глава 5.
*Март 1989 года. Москва.*
Я пришла домой глубокой ночью и совсем не ожидала, что кто-то будет встречать меня. Но свет неожиданно зажегся и в прихожей показался силуэт отца. Он был заспанный, но видно было, что не ложился. Поправляя очки, он недовольно смотрел на меня.
- И сколько это будет продолжаться?
- Что будет продолжаться? - спросила я.
- Твои выходки, Катя. Тебе уже давно не 13 лет, чтобы показывать характер свой.
- Пап... Я...
- Что "пап"? Оля волнуется, а ты как будто назло ей делаешь. Знаешь ведь, что она...
- Твоя жена беременна, а ко мне это какое отношение имеет? - я шумно скинула сумки на пол.
- Она вообще-то еще и тво.....
- Она не моя мать. Моя мама умерла, а эта Оля... Только твоя семья!
Он снял очки и потёр переносицу. Не раздеваясь, я зашла в комнату и заперлась. Пару минут спустя раздался стук в дверь.
- Открой, Катя. Мы спокойно поговорим.
- Я не буду разговаривать с тобой, пока ты меня провоцируешь. Спокойной ночи, пап.
- Открой немедленно или я прямо сейчас тебе дверь сниму с петель, ты меня знаешь.
Прикрыв лицо ладонями, я шумно выдохнула. Чего мне не занимать у отца, так это упёртости. Такое явление в нашей семье передаётся по наследству. Я поднялась с кровати и медленно поплелась к двери, чтобы отпереть замок. Войдя в комнату, он отодвинул стул, стоящий возле письменного стола и уселся на него.
- Я жду объяснений.
- Я говорила тебе и не раз, почему прихожу так поздно, - этот разговор заводился не впервые. - Мы до поздна помогаем семьям ветеранов, я чисто физически не могу добраться до дома в ранние часы. Очень много работы.
- У тебя и дома работы хоть отбавляй, но ты почему-то не очень рвёшься ее выполнять, но это мы опустим, - он отстранился вперёд от спинки стула и положил локти на колени. - Мне звонили из деканата, рассказали о планах твоих на будущий учебный год.
- И что? - спросила я. - Я вправе сама распоряжаться своей жизнью.
На самом деле я вовсе не хотела, чтобы отец знал о моём переводе в Казань, но наш декан посчитал своим долгом оповестить его об этих событиях. С институтом в Казани я давно держала связь, пересылала им почтой свои результаты по учёбе, договаривалась о летнем собеседовании и даже несколько раз созванивалась с работниками кафедры по своему профилю. Переговоры шли довольно успешно, проблема была только в моём декане, который никак не хотел меня отпускать. Это касалось его профессионального пути и он никаким образом не хотел себе хоть на секунду представлять, какой разговор его ждёт на кафедре, и как он будет объяснять комиссии, почему из его группы студентка вдруг ни с того ни с сего решила перевестись и не просто в другой институт, а вообще в другой город. Поэтому, вообразив себе блестящее решение проблемы путём общения с моим отцом, он был невероятно доволен собой и продемонстрировал мне это еще с утра на занятиях.
Я вела тайную переписку с Де еще с момента поступления на первый курс, и они с Ба уже готовились к моему приезду. Я продумала всё практически до мелочей, как поеду, куда поступлю и где буду жить.
- Я против твоего решения, - отец вскочил со своего места и подошёл ко мне.
- Пап, прекрати.
- У тебя скоро родится брат или сестра, кто будет помогать Оле? Я постоянно в разъездах, у нас никого здесь нет, ты прекрасно знаешь это!
- Разве это моя проблема? - возмутилась я. - Твоя Оля за пять лет жизни в городе ни разу не работала. Я понимаю, что ты зарабатываешь достаточно, чтобы ее обеспечивать, но я в няньки не нанималась, - голос мой повышался с каждой секундой.
- Когда ты была ребёнком, она всегда проводила время с тобой, так что будь добра отплатить ей тем же, она заменила тебе мать.
