10 часть.
Утро. Никто так и не дозвонился до Элли. Она никому не отвечала и не хотела. Ей хотелось побыть одной.
*От лица Винни*
Я не пошёл домой. Хотел побыть один. Всю ночь просидел в том самом парке, где мы разговаривали с Элли. Думал. Молчал. Вспоминал, как она смотрела на меня, как дрожали её губы, как она отворачивалась, чтобы я не видел её слёз. Всё из-за меня. Чёрт побери.
Через знакомых узнал, что она уехала на дачу. И сразу же — без раздумий — поехал к ней.
Через полчаса я уже был там.
Когда зашёл в дом, сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Она лежала на диване. Окутанная пледом, растрёпанная, с потухшим взглядом. Такая... уставшая. Одинокая.
— Винни?.. — она резко обернулась. — Что тебе надо? Как ты меня нашёл?
— Элли, давай поговорим, пожалуйста, — голос мой дрожал. Честно, я не узнавал сам себя.
— Винни, нет. Я не хочу ни с кем говорить. Уходи отсюда.
Она подняла голову и посмотрела на меня. Её глаза были опухшими и красными — она плакала. Много. Долго. Вся ночь, наверное. Но, чёрт, какие же у неё красивые глаза... Почему я не замечал этого раньше?
— Уходи, Винни. Я не хочу говорить, — сказала она и отвернулась.
Я не ушёл.
Медленно подошёл и сел рядом. Она сразу напряглась, дёрнулась, будто хотела оттолкнуть меня, но я всё равно аккуратно обнял её. Осторожно, сдержанно. Просто прижал к себе, как будто это могло хоть немного облегчить её боль.
Она сопротивлялась. Немного. Слабо. А потом застыла.
Я взял её за руку. Она дрожала. Пальцы холодные и тонкие, как стекло. Осторожно провёл по ним большим пальцем, и проговорил почти шёпотом:
— Элли... Прости меня, ладно?
Она молчала. Только слёзы снова начали катиться по её щекам. Тихо, без звука. И это разбивало меня сильнее, чем любые крики.
— Я должен был сказать тебе раньше. Я знал, что это ты. Тогда. В ту ночь. Я знал... но испугался. Я боялся разрушить то, что только начиналось. Боялся, что ты возненавидишь меня. Я — идиот. Всё испортил.
Она продолжала молчать. Только тишина и её дыхание.
— Я не играю с тобой. И никогда не играл. Просто... я не знал, как тебе смотреть в глаза. Я не знал, как признаться. Но, Элли... я не переставал думать о тебе ни на секунду.
Она вырвала руку, села ровнее, вытирая слёзы.
— И после всего ты думаешь, что просто придёшь, скажешь "прости", и всё станет как раньше?
Я сглотнул. Может... может, да. Где-то глубоко внутри я надеялся.
— Ты не представляешь, как мне было больно, — её голос дрожал. — Я не знала, что это был ты. Я доверяла тебе. А ты молчал. Просто молчал. До самого конца.
— Я знаю. И я виноват. Я не прошу тебя всё забыть. Просто... дай мне шанс быть рядом. Без обещаний, без требований. Просто быть. Чтобы ты знала — я не уйду. Даже если ты не простишь.
Она посмотрела на меня. Долго. Так, что я будто растворился в этом взгляде.
— Я устала, Винни, — прошептала она. — Просто устала. Я не могу сейчас.
Я кивнул.
— Я подожду. Сколько нужно. Но знай — ты мне не безразлична. Это не пройдёт.
Я встал. Последний взгляд. Последняя тишина. И вышел за дверь... оставляя её внутри, зная, что часть меня осталась там — рядом с ней.