Глава 46
— Тебе самому бы помощь не помешала, Нат, — прошептал Жан. Он сел на матрасе и убрал одеяло прочь. Нат, сложив руки за головой, смотрел на него снизу вверх.
— Мне никто не сможет помочь, — сказал юноша. Нахмурившись, он едва заметно дернулся. Перед глазами стоял Ичиро с его приторно сочувствующим лицом. Мир жесток — ни семьи, ни друзей, а так, временные гости, полузнакомые люди.
— Я был уверен, что знаю Ичиро, как никто другой, — тихо прошептал Нат, — Но...
Юноша сцепил зубы и зарылся пальцами в волосы.
— Не забивай голову ерундой, — фыркнул Нат, — Скоро будут матчи. Нам нужно думать об игре.
Жан тяжело вздохнул и обнял подушку под собой.
— Какой у нас план? — спросил он.
Нат улыбнулся.
— Полная импровизация, — ответил юноша. Жан удивлённо покосился на соседа по неудаче и вскинул бровь.
— А цели? — спросил он. Нат выпрямился и задумчиво уставился в стену. Его собственные цели ясны и прозрачны, а вот цели других членов маленького общества?
— Мы должны победить Рико. Для этого Вороны под его командованием должны проиграть, — ответил Нат, — Я думаю, что именно за этим ты решил принять мою сторону.
Жан на это лишь кивнул.
***
Тренировка закончилась по свистку тренера. Всех отпустили с поля и вскоре трибуны опустели. Тетсуи переглянулся с Рико и едва заметно нахмурился. Капитан на это прошептал одними губами:
«Всё под контролем».
После этого мужчина исчез за дверью.
Рико медленно зашагал в сторону пустых трибун. Просочившись к выходу, он замер у двери и обернулся.
— Выходи, — сказал капитан.
Прятавшийся между сиденьями Дерек спрыгнул к Рико и улыбнулся.
— Я надеюсь, что тебе есть что сказать, — сказал капитан. Дерек кивнул.
— Конечно, — начал юноша, — Брат Натаниэля прячется в команде Лисов.
Рико замер. Только через секунду его лицо исказилось в противной ухмылке.
— Я думаю, что Нейтан будет рад это услышать, — сказал капитан. Дерек облокотился спиной на стену и покачал головой. В его голове бегали сотни мыслей. Одна хуже другой.
— Лучше пока его не трогать. Представь какой хороший расклад получается... В твоих руках одна из его слабостей. Ты всегда можешь ее использовать, но не лучше ли сделать это, приручая дикого зверя? — спросил юноша. Рико постукивал пальцами по кирпичу и что-то шептал себе под нос. Натаниэль пугал и восхищал его одновременно, но в глубине души он понимал, что они никогда не станут настоящими союзниками. Буйный нрав, отсутствие логики, собачья преданность выдуманным категориям в своей голове... Выдумал семью и верен ей. Рико не сдержал ироничной улыбки.
— Лучшее, что я могу сделать – это разрушить его детские мечты, — сказал капитан, — И у меня руки уже чешутся, чтобы поскорее это воплотить в жизнь.
Дерек нахмурился. Теребя край футболки, он бегал глазами по чужому лицу и старался разгадать мысли. Но чужая душа – потёмки.
— А я? — спросил он. Рико вытянул из внутреннего кармана небольшой, белый конверт.
— Пожалуй, это будет первой половиной твоей награды, — капитан вручил его Дереку и быстро исчез в коридоре. Осталось только выманить Нила из его башни. Остановившись в полупустом коридоре, он посмотрел на парковку. Полицейские машины исчезали за деревьями. Ни трепета, ни страха — ничего. Служители закона такие же люди, как и подчинённые отца. В их огромной системе едва ли найдется парочка особо одарённых и упрямых, но какой смысл? Система, всеобщее безразличие и страх со временем переломит и их. Поэтому Лисам не спастись. Если бы Рико хотел уничтожить этих паршивых изгоев, то давно бы сделал это, но куда интереснее наблюдать за предсмертными конвульсиями, правда же?
Рико проводил последнюю машину глазами и достал телефон. Пролистав до середины, он нашёл номер Кевина и нажал на звонок. На том конце ответили почти сразу.
— Привет, Кевин, — сказал Рико, — Даже не смей сбрасывать, а иначе сто раз пожалеешь и даже твой любимый Натаниэль тебя не спасёт.
