Лебедь без крыльев

Амир

Можно ли сказать, что человек жесток, если он просто хочет добиться своей цели? До встречи с Максим, я бы даже не задумываясь, ответил да и был бы прав. Но я бы не перестал идти по головам, а наоборот, мысль о том, что кому-то будет плохо от моего успеха доставила бы мне лишь кучу удовольствия. Плевать ли мне на всех? Да. Считаюсь ли я с чувствами других? Нет. И не считаю это чем-то криминальным. Двадцать первый век или первый, разницы не имеет. Если не съешь ты, то съедят тебя и это факт. Это достаточно банальное наблюдение, но оно помогало мне двигаться дальше, стать успешным и не смотреть на тех, кому я проломил череп, встав на голову. Но сейчас... Я также считаю, что это и есть жестокость. Но почему я не хочу ею пользоваться? Я стал думать об этом так часто, что совсем потерял смысл этого слова. Жестокость- это черта личности человека. Жестокость- это грубое отношение, бесчеловечное поведение в сторону живых существ. Обычно оно вызвано моральными травмами и всяким похожим бредом, влияющим на морально-психологическое состояние человека. Но а если я не знаю, о том, что совершаю зверство? Например можно убить человека морально и не знать об этом. Не все сразу вываливают свои травмы и говорят о том, что их задевает. Но я ведь знаю. Даже если она не знает, о том что я в курсе, я все равно останусь тварью. Но ведь я изначально ей и был. Она мне нужна только для того, чтобы воплотить мой план в жизнь. К сожалению, эта девчонка слишком важный элемент в моей игре. Сегодня я буду тварью. Будет намного проще, если она расскажет о своем прошлом, о Макаре и как они связались сама. Я смогу втереться ей в доверие и тогда убить Архипова и его полоумного сына. Но почему я хочу об этом узнать от нее, но не для того, чтобы потом воплотить свой план в жизнь?

Еще вчера я договорился о сегоднешней поездке. Мне пришлось отправить Сашу, чтобы тот нашел директора, но к сожалению эта тварь давно сдохла от передоза. Ему очень повезло, что я до него не добрался. Хотя бы его смерть была как у бездомной собаки и этот факт меня радует. После этого, я поручил ему найти детский дом, в котором жила Максим. И оказалось, что сейчас здание пустует. Там ничего нет, просто заброшенный дом. После этой информации я придумал как вытянуть из Максим всю правду. Еще вчера, в церкви она была готова мне все рассказать, гуляя по знакомым местам. Это действие очарования, когда в какой-то момент мы хотим довериться, иногда даже малознакомому человеку.

Утром я не хотел вставать. Всю ночь девушка сжимала мою руку своими маленькими холодными ладошками. Она уткнулась мне в грудь, а я, обнимая ее, чувствовал такое волнение, которое не чувствовал будучи подростком. И я бы мирно спал до следующего утра, если бы не ее манера пинаться и отнимать одеяло. Ночью в нее будто вселяется дьявол, поэтому пару раз я просыпался от ее холодных ступней на моем животе. И самое страшное то, что меня этот факт не раздражает, а наоборот, умиляет. Мне пришлось разбудить мирно спавшую девушку и заставить ее встать. Еще какое-то время я наблюдал за тем, как это чудо бегало по номеру и собиралось. От вида заспанной, лохматой Максим, меня пробрало до мурашек ужасное чувство того, что я хочу видеть это каждый день. И я не могу объяснить себе это. Период привыкания проходит намного медленнее и за несколько дней я не мог настолько к ней проникнуться.

Эта ведьма точно наложила на меня свои дьявольские чары, я в этом уверен!

Сев в машину, моя спутница сразу же заснула. А я нервно постукивал пальцами по рулю, иногда смотрел на нее, пытался следить за дорогой, четно делал вид что все хорошо. Жестокость-это черта личности человека. То есть не смотря на обстоятельства, человек сам по себе жесток ко всем. Ему плевать на чужие переживания, он просто не имеет способности к эмпатии. Это для него чужда. Тогда почему я выбрал самый долгий маршрут до детского дома? Тогда почему я обнял ее в ответ сегодня ночью? Зачем я сейчас накрыл ее пиджаком, боясь, что ей холодно? Зачем я сомневаюсь и хочу повернуть назад? Почему я чувствую свою вину за то, что я еще не совершил? Но и я же не убить ее хочу. Я же наоборот, собираюсь ей помочь. Если долго держать все в себе, то в какой-то момент оно начнет поедать тебя изнутри, поэтому доверившись мне, Максим станет легче. Это ведь все отговорки. Я сам пытаюсь выставить себя в лучшем свете. Стараюсь договориться с самим собой. Жду одобрения от своего внутреннего голоса. Оправдываю свои поступки. Мои мысли отвлек жуткий переулок, в который заехала машина. Дома собрались в длинный коридор, в конце которого стоит заброшенное здание, наполненное страшными иллюзиями прошлого.

