Долг Ярохвоста. Коты-Воители

Глава 5
Входя вслед за Когтем назад в лагерь, Ярохвост чувствовал себя совершенно разбитым. Всё, чего ему сейчас хотелось – это уединиться на своей подстилке в спокойной полутьме воинской палатки и попытаться забыть произошедшее, как страшный сон.

Заметив вошедших, Ветерок и Мышка бросили свой моховой мячик и побежали к воинам.

– Ярохвост! Ярохвост! – позвал кота Ветерок. – Ты принёс что-нибудь покушать?

«Мы забыли забрать мою полёвку», – понял вдруг Ярохвост.

Мышка продолжала идти за ними по пятам, во все глаза глядя на черепахового воителя.

– Тебе больно? – спросила она, с беспокойством оглядывая царапины на боках Ярохвоста. – Вы повстречали барсуков? Ты храбро сражался?

«Нет. Я не был храбр. Я был жесток», – подумал Ярохвост, молча направляясь мимо котят к воинской палатке. Он просто не мог найти в себе сил и рассказать им о своей «храбрости».

– Не время для разговоров, котята, – важно сказал Коготь. – У нас важное донесение для Солнцезвёзда. Ярохвост, стой.

Не дойдя до воинской палатки, молодой воитель замер и оглянулся.

– Что?

Коготь подошёл и встал перед ним, загородив дорогу.

– И куда это ты собрался? Мы сейчас пойдём к Солнцезвёзду и расскажем ему о произошедшем.

– А что произошло? – с любопытством спросила Мышка, но оба кота проигнорировали её вопрос.

– Мышка! Ветерок! А ну-ка прекратите докучать им. Бегом ко мне, – позвала своих котят Кривуля, и они убежали. Ярохвост испытал чувство облегчения – ему не хотелось, чтобы котята услышали что-то из того, о чём пойдёт речь.

Но что скажет Солнцезвёзд? Ярохвост всю обратную дорогу думал о своей драке с Кислинкой. Олень был прав – предводитель определённо не будет от его поступка в восторге.

– Хорошо, – буркнул кот, – давай уже покончим с этим.

Коготь легонько подтолкнул его в сторону предводительской палатки.

– Не волнуйся, я сам обо всём расскажу, – заверил его Коготь.

Предводитель как раз вышел из своей палатки, когда они поднимались вверх по Высокой Скале.

– Что стряслось? – спросил он, увидев выражения их лиц.

– Неприятности, – ответил Коготь, опередив своего спутника, и в предводительских глазах зажёгся огонёк тревоги.

– Тогда проходите внутрь и выкладывайте.

Коготь с Ярохвостом последовали за предводителем. «Как же я расскажу ему о своём нападении на Кислинку?» – в который раз виновато подумал молодой воитель.

Однако ему не пришлось даже открывать рта – едва завеса из лишайников сомкнулась за их спинами, слово взял Коготь.

– Мы просто охотились в нашем лесу неподалёку от Четырёх Деревьев, выслеживая жирного кролика, – начал объяснять он. – Мы уже собирались броситься на него, как нашу границу нарушила Кислинка, Ветряной оруженосец. Она специально спугнула нашего кролика, а затем обвинила нас в том, что мы охотимся на своей же территории.

Солнцезвёзд склонил голову набок.

– И вы поднимаете панику из-за оруженосца, не разобравшегося с метками? Ничего страшного, бывает. Надеюсь, вы отчитали её и отправили обратно на территорию племени Ветра?

Коготь почти радостно, словно всё шло по его сценарию, продолжил.

– Именно так я и собирался поступить. Но, когда я указал ей на допущенную ошибку, она зашипела на меня и сказала, что пришла пора племени Ветра преподать нам хороший урок. Сказала, что Грозовое племя – это лишь кучка задир, считающих, что весь лес принадлежит лишь им.

Ярохвост удивлённо уставился на Когтя. «Да, она говорила что-то примерно похожее, но не то же самое!» Он намеренно искажал слова Кислинки таким образом, чтобы выставить её виноватой, а себя – справедливым и добрым.

– Ну… – начал было молодой воитель, но, поймав пронзительный взгляд Когтя, тут же замолчал. Может, косматый воин и впрямь заметил в поведении Ветряной ученицы что-то, чего неопытный Ярохвост не сумел распознать?

– Мы подождали наставника Кислинки, – продолжил Коготь. – И сказали ему, что его ученица совсем отбилась от лап и он должен знать, что она вытворяет. Это был Олень, тот здоровый Ветряной кот.

Солнцезвёзд кивнул – он знал Оленя.

– Но когда мы рассказали Оленю о том, что Кислинка натворила, он лишь рассмеялся нам в лицо и спросил: « Ну и что с того?». А ещё они поцарапали Ярохвоста. Ярохвост, покажи.

Воитель слегка развернулся, показывая Солнцезвёзду неглубокие царапины на своём боку. Предводитель, помрачнев, внимательно осмотрел их. «Коготь подтасовывает факты, – понял Ярохвост. – Видел бы Солнцезвёзд рану, которую я нанёс Кислинке!»

– Олень сказал, что мы просто не осмелимся сделать ничего в ответ, – закончил Коготь. – Он сказал: «Солнцезвёзд не осмелится напасть на нас, ведь он не захочет злить племя Ветра».

Широко распахнув глаза, Солнцезвёзд ощетинился.

– Именно так он и сказал?

– Да, – ответил Коготь. – А потом Ярохвост прогнал их прочь.

