Открой свое сердце

Каким-то невероятным образом, но у Тобирамы оставалось всё меньше и меньше свободного времени. По утрам она завтракала с Мадарой, затем делала зарядку и упражнения на гибкость, после тренировалась в тайдзюцу с Изуной, который с удовольствием составлял ей компанию. Потом принимала душ и шла на занятие с малышами к озеру. Часов в четыре-пять, когда Тоби наконец-то освобождалась, её затаскивала Шуи во всякие девчачьи клубы. Это было похоже на собрание по интересам, где девушки делились сплетнями, рецептами блюд, обучали друг другу всяким штучкам, а иногда и устраивали спарринги, когда становилось совсем скучно.

И опять же, женщины клана Учиха приняли Тобираму как родную: окружили, задавали разные вопросы, а потом начинался Ад. Девушки удивлялись мягкости волос Тобирамы, спрашивали, каким лосьоном она пользовалась, какие блюда умела готовить, какие её предпочтения в самом разном и были ли у девушек Сенджу какие-нибудь особенные секреты в вышивках. У Тобирамы голова шла кругом от обилия вопросов. Девушка старалась отвечать на всё, заставляя остальных заинтересованно слушать.

Тобирама никогда не увлекалась девчачьими штучками, поэтому всё это было в новинку. На этих посиделках её учили. Девушка всегда была рада учиться чему-то новому, тем более с хорошей памятью и отличной моторикой повторить различные элементы вышивки не составляло труда. Но для неё вышивка крестиком была слишком скучна и бесполезна, поэтому Тоби попробовала вышить фуины. Какое же это вызвало у всех удивление, когда они мало того, что работали, так ещё и оказались даже сильнее, чем на бумаге. После этого каждый член клуба испробовал этот метод, приходя в восторг.

Еще её учили готовить. Правильней сказать, пытались научить. У Тобирамы блюда получались как с картинки, с хорошим запахом и приятным вкусом, но… последствия были удручающими: от лёгкого до тяжёлого отравления желудка. Наученная же опытом Тобирама предупредила девушек, но те не поверили, из-за чего мучались. Возникла идея приготовить яд. Идея удалась. Яд вышел отменный, высшего качества и даже приобрёл несколько полезных функций: потеря специфичного запаха, а в некоторых случаях исчез вкус. Руки Сенджу были признаны оружием массового поражения.

Ближе к вечеру Тобирама помогала Мадаре с бумагами, затем следовали ужин и почти ночная прогулка по клановым территориям. Иногда они лежали на крышах, рассматривали звёзды и пытались что-то найти в небе. Это было самое приятное времяпровождение, которое без счастливой улыбки не вспомнишь.

Выходные, когда не нужно было быть преподавателем (не каждый же день учить малышей), Тобирама посвящала созданию новых техник или лёгкому чтению. Такая жизнь её вполне устраивала. Только в те моменты, когда мозг был ничем не загружен, в голову лезли волнующие мысли: а как там Хаширама?

Тобирама жутко скучала по брату: весёлому, громкому, беззаботному, немного неуклюжему, ленивому, но такому родному, что хотелось встретить его, подойти и крепко обнять. Всю жизнь прожив под одной крышей, Тобирама привыкла, что брат всегда рядом, поддерживал одним своим присутствием, улыбкой, а сейчас она одна, как и он. Она волновалась о его психическом состоянии, ведь знала, как сильно могли измотать нервы Старейшины со своими нравоучениями. Но не стоило забывать и об огромных пачках документов, которые сто процентов завалили комнату. Как Хаширама с ними справлялся? И что самое главное, не развязал ли он с каким-нибудь кланом войну? Тобирама волновалась и ждала того момента, когда Мадара наконец-то снимет печать. Она смогла бы быстренько прогнать чакру по чакроканалам и переместиться к Хашираме, обнять его и уткнуться в его крепкую грудь, говоря, как сильно она скучала.

Но это всё будет потом, а пока девушка и Мадара делали планировку будущей деревни, о которой брат и один конкретный Учиха мечтали с детства.

***

Мадара так замотался по делам клана, постоянно просматривая заявления о миссиях, нередко отправляясь лично, муштруя подчинённых, проводя общие тренировки, подписывая различные заявления и «слушая» Старейшин, что совсем забыл о том, что Тобирама, как бы из чужого клана и за ней нужно присматривать. Большое упущение, которое Мадара заметил только сейчас, выпивая вторую кружку чая и замечая, как Сенджу куда-то ушла.

«Между прочим, уже как вторую неделю подряд», — ехидно подсказала память. Мадара вспомнил, что Тобирама в последнее время приходила домой только под вечер, где-то проводя целый день. Куда можно было пойти во вражеском клане Учиха, не представлял. Хотя аргументом это не являлось, так как он выпал из жизни клана минимум на полтора месяца.

