XXVIII
Вечером того же дня
Операция закончилась. Ванесса сидела у себя в комнате на кровати, оплетая руками ноги и утыкаясь в них носом. Всё было тщетно. И теперь у них не было ничего, чтобы забрать Хейса обратно. Весь день был сплошным поражением для их компании.
Пускай заведения торгового совета и были арестованы на несколько суток до проведения верховного совета, Хейс Рейден на них не был найден. В руках у Говарда Клиффа находились главные козыри разведки, а произошедшее в церкви разлетелось по всему городу в виде "новостной стрелы", которая зацепила каждого зеваку в городе. Их переиграли, как каких-то дешёвок.
"Мне следовало признаться раньше. Пока было время" - тут же пронеслось у неё в голове, подобно пуле, вылетевшей из револьвера. Она вновь обхватила себя за ноги ещё крепче, начиная слабо кататься по кровати. Горячие слёзы тихо, сквозь лёгкие всхлипы падали с её щёк на ткани кровати, которую ей выделило руководство военного совета в этом конспиративном поместье.
Она помнила лицо Дориана, когда тот встретил их в поместье. Угрюмый и молчаливый, всем своим видом показывая, насколько плохо их положение дел в данный момент. И словно по глазам девушка прочитала: если война будет проиграна, то их команду ждёт плаха. Военному совету нужно будет хоть немного загладить свою вину перед короной. И в качестве платы они смогут предложить команду Хейса.
Противника были даже в рядах нынешних союзников. Дворцовая игра, которая разворачивалась на карте торговой столицы Кан'Родана набирала обороты, скользила по дороге, используя в качестве масла - кровь мучеников, которые ложились за идеалы, за идеи и цели своих руководителей. Всего несколько дней королевства стали чуть ли не самыми страшными за всю историю.
Ставкой в игре была не только она, Гельвих или Сайсен с Эфариэль. Не их жизни, нет. А все их цели, желания и мечты. Всё то, из чего состояли их жизни. Ставки были гораздо выше, чем им казалось тогда, когда они отправлялись в злополучную крепость за кодексом.
-Кодекс! - резко воскликнула она, подрываясь с кровати. Она поняла, что им не обязательно действовать вместе с военным советом, дабы спасти Хейса и уйти живыми и невредимыми.
Она и члены команды отлично понимали, где находится кодекс. И если его отдать Говарду Клиффу - у него больше не будет причин гоняться за командой Хейса. А значит, они смогут уйти. Спокойно и без лишнего шума. Пока военный совет не знает и даже не расспрашивает их о расположении книги - они могут забрать её в кротчайшие сроки. А затем - передать Говарду.
Либо вовсе самолично сдать место, где она спрятана, этому торговцу. Ванесса действительно думала, что это сможет решить все их проблемы, появившиеся в одночасье с появлением этой книги в свет. Всё началось в тот момент, когда этот кусок пергамента покинул стены той огромной башни. А если книга исчезнет из их жизни - значит, исчезнут и все родившиеся проблемы.
И они смогут зажить спокойно. Она и Хейс. Вместе. Купят себе дом за городом, что будет стоять на вершине холма и своим шпилем пронзать небо. Дом, который будут окружать пёстрые цветки, либо золотые колосья пшеницы и ржи. Дом, где будет раздаваться их постоянный смех, радость. Она хочет, чтобы улыбка на лице Хейса держалась как можно дольше. Лишь она и он. Семьёй. И она знала, как этого достичь.
Однако, из раздумий её вывела тихая, мирная мелодия, расползающаяся по коридорам. Она эхом отстранялась от массивных, грозных и серых стен поместья, пробиваясь сквозь дверь и пролетая прямо ей в комнату. Сначала звуки казались ей странными, незнакомыми, неразличимыми, пока не стали медленно сплетаться в приятную, тихую, мирную мелодию. Одновременно грозную, заставляющую трепетать, но в тоже время успокаивающую. Словно отец пел тебе колыбель на ночь.
Орган, который никто не трогал уже так давно, наполнял своим приятным звучанием всё поместье. Он рождал поразительную, приятную, воистину поющую музыку, что застывала в ушах, действовала на них, словно услада. Чьи-то пальцы там, внизу, мирно перебирали клавиши, заставляя саму душу и тело петь.
Странное чувство, помимо умиротворяющего спокойствия, наполняло тело девушки. Ей казалось, словно мелодия, раздающаяся откуда-то снизу, была ей странно знакома. Что-то родное было в её звучании. Что-то запоминающееся, тихое, мирное, успокаивающее. Замирающее в сердце.
Она поднялась с кровати, аккуратно открывая дверь и выходя в коридор. Из других комнат вышли Гельвих, уже в человеческом облике, Сайсен и даже Эфариэль. Девушке стало лучше, поэтому, не без помощи Сайсена, она могла наконец передвигаться по поместью. Пускай и не столь этого хотела.
Помимо членов команды, что переглядывались между собой, вышли также множество разведчиков из других комнат, пускай и одетые в форму дворецких, поваров и садовников. Все переглядывались между собой, не понимая, что происходит. И лишь Ванесса с Леонардом посмотрели друг на друга с искренним пониманием чувств друг-друга. Они оба помнили эту мелодию, но не помнили, откуда именно.