Ярохвост потрясённо моргнул. Да, он победил совсем молоденькую кошечку и поранил её, но никого никуда не прогонял. Кот вспомнил полный отвращения взгляд Оленя, и жгучий стыд вновь охватил его от ушей до кончика хвоста.

– Но, убегая, Олень сказал, что они ещё вернутся, – промяукал Коготь. – Солнцезвёзд, Ветряные нарушают наши границы и открыто не уважают тебя. Мы должны доказать им, что в состоянии постоять за себя! Верно, Ярохвост? – закончил он, поворачиваясь к пёстрому воителю.

Голова Ярохвоста шла кругом. Коготь что, пытался развязать войну с племенем Ветра? Почему он постоянно так жаждет битвы? Видь и в прошлый раз – тогда, в прошедший Листопад – всё началось именно с его подачи. Вдруг молодого воителя осенила догадка. «Он не сказал правды сейчас, так, может, и в тот раз он оговорил Речных, провоцируя предводителя к силовому решению вопроса?»

Коготь легонько подтолкнул Ярохвоста в бок, ожидая ответа. «Я обязан Когтю жизнью, – вспомнил молодой воитель. – Я обязан ему всем». Он не мог публично обозвать того лжецом. Но и самому им становиться, подтверждая рассказанные Когтем небылицы, Ярохвост не хотел.

Затянувшаяся пауза, казалось, длилась вечно.

Наконец, Солнцезвёзд вздохнул.

– Сегодня будет Совет, – промяукал он. – Я поговорю с Вересковой Звездой. Она – разумная кошка. Возможно, нам удастся уладить всё без кровопролития.

– Да, Солнцезвёзд, – почтительно склонил голову Коготь, но в его глазах продолжал гореть недобрый огонёк. Было очевидно, что мирное решение вопроса – это последнее, чего хочет Коготь.

****

Холодный лунный свет лился с небес на землю, и четыре огромных дуба отбрасывали длинные тени на собравшихся котов. Ёжась от ночной прохлады, Ярохвост напряжённо искал взглядом в толпе воителей Кислинку, но её нигде не было. Неужели он настолько сильно ранил кошечку? Или она просто осталась охранять свой лагерь?

– Это первый Совет, на котором мы присутствуем в роли полноправных воителей, – восторженно прошептала ему в ухо Синеглазка.

– Ага, – пробормотал Ярохвост. Если бы не история с Кислинкой, он бы наверняка был взбудоражен не меньше. Продолжая наблюдать за котами племени Ветра, он заметил Оленя, что-то оживлённо обсуждавшего с Лучехвостом, чёрно-белым Ветряным глашатаем, и слегка пригнулся, не желая быть замеченным.

Громкий клич со Скалы Совета привлёк внимание собравшихся. Там стоял Солнцезвёзд, по обе стороны от которого находились Кедрозвёзд, предводитель племени Теней, и Метеор, совсем недавно занявший пост предводителя Речного племени после того, как Ледозвёзд потерял свою девятую жизнь. Неподалёку от Метеора стояла Вересковая Звезда, предводительница племени Ветра. Ярохвост испуганно задержал взгляд на гладкошёрстной светло-серой кошке.

Что именно рассказал ей Олень? И что ей скажет Солнцезвёзд? Неужели он повторит ей в лицо всю ту ложь, напетую Когтем? Сам Коготь сидел неподалёку от Ярохвоста. Огромный воин внешне выглядел совершенно спокойным, лишь подёргивание кончика хвоста говорило о том, что он чего-то с нетерпением ждёт.

«Чего же именно?»

Кедрозвёзд, прочистив горло, начал докладывать.

– С наступлением Юных Листьев в племени Теней стало предостаточно дичи…

Ярохвост пропустил мимо ушей доклады Кедрозвёзда и Метеора. Как только слово взяла Вересковая Звезда, он, подобравшись, навострил уши, но она так и не упомянула приграничную стычку. Вслед за ней поднялся Солнцезвёзд, и пёстрый воитель весь обратился во внимание, даже не пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

– После тяжёлого сезона Голых Деревьев в Грозовом лесу вновь в достатке дичи, – начал он. – В нашем лагере возникла вспышка Белого Кашля, но Пышноус и Пестролапка с честью справились со своей работой, и последний из заболевших покинул целительскую палатку несколько дней назад.

Предводитель оглядел своё племя, и его взгляд упёрся в Ярохвоста. Живот молодого воина свело спазмом. Что же будет, когда Вересковая Звезда расскажет Грозовому предводителю всю правду, и он поймёт, что они с Когтем обманули его?

– Двое наших котов закончили обучение и стали воинами, – продолжил Солнцезвёзд, – это Ярохвост и Синеглазка. – Собравшиеся начали скандировать их имена, и Синеглазка довольно замурлыкала. Ярохвосту очень хотелось бы сейчас испытывать то же чувство радостной гордости, но ощущение надвигающейся беды заполнило всё его сознание.

Подождав, пока гомон внизу стихнет, Солнцезвёзд заговорил снова.

– К сожалению, привычный ход жизни был омрачён происшествием, случившимся сегодня на границе между Четырьмя Деревьями и Грозовым племенем. Ветряной оруженосец нарушил границу, спугнув нашу дичь, и завязал драку с двоими нашими воителями, – промяукал он, бросив пронзительный взгляд на предводительницу племени Ветра. – Вересковая Звезда, мне очень хотелось бы услышать твои заверения, что подобное больше не повторится.

Взгляд Вересковой Звезды был задумчив.

