в его глазах отражение собственной боли и отчаяния. Он понимал, что Джейк не отступит. Он был слишком похож на него самого.
Ричард (вздыхая): Хорошо, Джейк. Я возьму тебя с собой. Но ты должен слушаться меня во всём. И ты должен быть готов к тому, что тебе придется увидеть. Это не игра, сынок. Это реальная жизнь. И она может быть очень жестокой.
В глазах Джейка вспыхнул огонёк надежды. Он сделал свой выбор. Он ступил на скользкую дорожку, ведущую в мир криминала. И пути назад уже не было.
•
Воспоминание 2: Особняк Ричарда. Ночь. Несколько месяцев спустя.
Огромный особняк, построенный на деньги, заработанные кровью и потом, давил своим величием и безжизненностью. В воздухе витал запах дорогих сигар и страха.
Ричард и Джейк стояли друг напротив друга в кабинете, их голоса звенели от гнева и обиды. Между ними возникла пропасть, которую, казалось, невозможно было преодолеть.
Джейк (с яростью): Почему ты убил его, отец? Почему? Он же был нашим другом! Он был одним из нас!
Ричард (спокойно, но с холодом в голосе): Он предал меня, Джейк. Он перешёл дорогу. И он поплатился за это.
Джейк: Но как ты мог? Он был так предан тебе! Как ты можешь спокойно лишать человека жизни? Ты превратился в чудовище!
Ричард: В этом мире нет друзей, Джейк. Есть только союзники и враги. И ты должен научиться отличать одних от других.
Джейк (с отчаянием): Нет, отец! Ты не прав! Ты не можешь так жить! Ты убил маму! Если бы ты не связался со всей этой грязью, она была бы жива!
Лицо Ричарда исказилось от боли. Он поднял руку, словно собираясь ударить сына, но тут же опустил её.
Ричард (тихо, с трудом сдерживая гнев): Не говори так, Джейк. Ты не понимаешь, о чём говоришь. Ты не знаешь, что я пережил.
Джейк (выкрикивая слова, словно отравленные стрелы): Я знаю! Я знаю, что ты виноват! Ты виноват во всём! Если бы ты не жаждал этой власти, моя мать сейчас была бы жива!
В глазах Джейка стояли слезы. Он больше не мог выносить этого кошмара. Он чувствовал, что задыхается в этом мире лжи и насилия. Развернувшись, Джейк выбежал из кабинета, хлопнув дверью так, что вздрогнули стёкла. Он бросился прочь из особняка, словно бежал от чумы. Ему нужно было вырваться из этого кошмара, найти хоть какой-то свет в этой беспросветной тьме.
Но где его искать? Куда бежать? Он не знал.
•
Погруженный в эти болезненные воспоминания. Вспомнив как они поговорили с отцом очень тепло, и Джейк простил его.
Название главы: Прощение.
Сцена: Заброшенный берег. Ночь.
Дождь стих, уступая место тишине, которую нарушал лишь прибой. Джейк сидел в машине, продрогший и уставший, но что-то изменилось в его душе. Боль, копившаяся годами, начала отступать, словно тающий лед. Воспоминание, словно искра, зажгло огонь надежды.
•
Воспоминание: Особняк Ричарда. Ночь. Вскоре после того, как Ричард стал главой мафии, и когда Джейку уже было 16 лет он был частью мафии, после смерти Марии.
Мрачная обстановка квартиры казалась отражением их душевного состояния. Ричард сидел в кресле, осунувшийся и постаревший. Он больше не был сильным лидером, а лишь сломленным человеком, несущим на себе тяжкий груз вины. Джейк вошел в комнату, чувствуя необходимость поговорить с отцом начистоту.
Джейк (тихо): Пап... можно тебя на минутку?
Ричард поднял на него взгляд, полный боли и раскаяния.
Ричард (хрипло): Что тебе нужно, Джейк? Пришёл упрекнуть меня? Видимо считаешь, что ты прав.
Джейк: Нет, пап. Я пришел поговорить. Я хочу понять.
Ричард вздохнул и отвернулся к окну.
Ричард (глухо): Что тут понимать, Джейк? Я виноват. Это я во всем виноват.
Джейк: Почему, пап? Почему ты тогда отказался? Почему ты не выполнил то задание? Почему я узнаю про это от другого человека, а не от тебя ?
Ричард замолчал на мгновение, словно собираясь с силами.
Ричард (тихо, с трудом подбирая слова): Они хотели, чтобы я... чтобы я убил семью. Жену и детей. Я не мог, Джейк. Я не мог этого сделать. У меня тоже была семья. Я не мог отнять жизнь у невинных людей.
Голос Ричарда дрожал. Джейк молча смотрел на отца, чувствуя, как в его душе зарождается сочувствие.
Ричард (продолжая): Я знал, что они отомстят. Я знал, что заплачу за это. Я не знал, что они поступят так, я думал, что убьют меня. Но я не мог поступить иначе. Я не мог предать свои принципы. Я не мог стать чудовищем.
Слезы потекли по лицу Ричарда.
Ричард (с отчаянием): Прости меня, Джейк. Прости меня за все. Я погубил вас с мамой. Я не смог вас защитить.
Джейк подошел к отцу и опустился на колени перед ним.
Джейк (тихо, с сочувствием): Это не твоя вина, пап. Ты сделал то, что считал правильным. Ты поступил как человек.
Ричард посмотрел на сына с благодарностью.
Ричард (шепотом): А ты... ты как? Ты же был тогда весь в крови.. Ты пытался защитить ее?
