ШАХ

Голубоглазая брюнетка сидела на полу, вычерчивая мелом руны. Волосы, слишком длинные для её хрупкого тела, небрежно спадали на лицо, скрывая взгляд глаз цвета морозного неба. Она не знала, зачем она здесь. Не понимала своей роли и давно потеряла нить, связывающую две её реальности. Под внешним спокойствием прятались волны страха, которые подавлялись лавиной внутренней силы. Заглянув в зеркало, девушка вдруг задумалась.

***(воспоминания Веси)

Когда-то давно Таёжные старцы сказали её родителям, что девочка - нежилец. Слишком слабая, хрупкая. Но Веси выжила, как всегда, вопреки.

Первый всплеск магии случился, когда ей было пять. Испуганный ребёнок большими глазами смотрел на родителей, ожидая объяснений. Почему она вдруг увидела то, что назвала приведением? Она помнила судорожный вздох мамы и то, как выругался отец. Помнила, как её посадили в машину и увезли очень далеко в горы, где шаманы проводили странные ритуалы. Там пахло хвоей и кровью. Этот запах въелся в её память также сильно, как мамин яблочный пирог, как запах морошки. Она помнила свои слёзы, когда мама передавала её в руки старых женщин. Как те сокрушались, что время не щадит дитя. Привыкший к цивилизации ребёнок долго не мог понять, почему ей приходится жить в лесу и слушать этих странно говорящих и одетых людей.

Дни превратились в недели, недели в месяцы, месяцы стали годами. Вот ей четырнадцать, и она уже сбилась со счета бесконечных поездок в горы. Больше не было страха ни перед шаманами, ни перед духами. Но сила, проявившаяся раз, развивалась вяло, будто не хотела находиться в этом маленьком теле.

В одну из таких поездок Вес заметила, что мама сегодня особенно напряжена, а отец крепче обычного сжимает руль нового, столь любимого внедорожника. Веси чувствовала - грядет что-то ужасное. Липкое ощущение страха пробралось под кожу и никакой самоконтроль не мог успокоить колотящееся сердце.

- Мне очень жаль, милая, но тебе придется пойти самой - сказала мама, когда машина остановилась на обочине леса.

- Куда пойти? В лес? - нервно усмехнулась Веси.

- Это единственный вариант принять то, что внутри тебя, - отчаянно сказал отец.

- Вы вероятно шутите. Нет, точно шутите!

В этот момент к машине подошел главный шаман.

-Идём, дитя, я провожу тебя, - мягко сказал он.

- Вы все - психопаты! - закричала Веси, - Ненавижу!!! Ненавижу вас всех за то, что вы со мной сделали!!!

Хлопнув дверью машины, девочка быстрыми шагами пошла в лес. Она не видела дороги и не оборачивалась назад. Слёзы, застилавшие глаза, неприятно жгли бледную кожу. Она шла не останавливаясь, думая о том, что лучше сгинет в лесу, чем вернется обратно к тем, кто решил от неё просто избавиться. Когда вдалеке хрустнула ветка, Веси резко остановилась. Кромешная тишина старого леса пугала и настораживала. Она не знала, сколько вот так шла, но замедлилась, стала осторожнее. Где-то высоко каркали вороны и этот звук настолько раздражал, что девочке хотелось закрыть уши. Она буквально спиной ощущала чьё-то присутствие, но не оборачивалась. Помнила, как старый шаман говорил ей, что самый главный страх порождаешь ты сам.

Вес шла уже несколько часов, или это было всего пару минут? Она не понимала. Не понимала, насколько глубок лес, и можно ли из него выйти. Ветки царапали нежную кожу, ноги гудели, но девушка продолжала идти. Небо затягивало серыми тучами и через пару минут упали первые капли холодного дождя.

- Прекрасно! - выкрикнула Веси, подходя к массивной старой ели.

Дождь усиливался с каждой секундой, превращаясь в грозу. Раскаты грома разрывали небо на части, карканье ворон становилось невыносимым. Веси отчетливо понимала, что вся эта картинка настолько сильно давит, что сведёт её с ума. В один момент ей показалось, что вокруг стали раздаваться голоса. Чем громче гремел гром, тем отчетливее девушка слышала шёпот и крики, ощущала на себе взгляд сразу нескольких глаз.

Бежать? Бежать было некуда.

- Это даже глупо - вот так умереть, - рассмеялась Веси, - Как там учил шаман...