– Да, я слышала это историю, но несколько под другим углом, – промяукала она. Кошка замолчала, и грудь Ярохвоста сдавило от страха. «Сейчас она расскажет, как всё было на самом деле!» – обречённо подумал он. Прошло несколько мгновений, и кошка продолжила. – Каждый порой допускает ошибки, особенно оруженосцы. Но воины должны это понимать и быть с ними терпеливыми. Но племенные границы, безусловно, должны быть неприкосновенны. Я думаю, мы с Солнцезвёздом сможем уладить этот вопрос, в зародыше погасив этот конфликт.

Уши Когтя прижались к голове от злости.

– Она что, считает Солнцезвёзда слабаком? – сказал он Остролапу чуть громче, чем нужно было, чтобы его услышал лишь собеседник.

И Солнцезвёзд, безусловно, услышал, поскольку его шерсть тут же встала дыбом.

– Может, тебе просто стоит выстроить своё племя и поучить его уважать соседей, и тогда у нас просто не будет поводов для конфликтов? – зло прошипел он Вересковой Звезде.

По толпе собравшихся пробежал удивлённый гул – нечасто спокойного и рассудительного Грозового предводителя можно было увидеть таким.

– Солнцезвёзд что, угрожает племени Ветра? – потрясённо спросил небольшой белый Речной воин, вытаращив глаза.

– Давно уже пора показать остальным племенам, что они не могут безнаказанно нарушать наши границы! – ответил ему Остролап, и Коготь согласно кивнул.

Толпа ощетинилась, и обычно дружелюбно-непринуждённое мяуканье сменилось разъярённым шипением. Ярохвост чувствовал себя совершенно опустошённым. Неужели этот Совет закончится битвой? Нет, такого не может быть, ведь перемирие во время Советов священно.

Но вершине Скалы Советов Кедрозвёзд раздражённо взмахнул своим тёмно-серым хвостом.

– Неужели мы обязаны выслушивать эти ваши мелкие склоки на Совете? У нас, между прочим, полно дел в лагере.

– Согласен, – вторил ему Метеор, будучи, очевидно, рад возможности избежать втягивания своего племени в новый конфликт после нескольких лун относительного мира с Грозовыми. – Речное племя, за мной!

В то время как Речные воители потянулись с поляны, Ярохвост направился к Оленю. Скорее всего, тот не захочет с ним разговаривать. Наверняка Ветряной великан до сих пор желает спустить с него шкуру. «И я полностью заслуживаю этого», – подумал Ярохвост с горечью. Но молодой воитель просто не мог не убедиться, что с Кислинкой всё в порядке – ведь мысль о ней терзала его сейчас больше всего на свете.

– А где Кислинка? – выпалил он, едва подойдя к Оленю. – Неужели ей настолько плохо, что она не смогла прийти на Совет?

Олень, обернувшись, удивлённо посмотрел на Ярохвоста.

– Да, её рана ещё болит – ты хорошо постарался. Но она поправится.

– Прости меня. У меня и в мыслях не было навредить ей, я просто выполнял свой долг.

– Выполнял свой долг? – повторил Олень, напряжённо глядя на Грозового воителя. Прошло немало времени, перед тем как он снова заговорил. – Послушай, Ярохвост, ты ведь совсем недавно стал воином, да? Воины должны учить оруженосцев, а не причинять им боль. Даже если это оруженосцы другого племени. Ты обязан был отчитать её и отправить домой. Или хотя бы подождать моего прибытия.

– Но Коготь прав: мы обязаны защищать наши границы! – продолжал настаивать Ярохвост, ощетинившись, но он и сам не верил своим словам.

– А Кислинка что, представляла для Грозовых какую-то страшную угрозу? – прошипел Олень. – Это всё так в духе Когтя. Между прочим, ещё до того, как ты признался, я прекрасно понимал, что именно ты дрался с Кислинкой. Ведь Коготь просто разорвал бы её пополам.

«Разорвал бы её пополам». Ярохвост вдруг вспомнил слова Когтя, и его охватил ужас.

– Нет… – пробормотал он, – Коготь – он… хороший воин… Храбрый…

Олень прищурился.

– Храбрый, да, этого у него не отнять. Но не только умение драться делает тебя настоящим воителем.

Прошло немало времени, прежде чем Ярохвост нарушил затянувшуюся паузу.

– Боюсь, что произошедшее может привести к битве между нашими племенами, – промяукал он. – И Солнцезвёзд, и Вересковая Звезда не на шутку рассердились.

Поднявшись, Олень потянулся, выгибая спину.

– А ты, кажется, разумнее большинства твоих соплеменников, – сказал он. – И, несмотря на то, что я всё ещё хочу спустить с тебя шкуру, я тоже не желаю этой войны.

– Но что мы можем поделать? – беспомощно промяукал Ярохвост.

– Вересковая Звезда – мудрая предводительница и не станет очертя голову бросаться в битву, не имея для того достаточно оснований, – объяснил Олень. – То же самое я слышал и о Солнцезвёзде. Когда мы вернёмся в наши лагеря, мы должны поговорить с ними. Мы ведь оба были там и видели, что именно произошло. Может, у нас получится убедить их, что нет повода для развязывания войны.

– Хорошо, – согласился Ярохвост. В душе у молодого кота зажглась надежда. Олень был таким разумным и открытым для диалога… «В отличие от Когтя», – раздался вдруг у него в голове голосок, от которого пёстрый воитель поспешил отмахнуться. Наверняка Коготь его поймёт и поможет ему всё объяснить Солнцезвёзду, пока не стало слишком поздно. Да, он всегда готов сражаться, защищая племя, но никому ведь не нужно лишнее кровопролитие!

