90.
-Я встречал тебя раньше, Амелия, но ты была маленькой. - Он говорит, заставляя меня качать головой. Он не может быть серьёзным. Я не знаю, сколько ещё информации я могу получить от него.
-Это невозможно. Я бы тебя запомнила, — говорю я в замешательстве — моё дыхание сбилось от беспокойства, а ладони вспотели от нервозности.
-Это было одиннадцать лет назад, Амелия. Тебе тогда было восемь, и я каждый день после школы был с твоим братом. Я знал тебя, твою маму и твоего папу. - Он заявляет, заставляя мою голову кружиться. Он, должно быть, сумасшедший, я никогда не встречала его до этого.
-Я тебе не верю.
-Ты сама это сказала, ты почти ничего не помнишь из того, что было до того, как тебе исполнилось восемь. Ты переехала в совершенно новый город. - Он говорит, заставляя меня смотреть на него всё ещё в большом замешательстве.
-Да и что? Какое отношение мой переезд имеет к чему-либо, Гарри! Тебя никогда не было в моей жизни! - Я просто всё больше и больше раздражаюсь.
-Потому что... - начинает он, и кажется, что его голову заполняет множество мыслей.
-Потому что почему?! - кричу я в нетерпении.
-Потому что я причина, по которой ты переехала! - говорит он немного громче, пытаясь донести свою мысль.
Я молчу и моргаю глазами секунду, ожидая, что он объяснит дальше. О чём, блять, он говорит?
-К-как... - бормочу я.
Он немного смягчает взгляд и виновато расслабляет черты лица. Смотрит на меня так, будто я распадаюсь из его рук.
-Ты знаешь, кем работала твоя мать до того, как ты переехала в другое место? — почти шепчет он, заставляя меня пожать плечами и попытаться вспомнить. Я теряюсь в догадках, какое отношение имеет моя мама ко всему этому.
-Я не знаю, мне кажется, мой отец говорил, что она была библиотекарем или что-то в этом роде. Какое это может иметь значение! - Я качаю головой, всё ещё пытаясь найти в этом смысл. Я чувствую, что кручусь по кругу, потому что не могу думать ясно.
Он смотрит на меня своими зелёными глазами, не говоря ни слова. Как будто ждёт, что я скажу что-то ещё или приду к пониманию. Я снова перевожу взгляд между его глаз через свои блестящие, всё ещё не понимая, но пытаясь сложить всё воедино.
Но потом меня осенило.
-О, Боже! - Я в шоке прижимаю руку к губам.
Его глаза смотрят на меня с сочувствием, а голова медленно кивает, словно ему совершенно стыдно, что это правда.
Она. Была. Библиотекарем.
-Мне так жаль, Амелия. - Его голос надламывается.
-Отпусти меня прямо сейчас. - Я бормочу в гневе, чувствуя, как мои щёки покрываются слезами.
-Амелия, пожалуйста, д...
-Отпусти меня, Гарри! Ты сжёг библиотеку моей мамы? Я не могу тебе поверить! - Я кричу и немного извиваюсь в его хватке.
Он немного вздрагивает от моего крика и отпускает мои руки. В ту минуту, когда меня отпускают, я снова бросаюсь к двери — на этот раз он не блокирует меня.
-Амелия, мне было двенадцать, и я был ранен! У меня были проблемы с гневом. Пожалуйста, детка, ты должна понять, что я был в тёмном месте. Она была той женщиной, которую я просил усыновить меня, но она не могла, потому что я был слишком сильным, чтобы с этим справиться! - Он следует за мной из комнаты, пока я несусь по коридору.
-Ты сжёг библиотеку моей мамы! Что ты пытался сделать? Убить нас всех? — кричу я, даже не глядя на него.
Он снова хватает меня за запястье прямо перед тем, как я добираюсь до лестницы, разворачивая меня лицом к себе.
-Нет! Это было ночью. Сжечь то место было одной из самых больших ошибок, которые я когда-либо совершал. Это заставило меня отдалиться от Адриана, потому что твои родители так боялись меня, что переехали в другой город. Я помогал твоей маме каждый день после школы, обычно оставаясь до закрытия, потому что я не хотел идти домой. Твоя мама относилась ко мне как к хорошему ребёнку, в отличие от всех остальных. Ты помнишь библиотеку вообще? Мы почти не разговаривали, но ты лежала на полу, лежала на животе и часами раскрашивала возле детских книг. Ты была очень тихим и замкнутым ребёнком. - Он выплеснул так много информации, что мне стало казаться, что у меня голова идёт кругом.
