Часть 73. Но мы то ведь живы
... Феликс сильно заплакал, очень сильно и нечего не говорил. Слёзы — это слова, которые рот не может произнести, и сердце не может вынести. Феликс не мог нечего произнести, ведь он не знал что говорить. Он потрогал вновь его пульс, и он был слабее чем прежде и скоро перестал биться.
Так устроен мир. Мы не задумываемся, что каждый наш разговор с близким человеком может оказаться последним. Если бы Феликс знал что это был ихний последний разговор, он бы говорил с ним весь день. Но сейчас его же отец умер на его руках.
Мама все таки перезвонила и Феликс еле как ответил. Его руки тряслись. Ещё никто не умирал на его руках.
/Звонок/
М: Что случилось?
Ф: отец...
М: что с ним?
Ф: о...о..он у...у...
М: где вы? Включи свою геолокацию, я скоро буду.
/Конец звонка/
/У мамы Феликса/
У неё заколотилось сердце. Он что мог покинуть мир раньше или все таки пришел его день?
Через 15 минут она преехала. Она увидела то же что и думала увидеть: плачущий Феликс и на его коленях его отец.
— Он... Он правда... Погиб — спросил Феликс.
Мать проверила пульс.
— Да, погиб, погиб... Но мы-то ведь живы. — Сказала она со слезами и Феликс начал плакать ещё сильнее. Казалось, что он хотел делать себе больно или что-то в том роде. — Пожалуйста, не делай с собой нечего всего лишь из-за смерти важного для тебя человека. Я тебя прекрасно понимаю.
Феликс вытер слёзы. Все нормально, все хорошо он подумал, но он не был уверен, правда ли это ведь его отец стал для него очень близким человеком и он боялся его потерять. Но настал конец.
— Ладно, поехали домой. — сказала мама.
— А отец? — спросил Феликс. — что с ним будет?
— Конечно, мы его не оставим. — сказала она. — Тебе подходит если мы его положим на задних сидениях?
— Да, хорошо...