[Глава 49]
Я помню рук твоих тепло,
Когда земля спала в снегу,
Как смысл глубинный обрело
Всё в эту звонкую пургу.
Был обещаньем дивных благ
Твой взор сквозь снега мишуру.
Как будто наш родной очаг
Дышал уютом на ветру.
И сердце полнилось моё
Любовью нежной и большой,
А вьюга пеньем соловьёв
В душе звучала молодой.
Искристый снег благословил
Наш путь желанный и благой.
Томленье искренней любви
Сверкнуло страстью неземной…
________________________________________
От лица Дамиано
Выйдя на балкон среди ночи, беру в пальцы сигарету, ранее лежавшую за ухом и подношу пламя исходящее от зажигалки к палочке никотина.
Луна освещала тёмную воду, которая двигалась с маленьким потоком волны. Смотрю на безымянный палец. Золотое кольцо - означалор то, что моя заветная мечта наконец-то осуществась. Любимая женщина запавшая в сердце ещё со школьных времен, стала моей женой. Маленький животик вызывал тёплые ощущения от того, там находится наш ангелочек.
Женские ручки прикоснулись к моему торсу, прижимаясь мягкой щекой к спине.
- Разбудил тебя? - выкидываю сигарету и аккуратно поворачиваюсь к ней, обнимая за талию.
- Нет, приснился кошмар, вот я и вышла сюда. Думала что ты ушёл. - смотрит в мои глаза и ласково улыбается, прижимаясь своими губами к моим.
Движение губ и языка: трепетные, медленные. Не ради возбуждения, а ради того, чтобы показать через них чувства накопившиеся за ночь.
- Мерзлячка. - хихикаю сквозь поцелуй, когда касаясь холодной ладони. - Бегом внутрь. Сейчас буду греть тебя.
Выкидываю сигарету в пепельницу и подняв Кэрри на руки, заношу в спальню. Девушка сразу зарылась в одеяло, притягивая меня ближе к себе.
- Маленькая моя, что тебя испугало? - глажу ей спинку и целую в мокрый лоб. Могу представить себе до какой степени, она была напугана.
- Ерунда. Всякие моменты когда Ноа взял меня в заложники и.. его удары, но больше испугалась когда не увидела тебя. Думала что не проснулась до конца и кошмары продолжаются. - шепчет дрожащими губами, терясь щекой об мою грудь.
- Мой бедный птенчик. - целую в лоб. - Он не отделался только тюрьмой, а сильно пожалел о том, что поднял на тебя руку.
- Что? Его ведь просто забрали в тюрьму.
Несколько недель назад
Улыбающийся Ноа сидел на стуле перебирая цель на своих наручниках. Снисходительно смотрю на ничтожное создание и киваю копам, чтобы они оставили нас. Прекрасно понимали что хочу сделать, но ничего против этого не имели. Впервые нарушил принцип, заплатив за то, чтобы притворились будто ничего не произошло.
- Знаешь, Ноа.. - растягиваю, закатывая рукава рубашки. - Твоя персона могла отделаться просто тюрьмой, однако ты позволил себе вещь которая для всех под запретов. Поднял руку на мою женщину.
С доброжелательной улыбкой подхожу к нему и со всей силы ударяю лицом об стол.
- Будешь захлебываться кровью. Молить о пощаде, только это тебе не поможет. Получишь ту самую боль, какую испытала моя Кэрри. Единственный моментик.. - хватаю его за воротник, оглядываю презрительным взглядом. - Боль будет в десять раз больнее, чем испытала она. Лишишся руки, ударившей ее щеку, и смотря на неё, будешь вспоминать «Эту руку у меня отнял Дамиано Давид, за то что я - кусок дерьма, посмевший посягнуть на святое».
Темноволосая сразу бы заметила мои разбитые костяшки и потребовала объяснений, поэтому бил его об всё, что только можно. А "десертом" стала отрезанная рука. Картина, болезненные крики, напоминали мне фильм ужасов.
Нет - я не психопат, маньяк или убийца. Никогда не приносил вреда не виновным людям, но наказывал сполна виновных. Я дал себе обещание, что оторву руку каждому, кто посмеет ударить Кэрри и успешно сдерживаю его. Так бы поступил каждый мужчина, действительно любящий свою женщину. Он бы уничтожил этого человека, переломал руку, делал хоть что-нибудь, за принесённую любимому человеку боль.