На секунду, в голове девушки родилась странная, казалось бы, глупая мысль. Глупая мысль, которой и не должно было бы быть места в подобной ситуации. Но почему то именно эта самая мысль сейчас казалась ей самой главной усладой, которую она может получить.
И она, полная глупых надежд, поплелась по коридору, с трудом переставляя ноги и облокачиваясь рукой о стену. Ей казалось, что земля ушла из под ног, а она, медленно движимая каким-то странным ветерком, неслась вниз, на приятную мелодию. Она раздавалась ближе с каждым шагом. И всё больше её душа трепетала от надежды. Остальные, словно выходя из транса, двинулись за ней, не смея ни обогнать, ни что-либо сказать. Все затаили дыхание в ожидании увидеть того, кто играл эту мелодию.
И вот, она спустилась по лестнице вниз. От зала с камином и органом её разделяло всего несколько метров. И вот, каждый новый шаг словно увеличивал груз, тянущий её вниз. Та приятная надежда, ещё недавно теплящаяся в душе, сменялось страхом разочарования в ней же. Ванессе было страшно сделать последний шаг, дабы наконец зайти в саму комнату.
Но она его сделала. Она прошла внутрь и затаила дыхание, не смея нарушить мелодию ни на ноту. И точно также встали члены команды за её спиной, не смея поверить увиденному.
-Я ещё не отошла что ли? - тихо спросила Эфариэль, дёргая свою подругу за рукав рубашки и даже не отводя взгляда от человека, сидящего за пианино. - Или ты тоже его...
-Тоже. - громко отрезал Гельвих, грозно глядя на говорливую эльфийку. Эфариэль лишь громко хмыкнула, отводя взгляд от здоровяка, а "волк" лишь положил свою массивную ладонь на плечо Ванессы. Девушка перевела внимание на их "серое чудовище", которое, мягко улыбаясь, кивнуло смуглой Ванессе, словно подталкивая вперёд.
За клавишами сидел он. Повернувшись спиной ко всем, Хейс сидел, медленно перебирая пальцами по белым клавишам, опустив голову вниз. Рубашка на нём была такая же рваная, пропитанная в каждом целом месте кровью. Рваные до колена штаны чёрного цвета, а также грязные, растрёпанные волосы, где местами виднелась запёкшаяся кровь. Но Ванессе хватало того, что это был он.
-Хейс? - тихо произнесла она, делая шаг вперёд. Горло после этих слов словно сковала железная перчатка, не давая ничего сказать, а затем лишь придерживала комок, рождающийся внутри. Глаза слабо задрожали, а слёзы, едва успевшие высохнуть у неё в комнате, вновь начали появляться на лице, отчего ей пришлось закрыть рот рукой.
Тихая, мирная мелодия прекратилась, а парень лишь тихо закрыл крышку органа, складывая свои тонкие, бледные пальцы поверх неё. Томительная, глухая тишина повисла в комнате на ещё несколько томительных секунд, которые, казалось, тянулись словно вечность.
-Снова здравствуй, любимая. - спокойно, неизменно произнёс он, аккуратно поднимаясь с круглого стульчика, но так и не разворачиваясь корпусом к собравшимся в зале людям. Однако, удивление, родившееся на лицах его товарищей, он смог прочитать всего в несколько секунд.
Никто и никогда не смог бы поверить, что Хейс сказал подобное при людях. Не смог бы, если бы не услышал лично. И сейчас все, все без исключения члены команды стояли посреди зала, разинув рты и продолжая смотреть на картину перед ними, подобно несмышлёным детям в зоопарке.
Наконец, он развернулся лицом к ним. Он ровно стоял на целых ступнях, а его губы показали лёгкую, почти незаметную улыбку, едва взгляд коснулся его возлюбленной. Однако, его взгляд стоил отдельного внимания всех собравшихся в комнате. Особенно - Роша несущего.
Левый глаз парня остался таким же, как и перерождении в облик "Тёмного". Чёрный белок и синяя радужка, от которой во все стороны расходились лёгкие, казалось бы, тонкие трещинки чуть более яркого синего цвета. И этот взгляд казался ещё более страшным, нежели был у Хейса ранее. Но сейчас в нём теплилось что-то ещё - чувства. Чувства, которые парень теперь не боялся показывать окружающим. А особенно - Ванессе.
Девушка увидела это. Она увидела и поняла то, что Хейс не мог сказать. Зажмурив глаза, она всего в несколько секунд добежала до парня, прыгая на него и крепко обнимая. Её пальцы оплели его шею, а ноги обвили область таза, после чего девушка, казалось, срослась с парнем.
-Я больше тебя никогда не отпущу... - тихо шепнула она ему на ухо, зарываясь в шею.
-Надеюсь и не придётся. - тихо ответил он, поправляя локоны возлюбленной кончиком носа, а после и целуя её в горячую, полыхающую от жара щёку.
-Я думал, что вы пожелаете все встретиться лично. Вот и предложил нашему другу самому встретиться с вами без моих увещаний. - говорил Дориан, который медленно выходил из-за угла. Улыбка так и прорывалась через его серьёзную "маску", которую он уже не мог поддерживать. - Дамы и господа: Хейс Рейден собственной персоной!