Джейк: Да... Я помню что хотел защитить её, чтобы она жила дальше. Я не жалею, если бы была возможность, я бы ещё раз убил бы этих людей!
Ричард был поражён словами сына, он обнял его.
Ричард: Спасибо тебе, мой мальчик, я горжусь тобой
В тот момент они поняли друг друга. Они простили друг друга. И в их сердцах зажглась надежда.
•
Джейк смахнул слезу, скатившуюся по щеке.
Ночная тьма окутала местность, словно покрывало тайны, и только редкие всполохи молний изредка пронзали эту завесу, освещая на миг мрачные очертания особняка Блэквуда. Дождь, стихший к этому времени, оставил после себя влажный воздух и запах мокрой земли, которые, казалось, пропитали всё вокруг, в том числе и Джейка.
Тот, в свою очередь, пребывал в состоянии отстранённости, его движения были отточены до автоматизма, а на лице не отражалось никаких эмоций. Сообщение от Винсента, полученное несколько часов назад, вызвало лишь короткую вспышку раздражения, быстро сменившуюся привычной апатией.
На базе, где он получил необходимое снаряжение, он мельком заметил, как двое его людей несут кого-то, завёрнутого в одеяло. Что-то в этом силуэте показалось ему знакомым, но он не придал этому значения.
Сейчас в его голове была лишь одна задача: проникнуть в дом Блэквуда и выполнить приказ.
Джейк бесшумно двигался по территории поместья, обходя сторожевых псов и камеры наблюдения. Он был профессионалом в своем деле, и поэтому с легкостью преодолевал все препятствия.
Добравшись до особняка, он прижался к стене и осмотрелся. Дом был большим и мрачным, словно сошедшим со страниц готического романа. В окнах горел тусклый свет, создавая атмосферу таинственности и опасности.
Джейк знал, что Блэквуд часто работает в кабинете до поздней ночи, изучая какие-то документы. Именно туда он и направился.
Мягкий свет настольной лампы, словно оберегая от непроглядной тьмы за окном, окутывал кабинет теплым сиянием. В воздухе витал аромат старой кожи переплетов, дорогих сигар и еле уловимый запах цветочного парфюма, словно призрак ушедших дней. Блэквуд, склонившись над заваленным бумагами столом, казался измученным и постаревшим. В его позе, в его опущенных плечах читалась глубокая, всепоглощающая печаль.
Джейк, словно тень из прошлого, замер в дверном проеме, его тело напряжено, словно пружина, готовая выстрелить. Пистолет с глушителем в его руке – холодный и безжалостный – был направлен прямо на Блэквуда. Приказ Винсента эхом отдавался в его голове: "Закончи с этим". Он должен был выполнить свой долг. Он должен был покончить с этим человеком.
Но что-то внутри сопротивлялось. Что-то в облике Блэквуда, в его поникшей фигуре, выдавало такую глубокую, такую искреннюю скорбь, что Джейк не мог просто так нажать на курок. Казалось, будто этот человек только что пережил страшную трагедию, и сейчас стоял на краю пропасти, готовый сорваться в бездну отчаяния.
Он стоял и смотрел на него как несколько минут, он будто был парализован.
Внезапно Блэквуд поднял голову, и его взгляд встретился с взглядом Джейка. Вопреки всем ожиданиям, на лице Блэквуда не было ни страха, ни удивления. Лишь легкая, печальная улыбка коснулась его губ, словно он давно ждал этого момента.
Блэквуд (спокойно, с тихой грустью в голосе): Джейк... Ты всё-таки пришёл. Я знал, что так и будет. Я ждал тебя.
Слова Блэквуда, словно электрический разряд, пронзили сознание Джейка. Он застыл, словно громом пораженный. Что это значит? Почему Блэквуд улыбается? Почему он не пытается сопротивляться? Что он знает такое, что заставило его принять свою смерть с таким спокойствием?
Мягкий свет лампы, словно сочувствуя горю, окутывал кабинет, высвечивая книги, бумаги и уставшее лицо Блэквуда. В воздухе витала тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов, отсчитывающих последние секунды его жизни.
Джейк, словно парализованный, стоял в дверях, не в силах пошевелиться. Слова Блэквуда, произнесенные с такой печальной уверенностью, словно разорвали завесу равнодушия, под которой он так долго скрывал свои чувства. Он знал, что должен выполнить приказ, но что-то внутри восставало против этого..
Блэквуд грустно улыбнулся, глядя на Джейка, словно на потерянного сына.
Блэквуд: Ты тоже скорбишь... по своему отцу? Я вижу это в твоих глазах.
Джейк (хрипло): Зачем слова? Это ничего не изменит.
Он не хотел говорить о своем отце. Он не хотел вспоминать о боли и отчаянии, которые сопровождали его смерть.
Блэквуд, словно не замечая его молчания, продолжал:
Блэквуд: А ведь я пытался помочь ему. Я пытался уберечь его от той тьмы, которая его поглотила. Но он не слушал меня. Он был слишком ослеплен местью.Он был отличным человеком... Он просто потерялся...
Лицо Блэквуда исказила гримаса боли. Он замолчал, словно вспоминая что-то очень тяжелое.
В голове Джейка промелькнула мысль: "Что он говорит? Что он знает о моем отце?"
Что-то в словах Блэквуда зацепило Джейка. Он почувствовал, что должен выслушать его. Что он должен узнать правду.
