Неделя 1. Бакай и Софа
«Неделя тишины»
Бакай и Софа. Отель. День первый – седьмой
На четвёртом этаже бутик-отеля «Elara», что на тихой улочке старой Москвы, пахло кофе и мятными тряпками. Софа в этот день как обычно вытирала пыль с подноса, прищурившись на утреннее солнце сквозь огромные окна холла. В рум-сервисе было тихо — ни заказов, ни гостей. Бакай, как всегда в белоснежной рубашке и туфлях «как у Брэда Питта в фильме», прохаживался между столами с планшетом и наполовину довольным выражением лица.
— Опять шефа не пустили на кухню, — усмехнулась Софа, подавая ему отчёт. — Инна сказала, что вы больше не имеете права резать лук, это унизительно для директора.
— А лук, между прочим, не пожаловался, — отрезал Бакай, не поднимая глаз от экрана.
Тогда они ещё не знали, что за окнами их маленький отель уже начинает умирать город. Что в метро случилась давка. Что на вокзале женщина укусила полицейского и убежала с его кобурой. Что новость об "вирусе" появилась в подвале телеграм-каналов, а потом исчезла.
⸻
День первый. Вечер.
Бакай закрыл смену в 21:00 и остался проверять холодильники. Софа сидела в кладовке, слушая музыку в наушниках и болтая в чате рум-сервисных подруг. Кто-то сбросил видео: мужчина на Арбате, бьющийся в конвульсиях, а потом резко встающий и нападающий на прохожего.
— Офигеть. Бакай! Посмотри, — она показала видео.
Он посмотрел. Молча. Потом пересмотрел. Затем достал свой старый, обшарпанный телефон и кому-то позвонил — возможно, кому-то из «старой школы».
— Это не вирус. Это что-то похуже.
⸻
День второй. Начало отключений.
Утром они вышли на улицу. Машины стояли. Мусор валялся на тротуарах. Охранник отеля, дядя Толя, не пришёл. Гости уехали — бросив чемоданы. Ближайший супермаркет был закрыт. Софа принесла новость:
— По радио говорят сидеть дома. И что правительство эвакуируется.
Бакай только кивнул.
— Пошли смотреть склад. Если начнётся хаос — еды нам хватит на три недели, если не кормить всех.
— Это прозвучало как угроза, — хмыкнула Софа, но пошла.
⸻
День третий. Первая встреча.
Они услышали шаги в холле. Софа схватила веник. Бакай — нож для рыбы. Из лифта вышел мужчина с разодранным лицом. Он шёл, пошатываясь, с мёртвыми глазами. Бакай толкнул его в грудь — тот упал, но сразу поднялся.
— Софа. Беги.
Она замешкалась. Страх вцепился в сердце, но тело двинулось. Бакай повалил заражённого стулом, потом схватил пожарный топор.
Это был первый раз, когда он убил человека.
⸻
День пятый. Погребение тишины.
Отель опустел окончательно. Софа молчала весь день, сидя на кухонной плите и крутя в руках резинку для волос. Бакай читал старую книгу по военной логистике, чтобы успокоить голову.
— Ты когда-нибудь убивал кого-нибудь? — спросила она.
— Нет. Только сейчас. И надеюсь — в последний раз.
— Думаешь, есть ещё нормальные люди?
— Я надеюсь. Ради тебя. И ради всего этого, — он показал на засыпанный пылью ресторан, где когда-то играла музыка.
⸻
День седьмой. Вопросы.
Они начали укреплять вход — блокировать двери и окна. Бакай начал вести тетрадь с записями: сколько еды, сколько воды, сколько времени нужно на подзарядку от генератора.
Софа перекрасила волосы из скуки. Теперь в зеркале была не просто она — теперь это была женщина, которая выжила.
— Если мир погиб, — спросила она, — мы тоже?
Бакай ответил не сразу.
— Мы — нет. Мы те, кто его перезапишет.