игра в обороне

Элиза

Мне нужно быть внимательнее к тому, что говорят люди вокруг меня. Я должна бы слушать, как хорошая подруга, и поддакивать, когда требуется. А что вместо этого?

Я прекрасно осознаю, кто сидит подле меня. Джастин справа, и я не могу удержаться, чтобы не заглядываться на него каждые пару минут или около того. Осознаю каждый его вздох, каждое крохотное движение. А он всего лишь сидит рядом со мной, нянча бутылку импортного пива, но я – в плену.

Верхняя губа у него полнее нижней, понятия не имею, почему я никогда не замечала этого раньше, но все, чего я хочу, – покусать эти великолепные губы, и черт! – это отвлекает. Не знаю, что со мной не так, но я никогда не испытывала этого раньше.

Во время сезона большинство парней, похоже, забывают, как бриться. Джастин – нет, но судя по восхитительной пятичасовой тени, покрывающей его четко очерченный подбородок, делает он это реже. Его глаза цвета океана на закате, и когда они встречаются с моими, меня пронзает внезапным осознанием.

Я хочу его сегодня.

Джастин отворачивается, бросая взгляд на Тедди, который как раз рассказывает о новичке по имени Морган и об убийственной игре, которую они провели в прошлые выходные. Зато мне достанется тепло его тела и его аромат, наполняющий меня счастливыми воспоминаниями и знакомым с юности ощущением безопасности. Это мне нравится. Даже очень.

Я чувствую, как его рука касается моего колена под столом, и почти удивляюсь, что не вскакиваю со своего места. На губах Джастина появляется проницательная улыбка. Он наверняка знает, как действует на меня. Самодовольный ублюдок. Я хочу дать ему попробовать его собственное лекарство, хочу, чтоб он ощутил то же безрассудное чувство, которое ощущаю я всякий раз, когда он рядом. Это неконтролируемое ощущение ново для меня. Определенно не то, что я чувствовала, встречаясь с Энди, школьным учителем.

Опустив руку под крышку стола, я кладу ладонь ему на бедро и крепко сжимаю его. Это не столько предупреждение, сколько игривая насмешка. Но если на него и действует мое прикосновение, он никак не подает виду. Выражение его лица не меняется. Джастин делает небрежный глоток пива и ставит бутылку на стол перед собой, большим пальцем ковыряя этикетку. Моя рука скользит дальше по его бедру, пока не достигает нужного места для понимания реакции.
Джастин кривит губы, переводит взгляд на меня. С нейтральным выражением лица я продолжаю свое исследование, нахожу свой приз и игриво сжимаю его. Рука Джастина хватает мою и убирает со своего затвердевшего достоинства, затем кладет ее ко мне на колени. Он бросает на меня мрачный взгляд и беззвучно шевелит губами. Я пожимаю плечами, давя усмешку.

Хотя он прав: никогда раньше не чувствовала себя такой дерзкой и безрассудной. Словно я сексуально пробудилась. Но, очевидно, Джастин не хочет, чтобы наши друзья стали свидетелями этого. Думаю, я не могу винить его за это. Хотя бы Оуэна сегодня тут нет. Он ушел около часа назад с девицей, с которой познакомился всего за пятнадцать минут до этого. Мой брат – кобель, но он также милый и верный друг, так что мы не слишком его осуждаем.

Я делаю глоток своего напитка и пытаюсь сосредоточиться, слушая, как Сара рассказывает об ужасном первом свидании, на котором она недавно побывала.

– Все просто не могло быть так плохо, – говорит милая невинная Бекка. – По крайней мере, ты ходишь на свидания.

– О нет, все было именно так плохо. Под конец вечера он просто положил руку на свой отросток и сказал, что это мое дело – позаботиться о его проблеме, поскольку именно я стала ее причиной.

Бекка сочувственно стонет, и Сара кивает, делая долгий глоток мартини.

Услышав это, я радуюсь, что не хожу на свидания, по крайней мере сейчас, пока мы с Джастином исследуем нашу химию, поскольку оба мы согласились больше ни с кем не встречаться. Честно говоря, мне кажется, я не смогла бы продолжать этот роман, если бы не этот наш уговор. Потому что, пока я разговариваю с Беккой о большой игре, делая вид, что меня ничто не волнует, я на самом деле – такая же, как все. Я испытываю сомнения и неуверенность, и, поскольку я на девяносто девять процентов уверена, что никогда не смогу сравниться с наглыми секс-куклами, которых обычно привлекает Джастин, так даже лучше. Не говоря уже о том, что безопаснее. Мне нравится знать, что он не делит свое тело с кем-то еще, сколько бы времени нам ни потребовалось, чтобы избавиться от возникшего между нами притяжения. Даже если я немного удивлена тем, как быстро он согласился на это условие. Хотя это ведь была его идея, он сам ее предложил.

– О чем задумалась? – говорит Джастин, прерывая ход моих мыслей.
Я плотно сжимаю губы. Не могу же я признать, что он занимал все мои мысли, особенно когда ко мне через стол поворачиваются несколько пар глаз.