Ветер раздувал листьями асфальту. Студенты сновали по двору, ища укромное место для выполнения заданий и бесконечных проектов. Университет — пора свободной пробы жизни. Сладкая, жестокая, непредсказуемая и завораживающая действительность. Молодость прощает ошибки, но не таким, как Рико.
— Передай нашему любимому младшему братику, чтобы через час явился на стадион. Один, — сказал капитан, — И учти, если вздумаешь следить или пожаловаться, то твой ненаглядный Эндрю умрет. Медленно и мучительно.
Из трубки послышалось злобное сопение, а затем короткое:
«Я понял» и гудки. Рико улыбнулся. Он медленно поднимался в спальню, и продумывал в голове триумфальную речь. Вот-вот он забьет еще один гвоздь в крышку гроба Натаниэля Веснински. Капитан застыл у зеркала в ванной и улыбнулся еще шире. Скоро с ним начнут считаться, и никому больше не придёт в голову сказать, что он ничтожное бельмо на прекрасном лице семьи Морияма. Все наконец-то вспомнят, что у Кенго два сына. И Ичиро задвинет гордость себе в задницу.
Час пролетел практически незаметно. Рико купался в лучах славы своего восполненного сознания и, лежа на кровати, бормотал под нос свои зловещие планы. Но стоило будильнику прозвенеть, как капитан тут же сорвался с места. На трибунах виднелась сутулая, худая фигура. Рико замер в тени и вгляделся. Нил сидел в полном одиночестве, подобрав ноги под себя. Такой маленький и хрупкий брошенный котёнок, казалось будто стоит протянуть руку и можно переломить его худощавую шею.
Рико подошёл ближе и сел рядом. Вытянув ноги, он потянулся. Искреннее изумление застыло на лице Нила. Юноша отшатнулся и нахмурился.
— Это ты... — прорычал Нил.
— Это я, — улыбнулся Рико, — И давай опустим твои истерики, потому что времени у меня не так много.
Нил тут же вскочил на ноги и попятился назад.
— Не думаю, что у нас с тобой могут быть общие дела, — прорычал юноша.
— Я бы не рубил так с плеча, — продолжил Рико, — Если бы хотел знать почему погибла моя мать.
Нил застыл. Перекошенные злобой лицо вытянулось в удивлении. Он покачал головой.
— Ты лжёшь... Ты не можешь этого знать, — прошипел юноша. Рико расслабленно облокотился на спинку стула и зажмурился.
— Дай-ка подумать, — сказал капитан, — Ах да, Ичиро ведь мой старший брат, а Нейтан один из его подчинённых. А я, часть семьи, от которой ты так долго прячешься. Так почему я могу о тебе не знать, Нил?
Юношу прошибло холодным потом. Бледность сковала тонкую кожу, в которой потерялся злобный блеск карих глаз.
— Можешь сколько угодно чудить с маскировкой, но поверь, стоит Натаниэлю показаться рядом и сразу станет понятно кто ты, — сказал Рико, — На твое счастье Нейтан не особо интересуется экси, а остальная семья Морияма — твоими поисками. Естественно, пока ты держишь язык за зубами.
— Хватит, говори уже зачем пришёл, — прошипел Нил. Он отчаянно тёр запястье правой руки и пытался унять дрожь. Рико замолчал на доли секунды, жадно поглощая взглядом это прекрасное зрелище. На миг ему показалось, что это Натаниэль молит его о пощаде, а судьба его мерзкой душонки щекочет кончики пальцев. Могло ли быть что-то лучше, чем разбитый вдребезги враг?
— Я пришёл сказать, что именно твой брат отдал мать на растерзание, — сказал Рико. Он смаковал каждое слово, каждое мимолётное движение Нила. Страх и ужас от навалившейся правды вдавил голову юноши в плечи.
— Так обидно, когда тебя считают слабохарактерным идиотом или тебе уже не привыкать? Сначала мать упрямо не говорит о брате, но так мчится на встречу с ним, что погибает. Ты уверен, что он из ненависти к ней не рассказал отцу? Вы же его бросили. Может быть он ждёт судного часа для страшной мести?
Нил снова покачал головой.
— Это ложь, — прошептал он. Рико улыбнулся кончиками губ.
