глава 4.
Несмотря на то, что сейчас ноябрь, за ночь будто выпала месячная норма снега. Я вышла на улицу в 9 утра и, из-за сугробов, добралась до магазина только к половине десятого, хотя обычно у меня это занимает не больше пятнадцати минут. Сегодня воскресенье, а значит я выхожу на полную смену в наш Универсамчик. Ба с Де обычно в этот день уезжают на дачу и возвращаются только в понедельник.
Раньше мы ездили на выходные туда все вместе: я, родители и Ба с Де. Но с момента как в нашей семье появилась Оля, отец запрещал мне появляться там. Оля стала его новой женой вскоре после того как умерла мама. Отношения наши с ним сильно ухудшились после этого, да и с ней до сих пор не наладились. Это стало одной из причин, почему я решила вернуться из Москвы обратно в Казань.
Прийдя на работу, я первым делом заварила чай, чтобы немного согреться. Отопление до сих пор не дали, поэтому придётся почаще пить его. Усевшись с чашкой чая в кресло, на котором обычно восседала, я погрузилась в воспоминания.
*Июнь 1976*
Мы с Вовой и Маратом возвращались с очередного утреннего похода к его тёте, которая приехала с Набережных Челнов, чтобы передать нашим семьям продукты, которых в городе обычно не достать, или те, которые отличались особым качеством. Диляра впервые отпустила с нами Марата так далеко и надолго, мы не были против, а он был просто в восторге. Держа меня за руку, он внимательно разглядывал местность дворов и был поражён тем, какие виды открываются за пределами его собственного. Вова нес тяжёлые сумки, щурясь от раннего солнца, которое уже во всю светило, наконец он остановился и произнёс:
- Я устал, давайте лимонада попьём.
Мы конечно же были не против, дойдя до ближайшего автомата с газировкой, он аккуратно поставил сумки на землю и стал рыться в карманах. Достал небольшую горсть монет и стал пересчитывать.
- Ну вот, 9 копеек, отлично.
Первая порция лимонада ушла трехлетнему Маратику, следующая мне, и наконец Вова торжествующе набрал стакан для себя.
- А я хочу еще! - воскликнул Маратик.
- Дома попьёшь, - ответил Вова.
Мы дошли до моего дома и Вова помог поднять мне сумки на этаж. Когда мы подходили к квартире, то уже слышали как Ба суетливо собирает вещи на дачу. Де как обычно ее успокаивал и говорил, что у нас всё уже готово и ничего лишнего брать с собой не нужно. Поприветствовав нас, он забрал сумки у Вовы и понёс их на кухню. Ба, завидев нас, радостно воскликнула:
- Уже вернулись, мои золотые! - она поочерёдно одарила нас поцелуями в щёку. - Чай пить будете?
- Не, спасибо, баба Люба, нас дома уже папа с Дилярой ждут наверное, мы пойдём! Увидимся на даче, - Вова вежливо откланялся, утягивая за собой Марата.
- Пока! - крикнул он из подъезда.
Мальчишки ушли, а меня всё-таки усадили за стол. Де раскладывал продукты в холодильник и не оборачиваясь, спросил:
- Убежали женихи, - посмеялся он. - Вот так вот скоро из Калининой в Суворову и переименуешься, птичка.
- Де, не говори глупости! - запротестовала я.
- А что? Вовка не жених уже тебе? Ты бабушке только не говори, а то ее точно удар хватит.
- Отчего меня удар хватит, опять натворил что-то?
- Я вообще стою вот масло складываю, ничего больше.
Только мы все уселись за стол, как в коридоре послышался звук открывающейся двери. Пришёл папа и я побежала его встречать. Выбежав ко входу я крепко обняла его, мы не виделись целую неделю из-за его командировки. Он подхватил меня на руки и сделал небольшой поворот, только оказавшись в его объятиях, я заметила, что приехал он не один. В дверях стояла молодая девушка, она нервно перебиралась с ноги на ногу, прокручивая в руках ручки от сумки.
- Ой, пап, - я посмотрела на него. - А это кто?
Ба с Де тоже вышли в прихожую, посмотреть, что происходит. Папа опустил меня на пол и завел девушку в квартиру.
- Мам, пап, - начал он. - Это Оля... Мы встречаемся уже год. Я хочу на ней жениться.
