Часть 51.
Pov. Лиса.
Я просыпаюсь полностью разбитая. Но, несмотря на это, когда Чонгук сказал собираться в больницу, слушаюсь.
Мы едем к тому врачу, который брал у меня анализы дома. Делаем ещё УЗИ, смотрим моё состояние и плода.
Всё, что отмечает врач – меньше нервов. Если дальше так всё и пойдёт, ребёнок может родиться с патологиями. Ещё хуже – случится выкидыш.
Прописывает мне витамины и велел отгородить от каких-либо проблем, даже самых маленьких.
А я начинаю бояться сильнее. Но уже не за себя. А за ребёнка.
Поэтому, как только мы выходим из больницы и садимся в машину, я всю дорогу не свожу взгляда с городских улиц.
Понимаю, что если и дальше буду так загоняться – это принесёт вред не только мне. Морально. Но и моему ребёнку.
Поэтому…
Я стойко приказываю самой себе взять в руки и собраться. После вчерашнего начать жить по-другому. Перестать думать о том, что живу в доме с бандитом. С человеком, который однажды причинил не одну боль. Я должна забыть. Как бы тяжело до этого не было.
Всего лишь нужно пересмотреть своё видение на этот мир. На него.
Но оно и так изменилось со вчерашнего вечера. Я и сама не понимаю, почему вижу в Чонгуке теперь не того насильника, которым он был для меня в начале. Да, он, безусловно, продолжает оставаться говнюком, но…
Я воспринимаю его по-другому. И всё из-за того, что он сделал.
Спас своего ребёнка. Сыграл в рулетку, в которой выиграл.
И я ему благодарна. Так сильно, что не знаю, как и выразить. Чтобы не было себе в убыток.
Я знаю, что ему нужно. Банальный секс. Но… Я его ему не дам. Во-первых, по состоянию здоровья. Во-вторых, я прекрасно знаю, что могу помочь ему и по-другому, но… Пока не могу переступить через себя.
Слишком широкий шаг. Вот что-что, хоть я и готова к изменениям, но это пока невыполнимо.
А вот сказать обычное «спасибо» вполне в состоянии. Но не сейчас, когда Чон задумчиво смотрит в окно автомобиля вместе со мной.
Сейчас он кажется мне другим. Таким… Нет, не обычным. Но что-то после вчерашнего между нами точно изменилось. Я перестала чувствовать страх, который испытывала к нему раньше.
Тот потихоньку утих за эту ночь.
Я так сильно вчера доверилась ему, что не заметила, как уснула в его руках. Позволила дотронуться до себя и держать в своих объятиях. Плакала ему в рубашку.
Мне стыдно. Правда, стыдно. В один момент я матерю его, говорю, что ненавижу, а в другой…
Он становится единственным человеком, на кого я могу положиться.
И я опять это понимаю. Моя жизнь зависит полностью от Чонгука. И он готов защищать меня, судя по-вчерашнему. Терпел мою истерику и ушёл после того, как я уснула. А не забил на меня.
Он не был так… Заботлив, когда я потеряла с ним девственность. Он просто сказал свалить с его глаз. Я не уверена, что это забота, но точно не ненависть или жажда убийства.
Вчера, когда он… «Входил» в меня на том столе. Перед тем, как сделать первый толчок. Я кое-что увидела в его глазах. Из-за чего и позволила дотронуться до себя и отнести в комнату.
Извинения.
Обычные, банальные.
Как будто просил прощения за то, что сейчас сделает. Не словами, обычным взглядом.
Но это бред сумасшедшей в панике девицы. Я не уверена в этом.
Но наверняка знаю одно. Если сейчас я не постараюсь исправить к нему своё отношение – дальше будет хуже. Моему ребёнку. И его тоже.
Поэтому, когда приезжаю домой, даю себе задачу – не сблизиться с Чонгуком, но хотя бы начать общаться нормально. Собиралась поблагодарить его в машине, но помимо нас там было ещё два человека. А мне неловко.
Поэтому… Всё же решаю сделать это наедине.
Но, как только перешагиваю порог уже своего дома, спотыкаюсь от увиденного. Нам сегодня не остаться вдвоём. И не понимаю – плохо это или хорошо.
Чонгук реагирует молниеносно. Хватает меня за плечи, и я опять ощущаю это чувство. Как вчера вечером, когда плакала.