Пожимаю плечами.

– Да ни о чем. Просто радуюсь, что завязала со свиданиями после катастрофы по имени Энди.

Сара поднимает бокал и в знак солидарности чокается со мной.

– Да здравствует холостая жизнь. – Она улыбается мне.

Парни начинают разговаривать на своем жаргоне, который я, вероятно, никогда не пойму. Я слышу, как Тедди повышает голос, страстно защищая то, в чем его, без сомнения, обвиняла Сара.

– Да, но когда девушка на свидании заказывает салат, – говорит Тедди, склоняясь вперед, опершись на локти, – а потом круглыми глазами смотрит на мой стейк с картошкой, тут я подвожу черту. Просто закажи, чего хочется. Не надо тырить мою еду.

Сара издает тихий протестующий звук.

– Ты всегда делишься картошкой, ТиКей. Это как правило, – поправляет его Бекка.

– Ты просто худший, Тедди, – твердым тоном добавляет Сара.

– Ладно. – Тедди откидывается на спинку стула, скрещивая на груди мощные руки. – Давай выслушаем твою сторону. На самом деле все должны делиться. Выслушаем твой самый проницательный комментарий о противоположном поле.

– Что ты подразумеваешь под комментарием? Типа совет? – спрашивает Бекка.

– Ну да, – улыбаясь, соглашается Тедди. – Совет.

Тедди всегда готов по-доброму подурачиться. Он немного напоминает мне Оуэна, потому что Оуэн тоже всегда весел и не позволяет ничему вывести его из равновесия. Но мой брат – светлее, с песочно-каштановыми волосами и серыми глазами, тогда как у Тедди – темные волосы и глубоко посаженные глаза кофейного цвета, в уголках которых появляются лучики, когда он смеется.

– Я начну, – говорит Тедди, делая быстрый глоток пива. – Негласное правило: если я делаю замечание девушке и оно может быть истолковано двояко, причем одно из толкований оскорбляет ее, я имею в виду совсем иное.

Бекка тихонько хихикает, а Сара толкает Тедди в плечо.

– Ты идиот.

Он отвечает ей яркой улыбкой.

У них интересная дружба, это точно. Из того, что я видела, когда они вдвоем, то в основном проводят время, обмениваясь колкостями и жалуясь на представителей противоположного пола. Тем не менее очевидно, что они близки.

– Твоя очередь, братан, – Тедди указывает на Джастина.
На секунду я сомневаюсь, будет ли Джастин подыгрывать ему. Обычно он не увлекается играми Тедди, но, помедлив, он открывает рот, чтобы ответить.

– Получив одно, отдай вдвое, – говорит Джастин.

Мы с Сарой улыбаемся. Она поднимает бокал.

– Вот-вот. Это мне нравится.

Тедди закатывает глаза.

– Ладно, Джастин, если ты так любишь отдавать вдвое, почему бы тебе не дать еще один совет.

И снова Джастин размышляет, прежде чем ответить, и я не уверена, что он добавит что-то, но он добавляет:

– Нет ничего сексуальнее, чем уверенная в себе девушка, которая делает первый шаг. – Говоря это, Джастин смотрит прямо на меня, и по спине у меня бегут мурашки. Это он про недавнее, когда я щупала его под столом? Пусть даже он заставил меня прекратить, может быть, ему понравилась моя инициатива? На самом деле я не вполне уверена, но надеюсь, что скоро это выясню.

Сара подает официанту знак, чтобы обновил напитки, а потом склоняется к нам, будто собирается посвятить нас всех в тайну.

– У меня есть совет. У женщин есть два типа увлечений: первый – «проклятье, он так хорош, я хочу трахнуться с ним», и второй… «проклятье, он – все для меня, хочу за него замуж».

– У мужиков так же, – говорит Тедди.

Все смолкают на секунду, и я хочу взглянуть на Джастина, чтобы увидеть его реакцию, но теряю самообладание, а через секунду его телефон жужжит, и он выуживает его из кармана.

– Это Оуэн, – объявляет он, удивленно глядя на экран.

– Что не так? – Я склоняюсь ближе, бросив взгляд на его телефон.

«Нужна скорая секс-помощь, чувак. 911»

Я хмурюсь, когда Джастин начинает набирать ответ. Что, черт возьми, такое «скорая секс-помощь»?

«Нет кондомов?»

«Хуже. Можешь приехать сюда?»

«Сейчас?»

«Да, мать твою, сейчас»

Мы с Джастином обмениваемся удивленными взглядами, прежде чем телефон вновь издает звук.

«СРОЧНО. Черт, поторопись»

В животе у меня все переворачивается, и я начинаю беспокоиться. Мы вновь переглядываемся, но он лишь пожимает плечами.

– Понятия не имею, что происходит, но, может, нам стоит выдвигаться?

Я киваю как раз в тот момент, когда на экране появляется адрес.