Сосредоточившись на собственных ощущениях, она приложила руки к земле, мысленно призывая духов рода к защите. Потоки энергии утекали из её рук, но были слишком слабыми, чтобы защитить. Карканье над ухом совсем сбивало, путало и без того мутное сознание. Она распахнула глаза и вскрикнула, когда увидела, как перемещаются тени вокруг, подступая ближе и ближе. Сердце бешено колотилось, вороний крик становился невыносимым, когда она вдруг осознала, что птицы буквально пытаются что-то сказать. Один ворон клевал её руку, но она не могла разобрать, что ему надо, куда он ее направляет. Когда одна из теней почти дотронулась до девушки, ворон особенно громко закричал, словно отгоняя её. Остатки самообладания позволили Веси дотронуться до птицы. Капля крови сорвалась с пальцев, падая на клюв.

- О, черт возьми! - вскрикнула девушка, когда увидела, как от её крови ворон увеличился в размерах. - Забери всю чёртову кровь, только вытащи нас отсюда!

Ворон посмотрел на девушку каким-то слишком осознанным для птицы взглядом и, громко каркнув, взлетел перед ней.

- Была недоведьмой, стала орнитологом, - саркастично ухмыльнулась Вес.

Ворон развернулся, больно клюнув девушку в плечо. И в этот самый момент Веси провалилась в вязкое небытие, усмехнувшись, что могла умереть тысячу раз, но умерла от того, что её клюнула ворона...

Яркий свет ослеплял и заставлял девушку открыть слишком тяжелые веки.

- С днём рождения, Веселина! - раздалось где-то над головой.

Резко вскочив, девушка оторопело смотрела по сторонам, пытаясь справиться с головокружением. Осознать, где она, что происходит, какой круг ада оказался её пристанищем и кому принадлежит голос было почти нереально из-за головной боли.

- Простите? - просипела девушка, хотя в голове была совсем другая, очень нецензурная фраза.

- Не стоит так пугаться, милая, - произнес мужчина бархатным голосом, - меня зовут Тиан.

- Откуда Вы знаете моё имя? Где я? - спросила Вес.

- Ты в месте под названием Шах. Я – его хранитель. Ты умерла, - спокойно продолжил он.

Еще одна бранная фраза, размером с самолет пронеслась в ее голове. Но озвучена не была.

- - Но воскресла, слава твоим Богам.

Веси смотрела, не моргая, пытаясь осознать, оценить и не сойти с ума. Она знала, как ведьмы входят в силу, но надеялась, что с ней будет как-то иначе. Ну, например, по почте придет метла с запиской: «А что это за бомбическая малышечка стала ведьмой? Поздравляем, теперь ты можешь шмалять порчами в блядюг!»

- Интересное у тебя понимание вхождения в силу, Веселина, - усмехнулся Тиан.

Размер ее глаз после этих слов граничил с тем же бранным самолетом.

- Ой, - смутилась Вес.

- Не стоит, дитя. Приходи в себя. Теперь нам предстоит много работы, - он мягко и по-отечески погладил девушку по щеке и отправился прочь.

****

Такой Веселина помнила первую встречу с наставником. Помнила, как ворон, клевавший её в руки, стал её самым близким существом на планете. Как они вместе учились магии. Если есть сущности осколка души, то её ворон – Мор, был именно этим. В моменты их единства Мор мог увеличиться до невообразимых размеров, питаясь силой Веси. Они всегда были рядом. Они видели и жили.

Пока не пришёл он...

- Ну и дрянь, - бросила Вес, передернувшись всем телом, стряхивая с себя груз воспоминаний.

- В чём дело? - удивленно спросила Мали, поджигая благовония.

- Вспомнила, как попала в Шах... Фу, Мал, ну ты опять?! Можно поджечь палочки со вкусом персика, что ли...

- Персик твою задницу не защитит, крошка. Сейчас еще чаю тебе заварю. Перестань себя накручивать, Вес. Та дрянь по всем проехалась. Это не значит, что время искать точки невозврата, - протягивая чашку с травяным чаем, сказала девушка.

- Ты точно хочешь, чтобы я блеванула? - проведя носом над напитком, подметила ведьма, - Мали, я не понимаю, почему хранители молчат, что нам делать с Лирой, и почему мы все вообще ещё живы? Ты знаешь не хуже меня, что Шах не прощает ошибок. Мы так и не узнали, что это был за камень, и, что ещё хуже, чем были те сущности на поляне. Или кем, - прикуривая, сказала Веселина.

- Айя пытается создать стабильный канал с духами Шаха, но пока выходит вяло. Быть может, если мы все вместе попробуем, будет хоть какой-то прок... - заключила Мали.

- Твоя правда, подруга, - поднимаясь с пола, ответила Веси, - я принесу чаши, встретимся в крипте.