— Максим. Проснись, мы приехали.- я убираю волосы с лица девушки, помогая ей проснуться.

— Зачем я тебе? Место для клуба ты можешь и один посмотреть, а я посплю пока..- мне нужна была отговорка, зачем мы сюда поедем, поэтому я сказал, что собираюсь расширить сеть своих ночных клубов и нашел здание, а ее попросил помочь.

— Вставай, иначе я сам выну тебя из машины.- после протяжного вздоха, она все таки открыла глаза и посмотрела по сторонам. Сначала это было непонимание. Потом страх и животный испуг. Затем внутреннее самоуспокоение и продолжительная тревога. Я не смог больше смотреть в эти пустые глаза, поэтому вышел из машины и открыл ей дверь, приглашая выйти. Будто под гипнозом, девушка ступила маленькими ножками на высохший от времени, потрескавшийся асфальт и как бы убедившись в своей догадке мотнула головой. Желтый, низкий заборчик давно покосился, а в крыше дома залегла большая дыра от упавшего дерева. Сколько должно быть воспоминаний, чтобы так стоять и смотреть на место, в котором ты рос? А самое ужасное то, что я знаю ответ на этот вопрос, а видя ее мертвые глаза, удушительно протяжно хочется молчать.

Максим

Мир очень жесток к нам. Еще вчера, размышляя о том, куда бы я съездила погулять, я поставила крест над этим местом. Я точно решила что сюда, я не вернусь никогда. И вот, через столько лет, меня сюда привозит мужчина, незнающий о том, что тут прошло мое ,,детство,,

Конечно мне больно. Конечно мою грудь сковали железной проволокой, разрезая остатки сердца на пополам. Но я не слабая. Нет. Я научилась быть сильной и именно этим я должна быть благодарна своему детству. Дети в этом детском доме делились на два типа.

Первые умирали, вылизывая тарелки и жалея себя, постоянно плача от горя. Они все время жаловались и были многословны. Обычно в таких кидали камнями, чтобы еще раз увидеть их слезы.

А вторые смирились. Они нашли и свои прелести. Например кидать камнями в первых, чтобы повеселиться. Ведь если мы не можем изменить обстоятельства, значит стоит поменять свое мнение. Безудержные оптимисты, радующиеся дождю, как первому снегу.

Мне повезло и я стала вторым типом. Я не злюсь на это место. Мне не страшно туда идти. Я не боюсь воспоминаний. Все что меня ломало-делало меня сильнее, а слабых никто ломать не будет. Я рада что стала той, кем стала и должное должна отдать тем, кого в праве ненавидеть.

Но почему в его глазах я вижу жалость и вину?

— Пойдем, тебе понравится.- Амир отвернулся. Ему будто было больно смотреть на меня.

— Я не сомневаюсь.- единственное что я могла сказать. Мы прошли вдоль заборчика, доходя до главного входа в здание. Тяжелые, большие двери со скрипом отворились и Амир начал свой рассказ.

— Здесь будет холл и гардеробная.- здесь на стене еще осталась кровь котенка, которого так безжалостно убил прошлый директор этого места. Она засохла и без экспертиз никто и не узнает о том, что это кровь.

— А тут я уже вижу лестницу на второй этаж, где будут ВИП комнаты.- с этой лестницы я не раз падала и почти всегда не по своей вине. У меня даже шрам на коленке остался. Мы прошли дальше, в когда-то обеденный зал.

— В этой комнате будет ресторан, чтобы гости могли отдохнуть от суматохи.- в этой комнате была ,,золотая жила,, Мы так и называли это помещение ,, сундук,, ведь иногда, тетя Ира могла положить нам побольше супа или каши, а мне она втихаря подсовывала хлеб, заворачивая его в салфетку.

— Тут кухня.- мы прошли дальше, в место где была дверь в кухню. Отсюда можно было украсть что повкуснее. Иногда, у тети Иры в сумке даже были конфеты! Выйдя назад, мы снова подошли к лестнице. Она широкая и старая. А под ней дряхлая деревянная дверь.