Джастин вынимает кошелек из кармана и оставляет на столе несколько купюр, достаточно, чтобы заплатить за оба наших напитка и еще оставить щедрые чаевые.

– Вы это куда? – спрашивает Бекка с легким подозрением в голосе. Я уверена, она считает, мы уходим, чтобы перепихнуться. Печально, но это не так.
– Придется вытаскивать Оуэна из какой-то передряги, – говорю я.

Бекка хмурится.

– Что случилось?

Джастин снова опускает взгляд на телефон, и то, что он увидел на экране, заставляет его содрогнуться. Это очень странно, потому что никогда в жизни я не видела, чтобы Джастин дрожал.

– Какая-то секс-катастрофа, – шепчу я Бекке.

– Как вообще можно вляпаться в какую-то секс-катастрофу? – спрашивает Бекка достаточно громко, чтобы услышал весь столик.

Боже, храни пьяную Бекку. У этой девчонки вообще нет тормозов.

Отвечает Тедди:

– Это Оуэн. Этот парень изобретателен, что еще тут можно сказать?

– Элиза? – зовет Джастин, и мой взгляд тут же обращается к нему. – Нам лучше поторопиться.

– Верно, – киваю я.

Я быстро обнимаю на прощание Бекку и Сару.

– Позвони мне позже, – требовательно говорит Бекка как раз перед тем, как мы с Джастином уходим.

Ручаюсь, ей интересно, что происходит, но, откровенно говоря, интересно и мне. Это немного болезненный интерес, потому что Оуэн – мой брат и есть неплохие шансы на то, что едва я узнаю, что это за чрезвычайная ситуация, у меня останется психологическая травма на всю жизнь. Боже, чего не сделаешь ради семьи…

Поскольку мы планировали всю ночь пить, ни у кого из нас нет машины, и нам приходится ловить попутку до оставленного Оуэном адреса, но дорога не занимает много времени, потому что уже ночь и на улицах практически пусто.

Машина останавливается перед кирпичным многоквартирным домом, и, хотя он не выглядит зловеще, я внезапно волнуюсь еще сильнее, чем раньше.

– С ним все в порядке? Я вроде как боюсь туда заходить, – говорю я Джастину напряженным голосом, пока мы выбираемся из машины на тротуар.

Джастин издает короткий смешок, звук едва слышен.

– Он в порядке. Он, мать его, идиот, но он это переживет.

Я сглатываю и киваю. Затем чувствую, как рука Джастина крепко сжимает мою, когда мы начинаем подниматься по ступеням на третий этаж. Сегодня на улице холодно, а лестница открыта всем ветрам, так что я плотнее запахиваю флисовую куртку, пока мы идем по ступеням.

Мы останавливаемся перед триста шестнадцатой квартирой, и Джастин дважды стучит в дверь, прежде чем открыть ее.
Гостиная пуста, из мебели здесь один бежевый диван да телевизор с плоским экраном. Еще имеется когтеточка для кошки, и в момент, когда я замечаю это, из-за угла появляется рыжий полосатый кот, с любопытством разглядывающий нас. Это так чертовски странно.

– Джастин? Это ты? – голос Оуэна раздается из дальней спальни.

– Да. Это я, и Элиза тоже тут.

– Твою мать, – ругается Оуэн в другой комнате. – Она должна подождать снаружи.

Джастин быстро переводит взгляд на меня.

– Ну, ты слышала.

Что мы тут делаем? Часть меня не хочет знать, а другая – умирает от любопытства. Во что мой старший брат вляпался на этот раз?

– Стой тут, ладно? – говорит Джастин, отпуская мою руку со слабым пожатием.

Я киваю, ощущая легкий ужас и немного веселья.

Джастин исчезает в спальне, и почти сразу раздается его резкий, лающий смех, за которым следует негодующий стон. Я слышу, как они обмениваются несколькими фразами, но не могу разобрать, о чем речь. Может быть, это и к лучшему, потому что я не уверена, что хочу знать, в какую передрягу, как обычно, попал мой старший братишка.

Когда Джастин появляется несколько минут спустя, Оуэн следует за ним, застегивая свои джинсы и надевая свитер через голову.

Оуэн избегает встречаться со мной взглядом, и у меня странное чувство, будто с ним случилось нечто плохое. Пока мы следуем за Джастином к входной двери, я ускоряю шаг, чтобы догнать его, тронуть за плечо, и он поворачивается, чтобы взглянуть на меня.

– Что случилось, Оуэн? Все в порядке? – спрашиваю я.

Выражение лица у Оуэна мрачнее, чем я когда-либо видела.

– Чувствую себя оскверненным.

Джастин коротко смеется.

– Уверен, ты получил по заслугам.

– Какого черта тут происходит? – Я снова пытаюсь добиться подробностей, но они идут дальше, и мне не остается ничего иного, кроме как следовать за ними.

– Давайте никогда больше не будем говорить об этом, – бормочет Оуэн, закрывая за нами дверь.

– Как скажешь, – произносит Джастин, когда мы начинаем спускаться по лестнице.