51
И тут замечаю восторженный взгляд лорда-директора. Такой исполненный обожания, восхищения и нежности, что радость от собственной смелости заполнила сердце.
Всё испортила «леди», которая пристально всмотревшись в меня, вдруг ухмыльнулась и таинственно произнесла:
— Светлая кожа, карие глаза… волосы столь редкого оттенка спелой вишни… ммм… девочка, а знаешь ли ты, что за использование Проклятий Страсти наказание — смертная казнь?
Я побледнела, но совсем не от намека этой в высшей степени странной леди — от осознания! Медленно, очень медленно мой взгляд метнулся к холёным ручкам незваной гости и среди десятка перстней, украшающих тонкие пальчики, диссонансом смотрелось мужское кольца чернённого серебра, с ярким фиолетовым кристаллом!
А дальше — мой взгляд на двух оборотней, которых уже не очень вежливо просили уйти и крик на весь зал:
— Дорогой, я хочу это зеркало! — в тот момент магистр буравил леди полным ярости взором и отреагировал не сразу. Но это было уже не важно, я имела цель и шла к ней напролом. — Любезнейшие, тащите ваше зеркало сюда, я хочу рассмотреть оправу. Она золочённая, да?
Юрао и Риая переглянулись, как-то одинаково усмехнулись и потащили зеркало ко мне, освобожденные из плена оторопелых охранников полуэльфов, чьи волосы, кстати, были более золотыми, чем оправа.
Пыхтя и ругаясь, они дотащили предмет интерьера до нашего столика, поднялись и на возвышение (столик-то был лучший), и отменно играя свою роль, Риая начала:
— Превосходное зеркало, леди, ручная работа!
Как бы не так — по всей оправе шли большие и маленькие трещины, само зеркало изрядно полнило, в общем, судя по качеству сиё было дешёвой гоблинской подделкой. И так как лица у троих присутствующих за столиком вытянулись, Юрао решил подправить впечатление:
— Леди, оно будет превосходно смотреться в вашей спальне, если поставите его напротив кровати!
— Зачем? — не поняла я, отчаянно разглядывая в отражении нашу незваную гостью.
— Ха, — дроу был в ударе. — Поверьте моему опыту — ваш лорд точно оценит!
— Всё, офицер, вы перешли границу! — магистр Тьер стремительно поднялся.
Я же продолжала смотреть на леди, которая в этот момент, любуясь своим отражением, подняла руку, поправила волосы… и на её изящных пальчиках в зеркале отразились четыре колечка… а пятое, украшающее большой палец — нет!
Семейка Найтес ошарашено посмотрела на леди, потом на меня, и Риая выдала:
— А мы искали мужчину!
Это был мой звёздный час! И с молчаливого одобрения офицера Ночной Стражи (Юрао просто потрясённо молчал, но молчание знак согласия) я вскочила и громогласно объявила:
— Леди, вы арестованы по обвинению в убийстве тролля Нырка, убийствах жительниц Ардама, краже фамильного артефакта клана Приходящих во сне и подлоге!
В зале ресторации «Золотой феникс» воцарилась мёртвая тишина.
Все были шокированы как происходящим, так и моими словами. А я, пыталась вспомнить, что там дальше говорят Ночные стражи при задержании и вспомнила:
— Вы имеете право на защитника, а так же обязаны снять личину!
С этими словами я схватила леди за руку и сорвала с её пальца заветное серебряное колечко почившего клана метаморфов!
И это стало моей самой страшной ошибкой… Потому что едва леди лишилась чар её личность прикрывающих, как на месте чарующе прекрасной молодой женщины оказалась ослепительно-яркая красноволосая и красноглазая:
— Кронпринцесса… — простонал Юрао, роняя зеркало и опускаясь на колено.
И весь зал рухнул на колени прежде, чем утих звон разбитого стекла. А единственная дочь императора медленно, не отрывая от меня взгляда тёмно-красных глаз, встала, и её удлинившиеся чёрные когти вспороли скатерть на столе, но прежде чем она успела хоть что-то сделать, прозвучал тихий голос Тьера:
— Тронешь её, и я брошу вызов, Алитерра!
Чёрные когти вспороли поверхность стола, а Её Высочество всё так же не отрывала от меня полного ярости взгляда. И именно мне она с усмешкой сказала:
— Тупая выскочка, я могу убить всех здесь, но даже тогда меня никто не посмеет арестовать!
Да, с этой вседозволенностью аристократов нужно что-то делать, определённо нужно…
Впрочем:
— Знаете, — я как и лорд Тьер говорила очень тихо. — Тролли мстительны… и как только у некоторых пройдёт приступ острого поноса, я непременно поставлю их в известность о личности виновника смерти тролля Нырка!