Мали переживала. С того момента, как хранитель принёс из леса Веселину, она стала ей ближе всех. Не было в их отношениях простоты и лёгкости, просто Мали понимала вещи, о которых Веси говорить не могла. Понимала и принимала. Вот так просто, без пробивания под кожу.

Её путь был совсем иным. С детства её готовили к принятию силы, а когда это случилось, всё произошло планомерно, как завещал родовой ритуал её семьи, передававшийся из поколения в поколение. Затем был Шах. Закрытая ото всех Айя. Бунтарь Шенти, в котором за масками биполярочного ублюдка скрывался добрейшей души человек. Лира, которая нивелировала выбросы ещё не до конца прирученной магии, матерясь, как заправский алкаш. Добрый Олок и самовлюблённый Рем. Они как-то сходились. Как неправильные пазлы, которые вместе создают артхаусный рисунок. Картину, название, которой менялось от «Мордобой» до «Я сдохну, но вы будете жить».

- Рем и Шенти остались с Лирой. Пытаются объяснить ей, что она не психопатка, - сказал Олок.

- Ой ли... Сомневаюсь, что она не сломает им кости, - улыбнулась Мали, - мы разберемся Ол, обязательно разберемся. Поможешь нам с духами?

Коротко кивнув, молодой ведьмак направился вместе с Мал в крипту замка, где их уже ждали Айя и Веси.

- Я не знаю, как это объяснить, но связь не стабильна. Словно сам замок сопротивляется, - устало сказала Айя.

- Давай попробуем вместе? Сделаем на крови, - расставляя чаши с водой, предложила Веселина .

- Я – проводник, - вызвалась Мали, - бусы ещё хранят энергию тех тварей. Думаю, смогу показать, что случилось с Лирой. Точнее то, что она видела.

- Тогда начнем? - риторически спросил Олок.

Свечи трещали. В центре зала тлели травы к огромному неудовольствию Вес. Четверо колдунов вспарывали ладони над чашами в унисон читая призыв. Когда все приготовления были закончены, Мали протянула бусы через руки ребят, обвивая их кисти, чтобы поддерживать стабильную связь.

- Да помогут нам наши Боги, - тихо сказала девушка, опускаясь на колени.

Мор устроился на плече Веси, прислонив клюв к виску.

Пространство вокруг начало искажаться. Вскоре стены зала сменились на темноту. Кромешная тьма - слишком глубокое понятие, в котором живут боли и страхи, радости и горести.

- Мы слышим тебя, дитя - раздался безликий голос.

- Хранители, - спокойно произнесла Мали, - позвольте потревожить ваши древние души.

- Магия замка нестабильна. Нечто тёмное вырвалось наружу и теперь рыщет по смертному миру в поисках силы. Вы отделались легко и заслужили поощрение. Ваши Боги были благосклонны к вам. Лира поможет вам выследить то, что её ранило, на ней осталась метка. Остановите это, пока оно не погубило всё живое. Вам не понравится мир, погрузившийся в хаос. Отправляйтесь туда, где чёрное злато пропитало песок, родив город из пустоты. Отыщите артефакт, который вернёт заблудшую душу. Вас готовили к судному дню и часы начали обратный отсчет. Что будет, если не справитесь – каждый из вас знает.

- Сколько у нас времени? - тихо спросила Мали.

- У вас всё время мира... - тише сказали духи.

Тьма сменилась неестественно ярким светом, когда Мали открыла глаза.

- Ну по крайней мере, нам не вспороли глотки - сказала Айя, - Шен может выдохнуть.

- Но обещали. «Что будет, если не справитесь и бла-бла-бла», - передразнивая, проворчал Шен.

- Идём, нам нужно решить очередной ребус, - сказала Веси, торопливо подходя к двери.

Передав Рему, Шенти и в край ахуевшей Лире всю информацию, ребята стали размышлять. Артефактов было бесчисленное множество, и угадывать какой именно нужен для остановки апокалипсиса смысла не было. Им дали четкое направление и очень эфемерную инструкцию: «Пойди туда, не знаю, куда. Найди то, не знаю что».

- Чёрное злато – нефть, скорее всего, - сказала Веселина.

- Никогда бы не догадался, - вставил свой сарказм Шен, получив взгляд, от которого дохло все живое.

- Песок... Где есть нефтедобыча и песок? - уточнила Айя.

- Да дохуя где, честно говоря. Саудовская Аравия, Сирия, Ливия, Катар ... - начал перечислять Шенти.

- Эмираты, - раздалось где-то снизу.

Шесть пар удивленных глаз переглянулись. Вскочив с мест, ребята уставились на вошедшую.

- Реми, ёбни меня сильно, потому что я, кажется, сплю! - провопил Шенти, - иначе я слышу голос грёбаной суки!

