Сердце Молнии

Тот Мир оказался не таким праздничным, как Оин себе представлял. Он думал, что умерев, окажется в цветущем саду или хотя бы в месте вроде гостевой Несс, где он мог бы бесконечно наблюдать за небом. Но здесь было слишком темно, чтобы разглядеть даже собственную руку.

Оин попытался вспомнить, как именно Ужасный Тао-Рё забрал его душу, но не смог. Ну хоть воздух здесь был приятным и свежим. Мятным...

– Оин, – послышался рядом шепот.

Он замер. Духи Того Мира вполне могли подшутить над новеньким, приняв для него образ Рэйны.

– Я умер? – осторожно спросил он.

– Нет.

Это был всё ещё её голос.

– Мы умерли?

– Нет...

Его губ коснулись губы Рэйны, живые и горячие, увлекая долгим поцелуем, чтобы развеять все сомнения, что это она.

Оин и не надеялся ощутить их снова. Он прислушался к трепетному чувству внутри себя и понял, что плетение их истинной связи восстановлено. Но в этот раз оно ощущалось по-другому. Гораздо прочнее.

Все одолевающие вопросы в миг оставили его и вернулись только, когда Рэйна чуть отпрянула, чтобы перевести дыхание.

– Где мы?

– В моей комнате, – ответила она.

Оин коснулся лица Рэйны, возникшего перед ним – её мерцающие глаза можно было отыскать в любой тьме. Это точно она была живая и невредимая. И он тоже был жив...

События, что последними отпечатались в его памяти, внезапно развернулись перед ним во все красе. Он тут же растерял окутавшую его безмятежность, сбросил одеяло и сел на месте.

– Как мы выжили? Фиел же собирался...

– Фиел мертв.

– Мертв?

– Ты не помнишь, что ты сделал?

– Я что-то сделал?

Оин непонимающе уставился сначала на Рэйну, а затем на два зеленых огня, мерцающих из угла комнаты. Только спустя минуту он понял, что смотрит в зеркало. Огнями оказались его глаза. Они источали такое же мягким нефритовое сияние, как и у Рэйны.

– Что со мной? – он растерянно коснулся своего лица.

Сначала он услышал её улыбку, затем ответ:

– Ты Молния, Оин.

– Не понимаю... Что?

Он тряхнул головой, но лучше бы не делал этого, потому что её тут же пронзила резкая боль, перемешав все мысли.

Оин спустил ноги на прохладный пол, хотел подняться, но тяжесть во всём теле не позволила ему этого сделать.

– Сколько я спал?

– Три дня.

– Расскажи мне все.

– Ты убил Фиела, когда он пытался... – вспоминать недавние события было всё ещё тяжело, но Рэйна собралась: – Он почти стер метку, когда ты убил его "Летящим Гневом". Это одна из техник моего клана. И довольно мощная, надо сказать.

– Это невозможно. Я не знаю ни одной техники, – Оин оторвал руки от раскалывающейся головы и обернулся к ней через плечо. В отличие от него, Рэйна казалась совсем невозмутимой.

– Твое сердце помнит. Новички всегда действуют интуитивно, – сказала она. – Когда не знаешь, что вызвать, может получиться что угодно. А вкупе с эмоциями, – Рэйна покачала головой. – Хорошо еще, что твоего ишиёсо было достаточно для такого залпа, иначе ты бы не выдержал... Я только не понимаю как, ты смог пробудил его в себе. Это ли не настоящее чудо? Видимо сердце моего брата даровало тебе свою силу!

Моего ишиёсо? Оин решил, что ослышался, но немного подумав, понял, о чем она:

– Это всё Несс.

– Несс? – Рэйна в недоумении изогнула бровь.

– Она связала диригент и артефакт, – Оин продемонстрировал ей руку, но устройства на ней не оказалось. Рэйна догадалась, что он имеет ввиду, и указала на комод, где лежал "наруч". Оин проследил за её движением, но едва различил в темноте очертания самого комода.

– Я не пробуждал ишиёсо, просто позаимствовал немного магии из артефакта. Прости, что разочаровал с чудом...

– Это не так, – упорствовала Рэйна. – Если бы это была просто магия, ты не смог бы вызвать клановую технику Нефритов. Даже зная нужную печать. На то она и зовется клановой. Поэтому, – она взяла его за руку, – не важно, каким образом ты вызываешь его. Теперь оно твое, – с улыбкой повторила Рэйна, желая скорее приучить его к этой мысли. Оин был приятно озадачен. Даже в самых дерзких мечтах не представляя, что будет обладать собственным ишиёсо.