– Грозовое племя, за мной! – раздался над поляной голос Солнцезвёзда, и Ярохвост аж подпрыгнул.

– Я лучше пойду, – промяукал он. – Спасибо тебе. Передай Кислинке мои извинения и пожелания скорейшего выздоровления.

Ветряной воитель кивнул.

– До свидания, Ярохвост.

Молодой воитель поспешил догнать своих соплеменников и пристроился в конец колонны. Он заметил, как Остролап и Коготь о чём-то оживлённо говорили с Солнцезвёздом и Синегривкой, возглавляющими Грозовой строй.

«Что же Коготь плетёт ему на этот раз?» – подумал Ярохвост. Оставалось лишь надеяться, что он не подзуживает предводителя на драку. Как бы ни было больно это признавать, но Олень был полностью прав насчёт Когтя, подумал Ярохвост, вспоминая его наставления во время боя с Кислинкой. Может, Коготь действительно готов использовать любой повод, чтобы начать новую битву?

«Я обязан ему жизнью. Но значит ли это, что я должен поддерживать любой его поступок?»

Нет, нужно всё-таки выждать момент и поговорить с Солнцезвёздом, решил Ярохвост. И откроет предводителю глаза на происходящее.

Но, едва они только достигли лагеря, Солнцезвёзд тут же молнией взлетел на вершину Высокой Скалы.

– Пусть все коты и кошки племени, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Скалой на собрание племени! – пронёсся над поляной его голос. Синегривка стояла плечом к плечу с предводителем, и её взгляд источал холодную решимость.

Из детской показалась голова Кривули.

– Что происходит? – спросила королева. Старейшины потянулись из своей палатки, воины, остававшиеся охранять лагерь, также начали собираться вокруг. Все присутствующие с интересом навострили уши, ожидая важных новостей.

– Вересковая Звезда отказалась говорить со своими соплеменниками по поводу недопустимости нарушения наших границ и кражи нашей дичи, – мрачно начал Солнцезвёзд. Шипение и злобные крики понеслись сквозь толпу собравшихся.

– Ветряные коты вечно слишком голодны, чтобы им можно было доверять, – промяукал Птицехвост. – Эти обжоры вечно крадут дичь у других племён.

– Верно, – согласилась Рябинка, блеснув своими янтарными глазами. – Но мне всегда казалось, что Вересковая Звезда слишком горда, чтобы позволять им вот так нарушать Воинский Закон...

– Пришло время напомнить Ветряным, что Грозовое племя умеет и будет защищать свою территорию, – продолжил Солнцезвёзд. – Завтра мы отправим патруль в атаку на них.

Ярохвост не мог поверить своим ушам.

– Это же был всего-навсего один допустивший ошибку оруженосец, а не вторжение! – взорвался он.

Синеглазка легонько толкнула брата в бок.

– Вряд ли они будут слушать молодого воина, – прошептала она Ярохвосту на ухо.

– После того, как Вересковая Звезда сказала, что мы не посмеем нарушить мир, стало неважно, оруженосец это был или нет! – взревел Коготь. – Оруженосец – это лишь начало. За ним последуют всё новые и новые Ветряные воины, которые будут нарушать нашу границу и воровать нашу дичь, если мы не предпримем меры!

– На этот раз Коготь прав, – согласился Солнцезвёзд, сурово глядя с высоты на своё племя. – Если мы не будем сражаться за свою территорию, то потеряем её. Мы должны показать всю серьёзность наших намерений. Коготь предложил направиться прямо к их лагерю и разрушить его. Не нужно никого ранить – достаточно навести кавардак в лагере. Увидев, насколько легко мы можем проникать вглубь их территории, они в следующий раз дважды подумают, прежде чем нарушать наши границы. Спустившись с Высокой Скалы, он кивнул Когтю.

«И он уже не изменит своего решения, что бы я ему не сказал», – мрачно подумал Ярохвост.

– Я поведу патруль. Коготь, Ярохвост, Остролап, Дроздовик и Лоскут, вы пойдёте со мной, – промяукала Синегривка.

Живот Ярохвоста пронзило болью, словно по нему прошлась когтистая лапа. «И я ещё должен принимать во всём этом участие?»

Коты начали расходиться по своим палаткам, часть направилась к куче с дичью.

Вдруг его шкура соприкоснулась с чьей-то ещё, и он почувствовал знакомый запах. Это был Коготь.

– Ну что, готов? – возбуждённо спросил он. – У тебя будет шанс закончить начатое с той выскочкой.

– Но это всё неправильно! – в отчаянии взвыл он.

– Конечно же, правильно, – промурлыкал Коготь в ответ. Он выглядел таким счастливым, словно это был лучший день в его жизни. – Самое главное для воина – это сражаться, защищая своё племя и свою территорию, – продолжил он, буравя собеседника взглядом. – И я хочу, чтобы ты всегда был на моей стороне, Ярохвост. И тогда я сделаю из тебя настоящего воина.

Глава 6
– Давай же, Ярохвост! Тебе пора вставать! – пробился сквозь пелену беспокойной дрёмы голос Синеглазки, и пёстрый воитель с трудом разлепил глаза. Первые лучики солнца уже пробивались в палатку. Подстилки молодых воинов располагались с краю палатки, и холодный утренний ветерок, задувая снаружи, пробирал до костей.

