"Терпимо"
Раннее утро освещало комнату мягким светом, пробивавшимся сквозь хмурые осенние тучи. Ровно в 6:20, через мгновение после звонка будильника, рука Саши легла на кнопку. Он сел на кровати, бодрый и собранный, без тени сонливости. Приведя в идеальный порядок постель, он направился в ванную. С кухни доносился лёгкий аромат свежего завтрака. На столе его ждала аккуратно накрытая тарелка — мать, уходя на работу, как всегда оставляла завтрак. Саша мысленно поблагодарил её и с аппетитом принялся за еду.
Его утро было выверенным ритуалом: быстрый, но питательный завтрак, безупречная форма, проверенная на отсутствие складок и пятен, и последний взгляд в зеркало. Ровно в 7:30, свежий и подтянутый, он уже стоял в прихожей. Выглаженная белоснежная рубашка, рюкзак за плечом — всё говорило о собранности и дисциплине. Он вышел из дома, готовый к новому учебному дню. В школе Залетов был уже в 7:50.
Утро Ромы отнюдь не было таким же прекрасным. В 6:30 парня разбудила громкая трель звонка. Тот резко дернулся и чуть не упал со стула — заснул 15 минут назад, делая домашку. Ромка выключил будильник и стал дописывать домашнее задание. Парня клонило в сон. Из-за гитары он лег довольно поздно, а чтобы успеть сделать домашнее задание, встал в 5 утра. «Ещё пять минут...» — подумал Рома. Второй будильник уже поднял его в 7:40. Подросток в ужасе посмотрел на часы.
— Блять! — вырвалось у него.
Он резко встал, сгрёб со стола в сумку учебники и тетради. Парень забежал на кухню, поставил чайник, кинул в чашку пакетик. Пока закипала вода, Рома быстро сделал два бутерброда. Светлов залил пакетик кипятком, еле дождавшись, пока чай заварится, разбавил его холодной водой. За две минуты, почти не жуя, он закинул в себя незамысловатый завтрак. Ромка вернулся в комнату, схватил рандомные футболку и джинсы из кучи одежды на стуле. Проверив футболку на запах пота, он махнул рукой «сойдёт» и быстро напялил их на себя. Светлов быстро умылся и, схватив куртку, выбежал из дома. На все сборы у парня ушло 20 минут. «На автобус бы не опоздать, блять!» — подумал он, выбегая из подъезда.
В школу Рома вбежал в 8:35. Быстро поздоровавшись с охранником, он влетел в раздевалку и повесил куртку на вешалку какого-то класса. Бегом Ромка вбежал на четвертый этаж меньше чем за минуту. Он остановился перед дверью класса, немного отдышался, постучался и открыл дверь:
— Здравствуйте, Анна... Викторовна... Извините за... опоздание... Можно войти?.. — тяжело дыша и виновато улыбаясь, произнёс Рома.
В классе все замолчали и обернулись на дверь. Объяснявшая что-то у доски Анна Викторовна хмуро посмотрела на него.
— Светлов? Третий раз за неделю опаздываешь! Сколько можно? Заходи. Бери лист со стола, пиши объяснительную. Пока что на моё имя, но если продолжится, будешь уже на имя директора писать!
Ромка прошёл в класс, прикрывая за собой дверь, взял со стола учительницы лист и сел за парту. Писать он, естественно, ничего не собирался — всё равно простит.
От недосыпа голова была ватная. Рома честно пытался слушать и записывать тему, но его нещадно рубило спать. Цифры в учебнике и на доске плыли перед глазами. Веки слипались. Рома отчаянно пытался разбудить себя, но против биологии не попрёшь. Трёхчасовой сон никогда ещё никому не шёл на пользу. В конечном итоге парень заснул. Одноклассники периодически оборачивались и посмеивались над спящим Ромой, но Анна Викторовна либо делала вид, либо не замечала его.
Из дрёмы его вывел, на удивление, не разъярённый крик классухи, звонок или друзья, а... Залетов?
— Эй, Светлов. Подъём.
Рома вздрогнул и уставился на Сашу мутным от сна взглядом.
— Че? — его голос был хриплым и сонным.
— Урок давно кончился. Мне нужно закрыть кабинет, — Саша говорил спокойно, указывая взглядом на пустой класс. Он был уже собран и готов уходить. — Твои ушли, сказали, что пытались тебя поднять, но ты только матом послал.
Рома с раздражением провёл рукой по лицу. Чёрт. Опоздал, проспал, и теперь ещё и этот Залетов...