Решив проследить за девушкой, Мадара удивлённо пришёл к озеру, садясь рядом с Изуной на ветку дерева, который увлечённо доставал печенья из мешочка.

— Что тут происходит? — шёпотом спросил Мадара, смотря, как вокруг собиралось довольно большое количество детей лет четырёх-пяти.

— Ты отстал от жизни, аники. Тобирама уже как две недели обучает наш молодняк, — Мадара неверяще уставился на брата. — Ладно, так и быть, расскажу тебе последние новости, а то ты за бумажками всё пропустил. В общем, твоя Тобирама довольно хорошо влилась в нашу жизнь. Ходит на девчачьи посиделки с Шуи, травит мужей заскучавших жен, варит яды, обучает наших мелких, тренируется со мной и, что самое обидное, иногда укладывает на лопатки.

— Не понял. Это как так вышло, что родители отпустили своих чад? Мамочки же трясутся над своими детьми сильнее, чем курицы наседки. И неужели Тобирама настолько акклиматизировалась у нас?

— Ну-у-у… — слегка замялся Изуна. — Возможно, всё дело в том, что Сенджу живёт с тобой и… спит в одной комнате. Отсюда пошли некоторые слухи, — наследник старался смотреть, куда угодно, но только не на ошеломлённого брата. — Тем более, Тобирама ведёт себя мирно, в конфликты не ввязывается, даже помогает в некоторых моментах.

— Я в шоке. Нашим бы только слухи распускать, — хмыкнул Мадара, смотря, как Тобирама рассказывала о движении чакры в организме.

— То есть те искры, что я вижу, не летают между вами, и это всего лишь слухи?

— Вот уж не думал, что ты станешь той ещё сплетницей, Изуна, — отвлёкся Мадара, всматриваясь в лицо брата. — Пока ещё рано о чём-то говорить.

Глаза младшего округлились, улыбка стала поистине кошачьей, и ещё немного, как тот бы восторженно завилял хвостом.

— Совет вам да любовь, — и был таков, исчезая, как можно быстрее, пока брат не применил огненное уничтожение.

У Мадары задёргался глаз. Иметь такого хитрожопого брата одна морока, но весело, что сказать. Парень спрыгнул с ветки и подошёл к импровизированному классу. Дети, как и Тобирама, заметили его, повскакивали с места и обступили главу их клана:

— Мадара-сама, рады вас видеть!

— Здравствуйте, Мадара-сама!

— Мадара-сама, а что вы здесь делаете?

Со всех сторон доносились вопросы, все перебивали друг друга, создавая какофонию звуков. Мадара на мгновение даже пожалел, что спустился, но быстро прогнал от себя эти мысли.

— Дети! — окликнул их громкий голос Тобирамы. — Я, кажется, говорила вам, что пока урок не закончится, отвлекаться нельзя. Тем более, посмотрите на Учиха, он уже готов сбежать от вашего натиска. А ну, быстро отлипли от него и извинились! — командный голос девушки пробирал до дрожи. Дети отошли, опустили головы и в один голос извинились:

— Просим прощение, Мадара-сама, — мужчина не мог не умилиться этому.

— Я пришёл посмотреть, что тут у вас происходит. Как проходит учеба? — Мадара, вообще-то, спросил у Тобирамы, но детишки вновь начали болтать, считая, что обратились к ним.

— Тобирама-семпай классная!

— Да, семпай рассказывает так много всего интересного, сегодня мы изучаем движение чакры в организме и как правильно её использовать.

— Тобирама-семпай рассказала нам как ускорять движение чакры на чуть-чуть, чтобы двигаться быстрее! Надеюсь, что мы сегодня попробуем это.

— А ещё, благодаря Тобирамы-семпаю, мы все научились делать огненный шар!

— И ходить по деревьям! По воде пока не хватает контроля.

— А ещё семпай говорит, что физическая подготовка очень важна, поэтому мы выполняем различные упражнения перед занятием и дома.

— А ещё Тобирама-семпай учит нас основам фуиндзюцу, — проговорила малышка Кои, протягивая тетрадку с символами Мадаре.

Мужчина взял книжку и принялся изучать всё с первой страницы. Сначала корявый детский почерк становился всё лучше с каждым уроком, ведь чтобы работать с фуин, приходилось на должном уровне владеть каллиграфией. Базовые символы, значение каждого, с какими их можно поставить в связку, как они взаимодействовали, правильное размещение на печати…

— И вы всё это знаете? — спросил Мадара, отдавая Кои её тетрадку.

— Стараемся. Тобирама-семпай очень интересно рассказывает, а если кто-то что-то не поймёт, попробует объяснить по-другому. Если же и это не выходит, мы объединяемся, чтобы по-своему объяснить другу момент.

— Да! Мы стараемся отрабатывать всё, чему нас научила семпай, ведь всё может пригодиться.

— И мы не начинаем новую тему, пока все не разобрались.

— Ведь мы тренируемся не только на занятиях, но и дома.