Тут и там воители, поднимаясь из своих уютных гнёздышек, потягивались и разминали лапы, подрагивая от утренней прохлады.

– Жалко, что я не иду с ними, – промяукала Белоснежка Чернобурке, положив лапы на край подстилки сестры. – Уж я бы научила этих Ветряных выскочек держать лапы подальше от чужой дичи!

На душе у Ярохвоста было невыразимо отвратительно. Как он мог в этом участвовать, если только вчера они с Оленем договорились поговорить каждый со своим предводителем, чтобы уладить вопрос миром. Если он нападёт, в то время как у Оленя получится убедить Вересковую Звезду, как иначе, кроме как гнусным предательством, будет выглядеть его поступок? Тот же Олень никогда больше не сможет верить Грозовым, и будет тысячу раз прав.

Неохотно переставляя одеревеневшие лапы, он вместе со всеми вышел на поляну. Ярохвоста вновь охватили сомнения. Может, было ещё не поздно поговорить с Солнцезвёздом? «Если я расскажу ему, что мы с Когтем на самом деле солгали, то…»

…То это будет гораздо более гнусным предательством, чем по отношению к Оленю, понял воитель. Ведь с тех пор, как Коготь спас ему жизнь, Ярохвост был в долгу перед ним. И Коготь имел полное право ожидать от него преданности и лояльности. И, как воитель Грозового племени, он обязан был быть преданным своим соплеменникам, а не Ветряным котам.

Неподалёку от Высокой Скалы сам Коготь делил утреннюю трапезу со своим бывшим наставником, Остролапом. Заметив Ярохвоста, он встал, потянувшись, и побрёл в его сторону.

– Как только все будут готовы, мы выступаем, – сообщил бурый воин. – Так что быстрее хватай себе что-нибудь из кучи и поешь – тебе понадобятся силы.

– Хорошо, – согласился Ярохвост и покорно направился к куче с дичью. Коготь пошёл вместе с ним.

– Солнцезвёзд хочет, чтобы мы просто устроили погром в их лагере, – вполголоса промяукал он, когда Ярохвост наклонился, чтобы взять себе из кучи воробья. – Но если ты вдруг заметишь ту Кислинку или её наставника, то рви их и даже не сомневайся. Пусть все знают, что бывает с теми, кто нарушает границы Грозового племени.

Ярохвост выронил своего воробья.

– Но Кислинка нарушила границу не нарочно! – взвыл он. – Пожалуйста, Коготь, давай поговорим с Солнцезвёздом! Если мы расскажем ему, как всё было на самом деле, он, возможно, ещё поменяет своё решение!

Глаза Когтя сузились.

– А как всё было на самом деле? – Он сделал шаг по направлению к Ярохвосту и теперь стоял настолько близко, что пёстрый воитель отчётливо почувствовал запах только что съеденной им мыши. – Мы и так рассказали Солнцезвёзду, что произошло.

– Нет, не рассказали, – огрызнулся Ярохвост. – Ты говорил Солнцезвёзду, что мы дождались Оленя после того, как поймали Кислинку на нашей территории. И что они оскорбляли Грозовое племя и первыми напали на нас, прежде чем мы прогнали их прочь. На самом же деле всё было совсем по-другому.

– А, может, с нашей точки зрения всё именно так и было, – прорычал Коготь, раздражённо взмахнув хвостом. – Ты просто слишком молод и ещё не всё понимаешь.

– Неправда, – продолжал настаивать Ярохвост, – я прекрасно всё понимаю.

Но червячок сомнения всё же закрался в его душу. Может, Коготь был прав? Он ведь было одним из лучших воинов Грозового племени. Может, он, Ярохвост, действительно чего-то недопонимает?

Коготь, казалось, был удовлетворён его смятением.

– Главное, что тебе стоит помнить, так это то, что племя Ветра – наши враги. И всё, что ослабляет их, делает сильнее нас.

«Неужели всё действительно так?» – подумал Ярохвост. Он всегда воспринимал остальные лесные племена скорее как союзников.

– Просто помни, – мягко промяукал Коготь, кивая на воробья у ног Ярохвоста, – в лесу недостаточно добычи для всех. И, если Ветряные коты станут охотиться на нашей территории, то наше племя будет голодать.

– Наверное, ты прав, – угрюмо пробормотал Ярохвост, уставившись в землю. Однако, обдумав ситуацию, он вновь встрепенулся. – Но сделает ли то, что мы планируем, нас сильнее? Ведь в племени Ветра много воинов, а мы направляемся к ним в лагерь всего одним патрулём…

Коготь весело замурлыкал.

– Да, у них немало воинов, но большинство из них в столь замечательный погожий денёк будут вне лагеря – на охоте или в патрулях. Помимо одного или двух, охраняющих лагерь, мы будем иметь дело с королевами, их котятами и старейшинами. Они не станут сражаться с нами, нам же, в свою очередь, даже не придётся пускать в ход когти. Мы просто разнесём их лагерь, тем самым преподав племени Ветра урок.

Взмахнув хвостом, он продолжил.

– Не то чтобы я возражал встретиться с Оленем вновь. Но Солнцезвёзд хочет, чтобы всё обошлось без крови.

– Теперь я, кажется, всё понимаю, – задумчиво промяукал Ярохвост. Всё, кажется, было не так уж страшно, как он боялся. В конце концов, племя Ветра действительно было их противником. И, если никто не пострадает, то, может, не так уж и плохо, что Солнцезвёзд не знал, что произошло на границе на самом деле.

