XII
-Ну вот, мальчики. Я едва успела умыться, между прочим! - произнесла девушка, которая так ловко вскружила голову Хейсу и заманила в ловушку. Она, хитро ухмыляясь, прошла внутрь, после чего плотно закрыла за собой дверь, сразу же после этого переводя внимание на Хейса Рейдена, который свисал с потолка на цепях. - О, а вот и мой дорогой красавчик! Ну как, нравится тебе эта комнатка? Тесновата, однако, согласись, сделана со вкусом и рукой мастера!
-Так ты - дочь Говарда Клиффа, главы дома Клиффов и представителя торгового совета? - спросил Хейс, спокойно глядя вниз.
-А ты догадливый, зайчик мой. В принципе, я в тебе и не могла разочароваться. - произнесла девушка, проходя вперёд и останавливаясь в метрах трёх от Хейса. Она медленно побегала глазами по сторонам, после чего улыбнулась слугам, собравшимся в подвале резиденции. Говард Клифф пускай и ушёл, он взял с собой лишь одного из самых слабых слуг чисто для приличия, остальных же оставляя сторожить своих главных гостей на этот вечер.
-Выродок и дочь выродка. А ты вся в папочку. - Произнёс Визгард, слабо поправляясь и тут же морщась от невыносимой боли, что разбежалась по всему его телу. Девушка в свою очередь лишь хитро улыбнулась краем рта, а затем медленно повернулась лицом к паладину, поворачивая голову несколько вбок.
-А знаешь, я всегда знала, что паладины любят совать свой нос везде, где только могут. И это ваша самая глупая черта, мой маленький дружочек. - произнесла девушка, медленно начиная шагать вперёд, разводя руки в стороны. - Однако, тебе повезло, ибо папочка сам сказал, что ты сейчас ему очень нужен живым. Но научить тебя манерам никогда не помешает.
После этих слов девушка щёлкнула пальцами, а затем двое слуг подняли израненого паладина на колени, поднимая голову вверх. После этого он злобно ухмыльнулся, через плечо молодой девушки вглядываясь в своих напарников.
-Чего ты смеёшься, старый ублюдок? - надменно спросила девушка, хватая мужчину за подбородок и направляя лицом к себе. Она посмотрела прямо ему в глаза, словно впиваясь жестоким и голодным взглядом в самую душу. Казалось, она хотела разорвать его на части прямо изнутри, однако, наказ отца категорически запрещал ей это делать.
-А то, что биться надо до последнего вздоха. - после этого Визгард слабо кивнул Хейсу Рейдену, который с трудом поднял голову наверх. По началу девушка в прекрасном зелёном платье ничего не поняла, как вдруг вокруг паладина начали разбегаться потоки магии святой обители, медленно поднимающие его вверх. Слуги мигом оторвали свои руки, словно от огня, а сам Визгард медленно развёл свои переломанные руки в стороны. Точнее, казалось, что они развели себя в стороны сами собой. А затем произошло то, что никто в комнате и не мог ожидать. Даже сам Визгард от себя.
Раздалась громкая, мощная вспышка, заставившая зажмуриться каждого в комнате. Мощный поток магии святой обители разбежался по сторонам, словно обжигая каждого из слуг и дочь Клиффа во многих местах своим магическим потоком, однако, основная мощь заклинания заключалась не в этом. Магические цепи с магией святой обители, призванные сдерживать тьму внутри Хейса Рейдена, словно превратились в крохотную пыльцу, что разлетелась по сторонам в мгновение ока. Паладин сам освободил носителя "Тёмного", прежде чем обессиленно упасть на каменный пол, жадно хватая ртом воздух.
Хейс в свою очередь аккуратно встал на ступни, чувствуя, как холод камня медленно прижигает его оголённую плоть. Парень был раздет до такой степени, что из одежды ему оставили лишь брюки. Однако, сейчас это шло ему в плюс, ибо одежда теперь не сковывала его движения во время битвы. Слуги медленно оборачивались на парня, который медленно развёл руки в стороны, начиная злобно скалиться.
Казалось, сам воздух медленно задрожал по всей комнате от той силы магии, которую напитывал гневом Хейс. Разочарование, наполнившее его тело несколько секунд назад сменилось гневом, а затем впиталось во всю тёмную силу, а именно магию ночи, что медленно рвалась наружу.
-Теперь... мой черёд играться... - повторил Хейс слова, которые вновь возникли в его голове. Однако, теперь он даже не сопротивлялся воле "Тёмного", который руководил его действиями. Парень лишь спокойно сцепил пальцы в замок, а затем выгнул его, прохрустев белыми тонкими пальцами и шеей. Все слуги в ужасе начали расходиться по сторонам, пока оба глаза парня медленно наполнялись невообразимым гневом и жестокостью. Они стали чёрными в зоне белка и тёмно-синими на радужке, пока не разбежались вокруг тёмной паутинкой. Казалось, что тьма наполнила каждый мускул тела парня, заставляя его преображаться всё тем же ужасным образом.
И с ужасом на парня смотрели все, за исключением Эфариэль. Она смотрела на Хейса с надеждой. Надеждой на то, что он станет её ключом к освобождению из оков, в которые они попали. Надеждой на отмщение и спасение. Надеждой на исполнение мечты, которую она нашла в самой себе, когда падали вниз с этой башни в неприступной крепости Бар. Теперь она знала, чего хочет и верила, что сила, сопрятанная в Хейсе, может ей это дать.
-Но... Это невозможно! Ты не мог выбраться! - начала кричать девушка, медленно попятившись назад и злобно скалясь.
-Самостоятельно ни в коем случае. Я же "Тёмный", существо, чей лик противоположен лучу света, который бьёт с небес. Но мне помог тот, кто повелевает этим лучом. - Словно голосом тысячи трупов говорил Хейс, сопровождая свой голос хрустом костей и плоти с кожей. - Поэтому, зайка моя - после этого Хейс положил голову набок, хищно ухмыляясь и переводя обезумевший взгляд на девушку перед собой - раз твой папочка решил лишить всего меня, я лишу всего его. Без вариантов.