— Здесь, под лестницей достаточно места для кухни персонала.- там под лестницей и вправду достаточно места. Там нет окон и очень темно. Там я пряталась от пьяного Игоря Евгеньевича. Часто я там спала, потому что там теплее. А маленьких мы из поколение в поколение пугали, будто там живут духи тех детей, которые померли от голода и только и ждут, чтобы они зашли, чтобы впиться в ногу острыми зубами.

— Лестница будет с подсветкой и в темных тонах.- Об последнюю ступеньку этой лестницы, Игорь Евгеньевич бил головой мальчика, что впервые пошел на заказ и сбежал. Он испугался клиента и даже ударил его! Тогда я думала, что если бы была на его месте, то никогда бы не убежала. Амир потянул меня за руку на вверх.
Поднявшись по лестнице можно было увидеть двери в комнаты. А где-то двери и вовсе не было. Зайдя в первую, я обнаружила, что тут остались кровати и шкафы.

— Сейчас выглядит так себе. Но мы все выкинем и сделаем ремонт. Думаю получится хорошо.- сейчас здесь ничего нет, но не так давно, в этой комнате мы устроили ,,темную,, одной девочке, что так любила воровать у своих еду. Выйдя из первой комнаты, мы заглянули во-вторую. Здесь детские люльки и проломленный потолок. А в углу лежит старая и уже очень потрепанная мягкая игрушка. Хотя игрушкой ее назвать сложно. Это было одно из наших любимых способов скоротать время. Из штор, подушек, полотенец, одежды и одеял мы отрезали по кусочкам и шили из этого что-то на подобии зверушек. Я подошла к ней и встала на колени. Потрогала ушки, а потом взяла в руки. Девочка, кому принадлежит эта игрушка, умерла. Она заснула и не проснулась. Ее тело закопали на заднем дворе детского дома. По моей щеке покатилась одна слеза. Тяжелая и такая ненужная. Мне жаль. Мне очень жаль этих детей. Мне жаль эту девочку и то, что ее даже похоронили не как человека, а как бездомную кошку. Я даже не помню то место. Я даже веточки не поставила, даже камешек не положила, чтобы когда-нибудь принести ей цветочек. Быстрым движением я смахнула слезу, чтобы Амир ее не увидел.

— Что-то случилось?- его тяжелая рука упала мне на плечо.

— Нет. Все супер, просто игрушка такая дурацкая.- я обернулась на своего попутчика и выдавила из себя самую милую улыбку из всех, что я могла выдавить. Только это не помогло. Амир в ужасе отвернулся от меня и взяв за руку повел в следующую комнату.

— Я думаю где-то здесь будет стойка с менеджером, чтобы он помогал ВИП гостям.- чуть ли не прошептал мужчина, прочистив горло. Он показал рукой на угол в который меня часто ставили на горох или другую крупу. Тогда я запомнила, что лучше всего стоять на горохе, а хуже-на грече. И чем больше ты двигаешься, тем больнее будет. А еще, можно расчистить место где ты будешь стоять, никто даже и не заметит, что ты стоишь не на крупе. Следующая комната-моя. На окнах еще остались занавески. Они были короткими из-за того, что я часто отрезала их. Тут стоят восемь ржавых кроватей, а моя у стены, из нее еще торчит пружина, которая всегда больно упиралась мне в бок. Была еще девятая кровать, но видимо ее выкинули. Я молча прошлась по комнате. Из окна можно увидеть до боли знакомый пейзаж, что мозолил мне глаза все детство. Покосившаяся ива иногда скребет по окну своими ветками. Ночью это было особенно страшно. А в саду тухлые кусты и цветы. Встав у окна я замерла, чувствуя, что сзади стоит огромный силуэт мужчины. Он просто наблюдал за мной и молчал, будто понимая что мне нужно время.

— Извини, помощи от меня наверное никакой..- Я резко повернулась к нему лицом и встретилась с черными глазами, что так испуганно смотрели на меня. Амир уже хотел открыть рот, чтобы сказать очередную ложь, но я его опередила.

— Но это плохая идея. Дом слишком старый, а потолок вообще разваливается. Реставрировать такую рухлядь нет смысла. Денег потратишь больше, чем она стоит. Да и место для клуба ужасное..- я снова посмотрела в окно, стараясь забыть эту картину на всю жизнь.

— Дворы с алкашами и все. Они конечно на шум и пьяную молодежь жаловаться не будут, но какой здравомыслящий человек сюда пойдет ради клуба? Тем более ты не пивнушку открыть собираешься, а элитный клуб. Район тут так себе... Лучше на Невском или на Фонтанке открой. Там дороже будет помещение стоить, но зато окупится.- Амир округлил удивленные глаза.