****

– Мы не будем скрывать наших перемещений и пытаться прокрасться в их лагерь, – объявила Синегривка после того, как их патруль вышел из лагеря и взял курс на Четыре Дерева. – Задумка как раз и состоит в том, чтобы показать другим племенам, что мы не боимся защищать то, что принадлежит нам по праву.

Шестеро котов, не останавливаясь, пересекли свою территорию и, не останавливаясь, минули Четыре Дерева. Синегривка возглавляла патруль, Коготь с Остролапом плечом к плечу шли сразу за ней. На небе не было ни тучки, и яркое утреннее солнце приятно согревало шкуру Ярохвоста. Этот день был идеален для охоты или просто для того, чтобы наслаждаться теплом наступивших Юных Листьев. Вокруг царила такая безмятежность, что молодой воитель на время почти забыл о цели их похода.

Ярохвост чуть сбавил шаг, поравнявшись с Дроздовиком и Лоскутом.

– А вы бывали в Ветряном лагере? – спросил он их.

Дроздовик отрицательно покачал головой, зато Лоскут кивнул.

– Несколько лун назад я сопровождал Пышноуса, которому нужно было побеседовать относительно целительских дел с Корявым, – ответил он. – Их патруль встретил нас и проводил в лагерь. Он очень странный – все, кроме совсем маленьких котят и старейшин, спят под открытым небом. У них вообще нет палаток в нашем понимании этого слова.

– Ничего себе, – удивился Ярохвост, удивившись про себя, как же они смогут разрушить лагерь противника, если в нём, по сути, было нечего разрушать. И эта мысль чуть оттеняла ощущение неправильности того, что им предстояло сделать.

Синегривка остановилась у подножья холма, густо поросшего кустарником.

– За ним начинается территория племени Ветра, – промяукала она, глядя почему-то на Ярохвоста. – Мы заберёмся на его вершину, и оттуда я поведу вас прямо в Ветряной лагерь. Его сложно заметить, если не знать точно, куда идти. Если мы будем достаточно расторопны, то успеем застать их врасплох. И тогда нам не придётся иметь дело с воинами, вернувшимися из патрулей.

По мере подъёма склон становился всё более крутым и каменистым, пока Ярохвосту, наконец, не пришлось перепрыгивать с валуна на валун и карабкаться по практически отвесной поверхности, напряжённо ища точку опоры.

– Ты как, в порядке? – измождённо выдохнул Лоскут, карабкавшийся позади него. – Нам, небольшим котам, непросто преодолевать такие препятствия. Но это единственный способ добраться до лагеря племени Ветра, не пересекая реку, что было бы ещё более проблематично.

Ярохвост подумал, что Лоскут был слишком добр, делая подобное обобщение – ведь он был ещё меньше чёрно-белого кота.

– Спасибо, я в порядке, – ответил пёстрый воитель, стараясь сдержать хрипы в горле. – Просто удивляюсь, как Ветряные коты каждый раз спускаются на охоту.

Поскользнувшись на мшистом камне, Лоскут едва удержал равновесие.

– А что им остаётся? Все хотят есть. Да и потом, такие подъёмы даются им куда легче, чем нам. Эти длиннолапые охотники на кроликов уже сами практически стали кроликами, – весело промурлыкал в ответ чёрно-белый воитель, и Ярохвост не смог сдержать смешка.

Добравшись до вершины холма, молодой воитель замер, изумлённо глядя на лежащую внизу травянистую равнину, изредка перемежаемую одиночными деревьями и скоплениями кустарников. Местами из земли вырастали валуны и небольшие скалы. Свежий ветер продувал пустошь насквозь, качая деревья и кусты вдалеке. Ярохвост аж вздрогнул, настолько холодной и неуютной показалась ему местность.

На краю плато отчётливо ощущались свежие Ветряные пограничные метки. Патрульные переглянулись, и Синегривка повела их вниз.

– Их лагерь во-он там, – указал хвостом Лоскут. – В ложбине прямо посреди вересковой пустоши.

Ярохвост перевёл взгляд в направлении, указанном Лоскутом, но не увидел ничего, кроме зарослей кустарника. Спустившись, Синегривка пустилась в бег, и её подопечные, ускорив темп, последовали за ней. Ярохвост хватал ртом холодный воздух, чувствуя, как его лапы мерно пружинят по жёсткой густой траве. Было странно осознавать, что над головой у них не было деревьев, под которыми можно было укрыться от опасности, лишь огромное голубое небо. Однако он постарался не обращать внимания на это неуютное ощущение, полностью сосредоточившись на беге и слаженной работе своих мускулов.

Патруль начал прорываться сквозь дроковые заросли, чувствуя, как их шкуры набиваются колючками. Ярохвост зашипел, когда один из шипов особенно болезненно впился в его плечо, но не замедлил бег. Оказавшись по ту сторону кустарника, они поняли, что находятся в Ветряном лагере. Это была поляна под открытым небом, со всех сторон окружённая густыми дроковыми зарослями. В её центре находился огромный валун, и гревшиеся у его подножья на солнышке коты испуганно вскинули головы.

Светло-бурая кошка – Косуля, вспомнил Ярохвост её имя, – вскочила, яростно шипя.

– Вы что тут делаете? – взвыла она. – Пошли вон, или мы на клочки вас порвём! Рядом с ней стройный серо-белый кот, в котором Ярохвост узнал Осинника, зарычал на них, оскалившись.