- Ты..ублю-док. - едва говорит от болевого шока, а я встаю на корточки с той же доброжелательной улыбкой.
- Вспомни-ка сколько ты отрезал рук, желающий освободиться из твоего подвала. Я навёл справки и увидел парочку без таких же частей тела. Воспринимай как месть. Хорошего остатка жизни в тюрьме. - последний раз ударяю лицом об ножку стола, покидая комнату.
- До свидания, господин Давид. - испуганно прощаются копы и тяжело сглатывают слюну.
- До свидания. Спасибо за оказания мне услугу. Вы будете щедро возгражденны.
Эти ребята позже получили дополнительные деньги и ни где не упоминали о случившемся. Лишение руки, переложили на умершего в тот вечер педофила. Кэрри даже не подозревала о проделанном моими руками. Меня тревожил факт того, что она не знает. Любила бы она меня, узнав на что способен ласковый, но ласковый только с ней, Дамиано?
Наше время
Тяжело дышу и понимаю, что должен рассказать. Она должна знать с каким человеком живёт, а так же принять решение: смирится с тем, что я должен был сделать это давно или возненавидеть за такую жестокость.
- Маленькая, я подозреваю что ты возненавидешь меня после услышанного, но ты должна знать правду. - девушка поднялась, присаживаясь на мои бедра.
- Слушаю. - чёрт, да ты самый настоящий урод, Давид. Как можно такое рассказывать беременной женщине?
- Только не переживай, прошу. Помни что тебе нельзя! Захочешь - ударишь меня сковородкой, только не волнуйся. - зелёноглазая кивнула и серьёзно посмотрела на губы.
- Я был у него в тюрьме, ведь обещал что он лишиться руки за то, что ударил тебя. - останавливаюсь и выдохнув, продолжаю. - Кэрри, я бил его об всё: стены, стол, пол, а в конце сделал ужасную вещь, хоть даже обещал выполнить её.
Женское лицо было сосредоточенно, не испуганное, не встревоженное. Глаза внимательно следили, а уши слушали каждую деталь.
- Я отрезал ему рукой, которой он ударил тебя и заплатил за то, чтобы копы молчали, снеся преступление на умершего педофила. Вот вся правда. Прости меня, Кэрри. Я знаю, что ты иногда боишься меня, однако обязан был рассказать правду. Прости, котёнок. Прости! - виновато опускаю глаза и боюсь даже прикоснуться к ней, чтобы не напугать.
Несколько минут длилось молчание и я продолжаю. Запрокидывая волосы назад.
- Знаю, не такой хороший человек, как ты меня видешь, однако не мог простить то, что он сделал. Я никогда не трогал не винных людей, котёнок. Никогда. Пойму - если испугаешься и не захочешь строить семью с таким человеком. - уже готов ко всему, к тому что оттолкнет меня, начнёт кричать о том, какой я мерзкий человек и тому подобное. Снова опускаю голову, ожидая её вердикта.
Женская ручка погладила мою щеку, об которую я потёрся и поднял лицо на девушку, смотревшую на меня ласковым взглядом.
- Твоя история и правда меня напугала, Дамиано. Но всё равно в моих глазах, ты никогда не будешь чудовищем. Знаю что никогда не обидешь невинного, знаю что даёшь всем по заслугам. В конце концов знаю, что никогда не навредишь нам. Ты тот человек, с каким я всегда хотела построить семью. Никто меня не любил так, как ты.
Я никого не любила так, как тебя. Не смей называть себя «плохим человеком»! Всё в порядке.
Любимая лучезарно улыбнулась и нежно поцеловала мои губа, показывая что ей не стало мерзко от меня, после рассказа.
- Я не стал для тебя.. противным? - хмурюсь брови, невесомо поглаживая тоненькие бедра.
- Нет конечно! Я люблю тебя, Дами.
Думаешь не поступила бы точно так же с Мэтью? Не волнуйся от этом. Мы с ангелочком любим тебя, правда, Дамиано.. - усмехнувшись, аккуратно кладу её на диван и нависаю над ней.
- Я сделаю всё для вашей безопасности, маленькая. Чего бы мне это не стоило. - целую всё лицо, наслаждаясь любимым звонким смехом.
Иногда мы идем на необдуманные поступки ради тех кого любим, а после боимся осуждения за наш риск. Однако риск - иногда намного лучше, чем полное бездействие..