– К тому же, отец уже одобрил.

– Отец? – Оин устал сидеть в пол оборота и развернулся к ней полностью. Он припомнил, последние минуты перед тем, как отключиться – незнакомые голоса и крик Рэйны, защищающей его от кого-то... – Кажется, он хотел убить меня?

Рэйна виновато пожала плечами:

– За ним имеется дурная привычка – сначала действовать, потом разбираться. Он увидел тело Фиела и подумал, ты собираешься причинить мне вред.

– Почему меня не казнили? Я ведь убил главу горного клана. Или суд только впереди? – настороженно поинтересовался он.

– Нет, Оин, никакого суда не будет, – успокоила она и придвинулась ближе, чтобы коснуться его руки. Даже такое небольшое расстояние между ними казалось ей пропастью. – Ты мое Сердце. И ты защищал меня. Не будь у тебя ишиёсо, было бы сложнее что-то доказывать, но все видели на что ты способен. А Фиел по всем законам заслуживал смерти! Всю главную ветвь Сиенитов на время изолируют и наложат вето на межклановые браки.

Рэйна говорила, как есть, но что-то всё же беспокоило её. Оин пытался понять что, но её ладонь на его руке отвлекала. На Фиела вдруг стало наплевать. Они выжили. А все проблемы пусть идут к клятым агмару.

– Я чуть с ума не сошел...

Он притянул Рэйну к себе и рухнул вместе с ней обратно в облако мягких подушек. Она зарылась носом в его шею, переплетаясь с ним ногами.

Будто целая вечность прошла с тех пор, как они потеряли друг друга.

Оин думал, что метка больше не принесет ему ничего, кроме боли. И едва ли верил своему счастью, что мог снова держать Рэйну в своих объятиях. Но он всё ещё не ощущал её переживаний.

– Не закрывайся, – голос его хрипнул. Оин мог вынести что угодно, но только не эти бесконечные эмоциональные барьеры.

Рэйна не стала мучить его и постаралась осторожно протянуть к нему свои чувства.

– Что тебя так беспокоит?

– Тут такое дело, – она чуть приподнялась на локте, чтобы видеть его глаза, – старейшины посовещались и... Они не выпустят тебя из поселения, – с опаской сказала Рэйна, не представляя, как он отреагирует на такое заявление. – Они не могут допустить, чтобы поползли слухи, о том, что сердца нашего клана исцеляют или даруют силу. Иначе это повлечет за собой охоту на жителей горных общин, а то и на всех мару.

Рэйна боялась, что он вспылит и прикусила губу, чтобы душащие её слезы не вырвались наружу. Она ненавидела плакать, но в последнее время не могла контролировать эмоции так хорошо, как прежде.

Как же сложно...

Оин поднялся и ошарашенно уставился на неё.

– Рэйна...

– Понимаю всю несправедливость того, что тебе не оставили выбора, – перебила она. – Не каждый сможет провести жизнь в закрытом клане...

Я не могу без тебя...

– Рэйна, я тебя слышу.

– Я не договорила, – она была слишком взволнована. – Понимаю, оставить всё ради чужого клана немыслимо, но твое место теперь здесь.

Она хотела попросить его остаться. Сделать это как подобает, а не надеяться, что истинная связь решит всё за неё. Но вместо того, чтобы сказать это вслух только шептала про себя: Прошу, прошу, прошу... Останься со мной...

– Я тебя слышу!

Уже светало и Оин смог различить, что губы её остались сомкнутыми, но голос при этом звучал слишком ясно.

Не перенесу отказа... Не уходи...

– Не уйду.

Лицо Рэйны изумленно вытянулось:

– Ты слышишь?

Он уверенно кивнул.

Она знала о таких возможностях истинной связи, но и предположить не могла, что ей достанется человек способный слышать её мысли. Это был высший уровень единства.

Когда груз с души спал, Рэйна откинулась обратно на подушку. Она наконец могла уснуть спокойно, без тревог.

Всё время, пока она спала Оин находился рядом, не отходя ни на шаг, словно сторож её сновидений. Мог ли он услышит её сны?

Оин прислушался, но вместо голоса её мыслей, ощутил странную перемену в связи, как будто в плетении их душ появилась ещё одно, совсем крошечное...