— А ты уверен, что знаешь это наверняка? Просто я знаю Натаниэля последние три года, и он ни разу не перечил отцу. Просто самый преданный слуга. Лучшая поисковая ищейка нашей семьи. Ты уверен, что он не сдаст тебя, когда Нейтан прикажет это сделать? — сказал Рико, — Подумай об этом на досуге, ведь этот человек все еще носит фамилию семьи Веснински...
***
Крис вернулся в растерянных чувствах. Он будто не видел и не слышал никого вокруг. Спрятавшись под одеялом на втором ярусе кровати, юноша даже не знал о чем думать. Каждая новая правда о его семье сводили с ума. Нелюбимый ребёнок, которого должны были убить шесть лет назад, брат, который борется неизвестно за что... Что дальше? Крис научился хорошо играть роли, но маски не спасали от внутренней пустоты. Как же сильно ему хотелось, чтобы все было в порядке, но все, что он мог — это тихо плакать под одеялом.
Дверь с тихим щелчком открылась. Крис еще сильнее сжался в комок, давя беззвучный всхлип. Почти невесомые, тихие шаги и шуршание внизу. Это Сет.
— Крис, ты здесь? — спросил второй нападающий. Вместо ответа Крис поёрзал под одеялом.
— Рико наговорил тебе всякой хуйни, а ты с готовностью ее проглотил, да? — спросил Сет.
— Возможно он был прав, — ответил Крис. Усевшись на кровати, он стянул одеяло. Юноша постарался сделать невозмутимое лицо, но красные глаза выдали его с потрохами.
— Красный снег пойдет, если этот ублюдок будет прав, — буркнул Сет, отводя глаза, — Но как видишь за окном ясная погодка.
Крис слегка улыбнулся и тоже взглянул на солнечные лучи во дворе.
— Он говорил о том, что Натаниэль может быть виновен в смерти дорогого мне человека, — сказал юноша. Сет нахмурился и недовольно засопел. Крис не сводил взгляда с его сосредоточенного лица. Обычно он не обращал внимания на этот комок вечного раздражения, но теперь в его сознание закрались приятные мысли. Нападающий казался ему уверенным и даже в какой-то степени красивым. Странное томящее чувство родства продиралось в сознание. Худощавое тело в мешковатой толстовке с кричащей надписью «Fuck off», растрёпанные волосы и синяки под глазами — вот и весь Сет.
— Думай как хочешь, но не забывай, что Нат такой же враг Рико, как и мы. Пока нет доказательств... Верить было бы глупо, — сказал нападающий. Крис удивлённо вскинул бровь.
— С каких это пор ты его защищаешь? — спросил он. Сет улыбнулся и ударил кулаком по собственной ладони.
— С тех пор, как узнал, что он ломанул эго этого ублюдка, — сказал нападающий. Острая боль внезапно сдавила виски. Крис зажмурился, и в памяти всплыли картинки далёкого матча. В ушах зазвенел вопль Рико и треск клюшек. Лица в бешеном водовороте закружились перед глазами, и эхом из недр воспоминаний возникли слова:
«Не отступать и не сдаваться. Нас вовеки двое».
— Я помню этот матч, — прошептал Крис. Теперь пришла очередь Сета недоумевать.
— Вы тогда играли вместе? — спросил он.
— Мы всегда играли вместе.
***
Троянцы уехали, не пробыв и недели. Видимо им тяжело давалось соседство с Воронами. Отношения между двумя самыми сильными командами испортились безвозвратно. Но непонятна была причина, по которой Вороны решили задержаться. Сегодня должен был состоятся первый матч между Лисами и Бизонами. Разговоры наводнил скептицизм. Даже самый заядлый оптимист не ставил победу Лисов. Говорили, «Максимум доберутся до второго тура», а потом...
Но слепая уверенность не покидала Криса все утро. В столовой университета он подглядывал на широкую спину Ната. Брат сидел далеко, но даже так Крис не мог пропустить мощных плеч, продолжащих королевскую осанку. Воспоминания возвращались слабыли ощущениями из прошлого. Ликование переполняло его изнутри, словно где-то внутри вновь зажглось солнце. Оно разлевало тепло под рёбрами, заставляя с жадностью вдыхать воздух и вновь осознавать жизнь. Мертвая, холодная плоть прошлого просыпалась, но вместе с щекочущим ухо шёпотом Натаниэля ярко всплывали яростные крики отца, от которых сжималось сердце.