Ба с Де ничего не сказали, просто смотрели на меня, ожидая реакции. Папа опустился передо мной на корточки и взял за руку.
- Катюш, тетя Оля будет с нами жить теперь. Она теперь будет твоей мамой.
- Папа, ты дурак? - удивлённо вскрикнула я.
- Катя! - Ба одёрнула меня.
- Это не моя мама! И она тоже дура, я ее не люблю! И тебя не люблю! - крикнула я, за что он сильно шлёпнул меня по губам. От неожиданности я зажала рот руками, на глазах навернулись слёзы. В полном оцепенении я замерла на месте.
В воздухе повисла напряженная пауза. Он схватил меня за руку и потащил в комнату. Ба бежала за ним, взволнованно что-то вскрикивая. Затолкнув меня в комнату он крикнул:
- Чтобы я больше от тебя такого не слышал, поняла?
- Нет, буду кричать! Ненавижу тебя!
- Мала еще, чтобы такими фразами раскидываться! Остаешься дома сегодня, никуда не поедешь.
Он захлопнул дверь, а я запрыгнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку.
*Ноябрь 1989*
Звук открывающейся двери магазина заставил меня вырваться из воспоминаний.
Внутрь вошли трое мужчин. Один из них, был в кожаном плаще и меховой шапке из под которой выбивались кудрявые пряди волос. Он решительно направился прямиком ко мне, пока его приятели разбрелись по магазину.
- Доброе утро, маленькая, а где Виктор Иванович?
Вот почему Де не хотел, чтобы я выходила на работу сегодня. Он говорил мне, что его уже долгое время навещают двое старших из группирок, на границе которых находится магазин. Хотят, чтобы мы работали с ними вместе взамен на так называемую "крышу", якобы другие группировки не смогут никак навредить магазину, а если такое случится, то спросят с них по полной. Конечно же Де непреклонен и не собирается отдавать львиную долю выручки каким-то проходимцам. Пенсия у них с Ба не такая большая и магазинчик как раз покрывает все расходы, на которые может не хватить.
Я закрыла кассу на ключ и незаметно убрала его в карман. Оглядывая меня с ног до головы, мужчина усмехнулся. Он сделал шаг ближе и облокотился на стойку.
- Виктор Иванович на выходном, вы что-то хотели ему передать? - ответила я.
- Узнать у него хотел, подумал ли он над моим предложением, а то время идёт, а мы так и не получили ответа. Не порядок.
- Он сказал вам всё уже давно. Ищите себе другую добычу, - сухо бросаю я.
- Ах вот как. А ты что ли внучка его? Слышал вернулась недавно, как звать тебя?
- Вас это не касается.
- Ну че ты кобенишься, маленькая? Я понял, что ты в деда своего, упрямая, - он наклонился, чтобы сравняться со мной взглядами. - Но мне это нравится. Я всё не пойму, че вам надо еще. Прихожу каждый раз, упрашиваю. Дай, Витя, мне долю в магазине. Дай помочь, обезопаситься. Да, это не бесплатно. Но зато как надёжно.
- А что надежного? - возмутилась я. - Хотите полноправно отбирать деньги у моей семьи только и всего.
- Ну так мы где живем-то? - воскликнул один из его дружков. - Совэтский союз! Делиться надо.
Они втроём засмеялись, но мне было не до шуток. В магазин зашла женщина с ребёнком, они остановились прямо в проходе. Я выглянула из-за плеча своего собеседника и помахала рукой.
- Доброе утро, проходите пожалуйста, выбирайте, - затем я посмотрела на своего переговорщика. - Вы задерживаете очередь. Если ничего не собираетесь брать, покиньте пожалуйста помещение.
- Брать? - усмехнулся он. - Брать будем, - он обернулся ко второму своему товарищу, тому, что был раза в два покрупнее их двоих. - А ну-ка, Демидка, возьми там, что подороже.
Демид подошёл к витрине с импортными товарами и чуть касаясь ударил по стеклу, с его силой этого хватило, чтобы витрина разлетелась в дребезги. Женщина, стоявшая у дверей чуть вскрикнула и сильнее прижала к себе дочку, в надежде защититься от троих этих беспредельщиков. Мужчина несколько секунд смотрел на витрину и вытащил оттуда партмане с серебряной застёжкой из Варшавы. Я наблюдала за происходящим будто в трансе, настолько меня шок порвало их поведение.