Слова Блэквуда – тихие, грустные, полные сожаления – не тронули Джейка. Он заблокировал все чувства, все сомнения, оставив лишь холодный расчет. Он должен выполнить приказ.
Джейк (холодно): Не пудри мне мозги. Я здесь не для разговоров.
Блэквуд (тихо себе под нос): ну что друг мой, жди меня я скоро буду у тебя...
Он поднял пистолет и навёл его на Блэквуда. Рука не дрогнула. Лицо оставалось бесстрастным.
Джейк (сухо): Я выполняю приказ.
Не дожидаясь ответа, он нажал на спусковой крючок.
Звук выстрела, приглушённый глушителем, прозвучал почти неслышно. Блэквуд вздрогнул, и на его лице отразилось лёгкое удивление. Затем он медленно осел на стол, роняя на пол бумаги и фотографии.
Тишина. Смертельная тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов. Джейк стоял, глядя на тело Блэквуда, не испытывая ничего. Ни радости, ни сожаления, ни удовлетворения. Лишь пустоту.
Выстрел в кабинете Блэквуда, словно эхом, отдавался в его голове. Перед глазами стояло лицо Блэквуда – печальное, умиротворенное, словно он ждал этого момента.
Похоронив сомнения и на автомате закончив дело, Джейк решил обыскать место преступления. Он взглянул на бумаги и понял, что они могут быть полезны. Схватив со стола все документы, он покинул особняк и сел в машину.
Он старался не думать о том, что произошло. Он старался подавить все чувства, которые рвались наружу. Он должен был оставаться сильным. Он должен был выполнить свой долг до конца.
Звук мотора монотонно гудел, сливаясь с шумом шин по мокрому асфальту. Дождь прекратился, и на небе появились первые звезды, словно маленькие искорки надежды в беспросветной тьме. Джейк мчался по ночному шоссе, словно призрак, не чувствуя ни дороги, ни времени.слезы начали течь по его щекам. Тихие, беззвучные слезы, выдававшие его истинное состояние. Он плакал не от сожаления, не от страха, а от бессилия. Его слёзы текли по его лицу, он не мог с этим ничего поделать.
Сжав зубы, он попытался остановить слезы, но они продолжали течь, словно прорвавшийся поток. Он не мог с этим справиться.
В голове мелькнула мысль, что вся его жизнь - бессмысленна, и он не живёт, а просто существует.
Добравшись до места где ловит сеть, он нехотя написал Винсенту:
Джейк (текстовое сообщение): ВЫПОЛНЕНО ✅
И сразу положил телефон, понимая что его ждёт.
Он решил забыться, изучив украденные бумаги.
Он был вымотан. Он хотел лишь одного – добраться до своего особняка, выпить чего-нибудь покрепче и забыться сном.
Сцена: Особняк Джейка. Ночь.
Панорамные окна особняка открывали завораживающий вид на ночной город, усыпанный мириадами огней. Но великолепие этого пейзажа не трогало Джейка. Он чувствовал себя чужим в этом мире роскоши, воздвигнутом на фундаменте обмана и насилия.
Оставив машину в гараже, Джейк вошёл в дом, мечтая лишь о том, чтобы забыться в объятиях алкоголя.
Но его планам не суждено было осуществиться. В холле его ждал Себастьян, неизменно преданный и обеспокоенный.
Себастьян (взволнованно): Джейк, где Вы были? Я всю ночь не мог до Вас дозвониться! Что-то случилось?
Джейк, не удостоив его взглядом, направился к бару.
Джейк (холодно): Это не Ваше дело.
Себастьян: Как не моё дело? Я беспокоюсь о Вас! Вы в последнее время сам на себя не похожи.
Джейк резко остановился, обернувшись к Себастьяну с нескрываемой яростью.
Джейк (срываясь): Заткнитесь! Просто заткнитесь! Я устал от Ваших вопросов! Устал от всего этого дерьма!
Себастьян отшатнулся, пораженный этой вспышкой. Он никогда прежде не видел Джейка в таком состоянии.
Себастьян (тихо): Что с Вами, Джейк? Что произошло?
Джейк (крича): Ничего не произошло! Просто оставьте меня в покое!
Схватив бутылку виски, Джейк скрылся в кабинете, захлопнув дверь перед изумленным Себастьяном.
Себастьян остался стоять в холле, растерянный и обеспокоенный. Он чувствовал, что случилось что-то ужасное, но не знал, что именно.
"Завтра я обязательно с Вами поговорю, Джейк," – подумал Себастьян, глядя на закрытую дверь кабинета.
А Джейк, запершись в кабинете, сделал несколько больших глотков виски, пытаясь заглушить боль, разрывающую его душу. Он бросил на стол бумаги, добытые из кабинета Блэквуда.
Ему нужно было разобраться в этом. Ему нужно было узнать, что знал Блэквуд, и почему Винсент так жаждал его смерти.
Роскошный кабинет, с дорогими книгами и изысканной мебелью, казался сейчас Джейку тюрьмой. Он чувствовал себя в ловушке, запертым в стенах, воздвигнутых им самим.
Не в силах заставить себя разбираться в бумагах, добытых кровью, Джейк просто собрал их и положил обратно в сумку. Зачем ему это все? Какая разница, что знал Блэквуд? Что это изменит?
Уже ничего не изменить.
Он отбросил сумку в сторону и, шатаясь, направился к кровати. Упав на мягкие подушки, он схватил бутылку виски и сделал большой глоток. Жгучая жидкость обожгла горло, но не принесла облегчения.
