098 Философские беседы в поле и в амбаре
Работы на ферме было по прежнему очень много, особенно в этот осенний сезон сбора урожая, но делать её было гораздо легче когда рядом были хорошие собеседники, например Зёнке или Ивонна. На поле во время сбора картошки или свёклы, когда таскаешь туда сюда тяжёлые ящики говорить не всегда удобно, а вот работа в амбаре, где мы постоянно сортировали овощи подходила для бесед просто идеально.
Дело в том, что все три хранилища для овощей в то время не очень соответствовали необходимому температурному режиму и овощи нужно было регулярно перебирать, к примеру время от времени отделять верхние сгнившие листья с кочанов капусты или перебирать и слегка чистить морковку перед днями пятничной выдачи или сортировать картошку на специальном стенде с лентой транспортёра посередине.
Этот агрегат мы установили в коровнике. В верхней части аппарата горела яркая лампа, под ней движущаяся лента с картошкой а сам сидишь на какой нибудь конструкции из коробок и сортируешь, мелкую в один ящик крупную в другой сгнившую вниз в третий ну ещё обламываешь свежие картофельные ростки.
Обычно эту работу делали вдвоём втроём. Самым смешным было работать вместе с Яном, который, как я уже рассказывал вёл непрерывные монологи в лицах сам с собою и когда мы работали с ним только вдвоём, непрерывно ругался самому себе на жизнь. При этом он почти не реагировал на окружающее, просто делал работу и ругался сам с собою.
И ещё, на абсолютно любой вопрос он отвечал дружелюбным тоном «Das weiß ich nicht...», мол понятия не имею. Доходило до смешного, например однажды, он что-то говорил сам себе и использовал слово, значения которого я забыл. Я переспросил его, мол что значит слово Dezent, которое ты только что произнёс? На что он ответил: «Das weiß ich nicht...» :)
Ну то есть разговаривать с Яном было абсолютно бесполезно, но при этом, тогда когда его работа ему совершенно не нравилась, а это было почти всегда, он никогда не направлял свою злость на окружающих, а ругался только сам собою.
Справа и слева от нашего сортировочного стола, были стойла с коровами откуда они кричали своё М-ууу. Коровы кстати очень любопытные звери. И какой у них сильный язык! Однажды я стоял у дверей загона в своей резиновой куртке и корова зачем-то одним движением языка оторвала мне карман. Просто так, из баловства :)
C Ивонной мы разговаривали во время такой работы просто про жизнь, она мне рассказывала про свою жизнь раньше на юге Германии, про свою любимою собаку которая умерла пару лет назад, про своё очень непростое детство с мамой которая очень плохо с ней обращалась, до такой степени плохо, что она ребёнком убегала спать в лес.
Ивонна раньше работала где только не придётся но потом её жизнь сильно изменилась, когда она поняла что нельзя просто так забирать у природы всё ничего не давая взамен иона стала и хиппи и бунтарём и вегетарианкой да ещё одновременно и социалпедагогом.
С тех пор она стала делать только ту работу, которая соответствует её внутренним убеждениям. И эта работа на ферме тоже была для неё не спроста, ведь Hof Windberg это абсолютно экологически чистая ферма, без химии и удобрений, так называемая Demetr ферма, и именно поэтому она здесь и работала.
До работы на ферме она много времени занималась уходом за ущербными людьми. Эта работа называется персональный ассистент. Если у человека есть какие либо физические проблемы, например он не может сам двигаться или болезненное ожирение из-за болезни или нет рук или ног или ещё какие-то ужасы такого рода, но живёт у себя дома, то он может заказать себе таково вот персонального ассистента, который будет посменно находится рядом с ним у него дома, например сутки подряд и просто помогать ему в быту, умывать его, кормить и так далее. И всё это кстати оплачивает государство а не пациент.
Вот такой работой она раньше и занималась и много рассказывала мне об этом своим невероятным голосом, в котором сплетены сразу три разных немецких диалекта.
У Ивонны в жизни было невероятное количество событий и приключений. Например она рассказывала мне, что долгое время жила с соседкой по квартире, которая жила в соседней комнате и была её лучшей подругой а потом (в общем то совсем не вдруг), решила поменять пол и стать мужчиной. И вот Ивонна на протяжении долго времени наблюдала, как эта её подруга постепенно превращается в мужика, как меняется голос, строение тела и как однажды её бывшая соседка посмотрела на неё совершенно мужским взглядом и баском сказала ей, мол а ты ведь такая красивая женщина!
А Ивонна и правда очень хороша.
И она рассказывала мне сотни таких историй, своим ни на что не похожим чарующим голосом с интонациями сказочника, читающего детям разные истории.
Отличным собеседником был Зёнке. Образованнейший человек с прекрасным чувством юмора и с ним было интересно говорить на любые даже самые отвлечённые темы и общих тем у нас с ним было очень много.
Вообще говоря я сначала думал, что вот заниматься тяжёлым трудом на био-ферме за тридевять земель от цивилизации, не так уж и много желающих и оказался совсем не прав. То есть конечно, из желающих делать что-то подобное очереди не выстраивались, но те кто хотел заниматься таким трудом, все до одного были очень специальные люди, и их было не так уж и мало.
Другое дело, что Мартин и Даниэль, в конечном итоге просто использовали их всех. Были ровными в общении и в меру радушны в период контракта а потом просто выплёвывали, всех без исключения, не смотря на то, что все эти люди работали на них за плату сильно ниже рыночной, а то и вообще почти бесплатно, как мы с Зёнке.
Даниэль непосредственно руководил работами на поле и обожал чувствовать себя командиром, а Мартин появлялся на поле почти всегда только за рулём трактора а большую часть времени проводил у себя дома, как он говорил работая в бюро.
Во всём этом ощущалась некая нестыковка, то как Даниэль, человек молодой, моложе нас всех на тот момент, пытается показать себя лидером и при этом, в суждениях о жизни иногда противоречит сам себе.
Мартин же, мог часами говорить, как ему нравится к примеру руками собирать урожай капусты, через полчаса работы уходил к себе в бюро.
Нет, конечно, они оба работали больше чем достаточно, Мартин пахал на тракторе земли, а Даниэль и по выходным обходил и проверял ростки на плантациях, но что-то в этом было не то. Совсем не то, в отличии от энтузиастов работавших на ферме.
Однажды, уже поздней осенью, хозяева купили картофелеуборочный комбайн, ну то есть и до этого картошку собирали не совсем вручную а теперь вот с помощью маленького старого комбайна, который правда бесконечно ломался.
Раньше, в Германнсхоф, я пару раз работал на комбайне, размером с танк, с помощью которого пара человек могут собрать несколько тонн картошки за час. Но тут комбайн был просто небольшим прицепом к трактору, сверху на площадку транспортёра подавалась картошка вперемешку с комьями земли и камнями и пара человек наверху сортировали картошку от камней.
За такой работой конечно не поговоришь, всё в быстром темпе, потом надо ящики с картошкой дотащить до прицепа, потом прицеп доезжал до амбара и в этот момент всё равно начиналась гартентерапия: мы выстраивались в цепочку и передавали ящики друг другу, чтобы высыпать картофель в огромные деревянные ящики в амбаре, на хранение. И это было как танец, как игра, хотя и с тяжеленными ящиками.