- Здравствуй, Шенти, - улыбнулась блондинка, поднимаясь по лестнице, - не вижу радости на лицах.

- Мариет, - улыбнулся Олок, - давненько тебя здесь не было.

- И не было бы ещё столько же, если бы не случилось то, что случилось, - сказала девушка, протискиваясь ближе к Лире.

- Я - Мариет, можешь звать просто Мари. И я сейчас сделаю тебе больно, - спокойно сказала она, прислоняя пальцы к виску остолбеневшей Лиры.

- Полегче, ей и так устроили кашу в мозгах, - сказала Айя.

- Угу, - улыбнулась Мариет.

Она была мастером работы с сознанием, первосортным эмпатом и первоклассной сукой (так считал Шенти), потому что в своё время едва не раздолбала его рассудок, когда этот дамский угодник, нанюхавшись дури решил, что может всё.

- Давай же, девочка, возвращайся, - шептала Мариет, прикрыв глаза.

Дёрнув головой, Лира вскрикнула. В ее сознании начали мелькать картинки воспоминаний. Это больно, очень больно.

- Какого чёрта ты творишь, Мар?!- хватаясь за голову, сказала девушка.

- Доброе утро, крошка, - хохотнула блондинка, - вспомнила?

- Твоими молитвами.

- Не благодари.

- А ты всё такая же.

- Прекрасно, а теперь собери силы и чемодан, мы летим в Эмираты, - с легким прищуром сказала Мари, готовясь услышать уйму проклятий.

- В Эмираты? - удивилась брюнетка.

- Стоп, что последнее ты помнишь? - вмешался Рем.

- Дейм сжёг завод, - улыбнулась Лира.

- Пиздец, - озвучила мысли каждого в комнате Мали.

Олок ухнул, Шенти достал пачку сигарет, а Вес как-то многозначительно посмотрела на Мари.

- Это было год назад, Лира. С тех пор Дейма никто не видел, - сглотнув явный ком в горле, сказала Мариет, - твоё сознание потеряло год.

- Выходит, и Эмираты тоже, - заключила Айя, получив толчок от Олока в бок.

- Что значит Эмираты тоже? - нервно спросила Лира.

- Мы совсем разберемся, Ли, - взяв подругу за локоть, сказала Мариет, - идём, соберем вещи. Вылет через четыре часа.

Последний раз окинув компанию многозначительным и очень красноречивым взглядом, Мариет и Лира вышли.

- Кто тебя тянул за язык? - буркнул Рем.

- А что я сказала, Реми? Что такого?! - удивилась Айя.

- Нет, ничего, просто давай сделаем так, чтобы мы больше не спасали Лиру из того состояния, в котором она вернулась, - замяла разговор Мали, - нужно её сберечь.

- Он её найдет. На своей земле уж точно, - выдыхая дым, сказал Шенти, наблюдая за тлеющей сигаретой.

- Мариет не даст. Гортань ему вскроет, но не даст, - сказала Айя.

- Наблюдай, - цокнул Шен, уходя прочь.

Быстрые сборы, чемоданы в багажники и, спустя четверть часа, несколько машин двигались к аэропорту. Олок пытался шутить, Мали сокрушалась, что не взяла новые бусы, а Мари слишком сосредоточено сжимала руль.

- Мне приснился сон, - сказала Лира, - странный такой.

- Делись, - хмыкнула блондинка, заранее представляя тему разговора.

- За мной смотрели почти чёрные глаза, я пыталась разглядеть лицо, но все сыпалось, как песок.

- Правда, странный, - кивнула Мариет.

- Ты же знаешь, чьи это глаза, Мар.

- Знаю.

- Но не скажешь, - вымученно улыбнулась брюнетка.

- Конечно же, нет.

- Красивый браслет, - кивнула Лира, указывая на руку подруги, - хранишь энергию?

- Крупицы, которые остались, - тихо сказала блондинка, забивая воспоминания подальше, Приехали, - заруливая на парковку, обозначила Мари, - Пообещай мне, Ли, что будешь осторожна и будешь рядом.

- Угу, - хмыкнула Лира, - с нашим-то везением точно буду осторожна.

Мариет шла к самолету, четко понимая, что ведет подругу в логово беса. Она помнила, сколько истерик было выслушано, сколько боли вытерпела её Лира, потому что однажды сыграла не в ту игру не с тем игроком. Знала и ощущала, что добром это не кончится, однако это была их общая жертва. Они выстоят.

Выстоят ли?

Крипта (от др.-греч. κρυπτή — «крытый подземный ход; тайник») — в средневековой западноевропейской архитектуре одно или несколько подземных сводчатых помещений, расположенных под алтарной и хоральной частями храма.