Он смотрел в стену, но перед его глазами проносились картины прошлого. Лицо матери, светлое и доброе. Лицо отца, сначала любящего и заботливого, а потом сломленного и отчаявшегося.
Слезы сами текли по его щекам, обжигая кожу. Он не пытался их остановить. Он больше не мог сдерживать боль.
Мысли, словно змеи, сплетались в его голове, отравляя разум. Он думал о том, как он предал своего отца, как он пошел по его стопам, как он стал тем, кого он так ненавидел.
И, конечно же, он думал об Эмме. О той, которую он полюбил, но от которой был вынужден отказаться. О той, которую он, возможно, никогда больше не увидит.
Вина давила на него, словно тяжелый камень. Он понимал, что заслуживает всего, что с ним происходит. Он заслуживает этой боли, этого отчаяния, этого одиночества.
Сделав еще один большой глоток виски, Джейк закрыл глаза. Он хотел забыться. Он хотел, чтобы все это закончилось.
Но воспоминания не давали ему покоя. Они преследовали его, словно призраки прошлого, напоминая о его грехах.
И он продолжал пить, надеясь, что алкоголь поможет ему убежать от самого себя. Но бегство от себя невозможно.
Роскошная спальня, отделанная в сдержанных тонах, была символом его успеха, его власти. Но сейчас она казалась ему лишь золотой клеткой, из которой не было выхода.
Виски, выпитая залпом, не принесла облегчения. Напротив, она лишь обострила боль, усилила отчаяние. Джейк почувствовал, как внутри него клокочет ярость, готовая вырваться наружу.
В порыве ярости он швырнул бутылку виски в стену. Стекло разлетелось вдребезги, брызнув осколками по дорогому ковру.
В голове кружились мысли, от которых хотелось кричать. Мысли о жизни, о бессмысленности всего. Он ненавидел себя, ненавидел свою судьбу. Ненавидел мир, который заставил его стать таким.
Он соскочил с кровати, и первое, что попалось под руку, был дорогой торшер. С силой он швырнул его об стену. Лампа разбилась, электрические провода заискрили, источая запах гари.
Он начал крушить все, что попадалось ему на глаза. Сметал со стола книги, статуэтки, дорогие часы. Пинал ногами антикварную мебель. Срывал со стен картины.
Он кричал, выплескивая накопившуюся боль и ненависть. Кричал о несправедливости, о предательстве, о потере.
Его ярость не знала границ. Он громил всё вокруг, уничтожая всё, что напоминало ему о его жалкой жизни.
Он больше не пытался контролировать себя. Он просто давал волю своим эмоциям, позволяя им поглотить его целиком.
Когда сил уже почти не осталось, он рухнул на колени посреди этого хаоса, задыхаясь от рыданий.
Его тело дрожало. Его сердце разрывалось от боли.
Он был один. Совсем один. И никто не мог ему помочь.
Сцена: Коридор особняка. Ночь.
В роскошном особняке, казалось, повисла зловещая тишина, нарушаемая лишь глухими ударами, доносившимися из спальни Джейка. Себастьян, услышав первые звуки крушения, замер, как вкопанный. Он знал, что что-то случилось, но он не мог себе представить, что это было настолько плохо.
Теперь, когда эти звуки переросли в дикий грохот, в его душе поселился ужас. Он понимал, что Джейк находится на грани нервного срыва, и что ему нужна помощь.
Себастьян, хоть и был прислугой, всегда был предан Джейку. Он знал его с самого детства, и видел, как менялась его жизнь, как он всё больше погружался в тьму.
Он не мог просто стоять в стороне и смотреть, как Джейк рушит себя.
Недолго думая, Себастьян достал телефон и набрал номер Кайла.
Себастьян (взволнованно): Кайл, здравствуйте ! Это Себастьян.Джейк... Он сейчас в ужасном состоянии. Он громит свою комнату. Я боюсь, что он натворит бед. Вы должны приехать. Срочно!
Себастьян замолчал, прислушиваясь к ответу Кайла. Он не слышал, что тот говорил, но кивал головой, выражая согласие.
Себастьян: Да, я знаю. Адрес тот же. Я буду ждать тебя у входа.
Положив трубку, Себастьян нервно заходил из стороны в сторону. Ему нужно было что-то делать.
Он решился. Резко распахнув дверь, он направился в сторону спальни Джейка. Но, дойдя до двери, Себастьян остановился. Ему было страшно.
Он понимал, что сейчас может быть очень опасно. Джейк в ярости – это непредсказуемая сила.
Он видел в таком же состояние мистера Ричарда..
Сцена: Спальня Джейка. Ночь.
Грохот и крики затихли, сменившись лишь тяжелым, прерывистым дыханием. В воздухе витал запах разбитого стекла, пыли и разрушения. Джейк, обессиленный, опустился на колени посреди хаоса, его лицо было мокрым от слёз, а глаза – полны отчаяния.
Дверь в спальню была приоткрыта. Себастьян, дрожа всем телом, стоял в проёме, не решаясь войти. Он видел, как рушится мир Джейка, и чувствовал себя беспомощным свидетелем этой трагедии.
Вдруг послышался стук в дверь. Себастьян вздрогнул и попятился назад, давая место вошедшему.
В проёме появился Кайл, друг детства Джейка, всегда готовый прийти на помощь. Его спокойное, уверенное лицо было единственным лучом надежды в этом кромешном аду.
Кайл (тихо, но твердо): Джейк?
Джейк поднял голову, его взгляд был пуст и безумен. Он выглядел как зверь, загнанный в угол.
