Как выбраться отсюда и признание...
Страх, что же это? Много описаний подходит под это слово, и у каждого оно свое. Это чувство… Ощущение тяжести внизу живота, невозможно вздохнуть полной грудью, будто ком в горле. Страх мешает нам, мешает мечтать, делать то, что нравится. Страх мешает нам… сделать первый шаг.
Охранники толпой двинулись на парней, которые давно были не в силах стоять, особенно тот, что находился в тесных отношениях с кафелем.
Лужа крови все еще украшала пол, но парней уже не было, оба находились в госпитале под присмотром охранников. Уборщица, со спокойным лицом, собирала кровь с пола. Ноги обмякли, я была не в силах подняться стула.
— Наби… — Прошептала Чанди, я резко повернула голову и ударилась лицом о торс Чимина.
— Вставай, — властно произнес парень, не смотря на меня. Я не смогла встать, да слов его не разобрала, как в вакууме — ничего… — Вставай! — Чимин поднял меня за локоть и потащил за собой, я плелась следом.
Парень отпустил меня в коридоре и прошел пару метров, остановился и, не оборачиваясь, начал говорить.
— Ответь мне. — Пак опускает голову. Я не понимаю о чем он и подхожу ближе.
— О чем ты? — Обошла его и взглянула ему в глаза.
— Я еще не задал вопрос. — Поднимает глаза и смотрит позади меня.
— Ммм. — Я хотела обернуться, но он схватил меня за плечи.
— Я знаю, что ты спасла Чонгуку жизнь и забыла там мой шоколад. Но почему? Почему ты оставила меня и пошла к нему? — Его глаза горели болью и предательством.
— Он пострадал из-за меня, я не могла бросить его. — Я опустила голову, он слишком расстроен, не могу смотреть на него.
— Что? — Чимин поднял мою голову за подбородок, его взгляд сменился на взволнованный.
— Он спас меня от охранников, а получил сам. Вот так вот.
— Что ты делала за пределами здания? — Парень резко сжал мои плечи в руках.
— Не важно. — Убираю его руки.
— Не важно?! — Что это с ним? Орет….
— Да что с тобой такое?
— Не смей выходить, ты меня поняла Наби!
— Не указывай мне, сама решу!
Парень усмехнулся и отпустил меня. Пошел вперед, резко остановился и полуобернулся, я смогла увидеть его ухмылку.
— Глупые умирают первыми. — Сунул руки в карманы и продолжил путь.
Что? Задолбали вы!
Я топнула ногой и терминатором пошла в комнату. Только я ступила на порог комнаты, вся злость ушла, только стоило мне вспомнить о Чонгуке и том парне.
Стоп. Откуда он узнал, что это было за пределами школы? Чимин, ты сложнее, чем кажешься.
Вскоре ко мне присоединились девочки, только начало темнеть, я пошла проверить обстановку на улице, сегодня собираюсь взять с собой девочек, что бы ускорить процесс.
Щеголяя по коридору, я наткнулась на то, как Тэхен держит за грудки Хосока, не похоже на дружеское общение.
— Ты знал, мать твою. — Прорычал Хосок и оттолкнул от себя Тэхена, поправляя пиджак.
— Знал? — Бас Тэхена стал еще более угрожающим. Он ступил к Хосоку вплотную. — Если он останется здесь?
— Ни чем не могу помочь, я тоже не в восторге. — Хосок закатил глаза и ударился спиной о стену. — Думаешь, мне легко?
— Ты хоть знаешь, что этот гад сделал?!
— Что же? — Парень изогнул бровь.
— Забудь. — Тэхен пошел в другую сторону, Хосок повернул голову и увидел меня, резко выровнялся и размял плечи.
— Стой. — Угрожающе произнес парень. Я попятилась назад, Хосок перешел на бег, я не сдержалась и рванула прочь. — Стой! — парень догнал меня и толкнул в стену, чтобы я успокоилась. — Ни слова, никому, особенно Чонгуку, поняла меня?
Я подняла взгляд.
— Поняла?!
— Да. — Я вспомнила о том, как он меня чуть с крыши не столкнул и решила помолчать.
— Отлично. — Парень оставляет меня одну.
На пути в комнату пытаюсь хоть отчасти забыться, девочки в недоумении смотрят на меня и мой глуповатый вид.
— Ноги в руки и идем мастерить себе свободу. — Я взяла нож из тумбочки и пошла на улицу, девочки пошли следом. Чанди стояла на стреме, я выдалбливала ступеньки, Хена сразу же зарисовывала белые вмятины.
— Вместе мы успеваем гораздо больше, чем я одна. — Вздохнула я.