- Сколько он там стоит? - поинтересовался их главный.
- Сороковник, - ответил ему Демид.
- Отлично, - он развернулся, оглядел остальное помещение магазина и указал пальцем на стеллаж с фигурками из камня, которые Де мастерит сам. - Вот полочка еще кривовато висит, подправь-ка, Демидка.
В это же мгновение, стеллаж, вырванный с корнем, лежал на полу, а по всему полу были разбросаны побитые части от фигурок. Мужчина снова развернулся ко мне и перекинулся через кассу.
- Надеюсь, еще увидимся, маленькая и ты посговорчивее будешь. А может и деда своего вразумить сможешь.
Он вышел, а за ним следом двинулась его свита. Загнанная в угол женщина наконец выдохнула и отпустила свою дочь, находившуюся на грани того, чтобы расплакаться. Они встревоженно подошли к кассе.
- Батюшки, да что же это творится! - заохала она. - Бедный Виктор Иванович, никак он не отвяжутся от него, прости Господи! Тут ведь урона на все рублей триста! Милая девушка, что же вы, полицию вызывать надо!
- Пустяки, разберёмся. Что вы хотели?
- Нитки швейные, мыла два куска и порошок зубной.
Отпустив им товар, я принялась за уборку. Начала с разбитой витрины. Аккуратно начала собирать осколки, но резкий звук открывающейся двери испугал меня и все осколки из моих рук полетели прямо на пол, один из них поранил меня. Теплая алая кровь хлынула из пальца, я резко повернулась на каблуках и увидела на пороге Турбо. Он шокированно осматривался, не понимая, что происходит.
- Не понял, че за херня? - спросил он. Видя, как я закусила палец, он пулей подлетел ко мне. - Ты как, нормально?
- Привет, нормально, сейчас уберу всё, а ты что делаешь здесь? - удивилась я.
- Да сидел с пацанами, а там женщина шла по улице кричала, что Универсам разбомбили, вот я и пригнал, - он смущённо почесал затылок.
- Спасибо за беспокойство, но не надо придавать этому такое значение, с ними по-другому надо.
- Бля, ты стоишь в туфлях на горе осколков, с такими надо по жёсткому разговаривать. С девчонок спрашивать западло, это точно не наши.
Валера был сильно взбудоражен, будто пропустил что-то очень важное, метался из стороны в сторону, затем он еще раз взглянул на пол и перевёл взгляд на меня.
- Блять, я долбоеб.
Он подхватил меня на руки и понес через весь магазин к прилавку. Усадив меня рядом с кассовым аппаратом, он взял мою раненую руку, из пальца всё еще сочилась кровь.
- Знаешь уродов этих? - спросил он.
- Впервые вижу, но это чьи-то старшие, по ним видно было.
- Ладно, узнаю через своих, они то их расхуярят точно за такие выходки. Потом расскажешь как все было. Где аптечка у вас?
- В месте твоей свободы, - я кивком указала в сторону подсобки.
Турбо помог обработать мне рану, а сам принялся убираться в магазине, категорически запрещая мне хоть к чему-то притрагиваться. Собрал весь мусор и даже помыл полы. Я подобрала остатки уцелевших фигурок и поставила их на заново прикрученный стеллаж.
- Де, конечно, расстроится, - тяжело вздохнула я. - Но спасибо тебе, я бы тут одна до вечера пахала.
- Пожалуйста.
Его взгляд вдруг посмурнел и он опустил голову. Немного прокашлявшись, он заявил:
- Я останусь, пока ты не закроешься.
- А как же твои дела?
- Похрену на дела.
- Валер...
- Я всё сказал, - вдруг выкрикнул он, но затем, увидев мой испуганный взгляд, смягчился. - Извини.
Кроме той женщины с ребёнком, за весь день в магазин заглянула ещё пара старушек и маленький мальчик, взяли они не так много, приблизительно раз в 20 меньше, чем нанесли урона сегодняшние утренние посетители. Турбо всё это время напряжённо наблюдал за прохожими на улице, будто пытаясь просканировать их и узнать, был ли это кто-то из них. Не в силах больше смотреть, как он там мёрзнет, я вышла из магазина.