— Отъебись, ухожу уже... — он резко встал, едва не задев парня плечом, быстро закинул вещи в сумку и пошёл к выходу.
Ромка успел только дойти до нужного кабинета, как снова прозвенел звонок. Как всегда, он сел за парту вместе с Антоном. Ребята встали около парт, ожидая прихода преподавателя. В кабинет вошёл учитель литературы. Он позволил классу сесть и начал свой рассказ.
Светлов снова честно писал, но чувствовал, что от монотонной болтовни его клонит в сон. Вдруг в голову ему приходит «гениальная» идея — снова сорвать урок. Когда учитель замолкает, давая классу время написать, в тишине раздаётся громкое «Ку-ка-ре-ку!». Ромка тут же склонился над тетрадью, еле сдерживая смех. Класс отреагировал мгновенно. Из разных уголков послышались тихие смешки и шёпот.
— Светлый, ты чё творишь? — шепнул Роме удивлённый Антон.
— Ну а чё он так хмуро бубнит? — сквозь смех произнёс Светлов.
Вдруг с третьей парты раздалось такое же громкое «Мяу!». Ромка тут же прыснул и показал Серёге большой палец. Антон растерянно переводил взгляд с одного на другого, мол, «вы че творите, идиоты?!». Класс уже открыто смеялся. Идею подержали и другие ученики. Спустя пару минут 10 «Б» превратился в зоопарк. В гомоне класса потонул крик учителя: «А ну успокоились!».
Естественно, об уроке все и думать забыли. Цирк смог успокоить только звонок. Все быстро собрались и, наперебой смеясь, чуть не сметая учителя, вылетели из кабинета. Рома, Антон и Серый в голос угарали:
— Ром, нах ты это сделал? — смеясь, спросил Серый.
— Делать ему нехуй было, — также сквозь смех ответил Тоха. — Ну вы и долбоёбы, конечно...
— Сам не лучше, — усмехнулся Ромка, доставая тетрадь из сумки — Чё у нас щас? Контроша же, да?
Парни синхронно кивнули ему. Светлов вздохнул и стал повторять записи. Контрольная должна быть лёгкая — входная по итогам 9 класса, но он и в девятом-то не особо понимал, а сейчас так вообще голова не варит.
Со звонком 10 «Б» вошёл в класс. Анна Викторовна раздала тетради для контрольных работ. Ромка посмотрел на условия и, мягко говоря, удивился. По спине пробежал холодок, хотя в классе было вполне тепло. «Что это за нахуй?! Какие к чёрту синусы?!» Роман склонился над тетрадью, пытаясь понять, что от него вообще требуют. Он сжал ручку так, что костяшки пальцев побелели. «Даны три стороны... Найдите синус и... Да какой нахуй радиус?! Откуда, блять, радиус в треугольнике?! Где я вам его возьму?!» Парень провёл рукой по лицу, губы сжались в линию. Это только первый номер, а он уже в ступоре и не знает, как решать. «Сука... Ладно, пропустим эту хуйню... Дальше... ЧЁ, БЛЯТЬ?! Это девятый класс или пятый курс университета?!» Рома взялся за голову и стал думать. Решение ни одной из задач ему не приходило. «Пиздец... И как я только ОГЭ сдал...» Он поднял голову и посмотрел на класс. Все что-то писали. Кто-то спокойно, кто-то в панике, но писали. Даже Антон и Серёга. Рома нервно повертел ручку в пальцах. «Да что вы, блин, там пишете?... Оно же... Не решаемое... Сука...»
Взгляд Ромы мельком упал на первую парту... и там застыл. Он увидел, как Залетов забирает тетрадь и вариант друга и быстро начинает что-то в ней писать. Руки парня сами сжались в кулаки от гнева. «Ах ты ж... Подонок... Видели бы учителя, каков их "идеальный Сашенька". Сука. Пидорас!» Но, тем не менее, руку Рома не поднял и про списывание не сказал. Как минимум не поверят. Да и... Смысл? Из зависти? Они ведь с Егором одинаково ничего не знают. Но Егору есть кому помочь, а Роме — нет. Ну так и смысл палить? Чтобы обоим заработать пару? Светлов с силой отвёл взгляд от них и вернулся к своему листу. Глаза раз за разом читали одну и ту же задачу. Он что-то писал карандашом и стирал. Писал и стирал. «Хуйня, хуйня, хуйня, хуйня! Я понятия не имею, как это решать! Мне б Сашкины мозги... Или хотя бы Антоновы... Сукааа... Ну, блять, лёгкие же задачи, наверняка...» В горле встал ком. Он ткнул ручкой в тетрадь, чуть не проткнув лист.