— Прячьтесь! — Чанди вжалась в дерево, а мы — в Чанди. Охранники менялись местами и переговаривались иногда, чтобы хоть как-то скрасить скучные минуты на страже. Только все затихло, мы забежали в здание.
— Ах, адреналин! — Хена улыбалась и шла впереди, я как раз проходила мимо заброшенного класса, там сидели два парня, но кто они, я так и не поняла.
Чанди заметила мой заинтересованный взгляд и вернулась к классу вместе, после отбоя. Там было пусто, но одну зацепку мы нашли, патрон. Патрон! Идеально, и кто это?
— Тэхен. — Прошептала Чанди.
— Кто? — Я посмотрела на нее.
— Ничего. — Она спрятала что-то за спину.
— Покажи. — Настойчиво молвила я, девушка опустила голову и протянула мне браслет Тэхена.
— Дай его мне. — Я забрала браслет, инициалы парня вырезаны на внутренней стороне цепочки. — Я отдам ее ему.
— С ума сошла? — Девушка стукнула меня по плечу. — Тебе конец, — Чанди провела ладонью по горлу. — Конец, конец! Не думай даже. Они не такие хорошенькие, какими ты их видишь.
— Если так думать, то и тебе доверять нельзя.
— Правильно думаешь, — вдруг сказала девушка и сделала шаг ко мне. — Я здесь второй год, но так и не сумела сбежать, на что надеешься ты? На стену? Глупо. Даже если ты перелезешь незаметно, дальше метра тебе не пройти, количество охранников растет с каждым новым учеником, спасибо тебе, что добавила работы. — Она упала на диван. — Все не так просто. Если у тебя нет проработанного плана, ничего не получится. Если перейдешь дорогу кому-то из этих парней — тебе конец, прям конец, в прямом смысле. Как тому парню, который нагрубил Чонгуку. Теперь, где он? С моими предками, — она посмотрела на потолок. — Не стоит, я не хочу терять хорошего соратника, если ты поняла, о чем я. — Она посмотрела на меня исподлобья. — Здесь нет сочувствия и чего-то подобного, каждый сам за себя, поэтому, они погибают.
— Они? — я присела рядом.
— Они… — она перевела взгляд в окно. — Не физически, а эмоционально, они просто роботы. Именно таких детей хотят видеть возле себя родители. Сделай, дай, ты должен. Знаешь, как отсюда выбраться? Официально. — Она прищурилась, смотря мне в глаза.
— Как?
— Повинуйся, — наклоняется ко мне — Просто убей кого-то, и тебя выпустят.
— Почему? — Испугалась я.
— Ты не поняла, убить не ученика, директора, убить его, и все проблемы решены. Все просто, как никогда.
— И как это сделать-то? — Я открыла глаза пошире.
— Через несколько месяцев, он посетит школу, и … Может кто-то попытается это сделать.
— А другой вход?
— Есть….
— И?
— Перебить всю охрану. — Девушка из кармана достала жвачку.
— Можно вопрос?
— Давай. — Она закинула пластинку в рот.
— Что за крыша у тебя?
Она стала жевать медленней.
— Тебя это колышит? — Чанди встала с дивана.
— Да. — Я нахмурилась.
— Ничего особенного. — Она усмехнулась.
— И что же у тебя за связи?
— Хосок. — Она резко обернулась. — Он — мой брат, родной.
Опа…
— Ясно. — Протянула я, от шока не отыскав иного слова.
— Что? Неужели я такая злая? Не смотри на меня так, будто я тебя предала. — Она фыркнула и чуть не выплюнула жвачку. — Просто идем в комнату?
— Ты иди, мне нужно кое-куда сходить.
— Ну, ну. — Девушка подмигнула мне и закрыла за собой дверь. Я сжала в руке браслет Тэхена и пошла в медпункт. Зашла в дверь без стука, немного наглости не помешает. Оба парня спали, в комнате небольшая перестановка: Чонгук спит в одном углу, тот парень — в конце комнаты, подальше от него. Медсестра заметила меня и приложила палец к губам.
— И как они? — Я присела рядом с девушкой.
Что такой прекрасный цветок делает в этом месте? Она красива, умна, заботлива, ей здесь не место.
— Нормально, новенький немного не в себе, через день будет как новенький. — Уверяет мисс и кивает.
— А что с … ним? — Я кивнула на Чонгука, парень лежал на кровати, словно панда на дереве, руки свисали с кровати, лицо в подушке, ноги в стороны.
— Рана разорвалась. — Она просматривала его медицинскую карту.
— Рана? — Я робко взглянула на Чонгука.
— На груди. — Девушка показала мне на место возле ключиц, прямо на груди, верхней ее части.
— А что за рана?
— Пуля. — Пожимает плечами.
— П-пу… — Заикнулась я, еще не отошла от шока.
— Его подстрелили месяц назад.
