Эбилейль [РЕДАКТИРОВАНИЕ]

С каждым выпитым напитком она заинтересовывала меня все больше и больше. Я и подумать не мог о том, насколько легко взять эту девушку на слабо, и насколько сложно остановить начатое.

Во мне вскипала злость от того, что она улыбалась и смеялась рядом с Эваном, а он, не проявляя особого интереса к ней, лишь подавал новый стакан с напитком, который она охотно забирала. Она перевела взгляд, в котором четко читался вопрос «Ну что, Рэнэ, ты доволен?», на меня, и залпом осушила очередной стакан.

Я последовал ее примеру, осушив свой стакан, и вновь перевел на неё взгляд. Мне хотелось узнать все тайны, скрывавшиеся внутри неё. Узнать, на что эта девушка ещё способна и где заканчивается предел её возможностей. Он же должен где-то заканчиваться?

Эван не сводил с неё глаз, ухмыляясь, а я, наблюдая, лишь искал подвох, то, за что можно ухватиться, и представлял, какое удовольствие получил бы, разбив бутылку виски, стоявшую левее от меня, ему об голову. Представлял, как кровь будет сочиться из раны и как ухмылка сойдет с его лица.

- Хэй, Эби, полегче!

Я поставил очередной стакан на барную стойку и, ничего не понимая, продолжил наблюдать за происходящей картиной. Стоило мне дать волю воображению, как упустил самое важное и заметил лишь то, что взгляд Эбилейль затуманился и она обмякла в объятиях этого парня. Весь его вид говорил о том, что он добился желаемого.

Подхватив её на руки, он, оглянувшись, улыбнулся мне, явно пытаясь заверить, что все под контролем, что он во всем разберется, и начал пробираться сквозь толпу. Вскоре он скрылся из виду, а я сидел и не мог сдвинуться с места, сжимал стакан все сильнее, не понимая, что мне делать.

- Черт.

Выругавшись, я спрыгнул со стула и последовал за ним, сквозь толпу. Я не задумывался над тем, что делаю. Я просто шел вперед, расталкивая каждого, кто встречался у меня на пути, кто был настолько пьяным или накуренным, что подпрыгивал в такт музыке и выкрикивал совершенно неразборчивые реплики. В ушах звенело, голова раскалывалась. То ли от выпитого количества алкоголя, то ли от музыки, которая вдруг показалась мне слишком громкой, то ли от всего и сразу. Повернув за угол, я поднялся по лестнице на второй этаж, туда, как мне казалось, располагались раздевалки, и начал открывать двери одну за другой. В первой, как и в двух последующих, я не нашел ничего, кроме пьяных школьников, решивших уединиться. Извиняться за то, что помешал им, я не стал: молча, как открыл, так и закрыл за собой дверь. Кажется, их не очень-то это волновало. А меня и подавно.

Я прошел в конец коридора, то и дело дергая за ручки, натыкаясь то на закрытые двери, то на таких же пьяных или обкуренных школьников. За одной из дверей я обнаружил лишь парочку геев, которые, выругавшись, резко отпрянули друг от друга, и приклеили ко мне свои взгляды: один пытался застегнуть джинсы, другой – быстро натягивал спущенные до колен боксеры. Ухмыльнувшись, я закрыл и эту дверь.

С каждым шагом напряжение росло. Во мне закипала злость и воображение рисовало различные картины того, что этот ублюдок может с ней сделать, а также то, что я сделаю с ним, если все мои самые страшные представления окажутся правдой.

Последняя дверь. Я боялся, что и эта дверь либо окажется пустой, либо в помещении застану совершенно не тех людей, которые мне нужны.

Подойдя вплотную, я вдохнул полную грудь и аккуратно повернул ручку, приготовившись к самому худшему, что могло скрываться за ней. Дверь медленно открылась и первое, что я услышал, было тихое «Пожалуйста, не надо».

- Сволочь.

Справа на скамейке стояла неоткрытая бутылка алкоголя. Видимо, кто-то подготовился заранее. Свет в раздевалке был выключен и я, аккуратно взяв бутылку, зашел в раздевалку. Что-то подсказывало мне, что медлить нельзя, иначе будет слишком поздно, но я не уставал задавать себе вопрос «Какого черта я тут делаю?». Единственным освещением в этой комнате служили яркие огни прожекторов, включенных как в здании самого бассейна, так и на улице.

- Пожалуйста, Эван.

Черт.

Сомнений больше не было. Все вопросы, которые я задавал себе, открывая ненужные двери и натыкаясь на совершенно ненужных людей, улетучились сами по себе. Я аккуратно прошел вглубь комнаты и увидел нависшее тело над совершенно обмякшей девушкой. Эван был слишком увлечен процессом расстегивания своих брюк, что не заметил, как я оказался за его спиной и, в последний раз взглянув на бутылку в моей руке, замахнулся, со всей силой разбив ее ему об голову. Он повалился на пол. Отдать ему должное – он не отключился, лишь смотрел на меня испуганным взглядом, явно не ожидая, что парень, избегающий всех и каждого, способен проделать такой трюк. Да и ради кого? Ради девушки, которую он также обходил стороной?

- Какого черта?

- Я хотел бы спросить это у тебя, но вижу, что ты не в состоянии отвечать на мои вопросы, - с каждым сказанным словом я нависал над ним все больше. Злость переполняла меня и, переведя взгляд на Эбилейль, которая полулежала на скамейке, я сделал первый удар, пришедший прямо в челюсть. Еще взгляд – рука, свисающая со скамейки на пол. Удар. Взгляд – её глаза закрыты, она тяжело дышит. Удар. Воспоминание - она обмякла в его объятиях, он ухмыльнулся и не упустил возможности воспользоваться случаем. Удар.

Эван то и дело плевался кровью и пытался что-то мне сказать, но был не в состоянии даже скинуть меня с себя. Костяшки на моих руках были разбиты, но это волновало меня меньше всего. Вокруг были разбросаны осколки бутылки и в воздухе парил запах алкогольного напитка, который он, не сомневаюсь, надеялся выпить после того, как закончит начатое.

- Еще раз подойдешь к ней и я тебя убью. Понял?

Позволив ему переварить сказанные мною слова и не дождавшись ответа, я встал с пола и направился к девушке, из-за которой все это произошло. Казалось бы, еще недавно я сидел дома, проматывая в своей голове воспоминания, после – рассматривал звездное небо, разговаривал с её отцом, а сейчас... сейчас я смотрю на нее и понимаю, что нашел ответ на свой вопрос.

Какого черта я здесь делаю?

Аккуратно взяв её на руки, я вышел из раздевалки и спустился на первый этаж, где время, кажется, остановилось ровно в тот момент, когда я отправился на поиски. Толпа все ещё прыгала в такт музыке. Те, кто сидел вместе со мной за барной стойкой, пропускали по ещё одному напитку. Даже футбольная команда не сменила своего местоположения и рода деятельности: они также лениво сидели на своих диванах, пили алкоголь и не обращали внимания на девушек, которых, кажется, это ничуть не смущало.

Я посмотрел на неё именно в тот момент, когда, кажется, все взгляды устремились на нас. Музыка стала тише. Люди внимательно рассматривали представшую перед ними картину: парень в мокрой одежде, запачканной чьей-то кровью, и девушка, не подававшая признаков жизни, на его руках. А она была прекрасна.

Толпа расступалась сама по себе перед нами и, чувствуя на себе сотни любопытных взглядов, слыша перешёптывания, я вышел на улицу.

- Никогда больше не возьму тебя на слабо, - не ослабляя хватку, я вдохнул запах ее волос и отправился вместе с ней домой.