Крис будто все это время жил в айсберге, не зная ни прошлого, ни будущего. Только бесконечный побег в пустоту. Но лёд растаял, и руки задрожали. Ложка с оглушительным звоном упала в тарелку. Да, лёд расстаял и его накрыло с головой. Крис по привычке вскочил на ноги и выбежал из столовой. Он в мгновений ока поднялся наверх и вновь закрылся в спальне. Только дверь беззвучно открылась. Крис не заметил, измеряя комнату лихорадочными шагами из угла в угол.
— Нил, — позвал Эндрю, закрывая за собой дверь. Но юноша его будто и не слышал.
— Она хотела, чтобы я все забыл... — шептал Нил себе пол нос, — Но как я могу?
Голос дрожал. По щекам текли горькие слезы. Эндрю крепко ухватил друга за плечи и как следует встряхнул.
— Кто хотел? — спросил вратарь. Нил замер и посмотрел в непроницаемые карие глаза. Ничего кроме застывшей, безразличной маски его лицо не отображало. Но юноша чувствовал это слабое дуновение беспокойства. Или просто хотел, ведь слова рвались наружу. Нил не мог пережить это один.
— Моя мама дала мне новое имя, когда мы сбежали от отца. Она сказала, что я единственный её сын. Она не хотела, чтобы я помнил прошлое и сделала все, чтобы я начал заново жить, — рассказывал Нил, — Но как я могу? Он мой брат. Каждое воспоминание это то, где он пытается рассеять кошмар. Я не хочу...
С каждым новым словом Нил видел, как маска безразличия на лице Эндрю трескается. Он хмурится, кусая губы.
— Я всегда считал его своим героем, Эндрю... Как я мог его забыть? — прошептал Нил, сжимая чужие запястья.
— Ты не виноват. Бетси говорила, что это может быть защитный механизм психики. Ты был маленьким и не смог бы выдержать, — Эндрю сделал паузу, — Но сейчас ты вспомнил. Это все, что имеет значение.
Юноша убрал руки Эндрю с плеч и уронил голову на его плечо.
— Тогда познакомимся снова? Меня зовут Нил, мне девятнадцать лет, и меня хочет убить собственный отец, — юноша хмыкнул. Эндрю иронично улыбнулся.
— Всё мы не без греха, — сказал вратарь и слегка погладил чужую макушку.
Нил почувствовал, как чужие плечи поднимаются на вдохе, а жёсткие мышцы, натянутые как пружины, слегка расслабляются. Сладкий запах одеколона на серой футболке и приятное тепло.
— Погладь меня ещё, пожалуйста, — попросил Нил, и почувствовал как Эндрю вздрогнул. Плечи перестали двигаться, будто вратарь задержал дыхание. И его тяжёлая, тёплая рука опустилась на мягкие волосы, принимаясь неловко их поглаживать.
В прошлом застыл кошмар, но сейчас настоящее затянуло его с головой. Эндрю, который вёл себя непривычно послушно, и волнующееся из-за этого сердце.
***
Натаниэль с нетерпением ждал ночи. Она сулила страшные тайны. Интуиция никак не могла успокоится, и Нат готовился ко встречи с неизвестностью. Он зарядил диктофон и спрятал его в одежде. Намотав повязки с ножами, юноша надел черную рубашку сверху и специально не застегнул пуговицы на рукавах. Жан смотрел на это с кровати и молчал.
— Дилан где-то запропастился, — сказал он. Нат на это лишь хмыкнул.
— Ты снова молчишь и не говоришь, что задумал, — тихо резюмировал Жан.
— Если ты и правда со мной, то тебе это не навредит, — сказал Нат. Нахмурившись, он сел напротив и замолчал. Сложив руки в замок, юноша смотрел французу в глаза.
— Ты не веришь мне, — сказал Жан.
— Я не верю никому, — ответил Нат.
Жан усмехнулся и тоже сложил руки в замок.
— А почему я должен тебе верить? — спросил он.
— Ты можешь мне не верить, — пожал плечами Нат, — Если у тебя есть выбор.
Юноша не нашёл ответа. Ведь выбора не было. Либо прожить всю жизнь, как собачка для битья, либо рискнуть.
В комнату ввалилась оставшаяся часть команды, а Нат вышел в гостиную, исчезая в полутьме.