Джейк (хрипло): Кайл... Убирайся отсюда. Убирайся, пока не поздно!
Кайл (спокойно, игнорируя его слова): Что случилось, Джейк? Что произошло?
Джейк (срываясь): Уходи! Просто уйдите от меня все. Оставьте меня в покое.
Кайл медленно вошёл в комнату, оглядывая разрушения. Его лицо не выражало ни удивления, ни осуждения. Он знал, что Джейк нуждается в помощи.
Кайл (мягко): Я понимаю, что тебе плохо, Джейк. Но ты не можешь оставаться один. Дай мне помочь тебе.
Джейк рассмеялся – дико и истерично.
Джейк: Помочь? Как ты можешь мне помочь? Ты хоть понимаешь меня ? Нет! Вот твой ответ. А теперь оставь меня.
Кайл приблизился к нему, его глаза выражали сочувствие.
Кайл: Я знаю. Я знаю, что тебе тяжело. Но ты должен держаться. Мы справимся. Мы вместе.
Он протянул руку Джейку, предлагая ему поддержку.
Сцена: Разрушенная спальня Джейка. Ночь.
В комнате царил хаос, словно после урагана. Разбитая мебель, разорванные картины, осколки стекла - всё говорило о бушевавшей здесь ярости. Но сейчас, посреди этого разрушения, воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим плачем Джейка.
Кайл, оценив обстановку, бросил быстрый взгляд на Себастьяна, стоящего в дверном проёме. Лёгким кивком он дал понять, что сейчас им лучше остаться наедине. Себастьян, всё понимая, послушно кивнул в ответ, тихо закрыл дверь и удалился.
Кайл, понимая, что сейчас нужны не слова, а присутствие, просто сидел рядом с Джейком, положив руку ему на плечо. Он чувствовал, как тот дрожит всем телом, и знал, что любое неверное слово может лишь усугубить ситуацию.
Прошло несколько долгих минут, прежде чем Джейк, наконец, поднял голову. Его лицо было мокрым от слез, а глаза – полны безысходности.
Джейк (голосом, полным боли и отчаяния): Его больше нет, Кайл... Отца больше нет... Они забрали его у меня...
Истерика захлестнула его с новой силой. Он зарыдал, словно ребенок, потерявший мать. Его тело содрогалось от рыданий.
Кайл (тихо, но твердо): Я знаю, Джейк. Я знаю, как тебе сейчас больно. Но ты не один. Я здесь. Я с тобой.
Джейк (крича сквозь слезы): Нет, Кайл! Ты не понимаешь! Ты не можешь понять! Он был всем для меня! Он был моей семьей! А теперь его нет!
Кайл (мягко, пытаясь успокоить его): Я понимаю, Джейк. Я знаю, что он значил для тебя. Но ты должен быть сильным. Ты должен выдержать это.
Джейк (истерически смеясь сквозь слезы): Сильным? Ты говоришь мне быть сильным? Как я могу быть сильным, когда все, что я любил, отнято у меня? Когда вся моя жизнь – это ложь и обман?
Он схватился за голову руками, словно пытаясь остановить поток мыслей, терзающих его разум.
Джейк (шепотом, словно в бреду): Я... Я не знаю, что мне делать, Кайл... Я не хочу жить... Зачем мне жить, если все, что я делал, все, к чему стремился, не имеет никакого смысла?
Кайл (взяв его за плечи и глядя ему прямо в глаза): Не говори так, Джейк! Не смей говорить так! У тебя есть причина жить! У тебя есть я! У тебя есть Эмма! У тебя есть будущее! Ты не можешь просто так сдаться!
Джейк (отводя взгляд): Какое будущее, Кайл? Ты о чем говоришь? Я преступник! Я убийца! Я не заслуживаю никакого будущего!
Кайл (резко): Хватит, Джейк! Хватит жалеть себя! Ты не преступник! Ты жертва обстоятельств! Ты был вынужден делать то, что делал! Но ты можешь измениться! Ты можешь стать другим человеком!
Джейк (с сарказмом): Измениться? Как? Как я могу изменить прошлое? Как я могу вернуть тех, кого убил?
Кайл (твердо): Ты не можешь изменить прошлое, Джейк. Но ты можешь изменить будущее. Ты можешь начать все сначала. Ты можешь искупить свою вину.
Кайл крепко сжал его плечи, словно передавая ему свою силу и уверенность.
Кайл (серьезно): Выслушай меня, Джейк. Ты не один в этом мире. У тебя есть люди, которые тебя любят и ценят. Ты не можешь просто так от них отказаться. Ты должен бороться. Ты должен выжить.
Слова Кайла, словно слабый луч света, пробились сквозь мрак, окутавший душу Джейка, но лишь на мгновение. Отчаяние и боль, словно черная волна, захлестнули его с новой силой, и он снова потерял контроль над собой.
Внезапно вскочив на ноги, Джейк начал метаться по комнате, словно зверь в клетке. Он искал что-то, лихорадочно шаря по полкам и ящикам.
Кайл (встревоженно): Джейк, что ты делаешь? Что ты ищешь?
Джейк (истерично): Я должен найти их! Я должен увидеть их!
Наконец, он нашел то, что искал – старую коробку с фотографиями. Он выхватил ее из рук и бросился на кровать, рассыпая фотографии по полу.
Схватив одну из них, он поднес её к лицу, разглядывая с маниакальным упорством. Это была фотография его матери – молодой, красивой и счастливой.
Джейк (сквозь слезы): Мама... Прости меня... Я не смог тебя защитить... Я подвёл тебя...