- Когда я была ребёнком, мать мне заменяли Ба с Де. Кстати, при живом отце, - парировала я. - Это твой ребёнок, твоя жена, так что будь добр, разбирайся с этим сам. И прекрати говорить о том, что она моя мать! Вот родится у тебя сын, его и воспитывай, а от меня отвяжись.
Вместо ответа он отвесил мне звонкую пощёчину. Пульсирующая боль постепенно распространялась по всему лицу, я накрыла щёку ладонью и злобно взглянула на отца. На секунду он заметался, видимо чувствуя укол вины в моменте, за то, что не совладал с эмоциями, но сразу же вернул себе холодный взгляд.
- Я доучусь курс и ты меня никогда, никогда больше не увидишь, понял? Ненавижу тебя!
Я вышла из комнаты, в коридоре стояла обеспокоенная Оля, она нервно поглаживала живот, округлившийся на поздних сроках беременности. Не обращая на нее никакого внимания, я стала обуваться.
- Катюш...
- Не надо, Оль. Не надо. Я знаю, что ты хочешь сказать.
Застегнув пальто, я вышла на лестничную площадку. Немного постояв, я обернулась и посмотрела на неё.
- Я уезжаю через месяц, так что скоро всё будет так, как ты мечтала.
Громко хлопнула дверью и ушла.
*Ноябрь 1989. Казань.*
Ровно в шесть раздался звонок в дверь. Валера оказался на удивление пунктуальным.
- Ну, привет, красота, - улыбнулся он. - Готова?
- Пару минут, - заверила я. - Проходи.
- Кто там, птичка? - в прихожей показалась Ба. - Вот тебе раз! Катюша, у нас гость? Что же это я... Мы же... Ничего и не подготовили.
- Ба, подожди, подожди... Это Валера, он...
- Любаша, они в кино идут, не кипятись, - следом за Ба вышел Де. Он поравнялся с ней и приобнял за плечи. - Привет, Валерон, ты че покраснел как помидор?
- Вечер добрый, Виктор Иваныч! - быстро проговорил Валера. - Я вот... Катю пригласил, да.
От вида наших смущённых лиц Ба с Де захихикали. Валера, чтобы хотя как-то разбавить напряжение, снял мое пальто с вешалки и начал помогать одеваться. Де подошёл к нему и положил руку на плечо, чуть сжимая.
- Внучку мою не обижай, лады? Она хорошая у нас.
Лицо Валеры вдруг посерьёзнело.
- Не обижу. И в обиду не дам.
- Ну всё, хватит, Де, - я увела Валеру чуть в сторону. - Нормально всё будет. Идём.
Я потянула его за руку и вытащила в подъезд. Быстрым шагом мы начали спускаться по лестничной клетке, чтобы как можно скорее скрыться из их поля зрения.
- Пока! Люблю вас!
- Дома в одиннадцать! - крикнула нам вслед Ба.
Фильм в дк начинался в 18:50, как раз к этому времени мы и подоспели, пройдя гардероб мы подошли к кассе, очередь в которую стояла просто огроменная. Когда нам удалось наконец лицезреть кассира, она протирала переносицу, в другой руке держа очки. Ни разу не взглянув на нас, она объявила:
- Билеты только на "Дочь мента" остались.
- Че? Какая нахер дочь мента? - возмутился Валера. - Про этих уродов еще и фильмы снимают?
- Ну а что я поделаю, в другой зал все места разобрали, так что выбора у вас не особо много, - ответила она.
Валера чуть ли не с головой залез в кассирскую будку, всё больше и больше раздражаясь. Недовольная женщина начала кричать и угрожать вызовом милиции.
- Валер, - я положила руку на его спину.
Он резко дёрнулся, злобно на меня смотря, но в этот же миг его лицо прояснилось.
- Может ну его, это кино? - предложила я.
- Ага, щас блять, - не соглашался он. - Щас решу я, - на секунду он задумался, затем развернулся к кассирше и улыбнулся. - Досвидания!
Он взял меня за руку и повел вверх по лестнице. Дойдя до третьего этажа, мы остановились, Валера начал оглядываться.
Указав на лестницу, ведущую в операторскую будку, он взглянул на меня.
