4
Я решила перевестись на домашнее обучение. Мне нужно было только найти способ, как это сделать. Родителей у меня нет, официального опекуна тоже, а значит, нужно было выкручиваться самой. Единственный вариант, который казался реальным, — написать письмо от имени моей мамы. В нём я собиралась сообщить, что мои родители решили забрать меня к себе, но не хотят менять школу и программу обучения, поэтому я продолжу учиться дистанционно.
Все ведь думают, что мои родители уехали в Европу заниматься бизнесом. Так проще. Они всё равно уже ничего не могут мне сказать или опровергнуть. Все думают, что я живу с тётей, но это не так. Только Эни знает правду. Она единственная, кто остался в моей жизни после всего, что произошло.
Написать письмо было проще, чем я ожидала. Несколько фраз, выверенных, официальных, таких, чтобы никто ничего не заподозрил. В конце подпись: "С уважением, Елизабет Харрис". Мама никогда так не подписывалась, но кто об этом узнает? Я проверила текст, нажала "Отправить" и долго смотрела на экран, пока письмо не исчезло из папки черновиков. Всё. Теперь остаётся только ждать ответа.
Всё это казалось мне невероятным. Я больше не хотела видеть тех людей, ходить в это здание, пропитанное фальшивыми улыбками и чужими проблемами. Я не могла больше смотреть на Мика, его друзей, слушать их смех за моей спиной. Мне нужно было уйти. Исчезнуть.
На следующий день я решила не появляться в школе, чтобы создать видимость, что родители действительно "забрали" меня. Простая отговорка: якобы заболела. Один день прошёл незаметно. Затем ещё один. Никто не звонил, не писал, за исключением классного руководителя, которая вежливо поинтересовалась моим состоянием. Я соврала, что у меня простуда, но скоро всё будет хорошо.
Каждый день я сидела дома, нервно проверяя почту. Ответ от школы должен был прийти вот-вот. Моё сердце замирало каждый раз, когда я обновляла страницу. Казалось, всё могло рухнуть в любой момент, если они вдруг захотят связаться с "мамой" по телефону или проверить что-то лично.
Эни приходила почти каждый день. Она приносила мне записи уроков, домашние задания и часто оставалась со мной дольше, чем следовало. Она пыталась убедить меня, что всё будет хорошо. Что я справлюсь. Но я видела в её глазах, что она тоже не уверена.
— Синти, ты уверена, что хочешь так жить? — спросила она однажды, сидя на полу в моей комнате. — Прятаться от всех, врать?
Я пожала плечами:
— У меня нет другого выхода. Ты же знаешь, я не могу вернуться туда.
Эни долго молчала, потом вздохнула:
— Хорошо. Если ты уверена, я буду помогать тебе. Но ты должна обещать, что не сдашься.
Я ничего не ответила. Обещать что-то — это больше не про меня.
Мне оставалось лишь надеяться, что Эни никому не расскажет. Это была моя единственная проблема. Единственная ниточка, которая могла всё разрушить, если бы вдруг порвалась. Эни держала мою тайну, но сколько это могло продлиться? Я не знала. Да и доверять кому-то полностью... я давно разучилась это делать.
Я нашла новую работу — чуть дальше, чем предыдущая. Ездить туда было неудобно, но зато это место гарантировало, что меня не увидит никто из знакомых. Это был мой способ отдалиться от прошлого. От школы, от людей, от воспоминаний, которые меня ломали. Работа была обычной, такой же изматывающей, как и всё в моей жизни. Но я ухватилась за неё, потому что это был хоть какой-то способ двигаться вперёд.
Каждый день я просыпалась с мыслью, что нужно просто пережить ещё один день. Ещё одну ночь. Что каждый шаг, каким бы маленьким он ни был, — это движение к чему-то лучшему. Или, по крайней мере, к чему-то другому.
Но, если честно, я всё так же не видела смысла в своей жизни. Всё, что я делала, казалось бессмысленным. Я работала, училась, пряталась, но от этого не становилось легче. Пустота внутри меня никуда не уходила. Я не видела толку в том, чтобы вставать по утрам. Не видела цели.
Иногда, возвращаясь домой после смены, я просто сидела на остановке, смотрела в никуда и думала: зачем? Для чего? Что меня вообще держит? У меня нет семьи. Нет настоящей поддержки, кроме Эни, и даже её я не могла подпустить слишком близко.
Я жила как на автопилоте. День за днём. Работа, учёба, редкие минуты сна, которые почти всегда сопровождались кошмарами. Время тянулось бесконечно, и я не знала, как долго смогу выдерживать этот ритм.
Но пока я продолжала идти. Маленькими шагами. Через усталость, через боль, через собственное нежелание существовать. Просто потому, что другого выхода у меня не было.
Так и прошло два долгих месяца. Жизнь текла однообразно, словно мутная река, и я была в её холодном течении. Работа, учёба, одиночество. Я почти полностью растворилась в своей рутине, пока однажды всё это не рухнуло из-за одной неожиданной новости.
В пятницу, когда я уходила с очередной смены, менеджер остановил меня у выхода. Его усталое лицо и манера говорить всегда раздражали меня, но я старалась держать себя в руках.