И, с диким криком, он разорвал фотографию на мелкие кусочки, бросая их на пол. Затем он схватил другую фотографию – своего отца, улыбающегося и полного жизни.
Джейк (крича): Отец... Я тоже тебя подвёл... Я стал таким, как ты... Я проклят!
И с той же яростью, он разорвал и эту фотографию.
Кайл пытался остановить его, но Джейк был неуправляем. Он хватал фотографии одну за другой и рвал их на части, выкрикивая слова проклятий и обвинений в свой адрес.
Но вот его взгляд упал на последнюю фотографию, лежащую на полу. Он поднял её и замер, словно громом пораженный.
Это была фотография его семьи – он сам, ещё совсем маленький, стоял между матерью и отцом, и все трое улыбались. Это был самый счастливый момент в его жизни.
Увидев это изображение, Джейк сломался окончательно. Он рухнул на колени, обхватив голову руками, и зарыдал в голос, словно потерянный ребенок.
Джейк (крича в истерике): Я... Я не смог их защитить... Я не смог защитить никого... Я не смог защитить отца, даже после смерти! Никого! Я не смог защитить Эмму... Я ничего не могу... Я бездарь... Я ничтожество...
С каждым словом его голос становился все тише и тише, пока не перешел в невнятное бормотание.
Кайл, видя его состояние, опустился рядом с ним и обнял его. Он не говорил ни слова. Он просто был рядом, давая ему почувствовать, что он не один.
Объятия Кайла не принесли облегчения. Они лишь усилили чувство вины и беспомощности, терзавшие душу Джейка. Держа в руках фотографию своей семьи, целой и счастливой, он чувствовал себя последним негодяем, недостойным даже дышать тем же воздухом, что и они.
Слезы продолжали литься из его глаз, словно из прорвавшейся плотины. Он рыдал, как ребенок, потерявший родителей в толпе. Он был один. Совсем один. И ничто не могло заполнить эту зияющую пустоту.
Кайл сидел рядом, молча обнимая его, и ждал, когда стихнет буря. Он знал, что сейчас ему нужно просто быть рядом. Говорить что-либо было бесполезно. Джейк не слышал его. Он был в своём собственном мире, в мире боли и отчаяния.
Наконец, рыдания Джейка стихли, перейдя в тихие всхлипывания. Он медленно поднял голову и посмотрел на Кайла опустошенным взглядом.
Джейк (шепотом, словно задыхаясь): Я... Я не знаю, что мне делать, Кайл... Я всё испортил... Я сломал всё, что у меня было...
Кайл (мягко): Ты не сломан, Джейк. Ты просто ранен. Но ты можешь исцелиться.
Джейк (с сарказмом): Исцелиться? Как? Как я могу исцелиться, когда всё, к чему я прикасаюсь, превращается в прах? Когда все, кого я люблю, страдают из-за меня?
Кайл (твердо): Это неправда, Джейк. Ты не проклят. Ты просто сделал ошибки. Но ты можешь их исправить.
Джейк (отводя взгляд): Не могу. Я слишком слаб. Я не смогу.
Кайл (взяв его лицо в руки): Ты сильный, Джейк. Я знаю, что ты сильный. Ты просто забыл об этом.
Он посмотрел Джейку прямо в глаза, пытаясь достучаться до его сознания.
Кайл (искренне): Я верю в тебя, Джейк. Я знаю, что ты сможешь пройти через это. Я буду рядом, чтобы помочь тебе. Я никогда тебя не брошу.
Слова Кайла, словно лучик света, пробились сквозь мрак, окутавший душу Джейка. Он посмотрел на друга с надеждой, но тут же отвел взгляд, испугавшись поверить в то, что ему говорят.
Джейк (тихо): Я... Я не знаю...
Кайл (мягко улыбнувшись): Просто поверь мне, Джейк. Поверь, что всё ещё можно исправить. Поверь, что ты не один.
Он обнял Джейка крепче, словно стараясь передать ему свою силу и уверенность.
Вдруг Джейк отстранился от Кайла.
Джейк (с внезапной решимостью в голосе): Кайл... Мне нужно тебе кое-что рассказать...
Обстановка в комнате кричала о буре эмоций, что пронеслась здесь совсем недавно. Разбитые вещи, разорванные фотографии, осколки стекла – всё это отражало смятение, терзающее душу Джейка. И посреди этого хаоса он сидел, сломленный и отчаявшийся, сжимая в руках обрывок фотографии своей семьи.
Слёзы текли по его щекам, словно неконтролируемый поток. Он чувствовал себя опустошённым, виноватым и бессильным. Кайл, находясь рядом, молча наблюдал за его страданиями. Он знал, что сейчас главное – дать Джейку выговориться, выплеснуть всю боль, накопившуюся в его сердце.
Наконец, Джейк поднял голову, его глаза были полны боли и отчаяния.
Джейк (тихо, с трудом выговаривая слова): Я... Я убил его, Кайл... Я убил Блэквуда...
Кайл, ожидавший чего-то подобного, лишь слегка кивнул головой, не выказывая ни удивления, ни осуждения. Он понимал, что Джейка терзает не только сам факт убийства, но и что-то гораздо большее.
Кайл (спокойно): Ты сделал то, что должен был сделать, Джейк.
Джейк (закрывая лицо руками): Нет... Ты не понимаешь... Я убил его... Убил того, кто мог... мог хоть что-то знать...
