часть 6
Следующие два дня я провела дома. Завуч всё-таки позвонила родителям, рассказала им о моём плохом самочувствии, и мама строго-настрого запретила посещать школу, пока мне не станет легче.
Все попытки убедить её, что всё на самом деле хорошо, не увенчались успехом, поэтому пришлось смириться с решением родительницы и засесть в своей комнате, читая книжки. Чувствовала себя просто кошмарно, казалось, что это я лично обманула всех и теперь нагло прогуливаю учёбу. От нечего делать я даже прослушала несколько песен музыкальных групп, о которых говорил Матвеев. И как бы скептично я к ним ни относилась, должна признать, что пара композиций мне понравились, но в этом я не признаюсь даже под страхом смертной казни.
Только в пятницу мне удалось убедить маму, что со мной всё в порядке и вырваться, наконец, на уроки. Первым делом я решительно направилась в кабинет директрисы, которая, к счастью, оказалась на месте.
- Здравствуйте, Елена Игоревна, - поздоровалась я, заглядывая в кабинет.
- Мельникова? – удивилась она, отвлекаясь от заполнения каких-то бумаг. – Чего тебе? Я тебя не вызывала.
- Елена Игоревна, я хотела бы поговорить с вами по поводу нового учителя литературы – Дмитрия Андреевича, - несмело начала я. – Он ведёт себя некорректно по отношению к ученикам, обзывается, пристаёт к ученицам, рассказывает пошлые анекдоты на уроках…
- Александра, подожди, сядь, успокойся, - оборвала меня женщина, откладывая ручку в сторону. – Надежда Олеговна говорила что-то о том, что черноволосый ведёт себя неприлично, но других жалоб не поступало. Более того, все ученики и педагогический коллектив от него в восторге. Я понимаю Надежду Олеговну, она сторонница старых методов воспитания, но тебе что сделал Дмитрий Андреевич? Может быть, он двойку поставил, и ты злишься теперь?
- Нет, я просто недовольна его поведением на уроках, - нахмурилась я, рассматривая свои руки.
- У Дмитрия Андреевича современные методы воспитания, - спокойно отбила Коновалова. Она, что, с ним заодно? – Он старается быть с учениками на равных, понимает их…
- То есть, вы не станете рассматривать мою жалобу? – тихо спросила, осознавая, что здесь мне делать нечего. Диму не уволят.
- Если бы я из-за каждого обиженного ученика увольняла педагога, в школе бы не осталось учителей, - вздохнула Елена Игоревна. – Если будут ещё жалобы, тогда и будем разбираться.
- Ясно, спасибо, - буркнула я, поднимаясь с места. – До свидания.
Учителя сегодня относились ко мне более чем снисходительно, говорили со мной так ласково, будто я какой-то псих, и старались лишний раз не вызывать. Похоже, Матвеев всем рассказал этот бред про то, что я переучилась. Как же я его ненавижу! Литература сегодня была последним уроком, и я с трудом удержалась от соблазна прогулять предмет Дмитрия Андреевича.
Кареглазый снова опаздывал почти на десять минут, но только мои одноклассники уже не высказывали такого желания уйти с урока, что раздражало всё больше.
- Пардон, ребятули, задержался, - с порога извинился парень, вваливаясь в кабинет. – А вы чего не свалили? Я думал, ща уже домой пойду.
- Нам просто так нравятся ваши уроки, - заулыбалась Михалёва, которая неожиданно пересела за первую парту. – Вы так интересно рассказываете.
- Блонди, я прям засмущался бы, только смущалка давно отвалилась, - ухмыльнулся парень, плюхаясь в кресло. – Так, ща пока не забыл, сдаём мне бабки на ремонт школы.
- С чего бы это вдруг вы собираете деньги на ремонт? – не удержалась я от вопроса. Может быть, он решил нажиться, прикрываясь добрыми намереньями. От этого уголовника и не такого дождаться можно. – Это ведь обязанность классного руководителя.