— Тобирама-семпай очень крутая! — сошлись дети во мнении, смотря обожающим взглядом в донельзя смущённую Тобираму.

— Кхм… — пыталась собраться с мыслями Сенджу. — Может, покажете огненный шар Мадаре?

Дети с радостью согласились и на перегонки понеслись к озеру. Тобирама подождала, пока к ней подойдёт Мадара, и они вместе пойдут смотреть огненное представление. Дети главу клана поразили. В таком маленьком возрасте все показали очень неплохой результат — минимум три метра в диаметре. Но больше всех выделился Кагами, тот мальчик, что сплотил вокруг себя компанию — он сделал шар в шесть метров.

Мадара посмотрел на всё это, подивился и предложил устроить небольшое состязание между учениками Тобирамы и детьми, которых обучали родители. Дети и Тобирама с боевым настроем восприняли эту идею, а дети уже мечтали, как утрут нос своим старшим братьям и сёстрам.

Девушка отпустила ребят погулять сегодня, сказав, что все большие молодцы и даже если не смогут выиграть состязание, то покажут достойный результат. Малыши сказали, что будут тренироваться в два раза усерднее, чтобы не опозорить своего семпая. Пришлось Тобираме ещё раз провести лекцию о недопустимости перегрузки чакроканалов. Но, кажется, дети её не слушали, пребывая в мире своих грёз.

Малышня разбежалась, а Мадара и Тобирама остались наедине.

— А из тебя вышел неплохой учитель, — сказал Мадара, кладя руку девушке на пушистые волосы. Та что-то пробухтела про тянущих, куда не нужно, руки Учиха, но ладонь не скинула, а даже как-то расслабилась.

— Я очень ценю знания и люблю, когда их правильно используют и понимают. А ещё это сплошное удовольствие, когда тебя так внимательно слушают.

— Слушай, может, тогда потренируешь моих шиноби? А то я уже устал пытаться их хоть чему-то научить. Ленивые такие, а мелочь тебя слушает и с таким обожанием смотрит. Колись, чем их заинтересовала?

— Со своими сам разбирайся, — фыркнула Тобирама, — а насчёт последнего… Возможно, отношусь как ко взрослым? И интересно рассказываю.

— А что это за новости, что ты чужих мужей травишь? — резко перевёл тему Мадара.

— Вообще-то, я тут не причём. Просто девушки теперь специально просят меня что-то приготовить, чтобы… пошутить над своими мужьями, — возмущённо и чуть смущённо проговорила Тобирама.

Мадара засмеялся, в который раз восхищаясь навыком девушки готовить отраву буквально из элементарных продуктов. Тобирама всё больше и больше, с каждым днём нравилась Мадаре. Мужчина непривычно добро посмотрел на Тобираму, которая увлечённо рассказывала о маленьких Учиха, что быстро всё запоминали и были просто душками. Ну, а после, словно что-то в голове перемкнуло, Мадара схватил девушку под коленки, перекинув через плечо, пока та от неожиданности звонко вскрикнула, в миг переместился на озеро и скинул девушку в воду.

Тобирама барахталась, Мадара слышал проклятие в свой адрес, а после всё стихло, и парень испугался, а умела ли Сенджу плавать? Но руки, что неожиданно схватили его за лодыжки, сбив концентрацию, с силой потянули вниз, окуная Учиха с головой. Завязалась борьба, в ходе которой они топили друг друга, обливали и без того мокрые тела, а после, у берега, в конец устав, лежали наполовину погруженные в воду.

— Я тебя ненавижу, — пыталась отдышаться Тобирама, тыкая кулаком в плечо Мадары.

— Да, было весело, — с улыбкой проговорил Учиха. — Пошли домой?

Что-то в этом вопросе было очень интимным. Что-то, что трогало струны души, которые девушка старательно пыталась спрятать. Тобирама не была глупой, но была недоверчивой и не хотела выходить из зоны комфорта. Но разве обманывать саму себя не есть плохо? Не лучше ли признаться, что ей нравится Мадара? Не лучше ли признаться, что именно такого мужчину она хотела бы видеть рядом с собой?

«Домой…»

— Да, пошли.

Но терзаемая внутренними противоречиями Тобирама сама себя загоняла в угол, сама себе придумывала рамки. «Он Учиха, а я Сенджу. Мы не можем быть вместе. Не должны».

Тобирама, чувствуя, как мокрая одежда неприятно прилипала к телу, скрестила руки, пытаясь согреться, а слишком весёлый Мадара предложил донести её до дома. Сенджу хмыкнула, но от предложения отказалась, говоря, куда Учиха мог с этим пойти. Мадара же закатил глаза, схватил Тобираму поперёк талии и с помощью чакры за минуту добрался до дома, по пути специально уронив бурчащую девушку, а у земли поймав под колени и талию. За испуг Мадара поплатился пучком вырванных волос, но отличное настроение не могло испортить абсолютно ничего.