- Я закрываю магазин, никто уже не придёт сегодня, идём.
- Куда?
- Я тебе чая налью.
- Не надо, - он уже собирался идти, но я успела перехватить его ледяную ладонь. От неожиданной близости глаза его расширились.
- Ледышка, - усмехнулась я. - Это не обсуждается.
Мы зашли обратно в магазин, и я заперла дверь изнутри. Погасила свет и закрыла кассу. Чайник был еще горячим, с моего прошлого чаепития, поэтому сильно долго кипятка ждать не пришлось. Валера очень долго не соглашался вообще ни на что. Наконец он снял с себя свою телогрейку и уселся в кресло. Я поднесла ему кружку с чаем, обхватив горячий напиток своими ледяными руками и он заметно расслабился.
- Спасибо.
Во время того как он пил чай, мы сидели молча, я перебирала вещи на столе, но затем почувствовала на себе пристальный взгляд. Валера смотрел на меня, постукивая пальцами по кружке.
- Всё нормально?
- Да, просто... - внутри него будто шла какая-то борьба за то, чтобы решиться и продолжить фразу. - Ты очень красивая.
- Спасибо...
От смущения, я заправила волосы за ухо. Покончив с порядком на столе, я откинулась на спинку стула. Вдруг, дверь в каморку распахнулась и в нее влетел обеспокоенный Де, мы с Валерой в ту же секунду подпрыгнули со своих мест. Де налетел на меня и крепко обнял.
- Цела, птичка? - запыхавшись спросил он. - Мы как только приехали, я сразу сюда бегом.
- Всё нормально, Де, а вы же должны были только завтра приехать?
- Да на ночь опять осадков кучу обещали, мы туда еле как доехали, чуть прибрались да решили обратно. Приехали, а нам Лариска с 7 этажа говорит, что разгромили тут у нас всё, я и дал дёру, - тут его взгляд наконец пал на Валеру. - А это, я так понимаю, твой новый приятель? Откуда? - он протянул руку для приветствия.
- Универсам, - ответил Турбо и пожал руку в ответ. - Турб.... Туркин. Валера.
- Виктор Иваныч, можно дед Витя, - Де посмотрел на меня, выглядел он серьезнее, чем обычно. - Давно у вас....
- Валера мне просто помог прибраться, Де, - не дала договорить я.
- Я пойду, наверное...
Турбо поставил кружку на стол, захватил верхнюю одежду и пулей вылетел из подсобки. Я побежала за ним.
- Валер, подожди! Да постой ты!
Я догнала его уже на выходе. Он резко развернулся и смущённо поджал губы.
- Спасибо тебе, что остался. Мне было очень приятно.
- Да фигня, любой бы так сделал.
- Не любой.
Я сделала шаг вперёд, становясь к нему чуть ближе. Поднялась на цыпочки и поцеловала в щёку. Раскрасневшись, он коснулся места поцелуя и сглотнул воздух.
- В кино пойдёшь завтра? - спросил он.
- Пойду.
- Я зайду за тобой в шесть.
Он ушёл, а я вернулась к Де. Он уже заварил себе чай и пил его, расположившись в кресле. Свет тускло падал на его спущенные на нос очки. Я поставила стул напротив и устроилась на нём. Рассказала ему обо всём, что произошло утром.
- Ох, милая, не знаю я, что делать, - он потер глаза. - Может всё-таки согласится на их условия. Не могу вас с Любой подвергать опасности.
- Ну что ты такое говоришь, Де? Ты разве для этого всё это поднимал с нуля? Чтобы просто потом отдать это всё какому-то уголовнику?
- Они страшные люди, Катюша. Ты не знаешь на что они способны. Никакая милиция это не присечет.
- Не знаю, как ты, но я ничего им отдавать не собираюсь.
- Я тебя понял. Раз ты так говоришь, значит так и сделаем.
Мы еще немного посидели и Де предложил прогуляться по площади, недалеко от магазина. Вечерами в выходные там часто что-нибудь проводилось. Я не была против.
