41
Дальше сквозь пласты времени я побывала в еще нескольких воспоминания Минхо, прежде чем встретиться с реальным человеком.
Вот маленький Минхо сидит на диване, а вокруг него разворачивается сцена, полная эмоций и неприязни.
Его родители решили наказать слугу за незначительную ошибку.
— Ты же понимал, что это твоя вина? - произнес его отец, глянув на дрожащего слугу, у которого едва ли оставались силы на то, чтобы выслушать укоризненные слова.
Я чувствовала, как мое сердце овладевает скорбь за человека, ставшего мишенью их гнева.
Ошибкой было не то, что он поступил не так, как ожидалось, а то, что он не принадлежал к их миру.
— Ты здесь, чтобы служить нам, - с презрительным тоном произнесла мать Минхо. Высокая, статная женщина с идеальными манерами и холодным взглядом.
Маленький Минхо сидел с широко распахнутыми глазами, поглощенный этим зловещим спектаклем. В его взгляде читалось напряжение и страх - мне было жалко этого мальчика, который постоянно сталкивался с гнетом не только наказания, но и морального унижения.
— Но вино всего лишь немного пролилось на стол, — тихо вмешался слуга, но его слова не оказали никакого воздействия.
— Ты знаешь, что такое «но»? У нас нет времени на оправдания, ты должен выполнять свои обязанности! И за это последует наказание, - резко отрезала женщина.
Минхо смотрел на свою мать с недоумением, но сам, как будто по привычке, опустил глаза, уютно устроившись в своем детском наивном восприятии мира.
Тогда я поняла, как высокомерие его родителей сформировало его представления о власти и подчинении. В его внутреннем мире вместо заботы и уважения уместилось лишь доминирование и деспотизм.
Минхо, еще ребенок, впитывал все это, как губка.
Тем временем, маленький мальчик продолжал смотреть на сцену: родители, что не щадили словами и слуга, склонивший голову.
«Ваши слова как гром, от которого не укрыться, они раздаются и в его голове!» - мне хотелось кричать, чтобы прекратить это.
Где любовь? Уважение? Понимаете?
Я открывала рот, но не могла произнести ни слова, чтобы защитить и утешить никому не нужного ребенка.
Минхо стал тем, кем, возможно, и не хотел стать благодаря этим урокам.
***
Далее следовало еще одно воспоминание.
Вечер. Солнце скрылось за горизонтом, дом Минхо наполнился светом и веселыми голосами.
Ли преобразились.
Я наблюдала со стороны в уголке большой залы, усыпанной яркими цветами и ухоженными коврами, как старшие Ли встречают гостей. Вся обстановка словно светилась, и я чувствовала, что этот вечер станет еще одним воспоминанием в жизни Минхо.
— Посмотрите на нашу коллекцию! - воскликнул его отец, показывая гостям старинные картины на стенах.
Я ловила его взгляд, полный гордости, и понимала: это был не просто вечер, а демонстрация их статуса и богатства.
Минхо был там, как светлая звезда вечера, а вокруг него кружились «друзья» и дальние родственники.
— Тысяча золотых монет за эту картину, а вот это - настоящее произведение искусства! - не уставал повторять отец, в то время как мать с улыбкой кивала, подчеркивая каждую его фразу.
Минхо не стал первым, кто начал хвастаться. Но он с восторгом описывал свои последние достижения и, не дождавшись вопросов, выпалил:
— В этом году я выиграл целых три турнира по стрельбе из лука! И получил подарки на сумму больше ста золотых.
Он стоял с гордостью, уверенно скрестив руки на груди, а его глаза светились от восторга. Гости подхватили его энтузиазм.
— Как прекрасно, Минхо! Ты действительно талантлив!
Я ощутила мельчайшую щепотку неловкости, наблюдая за этой сценой. Вся ситуация напоминала театрализованное представление, где каждая деталь была тщательно продумана, чтобы усилить впечатление.
Я понимала, что родители не только восхищались успехом своего сына, но и стремились показать всем, как высоко они поднялись на социальной лестнице. Это было словно наследие, которое передавалось из поколения в поколение, и Минхо казался частью этой машины.
— Ты знаешь, - вмешалась одна из гостей, — такие успехи - это большое достижение. Но как насчет обучения?
Моя душа наполнилась надеждой услышать от Минхо что-то более значимое, чем просто описание его достижений.
Но он лишь отмахнулся:
— Учёба - это не самое важное. Главное - результат и победа!
В этот момент я поняла, что его представление о жизни и успехе формировалось под воздействием этого окружения - успешного, но сурового.
Казалось, он не осознает, как его родители, увлеченные показом богатств, невольно создали идеал, который долго будет преследовать его.
— Ты знаешь, именно такие вечера помогают укрепить наше положение в обществе, - сказала его мать сыну. — Мы - люди крепкого состояния, и твои успехи должны это подтверждать.
Подросток кивнул, но взгляд его оставался холоден.
Мне хотелось, чтобы Минхо увидел этот вечер под другим углом. Чтобы он понял, что настоящая ценность не в восхищении, а в честности и искренности.
Я понимала, что подобные праздники стали для него не только вечерами веселья, но и уроками, который он усваивал. Излишний акцент на успехах и социальном статусе подчеркивал ту пропасть, которую он будет ощущать в будущем, когда столкнется с реальными вызовами жизни.
Когда вечер подошел к концу, я видела, как семья Минхо прощалась с гостями, вновь хвастаясь своими достижениями.
Я надеялась, что однажды ему удастся увидеть, что настоящая жизнь - это не демонстрация богатства, а умение ценить свою сущность и искренность.
И, возможно, когда-то Минхо поймет, что истинные значения кроются не в успехах, а в близости, доверии и настоящих отношениях, искренних, а не основанных на статусе.
***
Вновь открыв глаза, я вернулась в реальность и увидела недовольное нависшее надо мной лицо ледяного дракона.
— Что произошло? У нас получилось? - тихо спросила я.