— Кто? — В лоб спросила я, забывая о стеснительности.
— Да по что мне знать? — Девушка прижала к груди блокнот. — Парень какой-то, он не из школы, говорят, он его убил. — Медсестра кивнула на Чонгука. — После того, как я его отпустила, он пошел в столовую, после не помню что было, да только по слухам знаю, что он его в коридоре избил насмерть. — Она говорила все тише. — Я боюсь этого ребенка, но боль терпит, словно он военный. — Мисс Кан с сочувствием посмотрела на Чона. — Но он все равно пугающий.
— А откуда тот парень?
— Не знаю, его только недавно наняли охранником, и вот… Он уже в лучшем мире, — она вздохнула. — Ничего не могу сказать…
— Да ладно вам, не грустите. — Я погладила ее по плечу.
— Можешь посидеть тут чуток, я очень хочу посетить санузел. — Мисс Кан улыбнулась и шмыгнула за дверь. Я рассматривала избитого парня, не веет от него угрозой, как не посмотри.
— Прекрати. — Вдруг сказал Чонгук, я резко повернула голову, парень не сдвинулся ни на сантиметр.
— Что прекратить? — Прошептала я.
— Перестань интересоваться, это до добра не доведет, ты и сама понимаешь. — Чонгук сдержал стон боли и перевернулся на бок, я увидела на футболке рану в районе сердца, меня передернуло от вида крови. Чонгук опустил взгляд и усмехнулся, потрогал пятно и посмотрел на свои пальцы. — Никто не вечен, тот, кто ошибается — погибает. — Чонгук поднимает голову и смотрит в мои глаза. — Мне надоело то, что ты лезешь не в свое дело, прекрати это, или я приму меры. — Он сел и потянулся к бинтам. Я встала и протянула ему чистую футболку, которую взяла с тумбочки. Чон схватил ее и вырвал из моей руки. — Как мило с твоей стороны, — фыркнул он. — Может выйдешь, мне нужно переодеться. Лучше что бы ты не возвращалась.
Я увидела шрам на его ладони, похоже на линию жизни, но это шрам…
— Ты не сможешь сам переодеться, — я проследила за тем, как струйка крови окрашивала футболку, парень вздохнул.
— Ты плохо меня знаешь, — парень отвел взгляд. — Я всегда был один, мне никто не помогал, я стал только сильнее, никакие раны, ничего меня не остановит. — Он рвет футболку прямо на себе, открываю рот в немом шоке, мышцы на руках перекатываются словно шарики, немного светятся при свете луны от капель пота, челка немного влажная, глаза горят, дорожка цвета спелой вишни была проложена от груди к прессу. Рана была перемотана, но кровь не остановилась.
— Я… — Прошептала я.
— Разрежь. — Он протянул мне ножницы. Я взяла их и разрезала бинт на спине, спина еще хуже выглядит, чем его торс. В плане ран, конечно. Чон хватает меня за руку и поваливает на кровать, ножницы выхватывает и приставляет к моей артерии на ноге (во внутренней стороне бедра находится самая широкая артерия, если ее повредить, даже переливание крови не спасет человеку жизнь). Я застыла, дыхание сбилось. Парень наклоняется ко мне и смотрит мне прямо в глаза. — Не заставляй меня убивать тебя, не нужно мешать, не будь такой глупой, жизнь — это все, что у тебя есть. — Откидывает ножницы на кровать и берет новый бинт, протягивает его мне. Я встаю и молча наблюдаю за тем, как он снимает бинты, тихий стон не смог пролететь мимо моих ушей.
— Давай я… — Я присела рядом с ним и потянулась к бинтам, Чонгук нахмурился и оттолкнул мои руки.
— Убери руки. — Прорычал парень, я схватила его за запястье. Сама в шоке. Все еще не осознала, что сделала, и смотрела на его пальцы, длинные, красивые запястья, даже шрам не испортит этой кожи.
— Ты … — Начал злиться парень.
— Глупо отказываться от помощи, — я зыркнула в его глаза, ведь рана продолжала кровоточить. — Ты можешь запросто убить меня, так чего волнуешься? — Осторожно снимаю бинт свободной рукой, парень опускает руки и жмурится от боли. В бой пошла перекись, ненавижу это шипение, Чонгук стиснул зубы, только жидкость коснулась раны. Я положила руку на его плечо и легонько сжала его, что бы отвлечь от боли, слышу треск простыни, перестарался он немного, небольшой шов разорвался и видно матрас. Рана выглядит не очень безопасно, пришлось осторожно замотать рану, при этом я почти не обняла его. Парень мучился в адской боли, капелька пота с его лба скатилась по лицу и ударилась о мою щеку. Тяжелое дыхание опаляло кожу на шее и макушке, я выбросила использованные бинты и футболку, которая стала отрепьем. Чонгук надел футболку и сомкнул челюсть от того, что задел царапины на спине, спина неприятно запекла, я подошла к зеркалу, моя рубашка в кровавых полосах, совсем забыла сменить повязку на глубоких порезах.