Несмотря на угрозы Косули, Ярохвост понял, что они всё рассчитали правильно: в лагере действительно было мало котов, и почти никто из них, за исключением Косули и Осинника, не был воином. Двое старых тощих котов показались из отверстия в дроковой завесе, один из них предупреждающе зашипел. «Видимо, это палатка старейшин», – подумал Ярохвост.

Полосатая серая кошка, шипя, перегородила своим телом ещё один проход в зарослях.

– Назад, – прошипела она, изогнув спину и выпустив когти.

– Мы не тронем котят, Колосница, не бойся, – успокаивающе промяукал Дроздовик, делая шаг к кошке. Однако она ещё сильнее ощетинилась. – Пошли прочь! – взвыла она.

Прежде чем Дроздовик успел ответить, Коготь подскочил к кошке и ударил её по плечу когтистой лапой, заставив вскрикнуть от боли и неожиданности.

– Забирай своих котят и проваливай из детской, если не хочешь, чтобы и они пострадали из-за тебя! – зарычал бурый воин.

Глаза кошки расширились от ужаса. Поспешив в детскую, она вернулась с двумя своими котятами, уводя их как можно дальше от агрессоров. Котята, попискивая, в недоумении оглядывались на Грозовых воинов.

– Кто это такие? – спросил маленький коричневый котик, морща носик. – От них странно пахнет.

– Тише, Черныш, – прошептала королева, – просто иди за мной. Заведя котят в ближайший дроковый куст, она прижала уши, с ненавистью глядя на Грозовой патруль. Боль когтистой лапой сжала его сердце, когда он заметил, как по её плечу бежит тоненькая струйка крови, впитываясь в шерсть. «Но ведь никто не должен был пострадать!»

Дроздовик уже принялся рушить детскую, и Ярохвост с неохотой присоединился к нему, раздирая мягкие гнёздышки и ломая дроковые стены. Вышвырнув на поляну очередное гнёздышко из мха и овечьей шерсти, воитель оглянулся. Остролап и Лоскут делали то же самое с палаткой старейшин, в то время как Синегривка сдерживала самих старейшин, яростно пытавшихся защитить своё жилище. Коготь связал боем Косулю и Осинника, не давая им прийти на помощь соплеменникам. Ярохвост видел, как он, пригнувшись, сильно ударил Косулю в живот, отчего та, болезненно вскрикнув, отскочила в сторону. Молодой воитель поморщился – происходящее всё меньше напоминало их первоначальный план.

Корявый, молодой Ветряной целитель, стоял перед входом в свою палатку, оскалившись. Лоскут нерешительно шагнул к нему.

– Целительскую палатку не трогать! – взревела Синегривка, отражая очередной удар кого-то из старейшин. Ярохвост благодарно посмотрел на глашатаю, облегчённо вздохнув. Ведь, если они уничтожат целительскую палатку, раненые Ветряные коты могут умереть, не получив помощь. «Ни одно сражение не стоит этого, – промелькнула в голове у молодого воителя мысль. – Мы здесь лишь для того, чтобы преподать им урок». Но, сколько бы он ни повторял про себя эти слова, их миссия ни на коготок не казалась ему более справедливой и необходимой.

Коготь раздражённо зашипел, прижимая Осинника к земле.

– Ты слишком мягкосердечная, Синегривка, – упрекнул он серо-голубую кошку.

– Зато я – глашатая Грозового племени, – резко бросила она в ответ. – И я приказываю вам не подходить к палатке целителя!

Коготь, кажется, собирался что-то возразить, когда многоголосный разъярённый вой донёсся со стороны входа в лагерь. Воины племени Ветра во главе с Оленем рекой прибывали в лагерь.

Возможно, шипение и крики борьбы привлекли их внимание – Ярохвост не знал этого. Олень бросил на него взгляд, полный разочарования, смешанного с презрением, и пёстрый воитель поспешил отвести взгляд, стараясь не видеть ни Ветряного великана, ни разбросанных вокруг обломков детской. «Я тут не при чём!» – хотелось во весь голос взвыть ему, но было ли это правдой? Он прекрасно знал, что случилось на границе на самом деле. Мог, несмотря ни на что, поговорить с Солнцезвёздом. Мог усерднее пытаться отговорить Когтя. Вина комом встала поперёк горла молодого воителя: ему было просто нечего сказать Ветряному воину.

Олень с разбегу бросился на Когтя, и спустя мгновение они слились в яростно шипящий меховой ком, в котором их бурые шкуры перемешались, и стало практически невозможно разобраться, кто есть кто. Лучехвост, глашатай племени Ветра, вцепился в горло Синегривке. Следом бросились в атаку и остальные воители племени Ветра.

Кто-то вдруг врезался в бок Ярохвоста и сбил его с лап. Плечо пронзило острой болью. Черносливка, прижав Грозового кота к земле, наносила удар за ударом, вырывая клоки его шерсти.

Ярохвост попытался сбросить с себя маленькую серую кошку, но безуспешно. Всё, что ему оставалось, это пытаться защитить свой живот.

Вдруг он вспомнил боевой приём, которому его обучал Птицехвост. На мгновение Ярохвост прекратил сопротивляться, полностью перекатившись на спину, а затем резко изо всех сил ударил Черносливку задними лапами в живот. Сбросив противницу с себя, он поднялся на лапы.

Дроздовик яростно ударил Орехоноса, взвизгнувшего от боли, и восстановившая равновесие Черносливка бросилась на песчаного Грозового воителя. Ярохвост хотел было прийти соплеменнику на помощь, но в этот самый момент раздался сдавленный крик – Лучехвост что было сил ударил Синегривку когтями по горлу.

