Пять лет спустя
– Дэш! Дэш!
Ни минуты покоя, подумал он.
– Этот хитрый ину спрятал мою сережку! – сердитая Айрис ворвалась в кабинет, без одной серьги в лисьем ухе.
– Ты только погляди, Дэш! – взъерошенный Никас влетел следом – на лицо была драка. – Погляди, как она вырядилась! Куда ты собралась такая? Ты сроду юбки не носила!
– Не твоего ума дела, глупохвост!
– Айрис, не груби брату, – предупредил Дэш, со вздохом отрывая глаза от документов.
– Слышала? – Никас тут же возомнил себя важным: – Не груби мне!
– А ты, отстань от сестры.
Не дождавшись от опекуна ожидаемой поддержки, лисья парочка перенесла свою ругань в приемную. Раздался звон и Дэш понял, что вазе, которую ему подарила Дэйзи на полувековой юбилей пришел конец.
В кабинете на несколько минут снова воцарилась тишина, но вскоре в окно за его спиной негромко постучали.
Дэш повернулся, застав на карнизе большую горную галку с привязанным к ноге небольшим свертком. Птица смотрела на него недовольным взглядом и ждала, когда её впустят.
Дэш дернул за ручку на раме, и галка с видом важной гостьи зашагнула внутрь через оконный порог, после чего протянула ему лапу. Освободившись от своей ноши, она перепорхнула на стол, прошлась по нему и уткнулась желтым клювом в миску с сушеными жучками.
Небольшая посылка оказалась довольно увесистой – ясно почему птица была так недовольна. Вскрыв сверток, Дэш достал из него браслет, собранный из цветастых бусинок с серым камнем вместо подвески. На камне была по-детски неуклюже выведена мора "крепкий".
К браслету прилагалась записка:
"Это оберег на счастье. Райден думает, что он бог грома и может зачаровывать камни. Ни я, ни Рэйна не пытаемся его в этом разубедить, иначе слышат боги, как от его плача сотрясается всё Тригорье.
P.S. Слышал, королева Вимзи устраивает наемникам встречу с артгарцами. Те хотят объединить весь Восток против Аира. Неужели их мессия действительно способен положит конец клятым агмару? Если так, передай, что горные готовы вступить в альянс."
Дэш улыбнулся посланию и подарку.
Положив браслет на полку с прочими поделками, он уставился в окно, грезя о будущем, в котором его дом перестанет быть обителью наемников, и станет местом, куда станет просто приятно возвращаться.