— Какая картина, — усмехнулся парень, разматывая бинт на правой руке. Костяшки стерты в кровь, он — сплошные раны. — Помочь?
— Что? — Я обернулась.
— У тебя руки не с того места растут, что бы достать до лопаток. — Чон усмехнулся и помахал бинтом в руке.
— Не нужно. — Я мотнула головой и двинулась к двери.
— Если оставишь все так, снова окажешься в той комнате, никто не должен видеть пятен крови, это запрещено. — Парень упал на кровать боком и вздохнул, закрывая глаза.
— О. — Медсестра увидела меня у входа. — Ой, спина! Идем, пора тебя подлатать. — Мисс Кан наклеила бинты пластырями, что бы не мешали дышать, и, похлопав меня по плечу, пошла за перекисью для второго пострадавшего, имя которого я так и не узнала.
— Зачем ты избил его? — Тихо спросила я, Чонгук махнул на меня рукой. — Не его, того парня, который выстрелил в тебя. Ты мог просто убить его.
Чонгук нахмурил брови, резко стал безразличным и приоткрыл рот, руки крепко держат одеяло, он в замешательстве.
— Почему? — Отступаю на шаг назад. Понимаю, что ответа не дождусь и иду к двери.
— Я не собирался убивать его, — он развернулся на другой бок, я смогла уловить нотки сожаления и некой злости.
Он злится на меня? Или на себя? Что же там, в тебе? В твоем сердце…
Иду по коридору, все давно спят, даже надзиратель. Ложусь в кровать и чувствую, что что-то мешает мне лежать, разворачиваюсь на бок и достаю из-под подушки апельсин.
Что? Какого черта? Злость, именно это я чувствую, эта игра, глупая игра. Это все не просто так. Кто-то хочет, что бы Тэхен злился на меня, ведь ворует у него апельсины и таскает ко мне. Я бросила апельсин в мусорное ведро и легла в кровать. Сердце бьется быстрее обычного, почему же я все еще чувствую ту капельку его пота на лице, если уже давно вытерла ее?
Разворачиваюсь на бок и пытаюсь уснуть.
Утром просыпаюсь сама, переодеваюсь в спортивки. Дни пролетали скучно, ничего не происходило, как видео, которые смотришь несколько раз, будто оставляешь на повторе, полностью осознанно. Каждую ночь я доставала браслет из кармана и смотрела на него, когда же я решусь отдать его? Чонгук… Он ведь все еще в медпункте.
Пришла суббота, нам дали свободу и мы гуляли на заднем дворе школы, Чимин совершенно не обращает на меня внимания, наверное, ему неловко и больно рядом со мной, не буду донимать его.
Замечаю каштановую макушку в конце сада, Тэхен сидит один, смотрит на небо, и не жмурится когда смотрит на солнце, как у него это получается?
— Привет. — Я присела рядом, но на безопасном расстоянии от него, парень покосился на меня и вернулся к созерцанию чистого неба. Только одно облачко плыло по небу, словно потерянное, одинокое.
— Что тебе нужно? — Ким встал напротив меня, как статуя, которая оставляет за собой тень и мешает рассмотреть солнце. Лучи обводят его силуэт, и он словно с небес спустился, вот-вот крылья прорвут толстовку и покажутся моим глазам.
— Я хочу вернуть это. — Протягиваю ему браслет, который так часто держала в руках. Парень протягивает руку, кладу браслет в его ладонь и встаю с места. Тэхен резко притягивают меня к себе и шепчет мне на ухо своим очаровательным голосом, специально опуская тембр пониже:
— Что ты забыла в заброшенном классе?
— Я … Просто гуляла с Чанди. — Я смотрела вперед, птички на деревьях, удивительно, раньше их не замечала.
— Не ходи одна с Чанди, это плохо кончится для нее, — отодвигается и наклоняет голову на бок, ухмыляясь. — Чтобы победить, нужно знать противника, не так ли? — Его ухмылка приобрела угрожающий оттенок. — Насколько хорошо ты знаешь своего врага? Насколько ты уверена в том, что за твоей спиной не стоит предатель? — Ким провел ладонью по подбородку. — Сколько раз ты будешь проигрывать, Наби? — Его взгляд стал грустным, парень сжал в руке браслет. Он развернулся и пошел вдоль дороги. Его шаг был не таким как прежде, почти каждый раз он замедлялся, будто хотел вернуться.
Проигрывать? Что же я упустила?