***
От гитары Рому отвлёк тихий стук в дверь.
— Ром? — послышался из-за двери тихий голос Софии Николаевны.
— Да, мам? — голос звучал уже мягче, чем час назад, во время ссоры.
— Иди кушать, я уже всё разогрела.
— Хорошо, сейчас приду, — парень чуть улыбнулся и встал на ноги.
И ведь всегда этой женщине нужен повод для примирения. Не может просто подойти и сказать «прости, я была не права». Нет, естественно, и Рома был не прав. Определённо не стоило кричать и срываться. Ромка улыбнулся мыслям и вышел из комнаты.
На кухне парня уже ждала мать и ужин на столе. Светлов сел за стол и, бросив короткое «спасибо», начал есть. Через пару минут тишины сидящая рядом София всё же прервала её:
— Рома... — она сделала паузу. Парень поднял на неё глаза. — Я тут подумала... В общем, извини, я была немного неправа. Не стоило угрожать тебе гитарой и...
— Да, мам, ты тоже извини. Не надо было на тебя срываться... — чуть стыдливо улыбнувшись, произнёс Ромка.
— Да... В общем... Не стоило угрожать тебе гитарой и кричать, чтобы ты больше времени уделял учёбе... Я понимаю, что тебе сложно, поэтому...
— Поэтому что?.. — насторожился он. У него появилось плохое предчувствие.
— Поэтому... Я договорилась с Сашей и его родителями, чтобы он пару раз в неделю подтягивал тебя по химии и геометрии.
— Ты... Что?!.. — непроизвольно повысил голос Рома.
— Я договорилась с Сашей, Ром, — голос матери стал жёстче. — Я понимаю, что тебе трудно учиться, но это не значит, что эту проблему не нужно решать, Роман.
— Да ты издеваешься?... Несколько раз в неделю?! С ним?! С этим... Этим... — Рома пытался подобрать цензурное слово и снова не сорваться, — с этим смазливым, заносчивым ботаником?!
— Да, Рома. Нравится тебе он или нет, Саша — лучший ученик класса. Я дала тебе шанс учиться самостоятельно. Как я вижу по твоим результатам — у тебя не вышло. Это не наказание. Я хочу тебе помочь.
— Да ты...! Да ты....! — он сжал кулаки, но промолчал. Просто отвернулся обратно к тарелке и принялся есть.
— Завтра после уроков договоришься с ним, что, когда и как. Либо я сделаю это сама.
— Понял. Спасибо, — последнее слово прозвучало не то с сарказмом, не то с обидой.
— Приятного аппетита, — мать поднялась и вышла из кухни.
— Спасибо, — прошипел Рома. Какое тут теперь «приятного аппетита». После этой новости ему и кусок в горло не полезет. Только подумать — несколько раз в неделю после школы, да и с кем? С Залетовым! Ещё и заниматься ненавистными химией и геометрией!
***
Из собственных мыслей о вчерашнем вечере Светлова вывел голос Анны Викторовны: «10 "Б", через две минуты звонок! Со звонком сдаём работы! Максимум — даю две минуты дописать после звонка!» Рома бросил взгляд на свою чистую тетрадь, где написано только: «26.09.16. Входная контрольная работа по геометрии за 9 класс». Он посмотрел на часы, затем снова в тетрадь и, наплевав на всё, захлопнул её и пошёл сдавать. На вопрос классухи «всё решил?» Рома сделал вид, что не услышал. Вернувшись к парте, он быстро закинул вещи в сумку, метнул злобный взгляд на Залетова и вышел из кабинета.
После уроков Саша уже ждал Ромку на крыльце школы.
— Привет, Ром, пошли? — улыбнулся ему Саша.
— Ага, — сухо и хмуро ответил Рома. — Далеко живёшь?
— Да нет, не очень. От остановки направо, несколько домов — и мой. Минут 15.
Ромка не ответил, только кивнул. Он старался не смотреть на Сашу. «Бесит, бесит, бесит, бесит! Добренький ещё такой. Меня, идиота, подтягивать будет. На кой чёрт ему это надо?! Поржать?! Лучше бы в лицо мне сказал, что думает, а не вот это!»