Слова сорвались с его губ, полные отчаяния. Он чувствовал себя в западне, из которой не было выхода. Убив Блэквуда, он, возможно, лишил себя последнего шанса узнать правду.
Кайл (мягко): Знал? Что он мог знать, Джейк?
Джейк опустил руки, посмотрев на Кайла опустошенным взглядом.
Джейк (с горечью): Я не знаю... Но я чувствую... Я чувствую, что он что-то скрывал... Что он знал что-то о Винсенте... Что-то важное...
Кайл (нахмурившись): И ты думаешь, Винсент знал об этом? Поэтому он и приказал тебе убить его?
Джейк кивнул, снова заливаясь слезами.
Джейк (шепотом): Возможно... Возможно, я совершил ужасную ошибку...
Кайл задумался на мгновение, пытаясь оценить ситуацию. Если Блэквуд действительно что-то знал, то его смерть могла серьёзно осложнить их планы.
Кайл (решительно): Ладно, Джейк. Хватит себя винить. Сейчас это уже не важно. Важно то, что мы будем делать дальше.
Напряжение, висевшее в воздухе, не рассеялось, даже когда Джейк, казалось бы, немного успокоился. Разрушение вокруг них было лишь физическим отражением хаоса, царящего в его душе. Он снова ощущал себя раздавленным, сломленным.
Он вытер слёзы, пытаясь взять себя в руки.
Джейк (тихо): Сейчас я ничего не хочу, Кайл. Просто... ничего.
Голос его был тихим, хриплым, но в нем не слышалось больше истерики. Лицо его было опустошенным, но в нем не было уже прежнего отчаяния.
Кайл, видя эту перемену, почувствовал облегчение. Он надеялся, что худшее позади. Он решил поверить своему другу, что Джейк взял себя в руки.
Кайл (мягко): Всё хорошо, Джейк. Я понимаю.
Он положил руку на плечо Джейка, выражая поддержку.
Кайл (продолжил): Отдыхай, дай себе время. Я буду рядом.
Джейк кивнул.
Джейк (тихо): Спасибо, Кайл.
Он сел на край кровати, облокотившись на спинку, словно обессиленный. Его взгляд был устремлён в никуда.
Кайл подождал ещё немного, наблюдая за другом, а затем осторожно встал. Он дал Джейку время прийти в себя, но он не собирался оставлять его одного.
Кайл (тихо): Сегодня я
Останусь у тебя. Не хочу оставлять тебя одного.
Сейчас вернусь.
Он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. В его взгляде читалась решимость и беспокойство. Он не собирался оставлять Джейка одного.
Сцена: Коридор особняка. Ночь.
За толстой дверью, за которой все еще чувствовался привкус хаоса, теперь стояла обманчивая тишина. Кайл вышел из комнаты, стараясь не шуметь, и облегченно вздохнул, увидев Себастьяна.
Себастьян (шепотом): Как он? Все еще бушует?
Кайл (покачав головой): Вроде бы успокоился... Но я не уверен, что это надолго.
Себастьян взволнованно посмотрел на дверь, за которой остался Джейк.
Себастьян: Что нам делать?
Кайл (тихим, но решительным голосом): Нам нужно быть настороже. Сейчас главное – не оставлять его одного. Вы должны постоянно быть рядом.
Себастьян: А Вы? Вы куда-то уходите?
Кайл слегка нахмурился, раздумывая, стоит ли говорить всю правду Себастьяну. Но, в конце концов, решил довериться ему.
Себастьян кивнул, понимая, что речь идет о чем-то серьезном.
Кайл (продолжил): Если что-то случится, звоните сразу. Любой шум, любой странный звук – сразу звоните.
Себастьян (серьезно): Будет сделано.
Кайл посмотрел на Себастьяна, и в его глазах мелькнула благодарность.
Кайл (тихо): Спасибо.
Он быстро направился к выходу, оставив Себастьяна одного в коридоре. Ему было необходимо как можно скорее выяснить все подробности о Винсенте.
Выйдя из особняка, Кайл достал телефон. Ему нужно было поговорить с человеком, который мог ему помочь.
Сцена: Улица возле особняка Джейка. Ночь.
Прохладный ночной воздух приятно освежал лицо Кайла, вырвавшегося из душной атмосферы особняка. Но облегчение было мимолетным. Тяжелые мысли, словно свинцовые гири, тянули его на дно. Он знал, что времени у них осталось очень мало.
Набрав номер Эммы, Кайл прижал телефон к уху, с тревогой ожидая ответа. Но в трубке раздавались лишь длинные гудки. Эмма не отвечала.
Кайл нахмурился. Обычно Эмма всегда брала трубку, особенно если звонил он. Что-то здесь было не так.
Сбросив вызов, он набрал номер Лэйн, своей девушки, а по совместительству и лучшей подруги Эммы. Лэйн всегда знала, где находится Эмма, и что с ней происходит.
После нескольких гудков Лэйн ответила, её голос звучал обеспокоенно.
Лэйн (взволнованно): Кайл? Привет! Что-то случилось?
Кайл (серьезно): Лэйн, мне нужна твоя помощь. Ты знаешь, где сейчас Эмма?
Лэйн (тихо): Я... Я не знаю, Кайл. Я звонила ей несколько раз, но она не отвечает.
Кайл (напряженно): Попробуй ещё раз. Это очень важно.
Лэйн: Я пробовала! Много раз! Я даже к ней домой ездила. Но она не открывает дверь!
Голос Лэйн дрожал от страха.
Кайл (настороженно): Не открывает? А ты стучала? Кричала?