- О, Саня, ты уже с нами! – обрадовался Матвеев, переводя взгляд на меня. – Как нервишки, подлечилась? Может, тебе ещё дома посидеть денёк надо было? Санёк, беречь себя нужно, людей с мозгами в мире дефицит.
- Я, кажется, вопрос задала, - напомнила, игнорируя его слова.
- Ах, да, ты ж не в курсах, - опомнился парень. – Сань, я ваш временный классный руководитель. Буду пасти вас, пока Викторовна хворает.
Час от часу не легче. Кто доверил сумасшедшему классное руководство?
- Так чё, сдаём бабки? – Черноволосый обвёл взглядом класс. – Или ну его нахрен, сами ремонт сбацаем?
- Я сдам деньги лично директору, - заявила я, скрестив руки на груди.
- Дело твоё, Саня, - согласился Матвеев, делая какую-то запись в блокноте Тамары Алексеевны. – Кстати, по поводу директора, Сань, останься после урока, разговор есть.
Что? Остаться? С ним наедине? Добровольно? Я растерянно заморгала, уставившись в одну точку.
- Санёк, ты зависла? – позвал меня парень, спустя несколько секунд. – Хей, Земля вызывает Саню!
- Ладно, - шепнула, понимая, что другого выхода у меня нет, и неожиданно поймала на себе злобный взгляд Светы Наумовой. Ну вот, теперь ещё врагов себе нажила из-за этого слабоумного.
- Окей, замётано, - удовлетворённо кивнул Матвеев. - Раз бабки сдавать больше никто не хочет, приносим спецуху, краску и обои, будем отрабатывать. А сейчас рыжуля кратко перескажет нам рассказ Бунина «Маска». Прошу!
- Я не готова, - объявила Наумова, поднимаясь с места.
- Рыжуля, ты разбиваешь мне сердце, - наигранно опечалился Диса. – Ну, пройдись красиво, что ли, хоть трояк тебе поставлю.
Света радостно вскочила с места и, цокая высоченными каблуками, гордо прошагала от своей парты к столу Дмитрия Андреевича.
- А что мне надо сделать за четвёрку? – томно зашептала она, упираясь руками о стол, чтобы лучше была видна грудь в вырезе блузки, и преданно заглядывая учителю в глаза.
- Не, рыжуль, за такое меня посадят, - с усмешкой ответил парень, даже не взглянув на выставленные напоказ прелести и выводя в журнале оценку. Света с разочарованным видом вернулась на своё место. – А теперь Саня отчитается о выполненном индивидуальном задании.
- Я не делала ваше глупое задание, - проворчала я, не вставая из-за парты.
- Сань, ты меня разочаровала, - серьёзно проговорил Матвеев. – Два тебе. Впрочем, если матернёшься…
- Не буду я ругаться, ставьте двойку, - скрепя сердце согласилась я. В отличие от Наумовой, я не собираюсь унижаться ради оценки, потом найду способ исправить.
- Окей, договорились, - хмыкнул кареглазый, но почему-то поставил оценку не в журнал, а в блокнот. Неужели считает, что я передумаю? – Продолжаем травить байки, Яковлев, к доске…
До конца урока Матвеев не обращал на меня никакого внимания, хоть пару раз я поднимала руку, чтобы ответить. Он задал ещё несколько вопросов, не поставил никому меньше тройки и последние десять минут урока рассказывал ученикам анекдоты. После звонка мои одноклассники стали неспешно собирать вещи, а я осталась сидеть на месте, дожидаясь пока все уйдут, хоть в душе мне хотелось сорваться и убежать. Как только за последним моим одноклассником закрылась дверь, Дмитрий Андреевич вышел из-за стола и сел на край моей парты.
- Сань, я слышал, ты сегодня настучала на меня директрисе, - заговорил он, доставая из кармана пачку сигарет.
- Не настучала, а пожаловалась на вашу педагогическую некомпетентность, - спокойно исправила я, потупив взгляд на поверхность стола.
- Санёк, а ты знаешь, что я обычно делаю со стукачами? – всё с той же невозмутимостью продолжил Матвеев, прикуривая сигарету. И тут мне вдруг реально стало страшно…