Дорога прошла в молчании. Рома сам ни о чём не говорил и отвечал односложно, Саша пытался его разговорить, но, увидев, что из этого ничего не выходит, сдался. Как и говорил Саша, через пятнадцать минут они уже стояли перед дверью квартиры. Саша нажал на кнопку звонка. Щёлкнул замок. Дверь открылась, и перед ними предстала миловидная женщина лет 38, в нежно-голубом домашнем платье, с белокурыми шелковистыми волосами и серо-голубыми глазами:
— Привет, Сашенька. Друга привёл позаниматься, да? Проходите, ребят, проходите, — она улыбнулась мальчикам и отошла от двери.
Саша как-то странно стиснул лямку рюкзака и прошёл первым. Его улыбка на секунду куда-то пропала, а вернувшись, уже стала какой-то не такой. Менее позитивной. От глаз Ромы это не укрылось. «Пф, родаков стыдится, что ли? Может, простебать его потом?» Но мысль тут же пропала. Рома прошёл в квартиру вслед за Сашей. Мама Залетова закрыла за парнями дверь.
— Саш, расскажи гостю, что где. Ну, в общем, сам знаешь, — она снова улыбнулась и обратилась к Роме. — Милый, как тебя зовут?
— Рома, а вы...
— Приятно познакомиться, Рома. Я — Елизавета Михайловна, — она отошла к одной из дверей. — Ладно, ребят, не буду отвлекать. Если что — я на кухне.
— Хорошо... — тихо ответил Саша.
Залетов показал Роме, где ванная, а затем провёл в свою комнату. Закрыв дверь, он отвёл взгляд и произнёс:
— Прости, что мама у меня такая... активная, хах... — он усмехнулся и поправил рукав.
— Нормас, сойдёт, — ответил Ромка, осматривая его комнату. Он сбросил сумку с плеча и посмотрел на Сашу. — Чё седня? Геометрия или химия?
— А ты что хочешь? — сказал Саша, аккуратно ставя рюкзак на пол.
— Домой, — с усмешкой и вызовом ответил ему Светлов.
— Значит, геометрия, — улыбнулся Сашка. — Сколько номеров ты решил в контрольной? — произнёс он, доставая из рюкзака тетрадь и лист с условиями.
— Хм... Дай-ка подумать... Примерно... Ноль. Точно, ноль, — ещё шире улыбнулся парень.
— Серьёзно? — Саша слегка ошарашенно посмотрел на него. — Ни одного задания? Прям таки вообще? Ничегошеньки?
— Да, — развёл руками Рома.
Саша выдохнул и сел на ковёр:
— Садись, — он похлопал рукой по месту рядом.
Ромка нехотя присел.
— Ну давай, твори, гений. Только без толку. Я эту геометрию знаю на уровне "равенство треугольников", — он усмехнулся и заглянул в лист.
Саша лишь улыбнулся и принялся объяснять ему теоремы синусов, косинусов, их формулы и многое другое. Рома поначалу не вникал вообще, посылая к чёрту (а может, и в другие пикантные места) геометрию и Сашу, но где-то через полчаса, к своему удивлению, начал что-то понимать. Странно, но Саша рассказывал даже интересно и понятно, а не заумными терминами, как на уроках. Разобрав две задачи, Залетов отдал лист и карандаш Роме и сказал решить две аналогичные задачи из своего варианта. Вдруг приоткрылась дверь. Заглянула Елизавета Михайловна.
— Ребят, ну как вы тут? Кушать не хотите? Или чай? М? — произнесла она ласково. От звука двери и её голоса Саша вздрогнул и резко повернул голову. Рука вцепилась в ковёр.
Рома удивлённо посмотрел на парня. «Капец он от звуков шугается. Ладно, я б тоже вздрогнул, но не так же. Настолько, что ль, матешей увлёкся? Ну, точно псих».
— Нет, мам, не надо. Да, Ром? — ответил ей Саша.
— Да, Елизавета Михайловна, спасибо, не нужно, — с непривычной для него вежливостью ответил Рома.
Они вернулись к разбору контрольной. Рома периодически возвращался мыслями к странной реакции Саши, но сошёлся на первой мысли и благополучно забил.
Часа через три, когда они разобрали всю контрольную, а Ромка даже что-то понял, Саша отпустил его. Парень попрощался с Елизаветой Михайловной, с Сашей и пошёл домой. «А Сашка, может, и не такой плохой парень. Заучка, правда, пиздец. Но ничё такой. Терпимо», — думал Светлов по пути домой.