Лэйн: Конечно! Я стучала так, что чуть дверь не выбила! Я кричала её имя, пока не сорвала голос! Но она не отзывается!
Кайл почувствовал, как внутри него нарастает тревога. Что-то случилось с Эммой. Он был уверен в этом.
Кайл (решительно): Лэйн, оставайся там! Я сейчас приеду.
Лэйн (испуганно): Нет, Кайл! Не надо! Это может быть опасно!
Кайл (твердо): Лэйн, я должен узнать, что с ней! Я не могу её бросить!
Лэйн (вздохнув): Хорошо... Я буду ждать тебя. Но будь осторожен, Кайл!
Кайл отключил телефон и быстро направился к своей машине. Ему нужно было как можно скорее добраться до Эммы и узнать, что с ней произошло.
Сцена: Улица возле дома Эммы. Ночь.
Ночной город, обычно оживленный и шумный, сейчас казался зловеще тихим. Фонари тускло освещали пустые улицы, словно подчеркивая одиночество и тревогу, поселившиеся в душе Кайла.
Он мчался по ночному городу, стараясь не превышать скорость. Эмма могла быть в опасности, он должен был поторопиться!
Подъехав к дому Эммы, он увидел Лэйн, нервно ходящую возле подъезда. Её лицо было бледным, а глаза полны страха.
Выскочив из машины, Кайл подбежал к ней.
Кайл (обеспокоенно): Лэйн, что-нибудь изменилось? Она не вышла на связь?
Лэйн покачала головой.
Лэйн (дрожащим голосом): Ничего... Всё так же... Я стучала и кричала, но она не открывает... И телефон не отвечает...
Кайл оглядел дом. Окна квартиры Эммы были темными.
Кайл (решительно): Нужно вызывать полицию.
Лэйн (испуганно): Нет! Не надо! Вдруг с ней всё в порядке? Вдруг она просто спит? Мы не хотим привлекать к себе внимание...
Кайл задумался. Лэйн была права. Если вызвать полицию, то это может привлечь внимание Винсента и его людей.
Кайл (решительно): Тогда мы должны проникнуть в квартиру сами.
Лэйн (ужаснувшись): Как? Мы же не умеем взламывать двери!
Кайл (доставая из кармана отмычку): Умеем. Когда-то занимался этим...
Кайл подошел к двери подъезда и начал копаться в замке. Лэйн наблюдала за ним, затаив дыхание.
Через несколько минут Кайл открыл дверь.
Кайл (тихо): Пошли.
Они осторожно вошли в подъезд и поднялись на нужный этаж.
Кайл остановился перед дверью квартиры Эммы и прислушался. За дверью царила тишина.
Кайл (шепотом): Готова?
Лэйн кивнула, сжимая кулаки от страха.
Кайл достал отмычку и начал копаться в замке. Прошло несколько долгих минут, и вдруг замок щёлкнул.
Лэйн:(вопросительно смотрит) Это откуда ты такому научился? Ты так и не рассказал где ты работаешь.
Кайлу:(закатил глаза) Тебе вот реально щас это интересно?
Кайл медленно открыл дверь и шагнул внутрь. Он врубил свет в квартире.
Свет в квартире, казалось, лишь подчеркивал зловещую тишину, окутавшую каждую комнату. Мебель стояла на своих местах, словно застывшая в ожидании хозяйки. Но Эммы нигде не было, и это создавало гнетущее ощущение нереальности происходящего.
Лэйн, с отчаянием в голосе, перечисляла все возможные варианты, пытаясь найти хоть какое-то разумное объяснение. Может, она вышла за молоком в ближайший магазин? Может, ей внезапно стало плохо, и она пошла в больницу? Может, она просто решила прогуляться по ночному городу, чтобы развеяться?
Но все эти версии звучали неубедительно. Эмма была слишком ответственной и предусмотрительной, чтобы вот так просто исчезнуть, не предупредив никого.
Кайл, с нахмуренными бровями, внимательно осматривал комнату, пытаясь не упустить ни одной детали. Он знал, что ключ к разгадке может быть скрыт в какой-то мелочи, в каком-то незаметном знаке.
На столе, возле открытой книги, стояла чашка с недопитым чае.
Кайл (задумчиво): Чай... Значит, она была тут где-то тем утром или днём...
Лэйн вздохнула, обнимая себя за плечи.
Лэйн (дрожащим голосом): Куда она могла деться? Мне страшно...
Кайл подошёл к ней и обнял её в ответ.
Кайл (успокаивающе): Всё будет хорошо, Лэйн. Мы её найдём.
Но в его голосе не было уверенности. Он сам не знал, что делать.
Он направился в спальню, надеясь найти там хоть что-то, что могло бы пролить свет на исчезновение Эммы.
Кровать была аккуратно застелена, на прикроватной тумбочке лежала фотография, на которой они вчетвером – Кайл, Лэйн, Джейк и Эмма – смеялись, обнимаясь. Увидев это изображение, Кайл почувствовал, как внутри него нарастает тревога.
В ванной комнате, как и во всей квартире, царил идеальный порядок. Никаких признаков спешки или борьбы.
Вернувшись в гостиную, Кайл снова обратил внимание на ключи от квартиры, лежащие на столе. Рядом с ними лежал кошелек Эммы, полный денег.
Кайл (в замешательстве): Это действительно странно... Если бы это было ограбление, то грабители забрали бы ключи и деньги...
Он остановился и уставился в одну точку.
Кайл(выдавая шокирующую новость): Да же если ограбление, почему квартира не взломана...?