Площадь сегодня была довольно людная. Мы шли не спеша, наблюдая как вокруг нас кипит жизнь: молодые люди танцевали под музыку, играющую на площадке, маленькие дети резвились со своими родителями, бегали играли, а кто как мы, наслаждался атмосферой, но уже не прогуливаясь, а сидя на скамейке. Немного пройдя, мы заметили в одном месте большое скопление людей, они стояли в кругу и наблюдали за чем-то, очень их волнующем, потому что периодически оттуда доносились хлопки и громкие выкрики.
По мере того, как мы подходили ближе, я услышала голос с хрипотцой, который сразу узнала.
- Ну что, есть еще желающие? За хорошее зрение обещаю премию. Подходи, налетай, денежки забирай.
Я посмотрела на Де.
- Это он приходил.
- Давай-ка мы лучше отсюда уйдём, птичка.
- Он кое-что забрал без спроса у нас, надо вернуть.
- Катя, не смей!
Я протиснулась среди толпы людей в самый центр, он сидел на корточках, переставляя по доске жестяные стаканчики, похожие на наперстки, под которыми прятался шарик. Тот, кто угадывал, где он лежит получал выигрыш в виде удвоенной суммы.
- Ну что, кто готов судьбу испытать и выигрыш забрать?
- Я хочу сыграть.
Он поднял голову и улыбнулся, видимо сразу узнал меня. Поправляя шапку, он произнес:
- Сорок рублей ставлю, - громко заявляю я.
Сзади тихо зашептались, кто-то считал, что слишком много, кто-то науськивал ставить больше, а кто-то молчаливо наблюдал за происходящим.
- Ну давай свои сорок.
Я достала из сумки кошелёк, вытащила оттуда несколько купюр и протянула ему. Пересчитав их, он начал переставлять напёрстки на доске. Я знала, что сейчас шарик на месте и в первый ход я получу свои деньги обратно, но как только я решу повысить ставку, в ход пойдёт его главный козырь. Ловкость рук. В Москве почти в каждом районе были компании, которые промышляли этим бизнесом, поэтому особо на это там уже никто не ведётся, но здесь, кажется, это всё еще работает.
- Выбирай, красавица.
Я указала на крайний слева. Он опустил на него руку и взглянул на меня. Делая вид, будто это ни капли не ожидаемо, он вскинул руки ладонями вверх и достал из внутреннего кармана плаща мои деньги.
- Мое почтение, вот твой выигрыш, - он уже почти вложил деньги в мою ладонь, но вдруг резко прижал их к себе. После того, как я вопросительно на него взглянула, он продолжил: - А ты может и в супер игру хочешь сыграть, раз фартовая такая?
- И каковы правила?
- Ты свои восемьдесят ставишь, и я, в случае победы, тебе двести отдаю, договор?
- Договор.
Сздади снова послышались фразы: "ой, лучше бы не соглашалась" ; "да сможет она"; "у нее нет шансов, да и денег при себе таких"; "дура ты девка, хватай лучше деньги и беги".
Напёрстки перемещались все быстрее и быстрее, создавая иллюзию того, что под ними что-то находится. На самом же деле, он уже давно достал оттуда шарик и гонял по доске пустые стаканы, поэтому следить за их расстановкой не было никакого смысла смысла.
- Ну что ж... Договор.
Я положила руку на то же самое место.
- Здесь.
- Уверенна хоть в том, что выбрала, красавица? - усмехаясь, спросил он.
- Более чем.
- Ну поднимай тогда.
- Не-а, - я помотала головой. - Поднимайте вы.
Лицо его за секунду посмурнело.
- Это не по правилам.
- А какие правила? Вы сказали, что мне нужно угадать, где шарик, а не поднять стакан. Выходит, если под этими двумя ничего нет, то деньги мои?
От интереса все буквально нависли над нами. Он разозлился, настолько, что на виске у него пульсировала жилка. Время тянулось, а люди начали негодовать.
- Права она! Не нарушила ничего.
- Давай поднимай уже! Она выбрала.
- Ну не тяни, мужик!
- Блять... - лишь выругался он и медленно поднял два пустых наперстка.
Толпа разразилась громкими аплодисментами. Я протянула руку, чтобы забрать деньги. Он нехотя достал их и стал пересчитывать, затем перешагнул через доску и близко подошёл ко мне.
- Считайте, что это за партмане и статуэтки, - сказала я и скрылась в толпе.
- Мы еще это обсудим, Калинина! - крикнул он мне вслед.