Однако последнее слово произнёс магистр Тьер:
— Да, ты, к моему искреннему сожалению, пала на самое дно Бездны… — и очень спокойно. — Император будет поставлен в известность.
После этих слов кронпринцесса побледнела и перестала крошить стол.
Взметнулось адово пламя!
Бросив быстрый взгляд на лорда-директора, Её Императорское Высочество едва слышно прошептала «Спасибо» и покинула нас, вступив в яркий огонь. А я поняла невероятное — магистр поступает благородно даже по отношению к врагам. Но я не считала, что леди заслуживала подобного обращения:
— Всё равно троллям скажу! — честно призналась, глядя на лорда Тьера.
— Тролли? Хм… — грустная улыбка. — Поверь, никто не умеет наказывать так, как император.
В этот момент Юрао отошел от шока, поднялся и задал мне главный вопрос:
— Артефакт?
Во всей этой ужасной ситуации был только один положительный момент — мы выполнили заказ! И когда я бросила дроу кольцо, тот ловко спрятал его в кармане, протянул мне руку и торжественно поздравил:
— С первым делом, напарник!
— Да уж, — пожимая его руку, протянула я. — Ну и дельце…
— Но мы справились! — Риая просто-таки светилась от счастья. — Как насчёт того, чтобы организовать собственное дело и стать частными следователями?
Но тут поднялся лорд Тьер… Юрао мгновенно сделал шаг назад, прошипел сестре:
— Не гони дракона, Ри, — а мне: — До завтра, напарник.
Едва парочка маскирующихся под оборотней дроу сбежала из морально пострадавшего зала ресторации «Золотой феникс», магистр вновь сел, стараясь не смотреть на покорёженный стол, взял бокал с вином, залпом выпил, и, направив на меня пристальный взгляд, спросил:
— Твоё требование поужинать здесь, было обусловлено разговором с троллями?
И вот тогда я тоже села, отпила из бокала и начала рассказывать.
Про труп, найденный в лесу, про наши с Юрао подозрения, про то, что я выяснила. Лорд Тьер не перебил ни разу, разве что в начала моего рассказа отгородил нас от зала призрачным пологом тишины.
Затем начались уточняющие вопросы:
— А как же глава вампирского клана?
— Леди Лаллиэ, — терпеливо пояснила я. — Почему-то она считала необходимым попасть на территорию академии и убить меня, вероятно решив, что едва меня не станет, Связующее проклятие заставит вас… ну…
Тёмные глаза потускнели. Затем лёгкая усмешка искривила красивые губы, и лорд Тьер пояснил:
— Связующее проклятие передает наиболее яркие образы проклятого тому, с кем он связан. В момент, когда ты произнесла Проклятие Страсти, Лаллиэ увидела тебя и услышала твоё имя. Я знал об этом и сделал всё, чтобы тебя защитить. А когда начались убийства, я заподозрил Шейдера Мероса. Он в свою очередь подозревал меня. Занятые поиском фактов, подтверждающих наши подозрения, мы упустили третьего игрока на поле.
Моему удивлению не было предела, и я тихо спросила:
— А причём здесь лорд Мерос?
Магистр явно не желал говорить об этом и всё же ответил:
— Лаллиэ никогда не брезговала подлыми методами, в своё время она подчинила волю Шейдера и использовала его как собственную марионетку. Но едва она стравила нас, я сумел снять проклятие, после чего Мерос всё бросил и уехал в Приграничье. Однако столкнувшись с ним в Ардаме, я предположил, что имеет место вмешательство Лаллиэ… Глупая мысль, ведь к тому времени как она действительно пришла к нему, лорд Мерос уже был покорён нежной подавальщицей из таверны «Зуб дракона»… Он не позволял себе ваших отношений, опасаясь мести тёмной эльфийки… — пауза и очень грустное. — Теперь ты всё знаешь.
Знаю… но не понятно же ничего!
— Объясните, к чему всё это кронпринцессе? — я положительно этого не понимала.
Лорд Тьер тяжело вздохнул и честно ответил:
— Как видите, и в моей жизни встречались люди, не понимающие слова «нет», и не готовые смириться с отказом. Алитерра и Лаллиэ были подругами, видимо Лалли сообщила куда направляется и зачем, и вероятнее всего преподнесла это как свою победу, ну а члены императорской семьи традиционно любят собирать плоды чужих побед…
Он замолчал, я тоже. Было почему-то грустно и хотелось уйти, вот только:
— Мне только одно во всей это истории непонятно, — задумчиво произнёс лорд-директор, наполняя свой бокал и доливая до краев мой.
— И что же? — тихо спросила я.
Пристальный взгляд чёрных глаз и несколько недоуменное:
— И что же? — тихо спросила я.
Пристальный взгляд чёрных глаз и несколько недоуменное:
— Вы согласились стать моей женой, или нет?
И вот где это проклятое адово пламя, когда оно так нужно!