— Откуда ты знаешь этот район?- Черт, вот как можно быть такой глупой! Я же зазнатая мажора, что родилась с золотой ложкой в жопе, так откуда я могу знать вонючий Питерский район!? Да я еще и спала пока мы ехали, поэтому я вообще про это место ничего знать не могу! Глупая Максим, лучше бы ты сгнила на этой кровати вместе с пружиной!

— Пару раз была тут недалеко, а этот дом покосившийся на всю жизнь запомнила.- самая глупая отмазка из всех, что можно было придумать. Но он вроде поверил, поэтому я расслаблено вздохнула и улыбнулась, показывая свои кривые зубы.

— Сад только прикольный. Можно оживить и шашлык приготовить.- Аполлон посмотрел на меня взглядом, полным непонимания и сожаления.

— Это я так намекаю, что хочу есть!- уже грозно рявкнула я, ударив красавчика в его накаченное плечо, а он рассмеялся и положил свою голову мне на плечо, а руки опер о подоконник. И так искренне, что на моих губах тоже повисла многозначительная улыбка.

Я бы так и хотела. Чтобы этот дом запомнил мою улыбку, а не горькие слезы. Только именно улыбка по-настоящему жестка, ко всем чувствам, что испытали души, что сейчас точно смотрят на нас и молчат.

— Черт. Сумасшедшая... Ты просто сумасшедшая девушка!- вдруг воскликнул Амир.

Амир

Я уже устал повторять, что не могу ее прочитать! Не могу понять ее дальнейших действий, слов, даже шуток! Никак! Словно на другом языке объясняюсь. Хотя нет, будто это она инопланетянка с другой циливизацией. А иногда мне кажется, что я скорее инопланетян пойму, чем ее. Я уже азбукой морзе пытаюсь ее знаки просчитать, а она будто на абум лампочку включает, лишь бы побесить меня. Я был готов ко всему: к слезам и соплям, к гневу, к обморокам в конце концов! А она смеется! Ей весело! Я видел ее грустный глаза, наполненные ностальгией, они словно умерли еще раз, став ,,мертвее,, Я видел ее слезу, что катилась по фарфоровым щекам и слышал бешенное биение ее сердца, готовое выпрыгнуть и сделать сальто в любой момент. И только стоя рядом с ней, я понял, что все это время жесток с ней был не я, а она со мной. Она жестоко отвергла мою помощь. Она жестоко издевается надо мной целыми днями и невыносимо жестоко играет, совсем того не зная. Я мучил себя, боясь везти ее, не хотя навредить. Придумывал себе отговорки, оправдывал. А это даже никак не сподвигло ее рассказать правду! А ее умный вывод? Не собирался я конечно клуб здесь ставить, но она меня дураком выставила. Два раза! Подряд! Это именно та жестокость, что присуща только ей и она настолько пронизывает меня насквозь, что я готов терпеть ее вечность, приятно, чекоча внутренности, называя любовью.

В машине наши разговоры текли одной занудной дугой. Словно этот диалог был давно подготовлен, а писали его совсем незнающие своего дела сценаристы. От своих мыслей мне хотелось сбежать. А Максим, словно ничего не бывало, сидела прижав к себе одну ногу и мирно докуривала сигарету. Ее глаза стали морем после шторма. Тихим, темным и только иногда волны разбиваются о бриз, напоминая о минувшей катастрофе. Я словил себя на мысли, что мне всегда хочется находиться с ней рядом. Просто сидеть и слушать что она говорит. Отвечать и также лениво курить сигарету, отпечатывая табачный дым у себя в легких.

— И что случилось дальше?- спросила девушка. Мы общались о каких-то фильмах, только я совсем не помнил название, а она пыталась мне помочь.

— Он поступил очень жестоко.- задумчиво ответил я.

— Что же он такого сделал?- отозвалась Максим, иронично улыбаясь.

— Избил ее. В итоге она покончила жизнь самоубийством- я посмотрел в глаза чуда, а она лишь улыбнулась.

— Это не жестокость.- мой взгляд резко нашел ее глаза, а они стали намного ,,мертвее,,

— А что тогда?- удивленно и даже раздраженно спросил я. Ведь как человек может считать избиение не жестокостью? Либо ее рамки изначально были стерты напрочь, либо сегодняшний поход пошатнул ее психику.

— Жестокость могут проявить только слабые. Например... дети. Они будут жестоко обзывать другого ребенка за внешность, не похожую на них, скрывая за этим интерес и зависть. Могут даже побить, но когда вырастут, будут жалеть о своих поступках. А то что он совершил, это не жестокость, это обычное зверство.