Откуда, блять, он знает, что я замкнутый ребёнок?
-Это слишком. Мне нужно идти. - Я прижимаю ладони к вискам в напряжении.
Я разворачиваюсь и спускаюсь по лестнице, на этот раз он не пытается меня удержать. Я больше не могу воспринимать эту информацию. Гарри буквально переворачивает мой мир с ног на голову. Он пытается сказать мне, что он был лучшим другом моего брата, и вся моя семья знала его. Если он знал меня, то почему он так ужасно со мной обращался, когда похитил меня несколько месяцев назад? Все эти оставшиеся без ответа вопросы, которые у меня есть, толкают меня на край, когда я спускаюсь по лестнице и спешу к входной двери.
-Ты меня любишь? — говорит он с вершины лестницы, заставляя меня остановиться, когда я смотрю на дверь. Кажется, будто лёд пронзает мои вены только от его срывающихся слов.
Я медленно оборачиваюсь и смотрю на него, стоящего там, наверху лестницы, высокого и сильного, но никогда в жизни не выглядящего слабее. Его щёки горели от жара, а глаза выглядели так, будто он рассчитывает на мой ответ, чтобы знать, что делать дальше. Я сглатываю комок в горле, глядя на любовь всей моей жизни, заставляющего меня чувствовать столько горя.
-Я люблю тебя, Гарри, но я не знаю, смогу ли я любить тебя дальше. - Мой голос ломается так же, как и моё сердце — мои слова выглядят так, будто я только что ударила его ножом в грудь.
Его налитые кровью глаза смотрят на меня со ступенек. Я замечаю слезу, вытекающую из его глаза, но он быстро поднимает тыльную сторону ладони, чтобы быстро её вытереть — надеясь, что я этого не заметила.
-Хорошо, я понимаю. - Его некогда мягкий голос становится резким, прочищающим горло. Он слегка шмыгает носом и вытирает глаза, прежде чем стиснуть челюсти, его лицо быстро каменеет.
-Если это так, то я не могу тебя остановить. - Он слегка качает головой с гневным выражением на лице. Я даже не знаю, что сказать прямо сейчас, мне нужно уйти отсюда, потому что я не могу смотреть на него, не думая о том, что он сделал с моим старшим братом.
Я сдерживаю слёзы и поворачиваюсь к двери, схватив свои туфли в руку, даже не надевая их. Я хватаюсь за ручку двери и быстро открываю её, выбегая за дверь, не обменявшись ни с кем ни взглядом, ни словом.
Я бегу к лифту, сканирую свой штрих-код, чтобы открыть его. Моё сердце словно выпрыгивает из груди, и я не могу заставить его замедлиться. Как только он открывается, мои ноги втягивают меня в него, и я не могу думать ни о какой кнопке, кроме той, которая отвечает за главную улицу.
Как только двери закрылись, моя спина соскользнула вниз по стене, и я рухнула на пол в слезах. Я никогда не чувствовала себя такой разбитой эмоционально в своей жизни. Как кто-то, кто любит тебя, может хранить столько секретов? Он так много скрывал за своими кристальными глазами, и я думала, что это был просто свет, но это оказалось просто ещё большей тьмой. Я была такой глупой, когда думала, что всё будет идеально между нами, но мы были сломаны с самого начала. Он был смертоносным главарём банды, а я была защищённой наивной девочкой, которая никогда не видела реального мира во всём его зле.
Я не знаю, смогу ли я вообще верить хоть чему-то, что он говорит. Часть меня просто хотела бы никогда не узнавать, потому что тогда бы ничего этого не произошло, но жизнь не так устроена. Некоторые вещи, которые он мне рассказал, заставляют меня верить ему, но даже если бы я верила, я не могу простить ему убийство моего брата и ложь об этом.
Лифт открывается, и я встаю, быстро бегу по грунтовой улице, уже в ботинках. Я ни на кого не смотрю, потому что не хочу, чтобы кто-то видел моё лицо. Последнее, что мне нужно, это внимание.
Мой разум полностью пустеет, пока я не стучусь в кабинет Эрики в тату-салоне, — нет желания снова врываться, как в прошлый раз. Я пытаюсь контролировать своё дыхание, ожидая в предвкушении.
Дверь распахивается, и я вижу улыбающееся лицо Эрики, но оно мгновенно падает, когда она видит меня.
——————————————————————————-
Я в шоке, девочки..... столько подробностей за две главы... просто кошмар какой-то!!! Очень жаль Амелию в этой ситуации 💔💔💔