— Харрис, погоди минутку, — он задержал меня своим фирменным жестом, будто мы лучшие друзья. — У нас тут намечается кое-какая проверка. Нужно срочно организовать рабочую группу, чтобы всё выглядело идеально.
— Хорошо, — сухо ответила я. — Что мне нужно сделать?
Он посмотрел на меня с каким-то странным выражением, будто наслаждался тем, что собирался сказать.
— Тебе повезло. Мы подтянули ещё одного сотрудника из местной футбольной команды, чтобы он помог.
Я напряглась. Уже предчувствовала что-то неприятное.
— И кто это? — с подозрением спросила я.
Менеджер широко улыбнулся, явно довольный эффектом:
— Твой одноклассник. Маркус Хартман.
Я замерла. Это был словно удар в живот. Маркус. Конечно. Почему бы и нет? Я хотела уйти подальше от прошлого, а судьба вечно подсовывала его мне под нос.
— Нет, — коротко сказала я, чувствуя, как начинает закипать. — Найдите кого-нибудь другого.
— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, Харрис, — грубо перебил он. — Или ты работаешь в команде, или можешь подыскивать себе другое место.
Это был тупик. Сказать, что я злилась, — ничего не сказать. Но я сдержалась, понимая, что потерять работу сейчас — худшее, что могло бы случиться.
В понедельник я пришла в кафе раньше всех, чтобы хотя бы попытаться избежать неудобной встречи. Но, конечно, Маркус появился вовремя, как и ожидалось.
— Ого, Харрис, даже не верится, что судьба снова свела нас, — ухмыльнулся он, заходя внутрь. — Ты же знаешь, что не сбежишь от меня.
Я закатила глаза и сделала вид, что занята, но внутри меня всё кипело.
— Ты просто кошмарный человек, Хартман, — бросила я, глядя на него исподлобья. — Давай просто сделаем то, что нужно, и больше никогда не будем работать вместе.
— Ты такая милая, когда злишься, — с ухмылкой ответил он. — Но давай, ладно, без споров. Просто скажи, что делать.
Это обещало быть самым долгим днём в моей жизни.
Маркус делал всё, что я говорила, и даже больше. Он убирал, таскал коробки, отмывал стойки до блеска, словно это была работа его мечты. Каждый раз, когда я смотрела в его сторону, он делал вид, будто всё происходит само собой, без лишних усилий. Но это не укладывалось у меня в голове. Маркус Хартман — парень из богатой семьи, король школы, футбольная звезда — занимался грязной работой в забегаловке. Почему? Что его заставило это сделать?
Весь день этот вопрос крутился у меня в голове, как назойливая муха. Может, он провинился перед своими родителями, и это наказание? Или он что-то натворил и ему пришлось взять любую работу, чтобы всё замять? Но всё это звучало глупо. Я пыталась отмахнуться от мыслей, но они лезли обратно.
Когда мы вышли на перекур, я достала свою сигарету, а Маркус просто стоял рядом, слегка рассеянно теребя в руках зажигалку.
— Ты всё ещё куришь? — наконец спросил он, улыбнувшись краешком губ. — Помню, как ты однажды заявила, что бросишь, потому что сигареты портят голос.
Я посмотрела на него, потом снова перевела взгляд в одну точку перед собой.
— Хартман, — произнесла я медленно, выдыхая дым, — ты сюда за разговорами пришёл или поработать?
— Просто хочу поговорить, — мягко сказал он, немного обескураженный моей холодностью. — Мы же раньше могли разговаривать обо всём.
Я молчала, сосредоточенно глядя на тёмное пятно на стене напротив. Меня не интересовало, что он хочет сказать. Я не хотела слушать.
— Ладно, — сдался он, отводя взгляд. — Твоя крепость, Харрис. Но знаешь, когда-нибудь она всё равно рухнет.
Я не ответила. Мне хотелось закрыться от него ещё больше.
На следующий день я пришла на смену чуть позже обычного, уверенная, что вчерашний ад с Маркусом был разовой акцией. Но как только я зашла, менеджер бросил на меня свою довольную улыбку.
— Харрис, познакомься с нашим новым сотрудником, — торжественно сказал он, указывая на вход.
Я чуть не уронила свою сумку, когда в дверях появился Маркус. Улыбка на его лице была настолько самодовольной, что мне захотелось его ударить.
— Привет, партнёр, — сказал он, будто это была шутка.
— Ты что, издеваешься? — процедила я сквозь зубы, повернувшись к менеджеру. — Это какая-то шутка?
— Ты не в курсе? Хартман теперь с нами, — ухмыльнулся менеджер. — Семейный друг владеет нашей сетью, так что, можно сказать, парень из хорошей руки.
Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Всё, что я думала о спокойной работе вдали от прошлого, обрушилось в один момент.
— Ты серьёзно? — обратилась я к Маркусу, сверля его взглядом.
— На сто процентов, Харрис, — весело ответил он, пожав плечами. — Скучал по твоей компании.
Это был худший кошмар, который стал реальностью.