- Заберешься?
- Валер, так нельзя.
- Жопить билеты нельзя, я знаю, что там есть места, просто они нас пускать не хотят, чтобы не дрались.
Из будки вышел молодой парнишка, лет пятнадцати, худенький, в очках. Темные волосы средней длины небрежно спадали на его лицо. Увидев нас он замер на месте. Затем, медленно спускаясь, подошёл к Валере и жалобно произнес:
- У меня нет сейчас... Я же говорил, в субботу отдам....
- Ч-ш-ш-ш, братишка, ты чего? - Валера обнял его за шею и отвёл в сторону, о чем-то с ним разговаривая. Затем они вернулись ко мне и он продолжил: - Красава, Степан!
Парень наконец высвободившись из хватки Валеры с облегчением выдохнул, достал из нагрудного кармана ключи и отдал их Валере. Довольный собой, он протянул мне руку и улыбаясь сообщил:
- Ну что же, Екатерина, Степан великодушно согласился уступить нам своё рабочее пространство в качестве особых мест для просмотра, фильма!
- А Степан сам-то хоть согласен? - недоверчиво спросила я.
- Д-д-а, без проблем, если что я вас прикрою, - растерянно заявил Степан. - Не переживайте, всё хорошо. Вы только красную кнопку там нажмите, чтобы фильм запустился.
Мы подошли с Валерой к небольшой лесенке, он поднялся первым, затем протянул мне руку, чтобы помочь. Комната была небольшая, но довольно вместительная, одну из стен практически полностью заменяло окно, в которое можно было наблюдать за залом, находящимся на уровень ниже. Мы сели за стол и я оглядела кинозал, места и правда были, практически половина была свободна. Кассиры делали это для своей безопасности.
- Вот, я ж говорил, - подтвердил Валера. - Они спецом это всё.
Он отодвинул стул для меня и рядом поставил еще один. Нажал на заветную красную кнопку и фильм запустился. Усевшись рядом, он внимательно всматривался в экран.
Я не была в кино с момента как переехала в Москву, поэтому первое время было очень непривычно снова рассматривать большой экран, да еще и с такого ракурса. Валера же наоборот, будто не особо был заинтересован просмотром, потому что я чувствовала, как он каждые пять-десять минут поворачивает голову в мою сторону. Не выдержав, я посмотрела на него в ответ.
- Если ты переживаешь о том, что мне неинтересно, - начала я. - то всё в порядке. Хороший фильм.
- Да я... Понял, - он виновато опустил голову и часто закачал ногой.
В комнате было прохладно и я периодически ежилась и зевала. Валера, заметив, как я потираю плечи, стянул с себя олимпийку и накинул на меня.
- Лучше?
- Да, спасибо.
Валера всё не мог усидеть на месте, постоянно потягивался и поправлял одежду. Я старалась не обращать на это внимание чтобы лишний раз его не смущать, но, в конечном итоге, я сдалась и спросила:
- Тебя что-то беспокоит?
- Да ё-мое, - уныло протянул он. - Не фильм, а херня какая-то.
Я рассмеялась, а он смущённо почесал затылок.
- Пойдём прогуляемся может? - предложил он.
Я согласно кивнула и мы отправились наружу. Ступеньки при спуске оказались слишком крутыми и я попросила Валеру помочь мне, он взял меня за талию и, прокружив, опустил вниз. На мгновение мы замерли в этом положении, глядя друг другу в глаза, с каждой секундой его хватка становилась всё крепче.
- Слушай, мне пока еще нужны рёбра, - сказала я.
- Ой, блять..., - взволновано проговорил он.
Он резко убрал руки, всё еще пристально смотря на меня, затем помотал головой и двинулся в сторону гардероба. Очереди в этот раз совсем не было, так что мы схватили верхнюю одежду и выбежали наружу. Улицу снова украшал ночной снегопад. Валера достал сигареты и начал прикуривать прямо на пороге.
- Шухер, старшие! - послышался за спиной чей-то голос.
Вздрогнув, он выплюнул сигарету, не успев ее зажечь и придавил ботинком, затем начал оглядываться по сторонам.