Защищённости и поддержки.
Выкидываю это из головы. Не сейчас. Потому что я до сих пор не могу поверить в то, что вижу.
– Лиса, блин, вечная растыка, – бухтит знакомый голос. Поднимаю голову вверх. Пока Чонгук продолжает держать меня. А я и не замечаю этого. Пару дней назад отпрянула бы, как от огня. Но не сейчас.
Потому что это чувство отвращения заменяется радостью.
Делаю несколько шагов вперёд. Избавляюсь от хватки. И врезаюсь в тонкое тело, прижимаясь к подруге.
– Майя! – визжу и не могу прекратить душить мою любимку. Сколько мы не виделись?! Недели две! И за это время столько всего произошло, что я не верю во что-то хорошее. – Я так скучала-а-а. Безумно!
После этого мы ещё минут двадцать обнимаемся. Я спрашиваю, откуда она взялась, и подруга рассказывает мне одну шокирующую вещь.
Чонгук пригласил! Конечно, через Намджуна.
Но для него это тоже подвиг. С чего это он таким добрым стал?
Не знаю. Но мне теперь его и за это поблагодарить придётся. Два «спасибо» будет маловато. Особенно за хорошее настроение, которое он мне обеспечил.
Чон и Ким, скупо поговорив меж собой, уходят на улицу. Нас же оставляют в доме и дают поручение приготовить еду. Помимо шашлыков, «нарезать траву», по словам Чонгука, и сделать что-нибудь из продуктов в холодильнике. Не всё же мясо есть.
Вот и мы с Майей принимаемся за дело, болтая обо всём на свете.
Как и ожидалось, на меня высыпается слишком много вопросов. Особенно по поводу кольца. Подруга немного обижается, что узнает об этом только сейчас, но я сваливаю всё на Чонгука.
Хоть в чём-то он хорош. Можно гнать всё на него.
И она чуть растаивает, но всё равно обязательно припомнит мне это.
Спрашивает, как мы поживаем. Всё ли у нас хорошо.
И мне приходится сказать, что отлично. А вот от вопроса про любовь уклоняюсь, оставив без ответа. Переключаюсь на них с Намджуном. Та смущённо краснеет и говорит, что лучше быть не может.
И я ей верю. Вообще счастлива за подругу.
А они ведь тоже странно познакомились. Во дворах. Её парни какие-то изнасиловать захотели, а тут Намджун. Спас её. Как рыцарь. Хромой, кривой, но вот уже долгое время встречаются и даже живут душа в душу. Она переехала к нему.
И это так мило.
Я бы тоже хотела таких отношений.
Но Чонгук… Нам бы не поругаться для начала.
Но это потом.
Сначала мне нужно отблагодарить его. И, может, хоть немного, но мне станет легче.
Активно принимаюсь за готовку. Помимо обычных «спасибо» сделаю ему что-нибудь сладкое. Не знаю, любит ли он его, но это повод проверить. Можно было бы спросить у малышки, но она куда-то делась. Не видела её со вчерашнего вечера.
Обязательно потом узнаю о ней у Чона.
– Лиса, открой окошко. Душно стало.
Киваю, оставляю нож на доске и иду к окну. Убираю занавески в сторону и открываю створки. На минутку вдыхаю свежий морозный воздух. После дождя. Вперемешку с запахом костра.
Смотрю вперёд, вижу толпу мужчин. На мгновение становится страшно, но потом взгляд опускается на ладонь. Кольцо на пальце. Не тронут. Пока я под покровительством Чонгука.
И мне становится легче.
Знаю, что он защитит меня в случае чего. После вчерашнего твердо в этом убеждаюсь.
Опять возвращаю взгляд на мужчин. С виду обычные люди. Громко смеются, играют, но убийцы в одном лице.
Машу головой. Ищу глазами Чона и нахожу. Так вот где бегает Лу.
Стоят оба у мангала. Чонгук подаёт бутылку девочке и показывает, как правильно нужно лить воду во время жарки. Та его внимательно слушает, повторяет за ним. И когда от дров идёт дымок, так несказанно радуется.
Слышу её вопли отсюда.
Внезапно ловлю взгляд Чонгука на себе. И если в другой раз я бы вздрогнула и покрылась мурашками, то сейчас… Спокойно, не дрожа и не боясь, ответно смотрю в его сторону...