Серо-голубая кошка замерла на месте, будто бы удивлённо глядя на ручеёк крови, побежавший по её шее и груди на землю.

– Синегривка! – вне себя от ужаса, закричал Ярохвост и бросился к своей глашатай, оттолкнув Черносливку с дороги. Между тем, Лучехвост готовился к новой атаке.

– Нет! – что было сил взвыл пёстрый воитель. – Пожалуйста, дай нам уйти!

Ветряной воин замер, и Ярохвост прижался к боку Синегривки.

– Синегривка, нужно отдать сигнал к отступлению, – взмолился он.

Но кошка ничего не ответила, лишь сильнее завалилась ему на бок. Закрыв глаза, она стояла, покачиваясь, и почти не держалась на лапах. Ярохвост уже едва держал Синегривку – всё-таки он сильно уступал по габаритам своей глашатай.

«Она не может», – понял молодой воитель. Синегривка была в коготке от полной потери сознания. Оглянувшись, он понял, что численное превосходство Ветряных воителей к этому моменту уже было подавляющим. Вот слева от него упал наземь Лоскут, на которого навалились сразу двое противников.

Над ухом воителя раздался слабый стон Синегривки.

«Если мы останемся, Синегривка умрёт, – вдруг совершенно чётко осознал Ярохвост. – И, скорее всего, не только она. Битва безнадёжно проиграна».

– Грозовое племя, отступаем! – что было сил, заорал он, набрав полные лёгкие воздуха.

В этот момент Коготь сумел, наконец, сбросить с себя Оленя. Лицо косматого воина украшал длинный кровоточащий порез, но его янтарные глаза продолжали гореть неистовым боевым огнём.

– Как это, «отступаем»? – зарычал он.

Но остальные Грозовые воители отчётливо осознавали, что битва была проиграна. Дроздовик, с ужасом глядя на раненую подругу, молнией подбежал к Ярохвосту и прильнул к кошке с другого бока, поддерживая её. Они понесли Синегривку к дроковому туннелю. Соплеменники побежали вслед за ними.

– Давайте, убегайте, поджав хвосты, трусы! – неслись им вслед насмешки и оскорбления торжествующих противников.

Обратный путь к Четырём Деревьям был похож на страшный сон. Ярохвост, задыхаясь, из последних сил пытался удержаться на лапах и не упасть под весом Синегривки.

Возле огромных дубов Ярохвост с Дроздовиком, наконец, остановились, чтобы отдышаться.

– Трусы! – с ненавистью прошипел Коготь. Развернувшись к нему, пёстрый воитель заметил, что того буквально колотило от ярости.

– У нас не было выбора, – ответил Ярохвост, пытаясь восстановить дыхание. Раненое плечо болело, а подушечки лап жгло огнём. И всё же он понимал, что любое промедление могло стоить Синегривке жизни. – Посмотри, в каком она состоянии.

Коготь мельком скользнул взглядом по серо-голубой шерсти глашатай.

– Значит, мы должны были остаться и закончить битву ради неё. Настоящий воитель никогда не убегает с поля боя. Ты навлёк позор на наше племя, Ярохвост.

«Да неужели?» Хриплое надсадное дыхание Синегривки окончательно расставило всё по своим местам.

– Нет, я поступил правильно, – отчеканил Ярохвост, глядя Когтю прямо в глаза. – Для истинного воителя нет ничего дороже жизни соплеменника. И ни одна победа не стоит её.

Коготь злобно зашипел, но ничего не ответил. Остролап и Лоскут взяли Синегривку под бока, давая Ярохвосту с Дроздовиком шанс передохнуть, и Грозовой патруль поспешил продолжить свой путь домой.

Ярохвост плёлся в хвосте группы. Рана болела всё сильнее, и лапы едва двигались от усталости. Наконец, они достигли тернового туннеля, ведущего в Грозовой лагерь. Когда все остальные, поддерживая раненую Синегривку, скрылись в его горловине, Коготь подошёл к Ярохвосту.

– Отлично сыграно, – прошипел косматый воин, буровя собеседника ненавидящим взглядом.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ярохвост.

– Твоё притворство, что тебе есть какое-то дело до жизни и здоровья Синегривки, – усмехнулся Коготь. – На самом деле ты просто трус. И всегда им был – с того самого момента, как я спас тебя тогда на мосту Двуногих. И вот чем ты отплатил мне. Вот она, вся твоя верность.

Но на этот раз Ярохвост больше не испытывал по отношению к Когтю ни чувства вины, ни чувства благодарности. И он не опустил голову, глядя Когтю прямо в глаза. Разве это был тот отважный воин, что спас его? Нет, это был тот, кто травил оруженосцев, кто открыто врал своему предводителю, всеми силами пытаясь развязать никому не нужную битву.

И он, Ярохвост, сам позволил ему сделать всё это. Но больше он своей ошибки не повторит.

– Тебе будет сложно понять, но да, мне действительно небезразличны жизнь и здоровье Синегривки, – яростно прошипел молодой воитель в ответ. – А твоя безумная жажда битвы чуть не погубила её. И, запомни раз и навсегда: с этого дня я больше ничем тебе не обязан.

Толкнув Когтя плечом, Ярохвост прошёл мимо него, направляясь в лагерь. Он был преданным воителем, но только сейчас он в полной мере осознал само значение слова «преданность».

Он был предан Грозовому племени, а вовсе не Когтю.