- Блять, Вахит! Я так всю пачку на твои стебы истрачу, - достав из пачки новую сигарету, он наконец прикурил её. - Ты че забыл здесь?
На нас смотрел высокий худощавый парень с большими глазами.
- Да вот решил на фильмец сгонять, дэрмо редкостное, лучше Тома и Джерри посмотреть, - усмехнулся он. - А ты, я смотрю, тоже времени не теряешь, - Вахит окинул меня взглядом. - Это ты Вовкина сестра ведь?
- Не сестра, очень давняя подруга, - заметила я.
- Понял, понял. Это вы после дискотеки мутите теперь, как в доброй сказке? - Вахит стал размахивать руками в разные стороны. - Добрый рыцарь Турбо спас принцессу от злобного Цыгана, - его картавость добавляла комичности ситуации.
- Бля да завались, - Турбо махнул рукой. - Катя помогла мне от Юнусовича зашкериться.
- А, так всё еще даже более поэтично, - запричитал Вахит. - Принцесса спасла своего рыцаря от злостного оборотня . В погонах.
- Ты че позоришь меня, Зима!?
- Всё, всё, отваливаю, - Зима тоже закурил. - На связи.
Они пожали друг другу руки и мы разошлись. Снег на улице повалил еще сильнее, ветер начинал усиливаться, от его дуновения я чуть сильнее укуталась в пальто. Валера снял свою шапку и нацепил на меня.
- Одеваться теплее надо, красота, - сказал он. - Вот заболеешь, дед твой с меня шкуру сорвёт.
- Он у меня добрый, - усмехнулась я.
Мы дошли до набережной, к этому моменту погода совсем испортилась и нам пришлось возвращаться домой, Валера был заметно расстроен, но ничего об этом не сказал. Дождавшись нужного автобуса, мы устало плюхнулись на два свободных места. Дорога была довольно долгой, в тепле меня сильно разморило и глаза сами начали закрываться. Положив голову Валере на плечо, я начала засыпать.
На мгновение он замер, боясь сделать любое лишнее движение, но затем, потихоньку обнял меня за плечи. Прижавшись к нему, я всё сильнее проваливалась в сон. Свободной рукой он накрыл мои холодные ладони, пытаясь отогреть их, я обхватила его пальцы и сплела наши руки вместе. Он довольно хмыкнул и коснулся подбородком моей макушки. Так мы и проехали всю дорогу.
- Кать, мы на месте, - шепнул мне Валера, когда автобус подъехал к нужной остановке.
Я недовольно отстранилась, поочерёдно раскрывая глаза, его это насмешило. К моменту, как мы оказались возле моего дома, снег прекратился. Я взглянула на наручные часы, двадцать два сорок пять, без опозданий и слава богу. Вход в подъезд был завален снегом и тусклая лампа на козырьке освещала зашарпанную дверь. Я сняла с себя шапку и протянула Валере, он убрал ее в карман и снова взглянул на меня.
- Подожди, а олимпийку, - вспомнила я.
- Да ладно, - довольно улыбнулся он. - оставь себе.
- Спасибо тебе за вечер.
- Тебе спасибо, я думал, ты пошлёшь меня куда подальше.
- У меня нет для этого причин.
Валера поднял голову наверх, разглядывая мои окна и улыбаясь произнёс:
- Твои снова чай пьют.
- О, в лучших традициях моей семьи, ночное чаепитие, - я пожала плечами.
Он подошёл ко мне ближе пристально разглядывая моё лицо, будто решаясь что-то сделать здесь и сейчас. Взяв мои ладони в свои руки и ощутив от них прежний холод он немного расстроился.
- Так и не согрел.
- Они всегда холодные.
Мы стояли друг напротив друга как два пионера, боящихся хоть на шаг сократить дистанцию. Оба хотели, но почему-то ничего не сделали. Наконец, разрушив тишину, Валера с надеждой спросил:
- Кать, ты... Мы еще увидимся?
- Я была бы рада, правда.
- Я тоже... Ты... Ты жди меня только, хорошо? Я приду за тобой, обязательно.